Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> 

Селемджинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Василенко О.В.,

с участием представителя истцов ФИО1, действующей по доверенности, 

представителя ответчика ООО «Сети» ФИО2, действующего по доверенности, 

при секретаре Романовой Е.В., 

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 к ООО «Сети» - о взыскании в пользу каждого из истцов премиальной части заработной платы, а в пользу истцов ФИО4, ФИО7, ФИО6, ФИО5 также доплаты за вредные условия труда, и компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов в размере 3000 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в суд с указанным иском, с учетом внесённых уточнений, мотивируя свои исковые требования тем, что каждый из них является работником ООО «Сети». Трудовыми договорами, заключенными между истцами и ответчиком предусмотрено, что оплата труда истцов ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО10 включает премии за основные результаты производственно-хозяйственной деятельности согласно соответствующему положению о премировании; трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами ФИО6 и ФИО9, предусмотрено ежемесячное премирование в соответствии с Положением о ежемесячном премировании работников ООО «Сети» до 40%. Положением о премировании работников ООО «Сети» предусмотрено ежемесячное текущее премирование работников за выполнение показателей премирования при соблюдении условий премирования до 40% оклада. Правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором ООО «Сети» предусмотрено, что премия начисляется на должностной оклад за фактически отработанное время в отчётном периоде. Всем истцам ежемесячно выплачивалась премия до апреля 2018 года. С 1 апреля 2018 года ответчик перестал выплачивать истцам премию, несмотря на то, что истцами не было допущено нарушений, влекущих депримирование.

Кроме того, в соответствии с трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами ФИО4, ФИО7, ФИО5, условия труда истцов относятся к вредным и опасным по следующим показателям (ФИО4 – электрическое и магнитное поле, пониженная температура на открытом воздухе, работа на высоте; ФИО5 – локальная вибрация, производственный шум, пониженная температура; ФИО7 – электромагнитное поле от ПЭВМ, пониженная температура воздуха на открытой территории). Вредные условия работы истцов ФИО4 и ФИО6 отражены в приказах об их приёме на работу. Вместе с тем, доплата за работу во вредных условиях труда, истцам ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО6 ответчиком стала производиться только с 1 января 2019 года. 

С учётом выше изложенного, ссылаясь на положения ст.129 ТК РФ, Положение о премировании работников ООО «Сети», Правила внутреннего трудового распорядка и коллективного договора ООО «Сети», а также положения статей 147 и 135 ТК РФ, истцы просят суд:

Взыскать с ООО «Сети» в пользу:

- ФИО3 - премиальную часть заработной платы за период с апреля 2018 года по март 2019 года в размере 91.310 руб. 60 коп.;

- ФИО8 - премиальную часть заработной платы за период с апреля 2018 года по июнь 2019 года в размере 174.507 руб. 84 коп.;

- ФИО9 - премиальную часть заработной платы за период с апреля 2018 года по июнь 2019 года в размере 201.977 руб. 84 коп.;

- ФИО10 - премиальную часть заработной платы за период с апреля 2018 года по ноябрь 2018 года в размере 76.904 руб. 31 коп.;

- ФИО4 - премиальную часть заработной платы и доплату за вредные условия труда за период с апреля 2018 года по май 2019 года в размере 120.503 руб. 43 коп.;

- ФИО6 - премиальную часть заработной платы и доплату за вредные условия труда за период с апреля 2018 года по июнь 2019 года в размере 196.962 руб. 05 коп.;

- ФИО12 - премиальную часть заработной платы и доплату за вредные условия труда за период с апреля 2018 года по июнь 2019 года в размере 121.042 руб. 59 коп.;

- ФИО5 - премиальную часть заработной платы и доплату за вредные условия труда за период с апреля 2018 года по июнь 2019 года в размере 161.681 руб. 90 коп.; 

также просят взыскать компенсацию морального вреда в пользу каждого истца в размере 3000 рублей.

Истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО12, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела уведомлены надлежаще, от истцов ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО12, ФИО8 поступили письменные заявления о рассмотрении дела в их отсутствие; истцы ФИО9, ФИО10 об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали.

Представитель истцов ФИО1 в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме по доводам, изложенным в иске, с учётом их письменного уточнения. Дополнительно пояснила, что Положением об оплате труда, Положением о премировании работников в ООО «Сети» предусмотрено ежемесячное премирование работников, которое выплачивается из фонда заработной платы, формирующегося с учётом премии в размере до 40% от оклада работника, в связи с чем премия является составной частью заработной платы. Указанными локальными актами предусмотрены условия, при которых работнику премия выплачивается не в полном размере либо не выплачивается вообще (депремирование), к которым относится совершение производственных упущений. Лишение премии по основаниям, не предусмотренным законом, не допускается. В связи с чем, просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Из письменного отзыва на иск, представленного ответчиком ООО «Сети», следует, что условиями трудовых договоров истцам установлен должностной оклад, процентные надбавки, районный коэффициент и другие доплаты, поощрительные выплаты – премии согласно Положению о премировании работников ООО «Сети». Из анализа Положения о премировании и трудовых договоров, заключенных с истцами, следует, что указанными документами не предусмотрена обязательность ежемесячная выплата премии работникам организации, выплата премии не входит в состав обязательной заработной платы, является исключительным правом работодателя, но не его обязанностью и зависит от определенных критериев: за добросовестное выполнение трудовых обязанностей, повышение эффективности труда, улучшение качества результатов труда, другие достижения в работе. Каких-либо доказательств того, что премия является составной частью заработной платы истцами не предоставлено. По результатам специальной оценки условий труда рабочих мест работников ООО «Сети», проведенной НОУЧУДПО Учебно-методический центр «Эко-сфера» истцам были установлены допустимые условия труда (2 класс), вредных и опасных факторов производства не выявлено. С результатами СОУТ истцы были ознакомлены под роспись, результаты СОУТ в установленном законом порядке не оспорены. Трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами, дополнительные выплаты за вредные или опасные условия труда также не предусмотрены. Вредные и опасные производственные факторы на рабочих местах истцов не были выявлены и предыдущей СОУТ, проведённой 27 декабря 2013 года, в связи с чем доводы иска о взыскании доплат за вредные условия труда не основаны на законе.

Согласно дополнительно представленному ответчиком письменному отзыву, профессии истцов не включены в список производств, цехов, профессий, должностей с вредными условиями труда, утвержденный Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25.10.1974 № 298/П-22. Трудовые договоры истцов не содержат условий о выплате компенсации за работу во вредных условиях труда, такие доплаты работодателем никогда не производились. Специальная оценка условий труда в 2013 году в отношении рабочих мест истцов – контролер электрохозяйства северного энергетического участка 

<

адрес>, мастера северного энергетического участка 

<

адрес>, электромонтера северного энергетического участка 

<

адрес> – не производилась, в отношении рабочих мест остальных истцов – вредные и опасные условия труда также не выявлены. 

Представитель ответчика ООО «Сети», ФИО2, в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, по доводам, изложенным в отзыве на иск и в дополнительном письменном отзыве; настаивал, что премия – это повременно-премиальная часть заработной платы, то есть переменная, а не постоянная и обязательная. Из Положения о премировании следует, что премия выплачивается за достижение каких-либо результатов. Следовательно, премия выплачивается работнику на усмотрение работодателя, при этом указанная правовая позиция нашла своё закрепление в Определении Верховного Суда РФ от 27.11.2017 года № 69-КГ17-22. Поскольку выплата премии это право, а не обязанность работодателя, просит суд в удовлетворении требований в части взыскания премий отказать. Компенсация за работу во вредных условиях труда выплачивается только, когда вредные условия труда работника установлены по результатам специальной оценки условий труда (СОУТ). По результатам СОУТ, проведенной ответчиком как в 2013 году, так и в 2018 года вредные условия труда на рабочих местах истцов не установлены, результаты СОУТ не оспорены. Списком производств, цехов, профессий, должностей с вредными условиями труда, утверждённым Постановлением Госкомтруда СССР, Президиумом ВЦСПС от 25.10.1974 № 298/П-22, рабочие места истцов также не отнесены к рабочим местам с вредными условиями труда. Кроме того, трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцом вредные условия труда также не установлены, ранее доплаты за вредные условия труда не производились. Таким образом, требование о взыскании доплаты за работу во вредных условиях труда также не подлежат удовлетворению. При этом просит суд применить сроки исковой давности, поскольку по спорам о невыплате заработной платы срок исковой давности установлен 1 год, а с настоящим иском истцы обратились в июле 2019 года, следовательно, истцами пропущен срок для обращения с требованиями о взыскании выплат за апрель, май и июнь.

Представитель третьего лица, ООО «АмурСпецСила», в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не представил.

Представитель Государственной инспекции труда в Амурской области, заявленный истцами в качестве третьего лица, в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания уведомлён надлежащим образом, ходатайств об уважительности причин неявки и об отложении рассмотрения дела не заявлено. 

В соответствие со ст. 167 ГПК РФ, суд полагал возможным рассмотреть данное гражданское дело при состоявшейся явке.

Изучив доводы искового заявления и представленные к нему уточнения, а также письменные возражения ответчика, выслушав представителей сторон в судебном заседании, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Частью 1 ст. 129 ТК РФ предусмотрено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе, за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно ст. 135 ТК РФ, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 191 Трудового кодекса РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иными нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда включает помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты, также надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, являющаяся мерой поощрения работников за добросовестный и эффективный труд, применение которой относится к компетенции работодателя.

Ввиду изложенного при разрешении споров работников и работодателей по поводу наличия задолженности по заработной плате подлежат применению положения локальных нормативных актов, устанавливающих системы оплаты труда, а также условий трудового договора, заключенного между работником и работодателем.

Из материалов дела следует, что истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 состоят в трудовых отношениях с ответчиком ООО «Сети»: ФИО5 - в спорный период, заявленный истцом, в должности водителя автомобиля ЗИЛ-131 СКБМ (А 103 КХ), ФИО6 – в должности электромонтера по ремонту и обслуживанию северного энергетического участка 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 – в должности контролера энергохозяйства 3-го разряда северного энергетического участка 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 – в должности мастера участка северного энергетического участка 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 – в спорный перид в должности главного бухгалтера административно-управленческого персонала, ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ в должности водителя автомобиля УАЗ Е 614 3 разряда северного энергетического участка пгт. Экимчан. Истец ФИО10 состояла в трудовых отношениях с ответчиком в должности заведующей складом 4 разряда на 0,5 ставки и делопроизводителем 4 разряда на 0,5 ставки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 – в должности монтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования 3-го разряда северного энергетического участка пгт. Экимчан с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Трудовыми договорами, заключенными между ответчиком ООО «Сети» и истцами ФИО3 - № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 - № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 - № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 - № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО13 - № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовыми договорами, работникам устанавливается должностной оклад ежемесячно, районный коэффициент к заработной плате 70%, северная надбавка 50%, иные надбавки (выплаты), предусмотренные ТК РФ, документами ООО «Сети», также премии за основные результаты производственно-хозяйственной деятельности согласно соответствующему положению о премировании, вместе с тем указание на обязательный характер выплат премий в трудовых договорах отсутствует. 

Трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами ФИО10- № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 - № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 - № от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что согласно п. 2, регулирующему системы оплаты труда, работодатель обязуется выплачивать заработную плату в размере оклада (тарифная ставка), районного коэффициента, северной надбавки; при этом ежемесячное премирование в соответствии с Положением о ежемесячном премировании работников ООО «Сети» до 40% предусмотрено разделом 8 трудового договора, определяющим не обязательный характер выплат, а меры поощрения (п.8.1).

Таким образом, трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами, выплата премии производится на основании Положения о премировании и, не смотря на указание «ежемесячная» не гарантирована в обязательном порядке.

Согласно п.2.2 Положения об оплате труда сотрудников, утвержденному 23 мая 2017 года генеральным директором ООО «Сети», у работодателя устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором с работниками не предусмотрено иное; указания на обязательный характер премиальных выплат в указанном локальном акте не содержится.

Пунктом 2.2.2 Положения об оплате труда установлено, что премиальная система оплаты труда предполагает выплату работникам дополнительно к заработной плате материального поощрения за надлежащее выполнение трудовых функций при соблюдении работниками условий премирования в виде регулярных и (или) единовременных (разовых) премий. 

Из анализа п.4.1 Положения об оплате труда сотрудников ООО «Сети» следует, что премии носят стимулирующий характер и предусмотрены за производственные результаты, профессиональное мастерство, высокие достижения в труде и иные подобные показатели.

Из п.1 Положения о премировании работников за основные результаты производственно-хозяйственной деятельности, утверждённого генеральным директором ООО «Сети» 19 июля 2017 года, следует, что работникам премии начисляются за основные результаты производственно-хозяйственной деятельности (текущее премирование).

Пунктом 5 указанного выше Положения о премировании предусмотрено, что текущее премирование относится к переменной части заработной платы.

Таким образом, из анализа общих норм Положения о премировании в ООО «Сети», следует, что премирование работников относится к переменной части заработной платы, при этом ни Положение об оплате труд, ни Положение о премировании в ООО «Сети» не устанавливают, что ежемесячная премия является обязательной частью заработной.

При таких обстоятельствах, учитывая, что премия, согласно нормам трудового законодательства, по своей сути, является одним из видов поощрения работника, носит стимулирующий характер, размер и условия выплаты данного поощрения работодатель определяет с учётом совокупности обстоятельств, предусматривающих самостоятельную оценку выполненных работником трудовых обязанностей, а также с учётом иных условий, влияющих на размер поощрительных выплат, в том числе, с учётом экономического положения предприятия в конкретный период времени, принимая во внимание, что исследованными в судебном заседании трудовыми договорами истцов-работников, а также локальными нормативными актами ответчика-работодателя не предусмотрено обязательного гарантированного характера премий, суд приходит к выводу, что выплата премии является правом, а не обязанностью работодателя.

На основании выше изложенного довод иска о том, что работодатель обязан выплачивать премию каждый месяц при соблюдении лишь одного условия - отсутствия нарушений трудовой дисциплины со стороны работника, являющихся основанием для депримирования, суд считает несостоятельным, основанным на неверном толковании норм закона, поскольку в силу ст.ст. 129, 191 Трудового кодекса РФ, поощрительные выплаты, к которым отнесена премия, являются частью заработной платы стимулирующего характера за добросовестное исполнение трудовых обязанностей, а не являются безусловной обязанностью работодателя.

С учётом указанного исковые требования в части взыскания премиальной части заработной платы удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требования истцов о взыскании с ответчика доплаты за работу во вредных условиях труда, суд приходит к следующим выводам.

Согласно заключению эксперта № от 19 ноября 2018 года, сделанному НОЧОУДПО «Учебно-методический центр «Эко-Сфера» по результатам специальной оценки условий труда - выявлены вредные и опасные производственные факторы на основании измерений и оценок на 37 рабочих местах, наименование вредного и опасного производственного фактора – тяжесть трудового процесса.

Согласно картам специальной оценки условий труда работников ООО «Сети» №, №, №, №, составленным в ходе СОУТ 2018 года по должностям, занимаемым соответственно работниками ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 - установлена тяжесть трудового процесса, что предусматривает гарантии и компенсации, предоставляемые работнику, занятому на данном рабочем месте в виде повышенной оплаты труда.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что факт работы истцов ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 во вредных условиях труда установлен на основании заключения от 19 ноября 2018 года, сделанного по результатам СОУТ, вместе с тем, из анализа лицевых счетов указанных работников следует, что повышенная оплата труда в связи с работой во вредных условиях труда указанным работникам установлена только с января 2019 года.

Довод иска о том, что трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6, предусмотрены вредные условия труда, суд находит необоснованным, поскольку из анализа указанных договоров следует, что в их тексте вредные условия труда не определены (условия труда истцов указаны как оптимальные, допустимые, вредные и или опасные, при этом ни один из указанных вариантов условий труда работника не выбран). 

Указания в тексте трудовых договоров на локальную вибрацию, производственный шум, пониженную температуру (трудовой договор ФИО5), электрическое и магнитное поле, работа на высоте, пониженная температуру воздуха на открытой территории (трудовой договор ФИО4), электромагнитное поле от ПЭВМ, пониженная температура воздуха на открытой территории (трудовой договор Поляруш (ФИО11) И.В.), свидетельствуют о том, что рабочие места, занимаемые истцами ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 - предусматривает обязательное проведение медицинских осмотров (обследования) в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 12.04.2011 N 302н (ред. от 06.02.2018) Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (Зарегистрировано в Минюсте России 21.10.2011 N 22111) - при этом не свидетельствуют о том, что именно трудовыми договорами, заключенными между ответчиком и истцами ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 предусмотрены вредные условия труда.

В тоже время, само по себе неуказание в трудовых договорах о наличии вредных условий труда работников, при установлении фактических обстоятельств, указывающих на наличие таких условий, не может свидетельствовать об отсутствии у работодателя обязанности производить доплату работнику за вредные условия труда.

Так, несмотря на отсутствие в трудовых договорах указания на вредные условия их труда, из приказов о приёме на работу истцов ФИО4 и ФИО14 (10-к от ДД.ММ.ГГГГ и №-к от ДД.ММ.ГГГГ соответственно) следует, что они приняты на должности с вредными условиями труда.

Судом, в порядке распределения бремени доказывания по делу, ответчику было предложено представить результаты предыдущей СОУТ, проведённой до 2018 года, а также доказательства того, что до получения заключения СОУТ от 19 ноября 2019 года условия труда истцов не являлись вредными.

В представленной ответчиком на указанный запрос суда и исследованной в судебном заседании сводной таблице классов условий труда, установленных по результатам аттестации рабочих мест по условиям труда и компенсаций, которые необходимо в этой связи устанавливать работникам в ООО «Сети», не указано даты аттестации рабочих мест, на основании которой составлена сводная таблица, однако с учётом анализа и сопоставления данной сводной таблицы с заключением, сделанным по результатам СОУТ от 19.11.2018 года, суд приходит к выводу о том, что данная сводная таблица была составлена по итогам аттестации (предыдущей СОУТ), которая согласно письменным пояснениям ответчика, была проведена в 2013 году и действовала на предприятии ответчика в спорный перид.

В указанной сводной таблице, действительно, как поясняет представитель ответчика, не указаны рабочие места непосредственно истцов ФИО12 (контролер энергохозяйства северного энергетического участка 

<

адрес>), ФИО6 (электромонтер по ремонту и обслуживанию северного энергетического участка 

<

адрес>), ФИО4 (монтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования северного энергетического участка 

<

адрес>). 

Вместе с тем, указанная таблица содержит должности, аналогичные занимаемым истцами (по северному энергетическому участку 

<

адрес>), при этом указано, что работа на аналогичных должностях предусматривает тяжесть трудового процесса в размере: 3,2 (по должности, аналогичной занимаемой ФИО12 - контролер энергохозяйства, при установленной по результатам СОУТ от ДД.ММ.ГГГГ тяжести трудового процесса по должности занимаемой ФИО12 – 3,1, предусматривающей гарантии и компенсации, предоставляемые работнику, занятому на данном рабочем месте в виде повышенной оплаты труда; 3,3 (по должности аналогичной занимаемой ФИО6 и ФИО4 – монтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования, при установленной по результатам СОУТ от ДД.ММ.ГГГГ тяжести трудового процесса по должности, занимаемой ФИО6 и ФИО4 – 3,2, предусматривающей гарантии и компенсации, предоставляемые работникам, занятым на данном рабочем месте в виде повышенной оплаты труда. 

Из материалов дела следует, что ФИО5 с 27.02.2017 года не работает водителем автомобиля УАЗ 614, так как с указанного времени на данном автомобиле в должности водителя работал ФИО15, а ФИО5 в спорный период работал водителем ЗИЛ-131 СКБМ (А 103 КХ). Сводная таблица не содержит сведений об условиях труда на рабочем месте ФИО5, однако в данной таблице указана должность, аналогичная занимаемой истцом ФИО5 – водитель автомобиля ЗИЛ-131 СКБМ гос.номер А 376 ОЕ 28 рус, работа на которой предусматривает тяжесть трудового процесса в размере 3,1, что соответствует тяжести трудового процесса по должности истца ФИО5, установленной по результатам СОУТ от 19.11.2018 года, предусматривающей гарантии и компенсации, предоставляемые работнику, занятому на данном рабочем месте в виде повышенной оплаты труда.

Таким образом, согласно представленной ответчиком и действовавшей в спорный период сводной таблице классов условий труда, установленных по результатам аттестации рабочих мест, аналогичных рабочим местам, занимаемым в спорный период истцами ФИО12, ФИО6, ФИО4, ФИО5, установлен повышенный размер оплаты труда.

Каких-либо доказательств опровергающих данный вывод суда и указывающих, что до получения заключения по итогам СОУТ от 19 ноября 2018 года, фактические условия работы истцов ФИО4, ФИО5, ФИО12, ФИО14 были иными (менее вредные и (или) менее опасные) – ответчиком не представлено.

Таким образом, с учётом совокупности установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что тяжесть условий работы истцов ФИО12, ФИО5, ФИО16, ФИО6 в спорный период, заявленный в иске, до получения заключения по итогам проведения СОУТ от 19.11.2018 года также соответствует тяжести трудового процесса, установленной указанным заключением, на основании которого ответчик с 01.01.2019 года стал производить истцам ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 начисления за вредные условия труда в размере 4% от должностного оклада каждого из указанных истцов, признав факт работы истцов во вредных условиях.

Довод представителя ответчика о том, что должности истцов в соответствии с Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25.10.1974 N 298/П-22 (ред. от 29.05.1991) "Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день", не относятся к должностям с вредными условиями труда, не опровергает вывод суда о том, что истцы ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 в спорный период работали на рабочих местах с вредными условиями труда, поскольку о вредности условий работы истцов свидетельствуют объективные показатели сводной таблицы условий труда, подлежащей применению в течение всего спорного периода.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что истцами ФИО12, ФИО5, ФИО4, ФИО6 обоснованно заявлены исковые требования в части взыскании доплаты за работу во вредных условиях труда.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Сети» заявил о пропуске истцами срока исковой давности для обращения в суд с требованиями о взыскании премии и доплаты за работу во вредных условиях, ссылаясь на установленный в ч. 2 ст. 392 ТК РФ годичный срок, в течение которого работник вправе обратиться за разрешением спора в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы, при том, что указанный срок начинает течь со дня установленного срока выплаты. Ссылаясь на то, что истцы обратились в суд с указанными требованиями в июле 2019 года, представитель ответчика просил суд отказать истцам в удовлетворении заявленных требований, за апрель, май и июнь 2018 года - в связи с пропуском срока исковой давности.

Рассматривая заявление представителя ответчика о применении сроков исковой давности в части взыскания премии – суд находит данное заявление не способным повлиять на сделанный выше в настоящем решении вывод суда о том, что требования истцов в части взыскания недоначисленной премии, удовлетворению не подлежат.

При этом заявление представителя ответчика о пропуске истцами срока давности в части обращения с требованием о взыскании доплаты за вредные условия труда суд находит заслуживающим внимания.

Так, согласно ч. 2 ст. 392 ТК РФ, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, последний имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Из материалов дела следует, что выплата заработной платы в ООО «Сети» производится за первую половину месяца 30-го (28-го, 29-го) числа данного месяца, окончательный расчет производится 15 числа следующего месяца.

Таким образом, о нарушенном праве по выплате компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, истцы должны были узнать за апрель 2018 года - не позднее 15 мая 2018 года, за май 2018 года – не позднее 15 июня 2018 года, за июнь 2018 года – не позднее 15 июля 2018 года. То есть, с иском о взыскании доплаты за работу с вредными условиями труда за апрель 2018 года истцы вправе были обратиться в суд, с учётом годичного срока исковой давности - не позднее 15 мая 2019 года, за май 2018 года – не позднее 15 июня 2019 года, за июнь 2018 года – не позднее 15 июля 2019 года.

Однако в суд с указанный иск был направлен лишь 28 июня 2019 года (согласно штампу отправления искового заявления, указанному на почтовом конверте). 

Сведений об уважительных причинах пропуска срока исковой давности стороной истцов не представлено. 

Довод представителя ФИО1 о том, что истец ФИО6 полагал, что ему начисляется доплата за вредные условия труда, поскольку вредные условия труда отражены в приказе о его приёме на работу, и он считал, что доплата производится, хоть и не указана отдельной строкой в расчётках, получаемых работником - суд находит не указывающим на уважительные причины пропуска срока для обращения с иском, поскольку данная доплата является самостоятельной и о её начислении истец имел возможность узнать после получения заработной платы за каждый месяц.

При таких обстоятельствах, учитывая, что представителем ответчика заявлено о пропуске истцами срока исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права, суд приходит к выводу, что исковые требования о взыскании доплаты за работу во вредных условиях труда за апрель и май 2018 года, - удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока исковой давности.

Довод представителя ответчика о том, что истцами пропущен срок для обращения с требованием о доплате за вредные условия труда за июнь 2018 года, суд находит необоснованным, поскольку, как указано выше, материалами дела подтверждается факт обращения истцов в суд до 15 июля 2019 года, путём направления искового заявления 28 июня 2019 года посредством почты.

Срок обращения с иском в части взыскания доплаты за вредные условия труда с июня 2018 года по июнь 2019 года, как указано в иске, не пропущен. В тоже время из расчета истцов следует, что требования о взыскании доплаты за работу во вредных условиях, рассчитаны за период с апреля 2018 года по декабрь 2018 года. 

Учитывая, что с первого января 2019 года истцам ФИО16, ФИО14, ФИО12 и ФИО5 доплаты за вредные условия труда производятся, а также с учётом применения в конкретном случае последствий пропуска сроков исковой давности, суд приходит к выводу, что исковые требования истцов ФИО16, ФИО14, ФИО12, ФИО5 в части взыскания доплаты за вредные условия труда подлежат удовлетворению за период с июня 2018 года по декабрь 2018 года.

Переходя к проверке расчёта в части заявленных истцами требований, подлежащих удовлетворению, суд принимает во внимание следующее.

Согласно расчёту истцов, размер доплаты за работу во вредных условиях труда ФИО12, ФИО5, ФИО6, ФИО4 рассчитывается за каждый месяц как 4% от размера оклада (размер оклада х 4%); итоговая сумма, заявленная ко взысканию, складывается из суммы доплаты за вредность, исчисленной за каждый месяц, с учётом районного коэффициента и северной надбавки (70% + 50% = 120%, что составляет коэффициент 2,2) за минусом 13% налога.

Расчёт компенсации за работу во вредных условиях труда, представленный стороной истцов, проверен судом, подход к расчёту, формула расчёта, а также взятые для расчёта показатели и произведённые арифметические действия - в целом признаны судом верными. При этом контр расчёта, опровергающего правильность подхода истцов в указанной части иска, стороной ответчика не представлено.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика компенсации за работу во вредных условиях, за период с июня 2018 года по декабрь 2018 года:

- в пользу истца ФИО4 - 4.591 руб. 26 коп.; 

- в пользу истца ФИО6 - 9.177 руб. 44 коп.;

- в пользу истца ФИО12 - 5.279 руб. 12 коп.;

- в пользу истца ФИО5 - 5.796 руб. 64 коп..

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 (абзац 2) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2, следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац 3 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).

Поскольку суд пришёл к выводу о том, что требования истцов о взыскании недовыплаченной премиальной части заработной платы, удовлетворению не подлежат, истцам, заявившим указанные требования, также не подлежит компенсация морального вреда по данному основанию.

Учитывая, что в судебном заседании установлены неправомерные действия работодателя в части доплаты за работу во вредных условиях труда, а также учитывая, что истцы настаивают, что неправомерными действиями работодателя им причинён моральный вред, суд полагает требования истцов ФИО12, ФИО5, ФИО6, ФИО4 в указанной части обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, степени вины работодателя, личности каждого из истцов, полагает, что требования истцов о взыскании компенсации морального вреда подлежат снижению, в силу принципа разумности и справедливости, а также фактических обстоятельств дела, до 500 руб. в пользу каждого из истцов ФИО12, ФИО5, ФИО6, ФИО4, поскольку указанная сумма является соразмерной перенесёнными истцами нравственными страданиям в связи с выявленным нарушением начисления и выплаты заработной платы. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истцы были освобождены, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, поэтому с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 400 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО8 к ООО «Сети» о взыскании недовыплаченной премиальной части заработной платы, компенсации морального вреда – отказать.

Исковые требования ФИО4, ФИО7, ФИО6, ФИО5 к ООО «Сети» о взыскании недовыплаченной премиальной части заработной платы, доплаты за вредные условия труда, компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Сети» в пользу:

- ФИО4 - доплату за вредные условия труда за период с июня 2018 года по декабрь 2018 года в общем размере 4.591 руб. 26 коп., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., а всего 5091 (пять тысяч девяносто один) руб. 26 коп.;

- ФИО7 - доплату за вредные условия труда за период с июня 2018 года по декабрь 2018 года в размере 5.279 руб. 12 коп., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., а всего 5779 (пять тысяч семьсот семьдесят девять) руб. 12 коп.

- ФИО6 - доплату за вредные условия труда за период с июня 2018 года по декабрь 2018 года в общем размере 9.177 руб. 44 коп., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., а всего 9677 (девять тысяч шестьсот семьдесят семь) руб. 44 коп.

- ФИО5 - доплату за вредные условия труда за период с июня 2018 года по декабрь 2018 года в размере 5796 руб. 64 коп., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., а всего 6296 (шесть тысяч двести девяносто шесть) руб. 64 коп.

В удовлетворении остальной части иска ФИО4, ФИО7, ФИО6, ФИО5 к ООО «Сети», - отказать.

Взыскать с ООО «Сети» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 400 рублей.

На решение сторонами может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Амурского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Селемджинский районный суд.

Судья О.В.Василенко

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>