АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 22-148/2019

21 ноября 2019 года Санкт-Петербург 

1-й Западный окружной военный суд в составе председательствующего – судьи Карнаухова А.В., при секретаре судебного заседания Смельчаковой В.В., с участием военного прокурора 

<

данные изъяты> Какушадзе Т.Л., осужденного ФИО15, его защитника – адвоката Добродеева А.В., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника – адвоката Добродеева А.В. на приговор 224 гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого военнослужащий 

<

данные изъяты>

ФИО15, 

<

данные изъяты>

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 335 УК РФ, к наказанию в виде содержания в дисциплинарной воинской части сроком на 6 месяцев.

Судом также принято решение до вступления приговора в законную силу содержать осужденного на гауптвахте и разрешен вопрос о процессуальных издержках по делу.

Заслушав выступления осужденного ФИО15 и его защитника – адвоката Добродеева А.В. в поддержание доводов апелляционных жалоб, возражения военного прокурора Какушадзе Т.Л., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а жалобы – без удовлетворения, 

установил:

ФИО15 признан виновным в нарушении уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности, сопряженном с насилием, при следующих изложенных в приговоре обстоятельствах.

Около 19 часов ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 в спальном расположении казармы войсковой части №, дислоцируемой по адресу: 

<

адрес>, будучи недовольным тем, что рядовой Потерпевший №1, не находящийся с ним в отношениях подчиненности, медленно выполняет его указание выйти на центральный проход спального расположения, желая унизить честь и достоинство последнего, показать мнимое превосходство над ним, в нарушение требований ст. 16, 19, 67, 161 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ и ст. 3 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ, применил к нему насилие – нанес удар ладонью в ухо, причинив телесное повреждение в виде травматической перфорации (разрыва) барабанной перепонки правого уха, сопровождавшейся снижением слуха на правое ухо, расценивающееся как легкий вред здоровью.

В апелляционных жалобах защитник – адвокат Добродеев, считая приговор незаконным и необоснованным, вследствие несоответствия выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, просит приговор отменить, а осужденного оправдать.

В своей апелляционной жалобе защитник, ссылаясь на показания потерпевшего Потерпевший №1 на предварительном следствии, считает, что вывод суда о том, что тот давал последовательные, дополняющие друг друга и согласующиеся между собой показания, не соответствует действительности, поскольку показания являлись противоречивыми. Как отмечает защитник, Потерпевший №1 в ходе предварительного расследования неоднократно пояснял, в том числе и на очной ставке с ФИО15, что не видел момент нанесения ему удара сзади и не уверен, что его нанес осужденный. В этой связи, по мнению защитника, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты и не огласил эти показания потерпевшего, тем самым нарушив конституционное право осужденного защищать свои права и свободы любым не запрещенным законом способом. 

Об этом же, по мнению защитника, свидетельствует отказ суда первой инстанции в вызове и допросе свидетелей ФИО1 и ФИО2, при том, что ранее судом было удовлетворено ходатайство стороны защиты о вызове ФИО3. По мнению автора жалобы, эти свидетели могли сообщить данные, свидетельствующие о невиновности осужденного.

Как считает защитник, не подтверждают вину осужденного в инкриминируемом преступлении показания свидетелей ФИО4 и ФИО5, поскольку о случившемся им стало известно спустя значительное время, и очевидцами произошедшего они не являлись. При этом, по мнению автора жалобы, суд исказил в приговоре показания ФИО4, которая Потерпевший №1 не обследовала, диагноз ему не выставляла, а только беседовала с ним как дежурный врач госпиталя. Как отмечает защитник, до поступления в госпиталь потерпевший лишь ссылался на проблемы со слухом и никому о травматическом характере неприятных ощущений в правом ухе не сообщал, этим обстоятельствам суд первой инстанции оценки не дал.

Автор жалобы указывает, что с учетом значительного промежутка времени между конфликтом с ФИО15 и сообщением ФИО4 о травматическом характере проблем с ухом, Потерпевший №1 мог получить травму при иных обстоятельствах. 

Согласно доводам жалобы вывод суда о том, что показания потерпевшего ничем не опорочены, противоречит исследованным доказательствам, в частности показаниям свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, которым Потерпевший №1 по возвращению из госпиталя высказывал сомнения в том, что травму ему причинил ФИО15, а также показаниям свидетелей ФИО10 и ФИО11, которым потерпевший говорил о непричастности ФИО15 к нанесению ему(Потерпевший №1) удара.

Как утверждается в жалобе, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы. Давая свой анализ проведенным по делу экспертизам, ставя под сомнение их достоверность, защитник отмечает, что выводы эксперта основаны только на медицинской карте Потерпевший №1 из госпиталя, однако осмотр его самого экспертом не проводился, а также не исследовались медицинские документы потерпевшего из медицинской роты воинской части. 

По мнению автора жалобы, надлежаще не проверены имевшиеся в медицинских документах сведения о наличии у Потерпевший №1 острого правостороннего отита. Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО12, утверждавшая, что первичные данные о наличии данного заболевания у Потерпевший №1 не подтвердились, как отмечает защитник, не имеет специализации в области отоларингологических заболеваний.

Согласно доводам жалобы, в заключениях эксперта не дана оценка овальной форме перфорации барабанной перепонки у потерпевшего, которая могла являться признаком нетравматического способа ее образования.

В заключение жалобы ее автор полагает, что приговор основан исключительно на противоречивых показаниях потерпевшего, не видевшего кто именно нанес ему удар, а все сомнения в виновности ФИО15 в нарушение ст. 14 УПК РФ истолкованы судом не в пользу последнего.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник Добродеев высказывает несогласие с отклонением судьей гарнизонного военного суда его замечаний на протокол судебного заседания. По утверждению автора жалобы, в протоколе судебного заседания искажены показания свидетелей ФИО4, ФИО10, эксперта ФИО12 и речь самого защитника в прениях сторон, а также отсутствуют ответы потерпевшего Потерпевший №1 на вопросы стороны защиты по поводу наличия заболеваний уха. Это, по мнению защитника, существенно повлияло на принятие итогового решения по делу. В заключение жалобы ее автор дополнительно просит постановление судьи от ДД.ММ.ГГГГ об отклонении замечаний на протокол судебного заседания отменить и удовлетворить поданные им замечания.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель – помощник военного прокурора – войсковая часть № 

<

данные изъяты> ФИО16, опровергая приведенные в них доводы, просит оставить жалобы без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Рассмотрев материалы дела, выслушав стороны, оценив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, окружной военный суд приходит к следующему.

Приведенные относительно невиновности осужденного доводы, аналогичны доводам, приводившимся стороной защиты в суде первой инстанции. Они являлись предметом тщательной проверки в судебном заседании и, вопреки утверждению защитника в жалобах, получили объективную оценку в приговоре с приведением мотивов принятого решения.

Вина ФИО15 в инкриминируемом ему деянии подтверждается совокупностью согласующихся между собой исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательств, в том числе показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО13, ФИО9, ФИО8, ФИО6, ФИО7, ФИО14, эксперта ФИО12, протоколами проверки показаний на месте с участием потерпевшего, заключениями судебно-медицинских экспертиз, медицинскими документами и другими приведенными в приговоре доказательствами. 

Так, нет оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего Потерпевший №1 о том, что при обстоятельствах, изложенных в приговоре, ДД.ММ.ГГГГ ФИО15, предъявлявший ему незаконные требования, после словесного конфликта нанес ему сзади удар ладонью в правое ухо, причинив, как позже выяснилось, разрыв барабанной перепонки.

Показания Потерпевший №1 об обстоятельствах примененного к нему ФИО15 насилия носят, в целом, последовательный характер, они подтверждаются исследованными в суде первой инстанции данными в протоколе проверки показаний на месте, проведенном с участием потерпевшего.

Эти показания Потерпевший №1 также согласуются в деталях с показаниями свидетеля ФИО5, которому потерпевший ДД.ММ.ГГГГ в ходе проводившегося разбирательства лично сообщил о причинении травмы уха ФИО15.

Согласуются с ними и показания свидетеля ФИО13, которому от офицеров воинской части стало известно, что по результатам административного расследования травму уха Потерпевший №1 причинил ФИО15.

Показания свидетелей ФИО9, ФИО8 ФИО6, ФИО7 о том, что у Потерпевший №1 после направления в госпиталь был обнаружен разрыв барабанной перепонки, также подтверждают правдивость показания последнего.

Показания Потерпевший №1 полностью согласуются с показаниями свидетеля – дежурного врача ФИО4 которой тот сообщил при поступлении в госпиталь ДД.ММ.ГГГГ о причинении ему травмы уха в результате удара сослуживцем. Об этом же, со слов свидетеля, свидетельствовали и результаты осмотра Потерпевший №1, в ходе которого гнойных выделений в ухе обнаружено не было.

Достоверность показаний ФИО4 подтверждается осмотренной в суде первой инстанции медицинской картой Потерпевший №1 из госпиталя, в которой имеется запись о появлении болей в ухе, со слов больного, после удара сослуживца.

Согласуются с показаниями потерпевшего и показания врача воинской части Поповой, к которой с жалобами на боль в ухе ДД.ММ.ГГГГ обратился Потерпевший №1 и был направлен ею в госпиталь, поскольку самостоятельно признаков заболевания уха у него ей обнаружить не удалось.

О достоверности показаний Потерпевший №1 также свидетельствуют заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ у Потерпевший №1 была выявлена травматическая перфорация (разрыв) барабанной перепонки правого уха, которая могла быть причинена ДД.ММ.ГГГГ от удара рукой.

Сделанные экспертом ФИО12 в указанных заключениях выводы подтверждены в ходе ее допроса в гарнизонном военном суде, в ходе которого она также исключила появление обнаруженного у Потерпевший №1 повреждения уха в результате заболевания.

Вопреки доводам в апелляционной жалобе, все вышеуказанные доказательства исследованы в ходе судебного разбирательства, правильно и объективно изложены в приговоре и оценены судом первой инстанции относительно их достоверности и допустимости, а в совокупности – достаточности для признания виновности осужденного доказанной, как этого требуют положения ст. 88 УПК РФ. 

Нарушения председательствующим судьей принципа объективности в ходе судебного разбирательства, вопреки доводам стороны защиты, допущено не было.

Из содержания протокола судебного заседания следует, что стороны в возможности предоставления и исследования допустимых доказательств ограничены не были. При этом все ходатайства сторон рассмотрены председательствующим в установленном законом порядке. По ним приняты законные и обоснованные решения. Необоснованных отказов сторонам в удовлетворении ходатайств председательствующим судьей в ходе рассмотрения дела не допущено.

Несогласие осужденного и его защитника с принятыми судом решениями по различного рода ходатайствам, заявленным стороной защиты, как и с их мотивировкой, является выражением позиции стороны защиты и не свидетельствует о нарушении принципа равенства сторон перед судом.

Оснований для оговора потерпевшим и кем-либо из свидетелей осужденного судом первой инстанции не установлено, не выявлены основания оговора и судом апелляционной инстанции. 

С учетом совокупности вышеприведенных доказательств и последовательности действий Саламова не ставит под сомнение показания потерпевшего Потерпевший №1 тот факт, что нанесения ему удара он не видел. Как следует из его показаний, у него с ФИО15 сначала произошел словесный конфликт, затем ФИО15, подойдя к нему, потребовал выйти на центральный проход казармы, и когда он(Потерпевший №1) стал не спеша выходить, сзади рукой ему был нанесен удар в правое ухо. При этом данных о том, что еще кто-либо, помимо ФИО15, в тот момент находился поблизости и мог применить к Потерпевший №1 физическое насилие, по делу установлено не было.

В этой связи также несостоятельными являются доводы автора жалоб о том, что суд нарушил права осужденного на защиту, отказав в оглашении всех данных на предварительном следствии показаний потерпевшего. 

При рассмотрении дела в гарнизонном военном суде Потерпевший №1 дал подробные исчерпывающие показания, эти показания и его показания в ходе проверки показаний на месте на предварительном следствии были исследованы судом, все имевшие место противоречия в показаниях потерпевшего, данных в ходе предварительного и судебного следствия, надлежащим образом были устранены в ходе судебного разбирательства. 

Так, относительно наличия противоречий в показаниях на предварительном следствии и в суде Потерпевший №1 объяснил, что, не желая огласки случившегося и опасаясь неблагоприятных последствий по службе, после получения травмы и при обращении за медицинской помощью он первоначально не сообщал сослуживцам и врачу воинской части о травматическом характере болевых ощущений в ухе, а после возвращения из госпиталя, в том числе опасаясь поступавших угроз со стороны ФИО15 и не желая привлечения его к уголовной ответственности, говорил сослуживцам о возможной непричастности того к причиненной травме уха. Этими же причинами Потерпевший №1 объяснил свои показания аналогичного содержания, данные им в ходе предварительного расследования по делу. 

При этом неоднократные факты воздействия на потерпевшего после случившегося со стороны ФИО15 были установлены как в ходе предварительного расследования уголовного дела, так и при его рассмотрении в суде первой инстанции.

В связи с чем, в отсутствии существенных противоречий в показаниях Потерпевший №1, у суда первой инстанции отсутствовали основания для оглашения всех его показаний.

Являются несостоятельными и не свидетельствуют о невиновности осужденного показания свидетелей ФИО14, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11, на которые ссылается защитник в жалобе, поскольку о непричастности ФИО15 к полученной травме им сообщал Потерпевший №1, который в суде подробно объяснил, чем эти его пояснения были обусловлены.

Касательно противоречий в показаниях свидетеля врача ФИО14, эти противоречия установленным порядком были устранены. Так, при допросе в гарнизонном военном суде ФИО14 указала об ошибочности записи в протоколе ее допроса на предварительном следствии о том, что Потерпевший №1 сообщал ей о наличии у него заболевания уха. Она уточнила, что в действительности данных, свидетельствующих о наличии у Потерпевший №1 заболевания уха, при его осмотре обнаружено не было, однако поскольку тот отрицал применение насилия, она предположила, что травма явилась следствием заболевания, а следователь в протоколе эти показания изложил не верно.

Оценив эти показания и установленные факты в совокупности с остальными доказательствами, гарнизонный военный суд отверг показания свидетелей ФИО10 и ФИО11 о том, что удар Потерпевший №1 был нанесен не ФИО15, а также показания ФИО14, данные ею на предварительном следствии, положив в основу приговора ее показания в суде.

Несостоятельными являются доводы защитника о том, что с момента конфликта с ФИО15 и причинения травмы до сообщения Потерпевший №1 о ней прошел значительный промежуток времени, за который тот мог получить травму при иных обстоятельствах. Как установлено в суде первой инстанции, после конфликта с ФИО15 и полученного ДД.ММ.ГГГГ удара в тот же вечер Потерпевший №1 сообщил о болезненных ощущения в ухе сослуживцам, в частности ФИО11, а на следующий день – врачу воинской части ФИО14, которая направила потерпевшего в госпиталь, где ДД.ММ.ГГГГ тот сообщил ФИО4 и ФИО5 о причинении травмы уха в результате удара сослуживцем, а ФИО5 также назвал фамилию нанесшего удар. При этом данных о том, что Потерпевший №1 получил травму при иных обстоятельствах, по делу установлено не было.

Оснований для иной оценки вышеперечисленных доказательств, о чем по существу ставится вопрос в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает. Несогласие стороны защиты с оценкой, данной судом первой инстанции исследованным доказательствам, в том числе показаниям потерпевшего и вышеперечисленных свидетелей, не свидетельствует о недоказанности вины осужденного и не является основанием для отмены приговора.

Судом обоснованно признаны допустимыми доказательствами заключения проведенных в отношении потерпевшего судебно-медицинских экспертиз, поскольку выводы эксперта являются обоснованными, научно аргументированными, заключения составлены в полном соответствии с требованиями действующего законодательства, сомневаться в компетентности эксперта оснований не имеется.

Так, вопреки приведенным в жалобах доводам, не свидетельствует о недопустимости заключений эксперта врача ФИО12 то, что она не имеет специализации в области отоларингологических заболеваний, поскольку согласно установленным в суде первой инстанции данным у ФИО12 высшее медицинское образование, специальная подготовка по судебной медицине, высшая квалификационная категория и стаж работы по специальности свыше 20 лет. Приведенные данные свидетельствуют о наличии у ФИО12 необходимых специальных знаний для проведения по делу назначенных органами следствия экспертиз, что также было подтверждено экспертом в суде при ее допросе. 

Вопреки доводам стороны защиты, как следует из материалов дела, эксперту были предоставлены все медицинские документы в отношении Потерпевший №1, необходимые для дачи заключений, и эксперт обладала информацией о выявленном у потерпевшего при первичном обращении за медицинской помощью заболевании.

В суде первой инстанции эксперт дала мотивированные пояснения сторонам, подтвердив сделанные в заключения выводы и исключив появление обнаруженной у Потерпевший №1 перфорации барабанной перепонки в результате заболевания. Как указала эксперт во время своего допроса, выставленный в воинской части Потерпевший №1 предварительный диагноз «гнойный отит» не подтвердился, поскольку никаких клинических признаков этого заболевания установлено не было. По словам эксперта для проведения экспертиз представленных ей медицинских документов было достаточно и необходимости в освидетельствовании выздоровевшего на тот момент потерпевшего не имелось. 

При таких установленных данных, вопреки мнению автора жалоб, обоснованным, мотивированным и не нарушающим прав участников судебного разбирательства является решение суда первой инстанции об отказе в назначении по делу повторной медицинской экспертизы. 

Несостоятельными являются доводы апелляционных жалоб о нарушении права осужденного на защиту в связи с отказом суда в вызове и допросе свидетелей ФИО3 и ФИО2. 

Как следует из протокола судебного заседания, ФИО2 вызывался в суд в качестве свидетеля обвинения, а ФИО3 был вызван по ходатайству стороны защиты, однако в судебное заседание данные свидетели не явились. При этом их явка обязательной судом не признавалась, о приводе данных свидетелей стороны ходатайств не заявляли. Государственный обвинитель, закончив представление суду доказательств, от повторного вызова свидетеля ФИО2 отказался, а защитник заявил ходатайство о повторном вызове указанных свидетелей. Отказывая в удовлетворении соответствующих ходатайств стороны защиты, гарнизонный военный суд указал, что перечисленные лица очевидцами получения травмы потерпевшим не являлись, а обстоятельства, которые могли быть установлены с помощью их показаний, были установлены судом путем исследования других доказательств. 

Поскольку указанные обстоятельства стороной защиты не опровергнуты, данных о том, что перечисленные свидетели обладают информацией, свидетельствующей о невиновности ФИО15, не представлено, в материалах дела таковых не содержится и в суде не установлено, суд апелляционной инстанции, с учетом совокупности приведенных доказательств вины ФИО15 в инкриминируемом деянии, оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанции не усматривает. При этом окружной военный суд также учитывает то обстоятельство, что свидетель ФИО2 в ходе предварительного следствия по делу давал изобличающие ФИО15 показания.

Давая оценку доводам автора жалоб об искажении в протоколе судебного заседания и в приговоре показаний допрошенных лиц и пояснений защитника, суд исходит из следующего. 

Как следует из материалов уголовного дела, протокол судебного заседания изготовлен ДД.ММ.ГГГГ, после этого сторонам была предоставлена возможность ознакомиться с ним и подать на него свои замечания. ДД.ММ.ГГГГ поданные защитником Добродеевым замечания на протокол судебного заседания постановлением судьи отклонены.

Согласно содержанию поданных защитником замечаний и доводов его дополнительной апелляционной жалобы в протоколе судебного заседания искажены показания свидетелей ФИО4, ФИО10, эксперта ФИО12 и содержание речи защитника в прениях, а также отсутствуют ответы потерпевшего Потерпевший №1 на вопросы стороны защиты по поводу наличия заболеваний уха.

Из сопоставления текста протокола судебного заседания и поданных на него замечаний следует, что подробное содержание показаний вышеперечисленных лиц и основное содержание речи защитника в прениях в протоколе судебного заседания отражено верно и без искажений, а содержание поданных на протокол замечаний не является существенным, влияющим на суть отраженных в протоколе показаний и пояснений сторон. При этом изложенные в приговоре показания допрошенных лиц, вопреки утверждению защитника, также соответствуют протоколу судебного заседания.

Доводы автора жалоб о том, что отсутствие дословного содержания показаний и пояснений участников в протоколе судебного заседания каким-либо образом повлияло на законность приговора, являются ошибочными, противоречащими положениям уголовно-процессуального закона, поскольку содержание протокола судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

При таких установленных данных, по мнению суда апелляционной инстанции, решение судьи об отклонении поданных защитником замечаний является правильным, а поданные стороной защиты замечания на протокол судебного заседания на законность и обоснованность приговора не влияют.

Оценка всех исследованных в судебном заседании вышеперечисленных доказательств в их совокупности позволила гарнизонному военному суду, с учетом установленных обстоятельств, прийти к правильному выводу и признать их доказательствами виновности ФИО15 в предъявленном обвинении, положив их в основу приговора. Перечисленные доказательства являются допустимыми, так как они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, относимыми и в своей совокупности достаточными для признания ФИО15 виновным.

При этом суд первой инстанции обоснованно отнесся критически и дал надлежащую оценку показаниям осужденного о том, что вмененного ему преступления он не совершал, отвергнув их, с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда, изложенные в приговоре, полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Все возникавшие противоречия установленным порядком были устранены в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции. В этой связи является несостоятельным довод защитника о том, что суд при постановлении приговора основывался лишь на непоследовательных показаниях потерпевшего и истолковал неустранимые сомнений в виновности осужденного не в пользу последнего. 

Иные доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств и исследованных судом первой инстанции доказательств и не могут служить основаниями для изменения или отмены приговора.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, приговором установлены.

Таким образом, приговор соответствует требованиям статей 307, 308 и 309 УПК РФ.

Принимая во внимание изложенное, преступное деяние ФИО15, как совершение им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 335 УК РФ, судом квалифицировано правильно.

При назначении осужденному наказания судом, в соответствии с положениями ст. 60 УК РФ, были учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного и смягчающие обстоятельства.

Выводы, обосновывающие назначенное осужденному наказание, в приговоре приведены и судом мотивированы.

С учетом приведенных обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенного ФИО15 преступления, данных о его личности, наказание назначено ему в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, и как по виду, так и по размеру не может быть признано явно несправедливым в силу строгости.

На основании изложенного, поскольку судом каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не допущено, оснований для удовлетворения поданных апелляционных жалоб не имеется.

Принимая во внимание, что постановление судьи от ДД.ММ.ГГГГ об отклонении замечаний защитника на протокол судебного заседания самостоятельному обжалованию не подлежит, вынесение по нему отдельного решения судом апелляционной инстанции не требуется.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, окружной военный суд 

постановил:

приговор 224 гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника – адвоката Добродеева А.В. – без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>