Мотивированное 

решение

 изготовлено 13 августа 2025 года 

Дело №2-91/2025

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 августа 2025 года г. Курск

Беловский районный суд Курской области в составе:

председательствующего судьи - Заречного А.А.,

при секретаре - Мурашкиной И.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Беловского района Курской области в защиту интересов ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Белсахар» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,

установил:

Прокурор Беловского района Курской области обратился в суд в интересах ФИО1 с иском к ООО «Белсахар» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, указывая, что ФИО1 состоял в трудовых отношения с ответчиком и ДД.ММ.ГГГГ в период осуществления им трудовой деятельности произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истцу были причинены телесные повреждения. По результатам расследования данного случая был составлен акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в нарушение должностных инструкций начальник смены и главный инженер ООО «Белсахар» не осуществили контроль за соблюдением производственной санитарии, что привело к образованию наледи и, предположительно, подскальзыванию пострадавшего от несчастного случая ФИО1 В результате допущенных нарушений норм трудового законодательства истцу были причинены физические и нравственные страдания, связанные с утратой трудоспособности, невозможности продолжать активную общественную жизнь, физической болью, а также он был вынужден обращаться и после произошедшего за медицинской помощью в связи с чем просит взыскать с ответчика в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве 

<

данные изъяты> рублей.

И.о. прокурора Беловского района Курской области Олейник К.С. в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Материальный истец ФИО1 в судебное заседание не явился по неизвестным суду причинам, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении и заявлений об уважительности причин неявки не представил.

Представитель материального истца ФИО1 по доверенности ФИО2 в судебном заседании требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ООО «Белсахар» по доверенности ФИО3 исковые требования не признала, указав, что несчастный случай с ФИО1 произошел по вине последнего, поскольку именно он, являясь помощником начальника смены, в нарушение своей должностной инструкции, не запретил работу оборудования, и самостоятельно приступил к устранению наледи, намерзшей к конвейеру, подручными средствами – молотком, пренебрег возможностью правильной оценки ситуации, допустив действия либо бездействия, повлекшие неблагоприятные последствия, в связи с чем в действиях ФИО1 имеется грубая неосторожность, а, следовательно, размер компенсации морального вреда должен быть уменьшен до той суммы, которая уже была выплачена последнему работодателем, а именно 

<

данные изъяты> рублей, в связи с чем полагала необходимым в удовлетворении исковых требования отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО4 в судебном заседании полагал, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО5 в судебное заседание не явился по неизвестным суду причинам о месте и времени рассмотрения извещен надлежащим образом.

Выслушав объяснения сторон, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ООО «Белсахар» в должности помощника начальника смены.

ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей в результате произошедшего несчастного случая на производстве, ФИО1 получил телесные повреждения: тяжелая травма левой кисти. Обширная рвано-скальпированная рана кисти с дефектом кожи, мягких тканей первого пальца, неполная травматическая ампутация первого пальца на уровне основной фаланги. Открытый перелом основания первой пястной кости без смещения, закрытый перелом бугристости ногтевой фаланги четвертого пальца со смещением, закрытый перелом основной фаланги пятого пальца со смещением отломков. Множественные ссадины левой кисти. Указанное повреждение, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве относится к категории тяжелая.

Из акта № о несчастном случае на производстве утвержденного управляющим директором ООО «Белсахар» ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей в результате воздействия движущихся, разлетающихся, вращающихся предметов, деталей, машин и других, в том числе защемление между движущимися предметами, деталями и машинами (за исключением летящих и падающих предметов, деталей, машин), получил телесные повреждения, при этом, причиной несчастного случая явилась: Основная: неосторожность, невнимательность, поспешность; Сопутствующая: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе: необеспечение контроля за состоянием территории. В нарушение п.15 Должностной инструкции начальника смены ООО «Белсахар», п.3, п.6 Должностной инструкции главного инженера ООО «Белсахар» отсутствовал контроль за соблюдением производственной санитарии.

При этом, из акта о несчастном случае, раздела 11. Лица, допустившие нарушение требований охраны труда, следует, что: 1. В произошедшем несчастном случае помощник начальника смены ООО «Белсахар» ФИО1 допустил личную неосторожность. 2. Главный инженер ООО «Белсахар» ФИО4 допустивший нарушение требований законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся сопутствующей причиной несчастного случая, указанной в разделе «Причины несчастного случая», а, именно п.3, п.6 Должностной инструкции главного инженера ООО «Белсахар», несет ответственность в соответствии со ст. 362 ТК РФ. 3. Начальник смены ООО «Белсахар» ФИО5, допустивший нарушение требований законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся сопутствующей причиной несчастного случая, указанной в разделе «Причина несчастного случая», а, именно, п.15 Должностной инструкции начальника смены ООО «Белсахар», несет ответственность в соответствии со ст. 362 ТК РФ.

Кроме того, вышеизложенные обстоятельства произошедшего несчастного случая подтверждаются представленными в материалах дела, материалами расследования несчастного случая, которыми опровергается в том числе и довод представителя ответчика о том, что ФИО1 в момент несчастного случая, допустил грубую неосторожность.

Не могут быть приняты во внимание и доводы стороны ответчика в той части, что его вина в произошедшем несчастном случае отсутствует, поскольку акт о несчастном случае и представленные с ним материалы проверки, в том числе и в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ, говорят об обратном, при этом, ссылка стороны ответчика на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которым отказано в возбуждении уголовного дела по факту нарушения требований охраны труда по ч.1 ст. 143 УК РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО5 состава преступления, не может быть принята во внимание, поскольку данным постановлением дана оценка лишь действиям ФИО5 в рамках уголовного законодательства, при этом, утвержденный акт о несчастном случае, оспорен не был и которым установлены лица допустившие нарушение требований охраны труда, к которым отнесены в том числе и должностные лица ООО «Белсахар», при том, что какой-либо правовой акт свидетельствующий об исключительной виновности только самого ФИО1 в произошедшем несчастном случае отсутствует, а, напротив, с учетом выводов, изложенных в материалах проверки по несчастному случаю и самом акте о несчастном случае, не только о неосторожности со стороны ФИО1, но и о том, что на момент происшествия, а также на момент осмотра комиссией по расследованию несчастного случая места происшествия, была установлена обширная наледь, прилегающая к конвейеру, которая предположительно и явилась причиной подскальзывания пострадавшего от несчастного случая ФИО1 Согласно п.15 Должностной инструкции начальникам смены ООО «Белсахар» в обязанности входит контроль за соблюдением производственной санитарии. Согласно п.3 Должностной инструкции главного инженера ООО «Белсахар» в должностные обязанности входит создание наиболее благоприятных и безопасных условий труда. Согласно п.6 Должностной инструкции главного инженера ООО «Белсахар» в должностные обязанности главного инженера входит осуществление контроля за соблюдением производственной санитарии. В нарушение должностных инструкций начальник смены ООО «Белсахар» ФИО5 и главный инженер ООО «Белсахар» ФИО4 не осуществили контроль за соблюдением производственной санитарии, что привело к образованию наледи и, предположительно, подскальзывания пострадавшего от несчастного случая ФИО1, свидетельствует о наличии вины со стороны ответчика.

При этом суд принимает во внимание, что привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Доводы стороны ответчика об исключительной виновности только самого ФИО1 и незначительности вины со стороны ООО «Белсахар», также являются несостоятельными и опровергаются в том числе и постановлением от ДД.ММ.ГГГГ которым ООО «Белсахар» было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 5.27.1 Кодекса РФ «Об административных правонарушениях» и подвергнуто административному наказанию, за совершение конкретного правонарушения, а именно, за то, что в нарушение требований ст. 214 ТК РФ, ООО «Белсахар» через должностных лиц не обеспечило должный контроль за осуществлением технологического процесса и тем самым не создало безопасных условий и охраны труда работников, такой же вывод нашел свое отражение в самом акте № о несчастном случае на производстве утвержденным управляющим директором ООО «Белсахар», и данные доводы ответчика не свидетельствуют о том, что данные нарушения со стороны работодателя отсутствуют.

Разрешая спор, суд исходит из того обстоятельства, что предпринятые работодателем меры безопасности условий труда работника, оказались недостаточными, неэффективными и не исключили причинение ФИО1 телесных повреждений, поскольку ответчиком не представлены доказательства о том, что им было обеспечена удовлетворительная организация производства работ, в том числе: обеспечен контроль за состоянием территории и обеспечен контроль за соблюдением производственной санитарии, что привело к образованию наледи и, предположительно, подскальзывания пострадавшего от несчастного случая ФИО1

В соответствии с ч.1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Частью 1 ст. 1099 ГК РФ определено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу частей 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ч.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Таким образом, из указанных положений закона следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как следует из положений ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в том числе на: рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя, закрепленные в ст. 22 ТК РФ, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации 

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда в силу положений ст. 210 ТК РФ.

Статьей 214 ТК РФ также определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В судебном заседании достоверно установлено, что несчастный случай на производстве с ФИО1 произошел в период исполнения им трудовых обязанностей, при этом, вина ответчика в причинении вреда здоровью его работнику в результате, в том числе сопутствующих причин – неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля за состоянием территории и отсутствия контроля за соблюдением производственной санитарии и наличие причинно-следственной связи между получением ФИО1 телесных повреждений и действиями должностных лиц ответчика, установлена, тем более, что нормы трудового законодательства, устанавливают обязанность работодателя по обеспечению работнику безопасных условий и охраны труда, и данные нормы должны быть применены в их системной взаимосвязи с нормами ГК РФ о компенсации морального вреда при разрешении спора о возмещении морального вреда работнику, получившему вред здоровью при исполнении трудовых обязанностей, поскольку предпринятые работодателем меры, оказались недостаточными, неэффективными и не исключили причинение истцу телесных повреждений.

При этом, ответчиком в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ как причинителем вреда, на котором лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, таких доказательств, приведено не было.

На основании изложенного, суд полагает, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, и при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника учитывает в числе другие обстоятельства, а именно значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя, поскольку основной причиной несчастного случая послужила личная неосторожность со стороны самого ФИО1, а также учитывает, что реализация права работника на труд, в силу ст. 37 Конституции РФ предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в том числе на безопасные условия труда и с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае, произведенных ранее выплат, полагает необходимым определить размер морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей, с учетом степени тяжести полученных истцом телесных повреждений, длительности лечения, его трудоспособного возраста, наличия в том числе и его вины в произошедшем несчастном случае на производстве, степени нравственных и физических страданий, необходимости последующего лечения, получения в результате несчастного случая средней тяжести вреда здоровью по признаку длительного расстройства здоровья на срок более 21 дня, утраты профессиональной трудоспособности в размере 10%, материальный истец длительное время проходил лечение, нуждался в посторонней помощи, поскольку была нарушена функция верхних конечностей, вынужден проходить длительную реабилитацию, до настоящего времени имеется общее снижение функции верхней конечности. При этом, ФИО1 находится в тяжелом материальном положении, у него на иждивении имеется малолетний ребенок, в результате несчастного случая на производстве, приведшего к повреждению здоровья ФИО1 и установлению стойкой утраты им профессиональной трудоспособности, он, находясь в трудоспособном возрасте, лишен заработка, который получал до повреждения здоровья, длительное время был нетрудоспособен, последствия травмы привели к значительному ухудшению его здоровья, он постоянно испытывает боли, при этом суд учитывает, что работодатель оказал материальную помощь ФИО1, в том числе предусмотренную локальным нормативным актом, а также требования разумности и справедливости, что будет отвечать признакам справедливого вознаграждения ФИО1 за переносимые страдания, при этом, оснований для компенсации морального вреда в большем размере не усматривает.

При этом к доводам представителя ответчика о том, что супруга ФИО1 осуществляла и осуществляет предпринимательскую деятельность, что должно отразиться на сумме компенсации морального вреда, суд относится критически, поскольку размер заработка супруги истца, никак не может отразиться на степени перенесенных самим ФИО1 нравственных и моральных страданий в результате произошедшего несчастного случая.

Кроме того, с ответчика подлежит взысканию в бюджет муниципального района госпошлина в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования прокурора 

<

адрес> в защиту интересов ФИО1 (паспорт № выдан УМВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ) к Обществу с ограниченной ответственностью «Белсахар» (ИНН №) о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Белсахар» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Белсахар» в бюджет Беловского муниципального района Курской области государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд через Беловский районный суд Курской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, которое будет изготовлено – ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: