Дело № 12-253/2018

Р Е Ш Е Н И Е

г. Челябинск 12 июля 2018 года

Судья Тракторозаводского районного суда г. Челябинска Айрапетян Е.М., при секретаре Родиковой В.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Тракторозаводского районного суда г. Челябинска жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 6 Тракторозаводского района г.Челябинска от 03 мая 2018 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1, 

у с т а н о в и л:

постановлением мирового судьи судебного участка № 6 Тракторозаводского района г. Челябинска от 03 мая 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года.

В жалобе, поданной в Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в порядке и с соблюдением требований ст. ст. 30.1-30.3 КоАП РФ, ФИО1 просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить, ссылаясь на его незаконность, ввиду неполного, не всестороннего, не объективного выяснения обстоятельств по делу, на недоказанность его вины во вменяемом правонарушении, нарушение принципа презумпции невиновности, неправильное применение норм процессуального и материального права, что повлекло нарушение его конституционных и иных прав. Ссылается на отсутствие доказательств факта остановки и управления им транспортным средством; на ненадлежащее исполнение сотрудниками ГИБДД должностных обязанностей, выразившихся в составлении в отношении него административного материала в отсутствие достоверных доказательств, подтверждающих факт управления им транспортным средством, при этом мировым судьей не были приняты соответствующие меры по проверке законности данных действий сотрудников ГИБДД. Показания сотрудников ГИБДД необоснованно положены в основу принятого мировым судьей постановления, поскольку не подтверждаются материалами дела. Также ссылается на нарушение порядка направления на медицинское освидетельствование, поскольку понятые при совершении процессуальных действий фактически не присутствовали, так как не находились в непосредственной близости в момент их совершения, участвовали только в подписании процессуальных документов; права ему сотрудниками ГИБДД не разъяснялись, документы на алкотестер не предъявлялись, мундштук не менялся. 

В судебном заседании ФИО1 после разъяснения прав, предусмотренных ст.51 Конституции Российской Федерации и ст.25.1 КоАП РФ, на удовлетворении жалобы настаивал по изложенным в ней основаниям. Не оспаривая факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения, вину в совершении административного правонарушения не признал, ссылаясь на то, что субъектом административной ответственности он не является, поскольку транспортным средством не управлял. Указал, что 05 февраля 2018 года по просьбе своего начальника ФИО3 передал последнему управление принадлежащим ему автомобилем Ниссан Кашкай, для поездки по городу в целях решения рабочих вопросов. Сам за управление транспортным средством он не сел, поскольку находился в состоянии опьянения. В пути следования в автомобиле под управлением ФИО3, он находясь на заднем пассажирском сиденье выпив рюмку водки уснул. Проснулся от удара, в результате которого его отбросило вперед между водительским и передним пассажирским сиденьями. В этот момент он увидел, как ФИО3 пересев с водительского на переднее пассажирское сиденье, ничего ему не пояснив через переднюю пассажирскую дверь вышел из автомобиля. После чего он тоже вышел из автомобиля, но через заднюю пассажирскую дверь, при этом, где находился в этот момент ФИО3 пояснить затруднился, указав на то, что больше в этот день он его не видел. После того как он вышел из автомобиля, он подошел к бамперу, осматривая повреждения. В этот момент к нему подбежал один из участников ДТП и стал наносить удары по его лицу, в результате чего у него образовалась гематома. Через непродолжительное время после случившегося приехали сотрудники ГИБДД. Несмотря на то, что он сообщал сотрудникам ГИБДД, что за управлением транспортным средством находился не он, а ФИО3, они, пригласив двух понятых, стали проводить в отношении него процессуальные действия. 

Защитник ФИО1 Разбежнов Н.Г. в судебном заседании доводы жалобы поддержал по основаниям, изложенным в ней.

Защитники ФИО2 Певнюк С.А. и Сосновский А.Д. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом. Сведений об уважительности причин неявки в судебное заседание, а также ходатайств об его отложении, не представили. При таких обстоятельствах судья полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии указанных лиц.

Выслушав объяснения лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, его защитника Разбежнова Н.Г. исследовав материалы дела об административном правонарушении, обозрев в судебном заседании видеозапись и изучив доводы жалобы, судья приходит к следующим выводам.

В силу п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090 (далее – ПДД РФ), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Согласно примечанию к данной норме употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная ст. 12.8 и ч. 3 ст.12.27 КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 данной статьи.

Согласно ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее - Правила).

Как следует из материалов дела, 05 февраля 2018 года в 22 часа 30 минут по адресу: 

<

...>, ФИО1, в нарушение п. 2.7 ПДД РФ управлял транспортным средством «Ниссан Кашкай», государственный регистрационный знак №, находясь в состоянии опьянения.

Указанные обстоятельства подтверждаются совокупностью собранных по делу об административном 

правонарушении доказательств: протоколом об административном правонарушении серии 74 АН № 659642 от 06 февраля 2018 года (л.д.3); протоколом об отстранении от управления транспортным средством серии 74 ВС № 485137 от 05 февраля 2018 года (л.д. 4); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения серии 74 АО №285458 от 05 февраля 2018 года с приложенным к нему бумажным носителем с показаниями технического средства измерения(л.д. 5, 6); протоколом серии 74 ВО № 351428 о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 05 февраля 2018 года (л.д. 10); актом ГБУЗ «Областная клиническая больница № 2» медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 237 от 06 февраля 2018 года приложенным к нему бумажных носителей с показаниями технического средства измерения(л.д. 7-10);протоколом о задержании транспортного средства серии 74 АМ № 218522 от 06 февраля 2018 года (л.д. 12); письменными объяснениями ФИО8 от 05 февраля 2018 года (л.д. 15); письменными объяснениями ФИО9 от 05 февраля 2018 года (л.д. 16); рапортом инспектора ДПС полка ДПС ГИБДД УМВД России по г.Челябинску ФИО4 (л.д.17); показаниями свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО14, ФИО9, ФИО8, видеозаписью применения мер обеспечения производства по делу и иными материалами дела.

Объективных данных, ставящих под сомнение вышеуказанные доказательства, в деле не имеется. 

Оценив представленные в дело доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ, мировой судья пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Оснований сомневаться в достоверности и правильности выводов мирового судьи, судья не усматривает.

Доводы ФИО1 о том, что он не является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, со ссылками на то, что транспортным средством он не управлял мировым судьей при рассмотрении дела проверены и на основании совокупности представленных в материала дела доказательств обоснованно отклонены.

Так, из показаний допрошенных мировым судьей с соблюдением требований ст. 25.6, 17.9 КоАП РФ свидетелей ФИО8 и ФИО9 следует, что они явились участниками дорожно–транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя ФИО1, совершившего столкновение с их автомобилем, находясь за управлением транспортным средством в состоянии опьянения. Сомнений в том, что за управлением находился ФИО1 у них не возникло, поскольку после столкновения с водительского места вышел именно ФИО1

Оснований ставить под сомнение достоверность и объективность сообщенных ФИО9 и ФИО8 сведений относительно управления ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения, полученными с соблюдением требований ст. 25.6 и после предупрежденияоб административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний, не имеется. Объективных данных, свидетельствующих о наличии у них не приязненных отношений к ФИО1, а также их личной заинтересованности в неблагоприятном для последнего исходе дела, материалы дела не содержат.

Кроме того, показания указанных свидетелей полностью согласуются с их письменными объяснениями, отобранными сотрудниками ГИБДД с соблюдением требований 17.9 КоАП РФ на месте и непосредственно после совершения дорожно– транспортного происшествия (л.д. 15,16).

Указанные обстоятельства также опровергают доводы защиты о заинтересованности указанных свидетелей в оговоре ФИО1, в целях получения страховой выплаты, поскольку на момент совершения дорожно – транспортного происшествия сведениями о владельце и лицах, допущенных к управлению транспортным средством, в том числе указанных в полисе ОСАГО, указанные свидетели не располагали.

Факт управления ФИО1 транспортным средством также подтверждается протоколом об административном правонарушении от 06 февраля 2018 года, в котором имеется указание на управление ФИО1 транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, протоколом об его отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования 

на состояние алкогольного опьянения, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 05 февраля 2018 года, согласно которым указанные меры обеспечения производства по делу были приняты к ФИО1 именно как к водителю транспортного средства.

Допрошенные мировым судьей в качестве свидетелей инспекторы ДПС ГИБДД ФИО10 и ФИО11 указали, что прибыв, по сообщению дежурной части на место дорожно – транспортного происшествия, произошедшего с участием двух транспортных средств, водитель и пассажир одного из транспортных средством уверенно указали на ФИО1, как на водителя, управлявшего вторым транспортным средством. Поскольку ФИО1 имел признаки опьянения, в присутствии двух понятых он был отстранен от управления транспортным средством и ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, которое он пройти согласился, однако выразив им и прибору недоверие пожелал пройти медицинское освидетельствование, по результатам которого у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения, в связи с чем составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Оснований ставить под сомнение показания свидетелей ФИО10 и ФИО11 не имеется, поскольку их показания получены с соблюдением требований ст. 17.9, 25.6 КоАП РФ, последовательны, непротиворечивы, и вопреки доводам жалобы согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу, исследованными при рассмотрении дела. Оснований для оговора ФИО1 сотрудниками полиции, составлявшими протокол об административном правонарушении и другие материалы дела, не усматривается. Выполнение сотрудниками полиции своих служебных обязанностей само по себе не является основанием полагать, что они заинтересованы в исходе дела.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящей жалобы сведений о какой-либо заинтересованности сотрудников ГИБДД в исходе настоящего дела, их небеспристрастности к ФИО1 или допущенных злоупотреблениях по делу, свидетельствующих о незаконности действий сотрудников ДПС ГИБДД, как на то ссылается в жалобе ФИО1, не установлено, оснований ставить под сомнение достоверность фактических данных, указанных должностными лицами в составленных ими процессуальных документах, а также сообщенных ими при даче показаний сведений, не имеется.

Тот факт, что инспекторы ГИБДД, прибывшие на место ДТП, непосредственными очевидцами произошедшего не являлись и не видели, кто именно находился за управлением транспортного средства, при наличии приведенных доказательств не опровергает установленные мировым судьей обстоятельства, и не влияет на законность обжалуемого постановления.

Указанные обстоятельства в совокупности с перечисленными выше доказательствами объективно свидетельствуют о том, что ФИО1 является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Объективных и достоверных сведений, опровергающих факт управления ФИО1 автомобилем, в дело не представлено.

Показаниям, допрошенного в качестве свидетеля ФИО3 в части того, что за управлением транспортного средства находился он, а не ФИО1, мировым судьей дана правильная критическая оценка, поскольку эти показания не согласуются с установленными в ходе судебного разбирательства обстоятельствами совершенного правонарушения и вступают в противоречие как с собранными по делу доказательствами, так и с объяснениями самого ФИО1 Так, ФИО1 указал, что в автомобиле, под управлением ФИО3, находился на заднем пассажирском сиденье, где в процессе употребления спиртного, уснул, проснулся от удара, в результате которого его отбросило вперед между водительским и передним пассажирским сиденьями, в этот момент он увидел, как ФИО3 пересев с водительского на переднее пассажирское сиденье, ничего ему не пояснив, через переднюю пассажирскую дверь вышел из автомобиля.

Тогда как, свидетель ФИО3 подтвердив версию ФИО1 о том, что именно он находился за управлением транспортным средством указал, что в пути следования ФИО1, 

находясь на заднем пассажирском сиденье, пил сок, потом задремал. После совершения столкновения с впереди стоящим на светофоре транспортным средством, он вышел через заднюю дверь автомобиля, поскольку водительская дверь не открывалась.

Наличие противоречий в показаниях свидетеля ФИО3 и в объяснениях ФИО1 относительно произошедших событий в части описания их деталей при общей согласованности версии о том, что за управлением транспортным средством находился ФИО3, а не ФИО1 позволяет усомниться в достоверности и правдивости показаний данного свидетеля. 

Показания свидетеля ФИО12 также не опровергает факт управления ФИО1 транспортным средством, поскольку указанный свидетель участником происходящих событий не являлся, о случившемся, а именно о факте дорожно – транспортного происшествия ему стало известно со слов ФИО3, при этом кто именно находился за управлением транспортным средством в момент совершения дорожного – транспортного происшествия указанный свидетель не пояснял.

Кроме того, следует учитывать, что свидетели ФИО3 и ФИО12 находится в дружеских отношениях с ФИО1, что в свою очередь, вызывает сомнения в объективности их показаний и дает основание ставить под сомнения, сообщенные им сведения.

С учетом изложенного, показания указанных лиц обоснованно не приняты мировым судьей как подтверждающие позицию защиты и опровергающие установленные по делу обстоятельства, а именно факт управления ФИО1 транспортным средством.

Версия, выдвигаемая ФИО1 о том, что автомобилем он не управлял, а лишь находился в салоне автомобиля, за управлением которого был ФИО3, расценивается судьей как позиция защиты, избранная ФИО1 с целью избежать ответственности за содеянное, к которой мировой судья правомерно отнесся критически.

Вопреки доводам жалобы порядок направления ФИО1 на медицинское освидетельствование сотрудниками ДПС ГИБДД соблюден, требование сотрудника полиции о прохождении ФИО1 медицинского освидетельствования на состояние опьянения являлось законным и обоснованным.

Основанием полагать, что водитель ФИО1 находится в состоянии опьянения, послужили выявленные у него сотрудником ДПС ГИБДД признаки опьянения - запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы, что согласуется с требованиями п. 3 Правил, в связи с чем ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с чем он был согласен (л.д. 6). 

В результате освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, проведенного должностными лицами ДПС ГИБДД в соответствии с требованиями п.п. 4-9 Правил, с применением технического средства измерения Алкотектор – Юпитер, обеспечивающего запись результатов исследования на бумажном носителе, в присутствии двух понятых у ФИО1 было выявлено наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,804 мг/л, превышающей 0,16 мг/л - возможную суммарную погрешность измерений, в связи с чем установлено состояние опьянения. В материалах дела имеется распечатка теста дыхания, в которой результат теста совпадает с показаниями прибора, отраженными в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения – 0,804 мг/л. (л.д. 5).

С данным результатом ФИО1 не согласился (л.д. 6), что в силу п. 10 Правил явилось законным основанием для направления его должностным лицом ГИБДД на медицинское освидетельствование, пройти которое ФИО1 согласился, о чем собственноручно указал в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование (л.д. 10).

Направление водителя ФИО1 на медицинское освидетельствоание на состояние опьянения в медицинскую организацию было осуществлено должностными лицами ДПС ГИБДД в соответствии с требованиями ч.2 ст. 27.12 КоАП РФ и п.п. 10, 11 Правил в присутствии двух понятых ФИО14 и ФИО13,которые удостоверили своими подписями факт совершения в их присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты (л.д. 6, 10).

Доводы жалобы о том, что меры обеспечения производства по делу применялись сотрудниками без фактического присутствия понятых, несостоятельны.

Свое участие, а также участие второго понятого при совершении процессуальных действий в отношении ФИО1 будучи допрошенным мировым судьей с соблюдением требований ст. 25.6, 17.9 КоАП РФ в качестве свидетеля понятой ФИО14 подтвердил, указав, что в их присутствии ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, с результатами которого он не согласился, тогда ему было предложено пройти медицинское освидетельствование, пройти которого он согласился.

Последовательные и подробные показания понятого ФИО14 по обстоятельствам применения в отношении ФИО1 мер обеспечения производства по делу в совокупности с иными доказательствами по делу опровергают доводы жалобы ФИО1 в части указания на то, что понятые фактически не присутствовали при проведении в отношении него процессуальных действий.

Субъективное мнение заявителя относительно формальности нахождения понятых при проведении процессуальных действий и не разъяснения понятым сути происходящих процедур является безосновательным.

Сведений о том, чтобы сотрудники ГИБДД препятствовали участию понятых в производстве процессуальных действий, прочтению ими протоколов и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не разъяснили им права и не объяснили им, совершение каких процессуальных действий они удостоверяют своими подписями, не предоставили им возможности указать свои возражения относительно проводимых процессуальных действий, в материалах дела не имеется. 

Рассмотрение дела без допроса в качестве свидетеля понятого ФИО15, не влияет на законность и обоснованность вынесенного судебного постановления. При этом мировым судьей предпринимались исчерпывающие и надлежащие меры по вызову указанного лица в судебное заседание, однако, обеспечить его явку не представилось возможным, в связи с чем, было принято решение о рассмотрении дела без его допроса, что не повлияло на полноту, всесторонность и объективность выяснения обстоятельств по делу, поскольку совокупность исследованных доказательств является достаточной для его правильного разрешения.

При этом, суд учитывает, что в процессуальных документах ФИО14 и ФИО15 зафиксировали своими подписями факт проведения в отношении ФИО1 процессуальных действий и их результаты, при этом имели возможность, в случае несогласия с изложенными в указанных документах сведениями, указать свои возражения, однако, все процессуальные документы, составленные в отношении ФИО1 подписаны понятыми без замечаний.

Кроме того, факт привлечения и непосредственное присутствии понятых при проведении мер обеспечения производства по делу, в отношении ФИО1, как и соответствие их порядка проведения требованиям закона, также подтверждается содержанием представленной сотрудниками ГИБДД видеозаписи. Из содержания которой в том числе следует, что продув прибора ФИО1 был осуществлен после подтверждения понятыми факта вскрытия упаковки мундштука, что также опровергает доводы жалобы в указанной части.

Соблюдение порядка направления ФИО1 на медицинское освидетельствование также подтверждается показаниями допрошенных мировым судьей сотрудников полиции, проводивших процессуальные действия и составивших протокол об административном правонарушении и другие материалы дела ФИО10 и ФИО11

Из материалов дела усматривается, что протоколы, отражающие применение мер обеспечения производства по делу составлены последовательно уполномоченным должностным лицом, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколах и акте отражены правильно.

Оснований ставить под сомнение представленные сотрудниками полиции, находящимися при исполнении служебных обязанностей, доказательства, не имеется. Признаков заинтересованности при оформлении процессуальных документов не выявлено. Сомнений в правильности фиксирования в них содержания и результатов процессуальных действий нет.

Кроме того, представленные письменные доказательства противоречий не имеют, получены с соблюдением установленного законом порядка, отвечают требованиям относимости, допустимости и достаточности, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, и исключают какие-либо сомнения в виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения.

Каких-либо процессуальных нарушений, которые могли бы свидетельствовать об их недопустимости, не установлено.

Законность требования сотрудников ДПС ГИБДД о прохождении ФИО1 медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а также соблюдение процедуры его направления на данное освидетельствование мировым судьей проверены и сомнений не вызывают.

Поскольку ФИО1 выразил согласие на прохождение медицинского освидетельствования, он был доставлен в медицинское учреждение для проведения медицинского освидетельствования.

По результатам медицинского освидетельствования, проведенного в ГБУЗ «ОКБ № 2» врачом – хирургом ФИО16, имеющей удостоверение № выданное 18 мая 2016 года ГБУЗ «ЧОКНБ», подтверждающее прохождение специальной подготовки по «Программе подготовки врачей (фельдшеров) по вопросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения», у ФИО1 установлено состояние опьянения. Заключение о состоянии опьянения ФИО1 вынесено врачом на основании результатов исследования, при наличии у него клинических признаков опьянения и положительных данных о концентрации абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе, превышающих возможную суммарную погрешность измерений по результатам обоих исследований – 1, 02 мг/л и 0,92 мг/л. Акт медицинского освидетельствования составлен и подписан врачом ФИО16, скреплен печатью медицинского учреждения (л.д. 11, 11 - оборот).

Объективных данных, опровергающих сведения, зафиксированные в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 231 от 06 февраля 2018 года, а также факт управления ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения материалы дела не содержат.

Поскольку у ФИО1 было установлено состояние опьянения, должностным лицом ГИБДД был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, в нем описано событие административного правонарушения, выразившееся в управлении водителем ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения, иные сведения, необходимые для рассмотрения дела, а также указано на разъяснение ФИО1 прав и обязанностей, предусмотренных ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ, что в свою очередь опровергает доводы жалобы в указанной части (л.д.4).

Утверждение в жалобе о том, что мировым судьей не проверены фактические обстоятельства и не исследованы все имеющиеся в материалах дела доказательства, дело не было рассмотрено полно, всесторонне и объективно, опровергаются содержанием оспариваемого судебного акта.

К выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, мировой судья пришел на основании всесторонне, полно и объективно исследованных доказательств по делу, с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, мотивировав свои выводы и дав собранным по делу доказательствам надлежащую правовую оценку в соответствии с правилами ст. 26.11 КоАП РФ, с учетом требований ст. 26.2 КоАП РФ. 

Имеющиеся в материалах дела доказательства, каждое из которых обладает признаками относимости, допустимости и достоверности, в своей совокупности являются достаточными для полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела, а также для обоснованного вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ.

Обстоятельства, изложенные в жалобе и сообщенные в ходе ее рассмотрения, были предметом тщательной проверки при рассмотрении дела судом первой инстанции. 

Вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ,- управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, принимая во внимание отсутствие в действиях ФИО1 признаков уголовно наказуемого деяния, является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам и основан на правильном применении закона.

Доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, и в целом направлены на переоценку исследованных при рассмотрении административного дела доказательств.

В ходе рассмотрения дела мировым судьей требования ст.ст 24.1, 26.1 КоАП РФ выполнены.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного постановления, являющихся существенными и препятствующими рассмотрению данного дела полно, всесторонне и объективно, в соответствии с требованиями законодательства, при рассмотрении дела об административном правонарушении и вынесении постановления не допущено. 

Постановление мирового судьи соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, оно вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел. 

При назначении ФИО1 административного наказания мировым судьей требования статей 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 - 4.3 КоАП РФ соблюдены. Наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, является обоснованным и справедливым.

Нарушений гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КоАП РФ прав, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст.ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 КоАП РФ, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 30.6 - 30.8 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

постановление мирового судьи судебного участка №6Тракторозаводского района г.Челябинска от 03 мая 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его оглашения.

Судья: Е.М. Айрапетян