к делу №2-1880/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Геленджик 08 октября 2018 года

Геленджикский городской суд Краснодарского края в составе 

Председательствующего- судьи: Тарасенко И.А.,

при секретаре судебного заседания: Авакимовой К.С.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчиков ФИО3 и ФИО4 – ФИО5, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>1 и нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 об отмене договора дарения, по исковому ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с к ФИО3 об отмене договора дарения здания столовой лит. «Л», кадастровый №, общей площадью 687,80 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес>, б/н., заключенного между ФИО1 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Исковые требования мотивированы тем, что на основании определения Геленджикского городского суда Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ (дело №) истцу на праве собственности принадлежат объекты недвижимости, образующие детский санаторно-оздоровительный комплекс «Криница» круглогодичного действия по адресу: 

<

адрес>, Приморский бульвар, 2 (ранее - 

<

адрес>, б/н). Право собственности на указанные объекты зарегистрировано за истцом в установленном законом порядке БТИ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ. Занимаемый указанным комплексом земельный участок площадью 41892 кв.м, имеющий кадастровый №, принадлежит ФИО1 на праве аренды. Также на основании указанного судебного определения истцу принадлежало нежилое здание столовой лит. «Л», общей площадью 687,80 кв.м, расположенное по вышеуказанному адресу. Между истцом и ФИО3, которая приходится истцу дочерью, ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения данного здания столовой, сделка зарегистрирована в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ. Здание столовой лит. «Л» представляет для истца большую неимущественную ценность, поскольку столовая является частью детского санаторно-оздоровительного комплекса «Криница» круглогодичного действия и обеспечивает здоровое питание, санитарно-эпидемиологическое благополучие и безопасность детей. Однако ФИО3 не осуществляет на протяжении длительного времени надлежащего содержания здания столовой лит. «Л», не обеспечивает должным образом его функционирование, в связи с чем, ФИО1 была вынуждена обратиться в суд с иском об отмене договора дарения на основании положения п. 2 ст. 578 ГК РФ.

ФИО1 обратилась в суд с к ФИО3 и ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в котором просит, с учетом уточнения, признать недействительным договор дарения объекта недвижимого имущества (между близкими родственниками), заключенный между ФИО3 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в отношении здания столовой с кадастровым номером №, общей площадью 687,80 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес>, прекратить право собственности ФИО4 на указанное здание, аннулировать и исключить из ЕГРН регистрационную запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО4 на данный объект недвижимости. 

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 02.07.2018 года обратилась в Геленджикский городской суд с иском об отмене договора дарения здания столовой по адресу: 

<

адрес>, б/н, просила суд запретить управлению Росреестра по Краснодарскому краю осуществлять регистрационные действия в отношении указанного имущества до рассмотрения дела по существу. Однако до внесения в ЕГРН сведений о запрете, ответчица произвела отчуждение спорного здания столовой в пользу своего сына ФИО4 Заключенная между ФИО3 к ФИО4 сделка является мнимой, поскольку спорный объект недвижимости от ФИО3 к ФИО4 не передавался и не принимался, сделка заключена без намерения создать соответствующие правовые последствия, указанные лица не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения, а совершена данная сделка исключительно с целью воспрепятствовать истцу осуществить защиту своего права. Признание указанной сделки недействительной позволит истцу осуществить защиту своего права путем отмены договора дарения здания столовой, заключенного 26.02.2013 года между истцом и ФИО3

Определением Геленджикского городского суда от 24.08.2018 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об отмене договора дарения и гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки объединены в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, воспользовалась правом на ведение дела в суде через представителя по доверенности ФИО2, что не противоречит положениям ст.ст. 48, 53, 54 ГПК РФ, который поддержал требования искового заявления об отмене договора дарения, уточненного искового заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, ссылаясь на доводы, указанные в исках, письменных дополнениях, а также указал, что в течение пяти лет с момента заключения договора дарения от 26.02.2013 года ФИО3 не несла расходы по обслуживанию здания столовой, бремя содержания данного здания лежало исключительно на ФИО1, однако учитывая близкие родственные отношения истец не предъявляла ФИО3 претензий по данному основанию. В июне 2018 года между ФИО1 и ФИО3 произошел конфликт, поскольку ФИО3 потребовала передать ей долю в размере 50% в уставном капитале ООО ДСОК «Криница», заявила угрозу парализовать деятельность предприятия в случае, если ее требование не будет выполнено. Получив отказ, ФИО3 обратилась в 23.06.2018 года в отдел МВД по городу Геленджику с заявлением, содержащем ложные сведения, по факту нанесения ей телесных повреждений со стороны родного брата ФИО3 - ФИО6, по которому 22.07.2018 года вынесено постановление о прекращении административного расследования за отсутствием состава административного правонарушения, а 27.06.2018 года заключила со своим сыном ФИО4, который живет и учится в г.Санкт-Петербурге, мнимую сделку дарения указанного здания столовой, чтобы воспрепятствовать ФИО1 осуществить защиту своего права. ФИО7 на территории ДСОК «Криница» не был, спорный объект недвижимости во владение не принимал. Стороны формально исполнили указанную сделку, осуществив ее государственную регистрацию. Также 24.07.2018 года ФИО3 обратилась в следственный отдел по г.Геленджику СУ СК РФ по Краснодарскому краю с заявлением по факту уклонения от уплаты налогов ООО "ДСОК "Криница" круглогодичного действия. По данному заявлению постановлением от 02.08.2018 года в возбуждении уголовного дела было отказано.

Представитель ответчиков по доверенности ФИО5 против удовлетворения иска об отмене договора дарения здания столовой от 26.02.2013 года и признании недействительной сделки дарения от 27.06.2018 года и применении последствий недействительности сделки возражал, указывая, что истцом не представлены доказательства наличия предусмотренных ст. 578 ГК РФ оснований для отмены сделки дарения, поскольку здание столовой представляет для истца материальную ценность и используется в коммерческой деятельности. Указал, что помимо спорного здания столовой лит. «Л», на земельном участке по адресу: 

<

адрес> имеется второе здание столовой, находящееся в собственности истца, и документы, представленные ФИО1 в подтверждение несения расходов на содержание здания столовой, относятся не к спорному зданию, а к другому объекту. Также представитель ответчиков утверждает, что истцом не доказано наличие обстоятельств, в силу которых договор дарения от 27.06.2018 года спорного здания столовой является мнимой сделкой, поскольку ФИО3 и ФИО4 имели реальные намерения создать соответствующие правовые последствия, договор прошел государственную регистрацию, стороны лично обращались в управление Росреестра по Краснодарскому краю с заявлениями о регистрации сделки, ФИО4 направлял в ДСОК «Криница» уведомление о переходе права, претензию о проведении совместного осмотра и необходимости погашении задолженности по арендной плате. На момент заключения договора дарения от 27.06.2018 года ФИО3 и ФИО4 не знали и не могли знать о намерении истца отменить договор дарения от 26.02.2018 года, поскольку с соответствующим иском ФИО1 обратилась в Геленджикский городской суд 09.07.2018 года. Также представитель ответчиков утверждал, что передача дара не является обязательным условием признании договора дарения действительным, спорное здание столовой расположено на границе земельного участка по 

<

адрес> в 

<

адрес> и было осмотрено ФИО4 через ограждение со стороны пляжа.

Представитель управления Росреестра по Краснодарскому краю в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства. В направленном в суд ходатайстве просит рассмотреть дело в свое отсутствие, по существу исковых требований полагается на усмотрение суда.

Выслушав представителей сторон, изучив письменные материалы дела, дав им оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему. 

Из материалов дела следует, что на основании определения Геленджикского городского суда Краснодарского края от 28.07.98 (дело №2-1444/98) истцу принадлежит на праве собственности движимое и недвижимое имущество, образующее имущественную массу детского санаторно-оздоровительного комплекса «Криница» круглогодичного действия, находящегося по адресу: 

<

адрес>.

ФИО1 на праве собственности принадлежат следующие объекты недвижимости: административный корпус лит. «А», спальные домики лит. «Б», «В», «Д», «Э», «Ч», спальные корпуса «Е», «Ё», «И», «Й», «Ж», «З», склад лит. «Т», дизельная электростанция лит. «Ш», душевой павильон лит. «Щ», административный корпус лит.«Я» вагоны лит.Г35, Г36, Г37, что подтверждается справкой Филиала ГУП КК «Крайтехинвентаризация» по г.Геленджику № от ДД.ММ.ГГГГ.

В правоустанавливающих документах указан адрес данных объектов: 

<

адрес>, б/н. Новый адрес «

<

адрес>» присвоен данным объектам заключением управления архитектуры и градостроительства администрации муниципального образования город-курорт Геленджик от ДД.ММ.ГГГГ №.

Приказом департамента имущественных отношений Краснодарского края №-з от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставлен в аренду земельный участок площадью 41892 кв.м, имеющий кадастровый №, занимаемый вышеуказанными объектами недвижимости по адресу: 

<

адрес>.

На основании указанного приказа между истцом и департаментом имущественных отношений Краснодарского края заключен договор № аренды земельного участка государственной собственности несельскохозяйственного назначения от ДД.ММ.ГГГГ на срок до ДД.ММ.ГГГГ. Право аренды зарегистрировано в ЕГРН, что подтверждается записью регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Судом установлено, что на основании определения Геленджикского городского суда Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ к делу № истцу также принадлежало нежилое здание столовой лит. «Л», общей площадью 687,80 кв.м, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Из представленной управлением Росреестра по Краснодарскому краю копии дела правоустанавливающих документов по объекту недвижимости с кадастровым номером 23:40:0807013:70 по адресу: 

<

адрес> следует, что между истцом ФИО1 и дочерью истца ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор дарения указанного здания.

Договор дарения зарегистрирован в ЕГРН, что подтверждается записью регистрации № от 27.03.2013 года.

Согласно ст.218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ст. 572 Гражданского кодекса РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п.2 статьи 578 Гражданского кодекса РФ даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.

В силу положений п. 5 ст. 578 Гражданского кодекса РФ, в случае отмены дарения одаряемый обязан возвратить подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения.

Из представленного в материалы дела договора аренды № от 10.01.2018 года следует, что между ФИО3, действующей в качестве Арендодателя и ООО ДСОК «Криница» круглогодичного действия» в лице директора ФИО1, действующего в качестве Арендатора, заключен договор аренды, на основании которого ФИО3 передала арендатору здание столовой во временное владение и пользование на срок с 10.01.2018 года по 01.11.2018 года.

Суд приходит к выводу, что здание столовой лит. «Л» представляет для истца большую неимущественную ценность, поскольку нормальное функционирование столовой обеспечивает здоровое питание детей, их санитарно-эпидемиологическое благополучие и безопасность.

Договором аренды № от 10.01.2018 года установлены обязательства арендодателя (ФИО3) обеспечивать своими силами и за свой счет хозяйственное обслуживание имущества (п. 2.1.2), вносить плату за негативное воздействие на окружающую среду (п. 2.1.6), производить за свой счет капитальный ремонт недвижимого имущества (п. 2.6), поддерживать недвижимое имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание недвижимого имущества (п.2.7).

Однако ответчица ФИО3 не осуществляет надлежащего содержания здания столовой лит. «Л», не обеспечивает должным образом функционирования столовой, что создает угрозу здоровью детей.

В нарушение вышеуказанных условий договора аренды № от 10.01.2018 года, бремя содержания арендованного имущества несет исключительно истец.

Из материалов дела следует, что на основании договора подряда между физическими лицами от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1, действующей в качестве заказчика, и ФИО8, действующим в качестве подрядчика, произведена замена кровли здания Столовой лит. «Л» по 

<

адрес>.

Для осуществления указанных работ, на основании договора купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приобрела у ФИО8 кровельные материалы. Расходы, понесенные ФИО1 в связи с заменой кровли, составили 1 969 044 рубля, что подтверждается п. 3.1 договора подряда между физическими лицами от ДД.ММ.ГГГГ, п. 4.1. договора купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ, расписками ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ.

Довод представителя ответчиков о том, что указанные документы не могут быть приняты в качестве допустимого доказательства нарушения ФИО3 своих обязательств, поскольку договор дарения здания столовой от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован управлением Росреестра по Краснодарскому краю ДД.ММ.ГГГГ и с этого момента к одаряемой перешло бремя содержания подаренного имущества, суд находит несостоятельным.

Согласно п. 6 договора дарения здания столовой от ДД.ММ.ГГГГ, указанный договор одновременно является актом приема-передачи подаренного объекта, составление дополнительного документа о передаче недвижимости не требуется.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление Пленума N 10/22) после передачи владения недвижимым имуществом покупателю, но до государственной регистрации права собственности покупатель является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании статьи 305 ГК РФ. В то же время покупатель не вправе распоряжаться полученным им во владение имуществом, поскольку право собственности на это имущество до момента государственной регистрации сохраняется за продавцом.

В силу пункта 1 статьи 224 Гражданского кодекса Российской Федерации вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Системное толкование статей 209, 210 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет момент возникновения обязанности по содержанию имущества не фактом государственной регистрации права собственности, а наличием у собственника возможности владеть и пользоваться переданным ему имуществом.

Учитывая изложенное, бремя содержания здания столовой лит. «Л» перешло к ФИО3 с момента подписания договора дарения здания столовой от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, ФИО1 понесла расходы в размере 1 067 095 рублей на приобретение и установку системы вентиляции здания столовой по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается договором № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ФИО1, действующей в качестве покупателя, и ФИО9, действующим в качестве поставщика, сметой (приложение № к договору № от ДД.ММ.ГГГГ), актом № от ДД.ММ.ГГГГ, расписками ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, написанными собственноручно.

Представителем ответчиков в материалы дела представлена копия договора купли-продажи б/н от ДД.ММ.ГГГГ на покупку беседок, заключенного между ФИО3 и ФИО10 на общую сумму 800 000 рублей.

Письменные доказательства в соответствии со ст. 71 ГПК РФ должны быть предоставлены либо в подлиннике, либо заверенные надлежащим образом.

В силу ч. 7 ст. 67 ГПК РФ суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Подлинник договора купли-продажи б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО10, представителем ответчиков в материалы дела не представлен.

В связи с этим, указанный документ не может быть принят в качестве допустимого доказательства по делу.

Более того, содержание представленного представителем ответчиком договора купли-продажи б/н от ДД.ММ.ГГГГ противоречит иным доказательствам по делу.

Так, представителем истца представлен договор купли-продажи б/н от ДД.ММ.ГГГГ беседок из сосны, заключенный между ФИО10 и ФИО1 на общую сумму 886 000 рублей.

Также стороной истца представлен договор купли-продажи мебели от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 102 000 рублей, заключенный между ФИО1 и ФИО10

Исполнение указанных договоров в полном объеме подтверждается актами приема-передачи товара от ДД.ММ.ГГГГ, расписками ФИО11 в получении денег от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, плательщиком по договору купли-продажи б/н от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ИП ФИО10 является ФИО1

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ в ходе судебного заседания на обозрение суда представителем истца представлены подлинники договора купли-продажи мебели от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема-передачи товара от ДД.ММ.ГГГГ и платежных документов.

Суд также принимает во внимание, что ФИО3 представила в материалы дела платежные поручения № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 23350 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 50000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 50000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 50000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 300 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100 000 рублей, о перечислении денежных средств ФИО11, в которых от руки указано назначение платежа «за беседки».

Пунктом 1.1. Положения Банка России №-П от ДД.ММ.ГГГГ «О правилах осуществления перевода денежных средств» установлено, что перевод денежных средств осуществляется банками по распоряжениям клиентов, в том числе, применяемым в рамках форм безналичных расчётов.

Одновременно, в Приложении 1 к Положению №-П от ДД.ММ.ГГГГ «Перечень и описание реквизитов платежного поручения, инкассового поручения, платёжного требования», при описании 24 реквизита «Назначение платежа» оговаривается перечень информации, который должен быть отражён в платёжном документе, а именно: назначение платежа; наименование товаров, работ, услуг, номера и даты договоров, товарных документов; другая необходимая информация, в том числе налог на добавленную стоимость (в соответствии с законодательством).

В случае если требуется внести изменения в графу с назначением платежа в платежном поручении, отправитель создает новую платежку и представляет ее в банк, но только в том случае, если предыдущий документ не был исполнен.

Замена платежного поручения может быть произведена путем отзыва (п. 2.14 положения №383-П) не исполненной из-за недостаточности средств платежки. 

При этом, указанным положением не допускается вносить в платежный документ исправления, также недопустим частичный отзыв суммы по переданному на исполнение платежному поручению. Внесение изменений в назначение платежа после исполнения банком поручения клиента о перечислении денежных средств уже невозможно. 

Суд приходит к выводу, что представленные ФИО12 платежные поручения о перечислении денежных средств ФИО11 с внесенными от руки исправлениями в графе «назначение платежа» не соответствуют требованиям законодательства и являются недопустимым доказательством по делу.

По утверждению представителя ответчиков, для функционирования спорной столовой лит. «Л» ФИО3 осуществлялась закупка техники и оборудования.

В подтверждение представитель ответчиков ссылался на договоры поставки, заключенные между ФИО3 и ООО «ФПГ «ШЕФ», ИП ФИО13, ООО «Комплекс – Бар –Кубань», ИП ФИО14, ИП ФИО15

Однако вышеуказанные договоры не подтверждают, что техника и оборудование приобретались ФИО3 для обеспечения функционирования здания столовой лит. «Л» по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>. Указанное имущество ФИО3 не передавала ДСОК «Криница».

Согласно акту приема-передачи, являющемуся приложением к договору аренды недвижимого имущества № от ДД.ММ.ГГГГ, арендодатель передал, а арендатор принял здание столовой литер Л площадью 687,8 кв.м без посуды, техники и оборудования.

Довод представителя ответчиков о том, что в действительности здание на момент передачи имущества по договору аренды № от ДД.ММ.ГГГГ от ФИО3 к ДСОК «Криница» здание столовой было укомплектовано посудой и техникой, однако в силу близких родственных отношений между сторонами документы о передаче имущества не были составлены надлежащим образом не имеет правового значения и не принимается судом.

Из материалов дела следует, что с 2010 года по настоящее время ООО ДСОК «Криница» приобретало оборудование и посуду для обеспечения функционирования здания столовой лит. «Л» за свой счет. Общая сумма расходов ООО ДСОК «Криница» составила 1 367 204,18 рублей.

Данное обстоятельство подтверждается договором поставки № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого ДСОК «Криница» приобрело у ООО «Сухаревка-ЮГ» принадлежности для столовой на сумму 453 253 рубля 50 коп, а также товарной накладной от ДД.ММ.ГГГГ № и счет-фактурой № от ДД.ММ.ГГГГ, поставщик ООО «Сухаревка-ЮГ» на сумму 136 858,50 рублей на покупку ванны моечной, полки открытой, полок для стола, стола открытого, хлеборезки, стеллажа модульного с сушками для тарелок; товарно-транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ №, поставщик ООО «Сухаревка-ЮГ» на сумму 41 490,00 рублей на покупку холодильного шкафа СМ 114-S; товарно-транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ №, поставщик ООО «Сухаревка-ЮГ» на сумму 296 595,00 рублей на покупку столов, стеллажей модульных с сушками для тарелок, сковороды электрической СЭЧ-0,45.

ДСОК «Криница» приобрело у ООО «ФПГ «ШЕФ» посуду на общую сумму 229 020 рублей, что подтверждается товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДСОК «Криница» приобрело у ООО «Гостиничный сервис» посуду и принадлежности для столовой на общую сумму 106 590 рублей, что подтверждается товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДСОК «Криница» приобрело у ООО «Комплекс-Бар-Кубань» посуду и принадлежности для столовой на общую сумму 160 829 рублей, что подтверждается товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДСОК «Криница» приобрело у АО «ТД Тракт» спецодежду для поваров на сумму 4502,88 рублей, что подтверждается счет-фактурой № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДСОК «Криница» приобрело у ИП ФИО16 посуду и спецодежду для поваров на общую сумму 135 591,80 рублей, что подтверждается товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, платежными поручениями № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДСОК «Криница» приобрело у ООО «Секрет» посуду на общую сумму 86 799 рублей, что подтверждается товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДСОК «Криница» приобрело у ООО «Сервис-ЮГ-ККМ» посуду на общую сумму 190 618 рублей, что подтверждается товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, счет-фактурой № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, счет-фактурой № от ДД.ММ.ГГГГ, товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, счет-фактурой № от ДД.ММ.ГГГГ, платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ, платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

Судом установлено, что адрес грузополучателя по вышеуказанным документам совпадает с адресом ООО ДСОК «Криница». 

Таким образом, указанные документы безусловно свидетельствуют о том, что обеспечение здания столовой посудой и оборудованием осуществлялось ООО ДСОК «Криница» за свой счет.

Довод представителя ответчиков о том, что на земельном участке площадью 41892 кв.м, имеющем кадастровый №, по адресу: 

<

адрес>, Приморский бульвар, 2 имеется второе здание столовой, для обеспечения которого истцом приобрелась посуда и оборудования, противоречит материалам дела.

Согласно выкопировке из технического паспорта детской здравницы по 

<

адрес> в 

<

адрес>, выполненного филиалом ГУП Краснодарского края «Краевая техническая инвентаризация» по городу Геленджику по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, раздел «Исчисление площадей и объемов сооружений, расположенных на земельном участке», в составе ДСОК «Криница» имеется только одно здание столовой лит. «Л» с пристройками.

Данное обстоятельство не опровергается представленными стороной ответчиков в материалы дела распечатками информации с интернет-сайта krinica-village.ru, согласно которым в составе оздоровительного комплекса имеется столовая из двух больших залов на 350 и 150 посадочных мест.

Согласно требованиям ч.1,2 ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств и никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу о наличии правовых и фактических оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 об отмене договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении здания столовой с кадастровым номером № между ФИО3, действующей в качестве дарителя, и сыном ФИО3 – ФИО4, действующим в качестве одаряемого, заключен договор дарения объекта недвижимого имущества (между близкими родственниками), общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенного по адресу: 

<

адрес>, б/н, о чем в ЕГРН внесена запись регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу части 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 136 ГПК РФ, статья 128 АПК РФ).

Судом установлено, что ФИО1 не является стороной сделки дарения от 27.06.2018 года, однако из материалов дела следует, что истец имеет охраняемый законом интерес, защита которого может быть осуществлена исключительно путем признания указанной сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки, поскольку удовлетворение данного иска позволит истцу осуществить защиту своего права путем отмены договора дарения здания столовой лит. «Л», заключенного 26.02.2013 года между ФИО1 и ФИО3

Гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права ФИО1 и защита права истца возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу ст. 572 Гражданского кодекса РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, совершение сделки дарения предполагает переход предмета сделки во владение другого лица.

Судом установлено, что спорный объект недвижимости от ФИО3 к ФИО4 не передавался и не принимался, что подтверждается следующим.

На территории Детского санаторно-оздоровительного комплекса «Криница» действует пропускной режим, обеспечиваемый ЧОО «Каплан» на основании договора на оказание охранных услуг № от 01.06.2018 года.

Согласно п. 6.2.2. на территорию Детского санаторно-оздоровительного комплекса «Криница» не допускаются лица без удостоверения и (или) пропуска соответствующего образца.

Согласно п. 3.2. инструкции подразделения службы охраны ООО ЧОО «Каплан» по охране объекта «Детский санаторно-оздоровительный комплекс «Криница» круглогодичного действия» по адресу: 

<

адрес>, заверенной директором указанной организации, сотрудники ЧОО осуществляют допуск лиц на объект охраны при предъявлении ими документов, дающих право на вход (выход), въезд (выезд), внос (вынос) ввоз (вывоз) имущества на объект охраны и с объекта охраны.

На основании приказа директора ООО «Детский санаторно-оздоровительный комплекс «Криница» круглогодичного действия» № от 23.06.2018 года ФИО3 отстранена от занимаемой должности заместителя директора по общим вопросам на период проведения служебной проверки. В связи с последующим пресечением нарушений ФИО3 ограничен вход на территорию ДСОК «Криница».

Таким образом, с 23.06.2018 года, ни ФИО3, ни ФИО4 на территории ДСОК «Криница» не были, прием-передачу спорного здания столовой не осуществляли.

Довод представителя ответчиков о том, что ФИО4 произвел внешний осмотр здания столовой через ограждение не подтвержден материалами дела.

Суд находит несостоятельными доводы представителя ответчиков о том, что ФИО3 и ФИО4 имели реальные намерения создать соответствующие правовые последствия, поскольку лично подписали и сдали договор на государственную регистрацию в управление Росреестра по Краснодарскому краю, ФИО4 оплатил государственную пошлину за регистрацию, а после регистрации договора направлял в ДСОК «Криница» уведомление о переходе права, претензию о проведении совместного осмотра и необходимости погашении задолженности по арендной плате.

Согласно разъяснению, данному в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Обстоятельства, на которые ссылаются ответчики в подтверждение действительности договора свидетельствуют исключительно о ее формальном исполнении с целью создания препятствий для отмены договора дарения здания столовой, заключенного 26.02.2013 года между ФИО1 и ФИО3

Суд также находит несостоятельными доводы представителя ответчиков, о том, что на момент заключения договора дарения от 27.06.2018 года ФИО3 и ФИО4 не знали и не могли знать о намерении истца отменить договор дарения от 26.02.2018 года, поскольку с соответствующим иском ФИО1 обратилась в Геленджикский городской суд 09.07.2018 года.

Из представленного истцом в материалы дела постановления о прекращении административного расследования от 22.07.2018 года следует, что 23.06.2018 года между сторонами произошел конфликт, в ходе которого ФИО3 предъявила ложное обвинение своему брату ФИО6 о нанесении побоев.

Таким образом, 27.06.2018 года ФИО4, который приходится ФИО3 сыном, а истцу ФИО1 внуком, не мог не знать о наличии конфликта между матерью и бабушкой.

В связи с этим, суд приходит к выводу, что ФИО3 и ФИО4 заключили мнимую сделку дарения здания столовой без намерения создать соответствующие правовые последствия, а также без намерений исполнять данную сделку, с целью воспрепятствовать истцу осуществить защиту свое права.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В силу положений ст. ст. 10, 170 ГК Российской Федерации суд первой инстанции расценивает действия ответчиков ФИО3 и ФИО4 как злоупотребление правом, повлекшее нарушение прав ФИО1

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 4 ст. 1 ГК Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу п. 2 ст. 168 ГК Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК Российской Федерации, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК Российской Федерации.

Из установленных судом обстоятельств дела следует, что ответчики допустили недобросовестное осуществление гражданских прав, а именно, зная о намерении истца отменить договора дарения от 26.02.103 года, в целях создания препятствий истцу в защите своего права, совершили сделку дарения от 27.06.2018 года, осуществив отчуждение спорного имущества.

Исходя из наличия у истца ФИО1 нарушенного материально-правового интереса на отмену договора дарения от 26.02.2013 года и на признание недействительным договора дарения от 27.06.2018 года, а также из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК Российской Федерации следует, что иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий её недействительности подлежит удовлетворению.

В этой связи суд усматривает основания для применения последствий недействительности ничтожной сделки дарения от 27.06.2018 года и возврата здания столовой в собственность ФИО3, а также на отмену договора дарения от 26.02.2013 года и возврата имущества в собственность ФИО1

Согласно ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда (п.1). При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда (п.3).

Определением Геленджикского городского суда Краснодарского края от 09 июля 2018 года приняты меры по обеспечению иска в виде запрета органу, осуществляющему государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним (Геленджикскому отделу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>), производить действия по регистрации прав на здание столовой лит. «Л», кадастровый №, общей площадью 687,80 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес>, б/н либо сделок с ним.

Суд приходит к выводу, что указанные меры по обеспечению иска подлежат сохранению до момента исполнения настоящего решения. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Отменить договор дарения здания столовой, кадастровый №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенной по адресу: 

<

адрес>, б/н., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3;

признать недействительным договор дарения объекта недвижимого имущества (между близкими родственниками), заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 в отношении здания столовой с кадастровым номером №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенного по адресу: 

<

адрес>, б/н;

прекратить право собственности ФИО4 на здание столовой с кадастровым номером №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенное по адресу: 

<

адрес>, б/н;

аннулировать и исключить из ЕГРН регистрационную запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО4 на здание столовой с кадастровым номером №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, расположенное по адресу: 

<

адрес>, б/н.

признать за ФИО1 право собственности на здание столовой, кадастровый №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенное по адресу: 

<

адрес>, б/н.

Настоящее решение суда является обязательным для исполнения управлением Росреестра по 

<

адрес> и Филиалом ФГУП «ФКП Росреестра» по 

<

адрес> путем:

аннулирования и исключения из ЕГРН записи № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО4 на здание столовой с кадастровым номером №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенное по адресу: 

<

адрес>;

внесения в ЕГРН записи о регистрации права собственности ФИО1 на здание столовой с кадастровым номером №, общей площадью 687,80 кв.м, назначение: нежилое, количество этажей: 1, в том числе подземных: 0, расположенное по адресу: 

<

адрес>, б/н.

До момента исполнения настоящего решения, сохранить меры по обеспечению иска, принятые определением Геленджикского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в виде запрета органу, осуществляющему государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним (Геленджикскому отделу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю), производить действия по регистрации прав на здание столовой лит. «Л», кадастровый №, общей площадью 687,80 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес> либо сделок с ним.

Решение может быть обжаловано в суд апелляционной инстанции Краснодарского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Геленджикский городской суд.

Председательствующий: 

Решение в окончательной форме изготовлено 12 октября 2018 года