дело № 2-996/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«06» февраля 2018 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

с участием прокурора Пряловой Д.Н., 

при секретаре Гиниятулиной Е.Э., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат», обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат» (далее по тексту ПАО «ЧМК»), обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» (далее по тексту ООО «Мечел-Материалы») о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 200 000 рублей (л.д. 4-5).

В обоснование заявленных требований истец указала, что в период с 12 апреля 1972 года по 30 ноября 2011 года работала на Челябинском металлургическом заводе (впоследствии ОАО «Мечел», в настоящее время ПАО «ЧМК»), с 01 декабря 2011 года по 16 марта 2017 года – на ООО «Мечел-Материалы». В указанные выше периоды ФИО1 работала во вредных условиях труда. 25 января 2016 года ей был установлен диагноз профессионального заболевания *** от фиброгенной пыли смешанного состава, а впоследствии - утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % сроком до 01 июля 2018 года. Актом о случае профессионального заболевания от 18 февраля 2016 установлено, что профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов или веществ, непосредственной причиной профессионального заболевания является пыль с содержанием свободной двуокиси кремния, пыль доменного шлака, ди Железо три оксид, при этом вины истца в профессиональном заболевании не выявлено. В результате полученного заболевания истцу причинен моральный вред, поскольку она испытала и испытывает в настоящее время физические страдания, выражающиеся в постоянных болевых ощущениях в груди и горле, регулярных приступах удушья, приходится откашливать мокроту, в связи с чем горло постоянно раздраженно. Также истец испытывает нравственные страдания, выражающиеся в страхе за жизнь, переживаниях из-за невозможности вести прежний образ жизни, недосыпаниях из-за приступов удушья, переживаниях из-за необходимости постоянного использования ингалятора для восстановления дыхания, страхе забыть дома ингалятор или потерять его, истец вынужден ограничивать себя в общении с другими людьми. 

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца, заявленные требования поддержали в объеме и по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика ПАО «ЧМК» - ФИО3, действующая на основании доверенности от (дата), полагала сумму компенсации морального вреда завышенной. Утверждала, что вред должен возмещаться каждым работодателем, в той доле ответственности, в которой он причинен именно этим работодателем, а также с учетом установления профессионального заболевания в период работы в ООО «Мечел-Материалы». Указывала на существование коллективного договора, которым определен размер компенсации морального вреда при аналогичных условиях. Полагала, что при определении размера компенсации морального вреда, помимо прочего также надлежит учитывать, что истцу было известно о характере выполняемой работы, однако, вступив в трудовые отношения с ответчиками, истец выразила личное согласие на работу во вредных производственных условиях, пренебрегая теми последствиями, которые могут наступить для её здоровья, получив при этом установленные законом льготы и компенсации. Представила отзыв на исковое заявление (л.д.44-45).

Представитель ответчика ООО «Мечел-Материалы – ФИО4, действующий на основании доверенности от (дата), полагал сумму компенсации морального вреда завышенной. Утверждал, что вред должен возмещаться каждым работодателем, в той доле ответственности, в которой он причинен именно этим работодателем, а также с учетом отработанного истцом времени во вредных условиях труда в ПАО «ЧМК». Представил отзыв на исковое заявление (л.д.80-82).

Суд, выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, введенного в действие с 01 февраля 2002 года, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; расследование и учет в установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии с ранее действовавшей ст.108 Кодекса законов о труде РСФСР администрация предприятия обязана обеспечивать безопасные и здоровые условия труда (соблюдение правил и норм по технике безопасности, необходимое освещение, отопление, вентиляция, устранение вредных последствий шума, излучений, вибрации и других факторов, отрицательно влияющих на здоровье работников, и т.д.).

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом, истец ФИО1 состояла в трудовых правоотношениях с Челябинским металлургическим заводом (впоследствии ОАО «Мечел», в настоящее время ПАО «ЧМК»), работала на вышеуказанном предприятии в период с 12 апреля 1972 года по 01 января 1973 года в качестве дежурного электрика в шлакоперерабатывающем цехе, с 01 января 1973 года по 01 октября 1987 года в том же цехе в качестве электромонтера по обслуживанию электрооборудования, с 01 октября 1987 года по 01 января 1997 года в том же цехе в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, с 01 января 1997 года по 17 июля 2000 года в цехе по подготовке шихты и переработке шлаков в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, с 17 июля 2000 года по 01 октября 2001 года в Управлении по подготовке шихты и переработке шлаков в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, с 01 октября 2001 года по 15 августа 2005 года в Управлении по подготовке шихты и переработке шлаков на участке переработки доменных шлаков в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, с 15 августа 2005 года по 30 ноября 2011 года в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования на участке переработки шлаков отделения переработки доменных шлаков электрослужбы цеха подготовки шлаков.

Кроме того, ФИО1 работала в ООО «Мечел-Материалы» в период с 01 декабря 2011 года по 01 октября 2012 года на участке дробления шлаков в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, с 01 октября 2012 года по 01 августа 2013 года в производственной службе на участке дробления шлаков электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования, с 01 августа 2013 года по 16 марта 2017 года в службе главного инженера отдела главного энергетика электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования на участке ремонта электрооборудования. 

Указанные выше обстоятельства, помимо пояснений истца подтверждаются копией трудовой книжки (л.д. 11-13), копиями приказов (записок) о приеме на работу, переводе и увольнении, копиями трудовых договоров с последующими изменениями, копиями личных карточек работника, личными заявлениями истца (л.д. 46-62, 83-89).

18 февраля 2016 года актом о случае профессионального заболевания установлено, что ФИО1 в указанные выше периоды работала в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов (л.д. 7-9). 

Профессиональное заболевание возникло в результате работы на вышеуказанных предприятиях в условиях воздействия на ФИО1 до 100 % рабочей смены кремния диоксида кристаллического при содержании в пыли 2-10 %, пыли доменного шлака, ди Железо триоксида.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов – кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли 2-10 %, пыль доменного шлака, ди Железо триоксид.

На основании результатов расследования установлено, что заболевание является профессиональным, и возникло в результате конструктивных недостатков оборудования. 

Непосредственной причиной профессионального заболевания послужила пыль с содержанием свободной двуокиси кремния (кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли 2-10%, пыль доменного шлака, ди Железо триоксид), при этом вины работника в ходе расследования не установлено.

По сообщению ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Минтруда России (л.д. 36) впервые ФИО1 была направлена и прошла освидетельствование (дата), при этом ей была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % сроком на один год.

Исходя из представленных доказательств, в настоящее время истцу ФИО1 установлено профессиональное заболевание *** от фиброгенной пыли смешанного состава и 20 % утраты профессиональной трудоспособности сроком до (дата), что подтверждается справкой о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах (л.д. 9 оборот), справкой ГБУЗ «Областная клиническая больница №4» (л.д.14), ответом ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Минтруда России (л.д. 36), программами реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (л.д. 37-38), выкопировкой из медицинской карты истца (л.д.42-43).

Совокупность указанных выше доказательств, позволяет суду прийти к выводу о том, что производство в цехах ПАО «ЧМК», ООО «Мечел-Материалы», где осуществляла свои трудовые функции истец, связано с повышенной опасностью для окружающих, является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте о случае профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, а потому обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у его бывших работодателей независимо от наличия либо отсутствия вины работника.

Учитывая, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в связи с длительным воздействием на её организм вредных производственных веществ, истец длительное время проработала во вредных условиях труда у ответчиков, что нашло свое отражение в акте о случае профессионального заболевания от (дата), суд приходит к выводу о доказанности причинно-следственной связи между трудовой деятельностью истца у ответчиков, и наступившими неблагоприятными последствиями – профессиональным заболеванием. 

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

С учетом установленных обстоятельств суд полагает доказанным факт причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов физических и нравственных страданий, связанных с развитием и течением у неё профессионального заболевания, которые нарушают личные неимущественные права истца. 

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданину», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Кроме того, как разъяснено в абз. 2 п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10, степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Установленный коллективным договором, утвержденным на конференции коллектива работников ПАО «ЧМК» размер компенсации морального вреда (в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения в Челябинской области), на который ссылался представитель ответчика ПАО «ЧМК» в судебном заседании, не отвечает требованиям ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, не соответствует характеру, а также степени физических и нравственных страданий истца, связанных с профессиональным заболеванием, в связи с чем данный коллективный договор не может быть принят во внимание.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда – наличие профессионального заболевания, продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов у каждого из ответчиков, к которым предъявлены требования, степень вины ответчиков, возраст истца и степень утраты ею трудоспособности (20 % сроком на один год), невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 с ПАО «ЧМК» компенсацию морального вреда в размере 90 260 рублей, с ООО «Мечел-Материалы» - в размере 9 740 рублей исходя из продолжительности периодов работы истца на данных предприятиях. 

Доводы представителя ответчика ПАО «ЧМК» о наличии иной судебной практики по аналогичным делам, состоятельными быть признаны не могут, поскольку судебный прецедент к источникам гражданского права не относится, а в соответствии с п.2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Указание представителя ответчика ПАО «ЧМК» на то обстоятельство, что истцу было известно о вредных производственных факторах и возможных последствиях работы во вредных условиях труда, само по себе основанием для освобождения работодателя от ответственности в связи с причинением вреда здоровью работника, либо основанием для снижения размера компенсации, являться не может.

Ссылки представителя ответчика ПАО «ЧМК» на то, что в период работы истца ей выдавались средства индивидуальной защиты, ежегодно проводились медицинские осмотры, основанием для отказа в иске являться не могут, поскольку актом о случае профессионального заболевания от (дата) подтверждено получение истцом профессионального заболевания именно в результате воздействия неблагоприятных факторов на рабочем месте истца, тем самым подтверждена вина ответчиков в причинении вреда здоровью истца.

Учитывая положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с ПАО «ЧМК» и ООО «Мечел-Материалы» пропорционально удовлетворенным требованиям подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в общей сумме 300 рублей, исчисленная в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в том числе с ПАО «ЧМК» в размере 270 рублей 78 копеек, с ООО «Мечел-Материалы» в размере 29 рублей 22 копейки.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 12,103,193,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат», обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 90 260 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 9 740 рублей.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 270 рублей 78 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 29 рублей 22 копейки.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Максимова