Дело 2-964/2018 14 ноября 2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Кировский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Невской Н.С.,

при секретаре судебного заседания Смирновой Е.Н.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Птицефабрика «Северная» о признании незаконными приказов о наложении дисциплинарных взысканий, взыскании денежной компенсации морального вреда и невыплаченной премии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Птицефабрика «Северная», указав, что с февраля 2016 года работает у ответчика по трудовому договору в должности механика-контролера, а с 19.12.2017 в должности контролера технического состояния автотранспорта. Приказом № 7 от 18.01.2018 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в недопуске на линию автобуса ПАЗ в связи с неисправностью, в результате чего была сорвана доставка работников к месту работы. Кроме того, был лишен премии в размере 33 % от фиксированной части заработка. Приказом № 16 от 31.01.2018 вновь был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания, за несообщение руководству фабрики о ДТП, произошедшем на территории предприятия. Помимо этого также был лишен премии. В октябре 2017 года и феврале 2018 года ответчик также необоснованно не выплатил ему (истцу) премию в размере 33% от фиксированной части заработка. Считает, что дисциплинарные взыскания применены незаконно, поэтому просит снять неправомерные дисциплинарные взыскания, обязать ответчика выплатить премию за октябрь, декабрь 2017 года и январь, февраль 2018 года (т. 1 л.д. 1-2).

В ходе судебного разбирательства истец и его представитель ФИО2 поддержали заявленные требования и неоднократно уточняли их, окончательно просили признать незаконными приказы о наложении дисциплинарных взысканий от 18.01.2018 и от 31.01.2018, взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 200000 руб. 00 коп. и невыплаченную премию за октябрь, декабрь 2017 года и январь, февраль, март 2018 года в общем размере 39100 руб. 81 коп. (т. 1 л.д. 23-26, 76-77, 161-163, т. 2 л.д. 29-32, 47). Требования ФИО1 об оспаривании еще двух приказов о наложении дисциплинарных взысканий от 16.04.2018 и от 14.05.2018 к производству суда не приняты (т. 1 л.д. 155).

Представитель АО «Птицефабрика «Северная» ФИО3 иск не признал, в письменном отзыве указал на то, что истцом пропущен срок для обращения в суд (т. 1 л.д. 63). Кроме того, указал, что дисциплинарные взыскания были применены к истцу за нарушения должностных обязанностей в соответствии с законом с соблюдением необходимой процедуры, а выплата ежемесячной премии не предусмотрена локальными нормативными актами фабрики и является правом, а не обязанностью работодателя (т. 1 л.д. 78-79, т. 2 л.д. 49). 

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 24.02.2016 ФИО1 был принят на работу в АО «Птицефабрика «Северная» в качестве механика-контролера по трудовому договору на постоянной основе (т. 1 л.д. 36-38, 54-62). С 19.12.2017 ФИО1 выполняет работу в должности контролера технического состояния автотранспортных средств (т. 2 л.д. 6). ФИО1 установлен режим работы – по сменам в соответствии с графиком сменности.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину.

Согласно ст. 189 Трудового кодекса РФ, дисциплина труда – обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с ТК РФ, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 192 Трудового кодекса РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания.

Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии с п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Согласно ст. 193 Трудового кодекса РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

В силу ст. 392 Трудового кодекса РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

04 апреля 2018 года истец обратился в суд с иском об оспаривании приказа № 7 от 18.01.2018 о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде выговора и приказа № 16 от 31.01.2018 о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде замечания (т. 1 л.д. 1). Определением судьи от 09.04.2018 данный иск был оставлен без движения (т. 1 л.д. 14-15). После исправления недостатков искового заявления определением от 10.05.2018 иск ФИО1 был принят к производству суда (т. 1 л.д. 42).

Учитывая изложенное, а также положения ст. 392 ТК РФ, суд приходит к выводу, что срок для обращения в суд ФИО1 не пропущен.

Как было указано выше, 18 января 2018 года исполнительным директором АО «Птицефабрика «Северная» ФИО4 был вынесен приказ о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора за ненадлежащее выполнение должностных обязанностей, выразившееся в неквалифицированной организации своей работы, повлекшей несвоевременную доставку сотрудников предприятия к месту работы 21.12.2017. В данном приказе имеется ссылка на п. 4.2., 4.3. должностной инструкции механика-контролера от 01.05.2014 (т. 1 л.д. 80). В тот же день ФИО1 был ознакомлен с данным приказом и указал, что с приказом не согласен. Из приложенных к приказу служебных записок и объяснений ФИО1 следует, что 21.12.2017 в 00 часов 55 минут водитель автобуса ПАЗ Т.А.В. при закрытии путевого листа № № в графе особые отметки указал на износ резины колес автомобиля, после чего была сделана соответствующая запись в журнале заявок на ремонт и дальнейшая эксплуатация данного автобуса ПАЗ была запрещена ФИО1 (т. 1 л.д. 81, 82, 83, 84, 85).

Согласно п. 4.2., 4.3. должностной инструкции, механик-контролер несет ответственность за организацию своей работы, своевременное и квалифицированное выполнение приказов, распоряжений и поручений руководства, а также несет ответственность за последствия принятых им решений (т. 1 л.д. 95-96). С данной инструкцией ФИО1 был ознакомлен 24.02.2016 (т. 1 л.д. 97).

Кроме того, должностная инструкция, с которой был ознакомлен истец, предусматривает обязанности механика-контролера, а именно, проверять техническое состояние транспорта при выезде на линии и возвращении с линии, не выпускать на линию транспорт с техническими неисправностями; не принимать из ремонта транспорт с невыполненным объемом работ; оценивать необходимость и возможность немедленного устранения неисправности по заявке, в случае если нет такой возможности сообщить логисту и диспетчеру автопарка о запрете выпуска на линию транспорта и о необходимости внесения изменений в график движения транспорта (п. 2.14, 2.25, 2.26 инструкции) (т. 1 л.д. 93-94). 

Как усматривается из материалов дела, 20.12.2017 в 15 часов 00 минут при выезде на линию водитель автобуса ПАЗ, гос.номер №, Т.А.В. в путевом листе № № в графе особые отметки сделал запись «ест резину на переднем мосту, доложено Б. и мастеру» (т. 2 л.д. 5). 21.12.2017 в 00 часов 55 минут по возвращении с линии указанного автобуса тот же водитель Т.А.В. в журнале неисправностей сделал запись «ест резину по переднему мосту» (т. 1 л.д. 236, 237). 

ФИО1 в 1 час 00 минут того же дня был оформлен заказ на ремонт данного автобуса (диагностика передней подвески) (т. 1 л.д. 232). В 9 часов 20 минут была произведена диагностика передней оси и проверка схождения автобуса ПАЗ (т. 1 л.д. 87), составлен акт, согласно которому с левой и с правой стороны передней оси по внешней стороне имеется неравномерный износ шин (т. 1 л.д. 86), однако, люфтов не обнаружено, схождение колес передней оси в пределах нормы. 22 декабря 2017 года ситуация повторилась, в 00 часов 41 минуту ФИО1 вновь был составлен заказ на ремонт того же автобуса по причине износа шин на переднем мосту (т. 1 л.д. 165, 166). Неисправностей влекущих за собой износ автопокрышек выявлено не было (т. 1 л.д. 167). 

Однако, 27 декабря 2017 года автобус ПАЗ, гос.номер №, проходил ремонт, а именно, перестановку колес, шиномонтаж, балансировку, что подтверждается ремонтным листом (т. 1 л.д. 168).

В ходе судебного разбирательства свидетель Т.А.В. подтвердил, что на автобусе ПАЗ имел место неравномерный износ шин, из-за чего ФИО1 снял автобус с линии (т. 2 л.д. 21-22). Свидетель С.А.В. (начальник автопарка) показал, что неравномерный износ шин на автобусе ПАЗ имелся, и шины поменяли местами, при этом сотрудники фабрики, не смотря на снятие автобуса с линии, были доставлены на работу другими автобусами (т. 2 л.д. 23-24). 

Оценив изложенные доказательства, суд приходит к выводу, что, не смотря на отсутствие должностной инструкции контролера технического состояния автотранспортных средств, ФИО1, соблюдая старую должностную инструкцию механика-контролера, с которой он был ознакомлен, в целях обеспечения безопасности движения транспортного средства и перевозимых на нем людей, обнаружив неисправность на автобусе ПАЗ, снял его с линии и направил на диагностику и ремонт, как предписывалось инструкцией, при этом сотрудники фабрики были доставлены на работу. Следовательно, приказ о наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде выговора от 18.01.2018 является необоснованным, и потому признается судом незаконным.

31 января 2018 года исполнительным директором АО «Птицефабрика «Северная» К.В.В. был вынесен еще один приказ о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания за ненадлежащее выполнение должностных обязанностей, выразившееся в том, что находясь на смене 07.01.2018 в нарушение п. 2.29 должностной инструкции от 01.09.2014 ФИО1 не сообщил руководству о произошедшем на территории предприятия ДТП (т. 1 л.д. 98). В тот же день ФИО1 был ознакомлен с данным приказом и указал, что с приказом не согласен. Из приложенных к приказу служебных записок и объяснений ФИО1 следует, что 07.01.2018 в 00 часов 00 минут водитель В.Ю.С., управляя автомобилем Скания с прицепом, двигаясь по территории фабрики, совершил наезд на колодец очистного сооружения, повредив при этом три колеса, по данному факту проведено служебное расследование (т. 1 л.д. 99, 100, 101, 193-202).

Согласно п. 2.29. должностной инструкции, механик-контролер обязан при возникновении технической неисправности транспортного средства в нерабочее время (с 17 часов 00 минут до 08 часов 00 минут) в выходные и праздничные дни немедленно сообщать начальнику автоколонны и начальнику транспортного отдела (т. 1 л.д. 94). Пунктом 2.30 инструкции предусмотрено, что механик-контролер (в том числе в нерабочее время, в выходные, праздничные дни) обязан сообщать логистам автопарка в случае возникновения проблем по графику выхода транспорта на линию или выхода водителей. Как уже отмечалось ранее, с данной инструкцией ФИО1 был ознакомлен 24.02.2016 (т. 1 л.д. 97).

Из представленной ответчиком структуры предприятия следует, что должность начальника автоколонны и начальника транспортного отдела на фабрике отсутствует, следовательно, ФИО1 не мог сообщить о случившемся ДТП лицам, занимающим несуществующие должности (т. 2 л.д. 33-34). Тем не менее, из детализации переговоров по служебному телефону, видно, что 06.01.2018 в 23 часа 40 минут со служебного телефона контролера технического состояния автотранспортных средств был совершен звонок логисту С., то есть лицу, должность которого имеется в структуре предприятия (т. 2 л.д. 1-2). В ходе судебного разбирательства ФИО1 подтвердил, что именно этим звонком он оповести логиста о случившемся ДТП (т. 2 л.д. 19).

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель В.Ю.С. (виновник ДТП) показал, что ДТП произошло по его (В.Ю.С.) вине 06.01.2018 примерно в 23 часа 30 минут, после чего ФИО1 кому-то звонил (т. 2 л.д. 20). Из докладной записки старшего контролера П. усматривается, что 06.01.2018 в 23 часа 40 минут он видел, как автомобиль Скания под управлением ФИО5 врезался в бетонное канализационное сооружение, после чего П. вызвал ФИО1 и автомобиль был поставлен в бокс (т. 1 л.д. 202). 

Свидетель С.А.В. (начальник автопарка) показал, что ФИО1 обычно названивает ему в выходные, по вечерам, беспокоит по любым мелочам, которые происходят на предприятии, однако, по факту указанного ДТП ФИО1 ему (С.А.В.) почему-то не позвонил, при этом ФИО1 на тот момент был единственным должностным лицом, которое могло принимать решения по ремонту автомобиля. Пострадавших в ДТП не было, но негативным последствием от данного ДТП, по мнению свидетеля, было то, что без его (свидетеля) ведома заказали шины для ремонта автомобиля Скания (т. 2 л.д. 22-24). 

Как показали свидетель В.Ю.С. (виновник ДТП) и свидетель С.А.В. ущерб, причиненный предприятию по вине В.Ю.С., с него не взыскали. 

Таким образом, ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за проступок, который он, по сути, не совершал, так как должностная инструкция предусматривает извещение несуществующего должностного лица, при этом имеющиеся в деле доказательства, свидетельствуют об извещении истцом логиста С.. Учитывая, что ДТП произошло не по вине истца, должностную инструкцию он не нарушал, негативные последствия, в том числе ущерб, от действий ФИО1 для предприятия не наступили, суд приходит к выводу, что приказ о наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде замечания от 31.01.2018 также является незаконным.

Кроме того, суд обращает внимание на следующее обстоятельство. В соответствии с п. 14.2.Устава АО «Птицефабрика «Северная», полномочия единоличного исполнительного органа общества предоставляются двум лицам (генеральному директору и финансовому директору), избираемым по решению совета директоров (т. 1 л.д. 148об.). При этом оба директора действуют совместно и действия совершенные ими по отдельности не являются юридически обязательными для общества, за исключением случаев, когда один из них уполномочен на такие действия на основании доверенности (т. 1 л.д. 148об.-149). Согласно п. 14.6.10 Устава к компетенции единоличного исполнительного органа (генерального директора и финансового директора) относится поощрение работников и применение к ним дисциплинарных взысканий (т. 1 л.д. 149). Сведений о возможности передачи этих полномочий иным лицам, в том числе исполнительному директору, Устав не содержит. 

Поскольку приказы о привлечении ФИО1 были приняты исполнительным директором К.В.В., который в силу Устава таких полномочий не имеет, доказательств того, что эти полномочия с согласия совета директоров были переданы исполнительному директору, стороной ответчика не представлены, суд считает, что оспариваемые приказы были приняты неуполномоченным лицом. 

Статья 2 Трудового кодекса РФ одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений провозглашает запрет на дискриминацию в сфере труда.

Учитывая, что ФИО1 за небольшой промежуток времени дважды привлекался к дисциплинарной ответственности за поступки, которые были направлены на добросовестное исполнение им трудовых обязанностей и предотвращение аварийных ситуаций, суд приходит к выводу, что имеет место дискриминационное отношение работодателя к работнику (истцу). О таком отношении свидетельствует также высказывание в ходе судебного разбирательства начальника автопарка С.А.В., допрошенного в качестве свидетеля, который назвал ФИО1 «единоличником», который ни с кем не общается, и из-за этого с ним возникают конфликты, он постоянно снимает автомобили с линии по любым пустякам, поэтому проблемы с ФИО1 возникают постоянно (т. 2 л.д. 23, 25). При таких обстоятельствах, суд полагает, что незаконные приказы о привлечении истца к дисциплинарной ответственности за добросовестный труд принимались ответчиком намеренно, с целью дальнейшего увольнения неугодного работника, либо с целью понуждения работника (истца) уволиться самостоятельно.

В силу ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда (абзац пятый).

Установление работнику справедливой заработной платы обеспечивается положениями Трудового кодекса Российской Федерации, закрепляющими обязанность работодателя обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности (статья 22), зависимость заработной платы каждого от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, а также запрет какой бы то ни было дискриминации при установлении и изменении условий оплаты труда (статья 132), основные государственные гарантии по оплате труда работника (статья 130) и повышенную оплату труда в особых условиях (статья 146).

Заработная плата конкретного работника, согласно Трудовому кодексу Российской Федерации, устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая статьи 135), которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства (часть вторая статьи 135) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом закрепленных в законодательстве критериев, в том числе условий труда, при этом заработная плата работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, должна устанавливаться в повышенном размере по сравнению с тарифными ставками, окладами (должностными окладами), установленными для идентичных видов работ, но с нормальными условиями труда (часть первая статьи 147).

Свобода трудовых отношений в ее конституционно-правовом смысле предполагает соблюдение принципов равенства и согласования воли сторон, стабильности данных правоотношений. Субъекты трудовых отношений свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий.

Установление длительных трудовых отношений, возможность своевременно получать заработную плату в полном объеме, а также получать стимулирующие вознаграждения при выполнении работником всех условий предусмотренных работодателем для выплаты премии, имеют особую значимость для реализации гражданами права на труд и защиту от безработицы, осуществления ими иных прав и свобод, гарантированных Конституцией Российской Федерации.

В вопросах выплаты премии и предоставления иных видов поощрений за труд (ст. 191 ТК РФ), несмотря на установленное законом право, а не обязанность работодателя производить таковые, последний не может действовать произвольно, и во всяком случае связан необходимостью обеспечения соблюдения принципов и норм составляющих конституционно-правовую основу регулирования общественных отношений, складывающихся в данной сфере, свобода усмотрения работодателя в данном случае не является абсолютной.

Таким образом, работодатель, приняв решение о выплате премии, определив ее размер по отношению к каждому из работников, подписав соответствующее соглашение, включив обязанность по выплате премии в трудовой договор, не вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязанности по выплате дополнительного вознаграждения за труд.

Согласно условий трудового договора с истцом, за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается тарифная ставка в размере 158 руб. 99 коп. в час. Работодатель имеет право выплачивать работнику премии за производственные показатели (т. 1 л.д. 36). Дополнительным соглашением от 19.02.2018 тарифная ставка истца была увеличена до 171 руб. 97 коп. в час (т. 2 л.д. 36-38). Кроме того, в п. 5.3. дополнительного соглашения указано, что работнику может быть выплачена премия. Премия относится к стимулирующим выплатам, не входит в состав обязательной части заработной платы. Выплата премии является правом, а не обязанностью работодателя. 

В Положении об оплате труда АО «Птицефабрика «Северная» не содержится сведений о премировании работников, отсутствуют критерии, по которым работодатель может премировать работника или лишить его премии (т. 1 л.д. 188-191). В Положении о применении дисциплинарных взысканий такие критерии также отсутствуют (т. 2 л.д. 52-62).

Из анализа расчетных листков ФИО1 следует, что ему ежемесячно, кроме платы по часовому тарифу и оплаты за работу в ночное и сверхурочное время, производилась выплата премии в размере 33% и премии за производственные показатели (т. 1 л.д. 5-6, 175-180). В октябре и декабре 2017 года выплачивалась только премия за производственные показатели, а в январе, феврале, марте 2018 года премия истцу вообще не выплачивалась.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом предмета и основания иска на ответчика возложена обязанность доказать, что невыплата премии истцу является правомерной, а также не являлась произвольным решением работодателя, а была связана с производственными показателями.

Не смотря на это, в ходе судебного разбирательства ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для невыплаты истцу премии.

При этом некоторые работники, занимающие такую же как и истец должность (контролер технического состояния автотранспортных средств), получали в январе, феврале, марте 2018 года премию и премию за производственные показатели (т. 2 л.д. 7-15, 50). Данный факт дополнительно подтверждает наличие дискриминации в отношении истца.

Учитывая все вышеизложенное, принимая во внимание отсутствие на предприятии установленных работодателем критериев по премированию работников, а также отсутствии доказательств, свидетельствующих об обоснованности снятия с ФИО1 премии за указанный период, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ответчика премии в размере 33% от тарифной ставки подлежат удовлетворению.

Проверив расчет премии, представленный истцом, суд находит его правильным и соглашается с представленным расчетом (т. 2 л.д. 48). В связи с этим с ответчика в пользу истца подлежит взысканию премия за октябрь, декабрь 2017 года и за январь, февраль, март 2018 года в размере 39100 руб. 81 коп. 

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку в ходе судебного разбирательства было установлено, что имеет место нарушение трудовых прав ФИО1, связанное с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности и невыплатой ему премии за пять месяцев, суд приходит к выводу, что истец имеет право на денежную компенсацию морального вреда. Оценивая степень нравственных страданий истца, связанных с нарушением его трудовых прав, суд не может согласиться с заявленным размером компенсации морального вреда в сумме 200 000 руб. 00 коп. и определяет, что с ответчика подлежит взысканию в пользу истца денежная компенсация морального вреда в размере 20 000 руб. 00 коп., в остальной части данных требований суд отказывает.

В силу п. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального бюджета в размере 1 064 руб. 03 коп. (764 руб. 03 коп. + 300 руб. 00 коп.).

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать незаконным приказ АО «Птицефабрика «Северная» от 18.01.2018 о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Признать незаконным приказ АО «Птицефабрика «Северная» от 31.01.2018 о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Взыскать с акционерного общества «Птицефабрика «Северная» в пользу ФИО1 невыплаченную премию за октябрь, декабрь 2017 года и за январь, февраль, март 2018 года в размере 39100 (тридцать девять тысяч сто) руб. 81 коп. и денежную компенсацию морального вреда в размере 20000 (двадцать тысяч) руб. 00 коп. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Птицефабрика «Северная» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Птицефабрика «Северная» в бюджет муниципального образования Кировский муниципальный район Ленинградской области государственную пошлину в размере 1064 (одна тысяча шестьдесят четыре) руб. 03 коп.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме посредством подачи лицами, участвующими в деле, апелляционной жалобы через Кировский городской суд Ленинградской области. 

Судья: Н.С. Невская