Дело № 2-346/2021 

УИД 59RS0006-01-2021-001759-40

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2021 года г. Галич

Галичский районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Виноградова В.В.,

при секретаре Аксеновой Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании денежных средств,

установил:

ФИО1 обратилась в Свердловский районный суд г. Перми с иском к ФИО2 и ФИО3 о взыскании денежных средств.

В обоснование требований ФИО1 указала, что 17.09.2020 г. между истцом и ФИО2, действующей по доверенности в интересах ФИО3, заключен договор о задатке, в соответствии с которым в срок не позднее 31 октября 2020 года ФИО2 обязана была передать в собственность истца по договору купли-продажи квартиру по адресу: 

<

адрес>, за цену 2 670 00 рублей. В обеспечение исполнения обязательства передан задаток в сумме 100 000 рублей. В указанный срок договор заключен не был, 27.10.2020 г. истицей были направлены телеграммы в адрес каждого из ответчиков с приглашением совершить сделку в 12 часов 00 минут 31 октября 2020 года по адресу: 

<

адрес>. В назначенное время ответчики на сделку не явились. Истицей была направлена 21.11.2020 г. в адрес ФИО2, и ФИО3 претензия с требованием вернуть сумму задатка в размере 100 000 рублей, которая осталась без ответа и удовлетворения. По телефону ФИО2 ответила, что находится в отъезде и сама позвонит, когда вернется в Пермь. Однако более 1,5 месяцев истице не возвращены деньги и нет никакой информации от ответчиков. 

При изложенных обстоятельствах ФИО1 (истец), просит суд: взыскать с ответчиков денежные средства в размере 100 000 рублей; взыскать с ответчиков судебные расходы, связанные с уплатой госпошлины в размере 3200 рублей.

Указанное исковое заявление передано по подсудности в Галичский районный суд Костромской области из Октябрьского районного суда Пермского края.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, просила рассмотреть дело в её отсутствие, о чем сообщила суду, представив дополнительные письменные пояснения по иску, возражая против признания ФИО2 ненадлежащим ответчиком.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства была извещена надлежащим образом. Об уважительных причинах неявки ответчик не сообщил и не просил о рассмотрении дела в её отсутствие, своего представителя в судебное заседание не направила, каких-либо ходатайств не заявляла. Письмо адресованное Галичским районным судом ФИО3 возвращено отправителю с отметкой «истек срок хранения». 

С учетом положений ст. 165.1 ГК РФ, ст. 167 ГПК РФ суд пришел к выводу о рассмотрении дела в отсутствие не явившегося ответчика ФИО3.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, считая их незаконными и необоснованными, указав, что не является ответчиком по делу, так как действовала по доверенности и агентскому договору, представила письменные возражения относительно заявленных требований. Согласно представленных письменных возражений следует, что ФИО1 подан иск о взыскании денежных средств, переданных ею по предварительному договору купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>. С исковыми требованиями не согласна в полном объеме, по следующим основаниям. Между ФИО3, в лице ФИО2, и ФИО1 был заключен договор задатка, согласно п. 1 договора он был заключен на срок до 31.10.2020 г. и вместе с тем, согласно п. 6 договора, в случае невозможности заключения основного договора купли-продажи, срок действия договора продлевается (на три месяца с даты заключения предварительного договора), то есть до 17.12.2020 г.. На предмет договора (квартиру) при заключении указанного договора были наложены обеспечительные меры, поскольку квартира по решению суда изымалась у лица, незаконно ею завладевшего, с решением суда ФИО1 и ее риэлтор ФИО была ознакомлена, так же была ознакомлена с определением о снятии обеспечительных мер, о чем свидетельствует электронная переписка (скриншоты прилагаются). По договору сторона продавца обязана была снять обеспечительные меры и выйти на основную сделку. 18.09.2020 г. от риэлтора ФИО поступил звонок, в ходе которого она сообщила о том, что они передумали брать квартиру, и она просит вернуть деньги по договору. При этом от самой ФИО1 никаких требований не было. ФИО2 попросила направить в адрес продавца требование с указанием уважительных причин по которым расторгается договор задатка. Ответа не последовало. 19.09.2020 г. на телефон ФИО2 поступил звонок от молодого человека, который сказал, что он ранее смотрел эту квартиру и готов дать за нее аванс или задаток. Так как ФИО ранее требовала вернуть деньги, было принято решение, взять задаток у другого покупателя и вернуть деньги ФИО1. Звонивший молодой человек ФИО выслал свои паспортные данные для предварительного договора и вечером на встрече он сообщил, что ФИО1 это его бабушка, что он депутат, квартиру он покупать не будет и стал требовать денег, вел себя не корректно, в связи с чем сторона продавца была вынуждена вызвать полицию. Сторона продавца отказалась вести какие-либо переговоры с ФИО, так как каких-либо документов, подтверждающих полномочия от ФИО1 он не представил. Пока ждали наряд полиции, ФИО созвонился с ФИО (риэлтор ФИО1) сообщил ей почему продавец не желает общаться с ним. ФИО подъехала и вручили стороне продавца требование о расторжении договора. В ответ сторона продавца попросила представить уважительные причины к расторжению договора, сославшись на п. 5 договора, в котором указано, что в случае необоснованного отказа покупателя от исполнения своих обязательств по приобретению вышеуказанной квартиры, покупатель теряет право требовать возврата денежных средств. После приезда полиции было написано заявление от ФИО2 по факту вымогательства. После 19.09.2020 г. до середины октября никто не звонил. Сторона продавца все свои обязательства выполнила в полном объеме, обеспечительные меры были сняты 09.10.2020 г., о чем было сообщено по телефону самой ФИО1, так же ей было сказано о том, что представитель и риэлтор продавца находится в Костромской области, и находится на карантине. При этом ФИО1 ни разу не извинилась за действия ФИО4, так же как и он сам. После обращения в полицию, он никак больше себя не проявил. В течение октября 2020 г. ФИО1 звонила несколько раз ФИО5, интересовалась здоровьем и местонахождением. В конце октября 2020 г. (27-30 октября) был снят карантин по короновирусу, и ФИО2 связалась с ФИО1 по телефону и попросила обозначить свою позицию по сделке, когда она будет готова к основной сделке, ответа не последовало. В ноябре по просьбе ФИО2 из г. Перми в адрес ФИО1 была направлена телеграмма, которая получена лично ФИО1. Ответа по сделке не последовало. Был только звонок 04.12.2020 г. о том, что подан иск. О том, что в адрес продавца направлялись телеграммы с приглашением на сделку стороне ответчика стало известно только из исковых материалов, а о том, что подан иск из интернет-ресурсов в результате отслеживания, поскольку от ФИО1 поступил звонок 04.12.2020 г., в котором она сообщила, что ею подано исковое заявление. Адрес на который ФИО1 направляла корреспонденцию: 

<

адрес>, был указан в судебном деле по оспариванию прав на квартиру, как почтовый адрес для ФИО3, поскольку по месту регистрации она не проживает более трех лет. ФИО6 по вышеуказанному адресу никогда не проживала, не зарегистрирована и получить заказную корреспонденцию, в том числе и телеграммы, не имела возможности. Так же как и ФИО3, если заказная корреспонденция или телеграмма не на ее имя, получить ее не имела возможности. ФИО1 было известно об этом, однако она направляла корреспонденцию, заведомо зная, что адресаты ее получить не смогут, а она будет иметь подтверждение отправлений. В настоящее время, ФИО1 вводит суд в заблуждение, поскольку умышленно направив телеграммы с невозможностью получения адресатами, но при этом формально соблюдая порядок уведомления, ФИО1 в период действия договора, 30.10.2020 г. заключает сделку по покупке другой квартиры по адресу: 

<

адрес> Сделки по покупке недвижимости не заключатся в один день, таким образом ФИО1 просматривала другие объекты недвижимости, вела переговоры, но стороне ответчика об этом не сообщала, умышленно скрывая свои намерения. Представленные в материалы дела акт, составленный в АН Ракурс, ничтожен, поскольку не подкреплен доказательствами действительности намерения проведения сделки. Не представлен основной договор купли-продажи квартиры, подписанный покупателем, отсутствует информация и талон вызова специалиста для проведения выездной регистрации, а офис АН Ракурс не является отделение регистрирующего органа (Управления Росреестра), специалисты, подписавшие акт не являются уполномоченными лицами для проведения регистрации перехода права, считаем, что акт был составлен прошедшей датой, значительно позже и носит фиктивный характер. Представленное в дело требование о возврате денежных средств, также носит фиктивный характер, поскольку не представлено доказательств направления его стороне продавца, отсутствует опись отправлений, чек об отправке, а также в случае неполучения и возврата направлений, в доказательство отправления суду надлежит представить неповреждённый конверт с отправлением, в противном случае доказать отправление именно указанного документа невозможно. Таким образом, Писорогло нарушила условия договора задатка, а именно п. 4, безосновательно отказалась от покупки квартиры, уважительных причин, препятствующих покупке не представила. Сторона продавца все условия и обязательства со своей стороны выполнила, от сделки не уклонялась. Соответственно заявленные ею исковые требования удовлетворению не подлежат. Доводы истца о том, что ФИО3 не вступила в наследства не обоснованы, поскольку ФИО3 получила свидетельство о наследстве и зарегистрировала свои права должным образом. Истец не владеет достоверной информацией и строит свои доводы на своих личных вымыслах и фантазии. Кроме того, действуя по поручению принципала ФИО3 как ее агент ФИО2 обязательств перед ФИО1 по заключению основной сделки не имела, поскольку в соответствии с действующим законодательством, ст. 1005 ГК РФ: по сделке совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала права и обязанности возникают непосредственно у принципала. Соответственно по данному спору ФИО2 надлежащим ответчиком не является и подлежит исключению из числа ответчиков. В соответствии со ст. 1005 ГК РФ: по сделке совершенной агентом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала, соответственно ФИО2 не может являться по настоящему делу надлежащим ответчиком. Согласно ч. 2 ст. 381 ГК РФ, если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Аналогичные условия обговорены сторонами в п. 6 договора о задатке от 17.09.2020 г.. Ст. 429 ГК РФ предусматривает указание сроков в предварительном договоре, руководствуясь которыми стороны принимают обязательства исполнить все условия и обязательства по договору и заключить основной договор. Договор задатка от 17.09.2020 г. был заключен под условием заключения основного договора в срок до 31.10.2020 г., а также имеет условие пролонгации срока до 17.12.2020 г. (п. 6 договора). Истец необоснованно отказалась от исполнения своих обязательств по покупке квартиры. 

Исследовав материалы дела, заслушав ответчика ФИО2, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Статьей 309 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Одним из способов исполнения обязательств согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ является задаток, которым в силу пункта 1 статьи 380 ГК РФ является денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

Пунктом 2 статьи 381 ГК РФ определено, что если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

Как видно из материалов дела и установлено судом, между ФИО2, действующей в интересах ФИО3 на основании доверенности и агентского договора от 01.11.2019 г., и ФИО1 заключен договор задатка при покупке объекта недвижимости по адресу: 

<

адрес>, по условиям которого стороны обязуются, в соответствии со ст. 429 ГК РФ, в будущем в срок до 31 октября 2020 года заключить основной договор купли-продажи, по которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется квартиру принять и оплатить. (пункт 2 договора). Квартира будет продана покупателю (ФИО1) за 2 670 000 рублей, уплачиваемых покупателем продавцу в следующем порядке: 100 000 рублей в знак намерения заключить договор купли-продажи квартиры и в счет выполнения финансовых обязательств по оплате стоимости квартиры, покупатель вносит наличными денежными средствами при подписании настоящего договора в качестве задатка, 2 570 000 рублей выплачиваются покупателем наличными в день подписания основного договора (пункт 3 договора). Сторонам известно, что в соответствии со ст.380 и 381 ГК РФ они несут ответственность за неисполнение взятых на себя обязательств, а именно: в случае необоснованного отказа покупателя от исполнения своих обязательств по приобретению вышеуказанной квартиры за цену, в сроки и на условиях настоящего предварительного договора, он теряет право требовать возврата задатка; в случае необоснованного отказа продавцов от исполнения своих обязательств по продаже вышеуказанной квартиры за цену, в сроки и на условиях настоящего предварительного договора, они обязуются вернуть покупателю двойную сумму задатка в размере 200 000 рублей, в течение 3-х календарных дней с момента отказа от свои обязательств (пункты 4 и 5 договора) (л.д.15-16).

Указанная квартира на основании решения Индустриального районного суда г. Перми от 21.05.2020 г., вступившего в силу 27.06.2020 г., включена в наследственную массу после смерти ФИО., приходящейся ответчику ФИО3 матерью. Определением того же суда от 10.08.2020 г., вступившего в силу 01.09.2020 г., отменены обеспечительные меры в виде запрета на регистрационные действия с 

<

адрес>, в 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

Задаток в сумме 100 000 рублей был передан ФИО1 17.09.2020 г. ФИО2 и получен последней, а договор купли-продажи в срок, указанный в договоре задатка, между ФИО1 и ФИО3 заключен не был, что не опровергается материалами дела и лицами, участвующими в деле.

Исследовав договор о задатке от 17 сентября 2020 года, суд приходит к выводу, что заключенное между сторонами соглашение содержит элементы предварительного договора и включает все существенные условия договора купли-продажи. 

Внесенную истцом сумму в размере 100 000 рублей, суд определяет, как задаток, исходя из того, что задатком в настоящем случае обеспечивалось возникшее из предварительного договора обязательство сторон, то есть продавца ФИО3, от имени и по поручению которой действовала ФИО2, и покупателя ФИО1 заключить основной договор купли-продажи конкретной квартиры на согласованных условиях в определенный срок, а также это следует из буквального толкования договора.

Из положений ст. 429 ГК РФ следует, что надлежащее исполнение обязательств по предварительному договору состоит в совершении его сторонами действий, направленных на заключение основного договора, результатом которых является его заключение в обусловленный срок, в связи с чем незаключение основного договора всегда есть результат нарушения кем-либо из сторон предварительного договора принятых на себя обязательств по заключению основного договора.

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Нарушение какой-либо из сторон или обеими сторонами условий предварительного договора возможно как в результате виновных действий в форме уклонения от заключения основного договора, так и в результате невиновных действий в форме бездействия обеих сторон относительно заключения основного договора в связи с взаимной утратой интереса в заключении основного договора.

При этом, исходя из смысла приведенных выше законоположений, виновность действий, нарушающих условия предварительного договора, повлекших незаключение основного договора, предполагается, пока не доказано иное.

Следовательно, освобождение стороны предварительного договора от ответственности за незаключение основного договора возможно, если этой стороной в силу положений статьи 56 ГПК РФ будет доказана невиновность своих действий, в результате которых основной договор не был заключен.

Согласно материалов дела ФИО1 приглашала ФИО3 и ФИО2 на заключение договора купли-продажи 30.10.2020 г. по адресу: г. 

<

адрес> ЦН Ракурс (центр недвижимости Ракурс) путем направления 27.10.2020 г. телеграмм ответчикам по адресам ими указанным в договоре задатка от 17.09.2020 г.: 

<

адрес>, и 

<

адрес>, пгт

<

адрес>, 

<

адрес> (л.д.18-19).

Однако ФИО3 и ФИО2 на заключение договора купли-продажи не явились, о чем свидетельствует акт от 30.10.2020 г., составленный истцом с участием директора, специалиста по недвижимости, офис-менеджера ЦН Ракурс (л.д.21). 

Согласно претензии от 20.11.2020 г. истец потребовала возврата переданного задатка у ответчиков (л.д.18), однако претензия оставлена без ответа. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что все действия истца свидетельствуют о намерении исполнить условия договора задатка от 17.09.2020 г., и были направлены на заключение договора-купли продажи 

<

адрес>.

Доказательств обратного ответчиками не представлено и материалы дела не содержат.

При этом суд не принимает во внимание утверждение ответчика ФИО2 о том, что истец отказался от заключения договора купли-продажи, так как это опровергается материалами дела.

Представленные суду в подтверждение своих доводов ответчиком ФИО2 требование от 19.09.2020 г. о расторжении предварительного договора от имени ФИО1, переданное ФИО, в отношении которого вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02.10.2020 г., телеграмма от 17.11.2020 г. в адрес ФИО1 о необходимости обсудить действий по заключенному договору, не свидетельствует о виновных действиях истца, направленных на незаключение основного договора купли-продажи квартиры, так как полномочия ФИО на представление интересов ФИО1 ничем не подтверждены и являются исключительно личной инициативой последнего, принадлежность подписи в уведомлении от 19.09.2020 г. ФИО1 какими-либо доказательствами не подтверждено, и вызывает сомнение, а подача телеграммы от 17.11.2020 г., по мнению суда, направлены на придание своим действиям юридически значимого характера в рамках договора. 

Необоснованными, по мнению суда, являются утверждения ответчика ФИО2 о том, что истец намеренно направил телеграммы с невозможностью получения адресатами (ответчиками), так как в силу ст. 165.1 ГК РФ, пунктов 67 - 68 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Более того, телеграммы истцом направлены по адресам указанным ФИО3 и ФИО2 в договоре задатка от 17.09.2020 г., и никого в заблуждение не вводят. Согласно сведений организации почтовой связи телеграммы ФИО3 и ФИО2 были не доставлены так как квартиры закрыты, адресаты по извещению за телеграммой не является (л.д.20).

Приобретение другого жилого помещения истцом ФИО1 не является доказательством виновного неисполнения договора от 17.09.2020 г. и не подтверждает отказ от приобретения жилого помещения у ответчиков, так как действующее законодательство РФ не ограничивает истца в количестве одновременно приобретаемых жилых помещений у разных продавцов.

При этом нахождение ответчика ФИО2 в режиме изоляции с 03.10.2020 г. по 20.10.2020 г. на территории Галичского района Костромской области в связи с коронавирусной инфекцией 2019-nCoV, не являлось препятствием для ответчика ФИО3 выполнить условия договора о задатке от 17.09.2020 г. и заключить основной договор купли-продажи жилого помещения в истцом ФИО1. 

Утверждения ответчика ФИО2 о том, что согласно п. 6 договора, в случае невозможности заключения основного договора купли-продажи, срок действия договора продлевается (на три месяца с даты заключения предварительного договора), то есть до 17.12.2020 г., суд не принимает во внимание, так как они опровергаются пунктом 2 договора о задатке от 17.09.2020 г., согласно которому «стороны обязуются, в соответствии со ст. 429 ГК РФ, в будущем в рок до 31 октября 2020 года заключить основной договор купли-продажи», и противоречит п. 6 договора о задатке. При этом п. 6 указанного договора о задатке от 17.09.2020 г. предусматривает, что «в случае невозможности перехода права собственности на ФИО3 на вышеуказанную квартиру, в течение 3 (трех) месяцев с момента подписания настоящего договора, продавец возвращает покупателю денежные средства полученные по данному договору в качестве задатка, в полном объеме, то есть в размере 100 000 рублей в течение 3-х календарных дней с момента получения отказа.

Не вызов истцом на сделку регистратора и неполучение отказа в регистрации права собственности, не является доказательством отказа истца от заключения договора купли-продажи квартиры, так как такой порядок действий законодательством РФ не предусмотрен, и не является доказательством невиновного поведения ответчиков. 

При изложенных обстоятельствах суд приход к выводу, что договор купли-продажи не был заключен по вине ответчиков, доказательств обратного суду не представлено.

Согласно части 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В силу абзаца 3 части 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Из текста пункта 1.1 агентского договора от 01.11.2019 г. заключенного между ФИО3 (принципал) и ФИО2 (агент), следует, что принципал поручает и передает все полномочия, а агент берет на себя обязательство совершать от имени и за счет принципала юридические и иные действия, указанные в п. 2.1 договора, а принципал обязуется уплатить агенту вознаграждение за выполнение этого поручения. 

Агент обязуется подготовить и обратиться в суд для решения вопроса по возврату из незаконного владения ФИО квартиры по адресу: 

<

адрес>. После положительного решения в пользу принципала ФИО3, берет на себя организацию продажи вышеуказанной квартиры, проведение рекламной компании, просмотров, сопровождение сделки, оформление необходимых для сделки документов. Агент должен исполнять данное ему поручение в соответствие с указаниями принципала. Указания принципала должны быть правомерными, осуществимыми и конкретными. Агент обязан выполнять действия лично и не вправе заключать субагентские договоры с другими лицами. Агент обязан сообщать принципалу по его требованию все сведения о ходе исполнения поручения (пункт 2.1 агентского договора от 19.11.2019 г.). 

Принципал поручает агенту получить причитающийся задаток по предварительному договору купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, в сумме и на условиях по своему усмотрению. Подготовить основной договор купли-продажи в последующем и подать документы в Управление Росреестра по Пермскому краю для регистрации перехода права на нового покупателя (п. 2.9.1 агентского договора от 19.11.2019 г.).

Для исполнения поручений ФИО3 ФИО2 была выдана соответствующая доверенность 

<

адрес>2 от 28.10.2017 г., сроком на три года, удостоверенная нотариусом.

При изложенных обстоятельствах, с учетом положений ст. 1005 ГК РФ, анализируя положения агентского договора от 01.11.2019 г. и договора о задатке от 17.09.2020 г., суд приходит к выводу, что права и обязанности по отношению к истцу ФИО1 возникли у ответчика ФИО3. 

Таким образом, ФИО3 является надлежащим ответчиком по данному гражданскому делу, а утверждения ФИО2 о том, что она является ненадлежащим ответчиком по данному гражданскому делу, являются обоснованными.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу положений ст. 196 ГПК РФ дело рассмотрено в рамках заявленных исковых требований.

При изложенных обстоятельствах исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании денежных средств подлежат удовлетворению частично.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 200 рублей 00 копеек.

Руководствуясь ст.ст.12,198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании денежных средств, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженки города 

<

адрес>, в пользу ФИО1 денежные средства в размере 100 000 рублей 00 копеек, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 200 рублей 00 копеек, а всего сумму в размере 103 200 (сто три тысячи двести) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Галичский районный суд в течение месяца.

Решение в окончательной форме

изготовлено 05 августа 2021 года

Судья В.В. Виноградов