Дело № 2-39/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 февраля 2019 года город Тверь 

Пролетарский районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Дмитриевой И.И., 

при секретаре Аракчеевой Д.Н. 

с участием истца ФИО2, 

представителя истца ФИО3, 

представителя ответчика ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании суммы ущерба, причиненного в результате незаконного лишения возможности трудиться, взыскании задолженности по заработной плате, отпускным, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО ЧОО «Багира-Ка» о возложении обязанности выдать трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, отпускным, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что 01 декабря 2015 года истец был трудоустроен в ООО ЧОО «Багира-Ка», о чем имеется запись в трудовой книжке. Экземпляр трудового договора при устройстве на работу ему выдан не был. В организации истец работал до 01 ноября 2018 года. На момент увольнения у ответчика перед ним имелась задолженность по выплате заработной платы за период с августа 2018 года по октябрь 2018 года в сумме 255 000 рублей (из расчета 85 000 рублей в месяц). Также ему не выплачены отпускные за период с 2015 года по 2018 год. Задолженность по отпускным составила 80 000 рублей. В день увольнения расчет с истцом не произведен, трудовая книжка не выдана. Невыплата заработной платы в течение длительного периода ставит истца и его семью в крайне затруднительное материальное положение, заставляет переживать, что причиняет истцу значительный моральный вред. На основании изложенного просил возложить на ответчика обязанность выдать трудовую книжку, взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 255 000 рублей, задолженность по отпускным в размере 80 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Определением суда от 17 декабря 2018 года от ФИО2 принят отказ от исковых требований к ООО ЧОО «Багира-Ка» о возложении обязанности выдать трудовую книжку, производство по делу в указанной части прекращено.

17 декабря 2018 года истцом представлено уточненное исковое заявление, в котором указано, что трудовая книжка выдана истцу в ходе судебного разбирательства, а именно 06 декабря 2018 года, в связи с чем ответчик обязан возместить ему материальный ущерб, причиненный в результате незаконного лишения его возможности трудиться, в размере 85 000 рублей за ноябрь 2018 года, 14 166 за 5 дней декабря 2018 года. На основании изложенного просит взыскать с ответчика сумму ущерба, причиненного в результате незаконного лишения возможности трудиться, в размере 99 166 рублей, задолженность по заработной плате в размере 255 000 рублей, задолженность по отпускным в размере 80 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования с учетом уточнения по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил суд удовлетворить их. Пояснил, что он работал в ООО ЧОО «Багира-Ка» в период с 01 декабря 2015 года в должности заместителя генерального директора. 27 июля 2017 года он был переведен на должность генерального директора, 24 мая 2018 года он был переведен на должность заместителя директора. Его официальная заработная плата, с которой удерживался подоходный налог, во все периоды и на всех должностях составляла 20 000 рублей. Однако фактически согласно справке 2-НДФЛ, выданной ему бухгалтером ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО7, его заработная плата составляла 85 000 рублей ежемесячно. В указанную сумму входила официальная часть заработной платы в размере 20 000 рублей, остальную часть составляли премии, компенсация за обслуживание личного автомобиля, используемого в работе, оплата бензина, командировочные расходы. Заработная плата переводилась ему работодателем на банковскую карту, что подтверждается выпиской о движении денежных средств по счету. Также на данную банковскую карту перечислялись денежные средства для оплаты труда работников – охранников организации, которые он выдавал им лично. Он был уволен из данной организации на основании заявления об увольнении по собственному желанию 29 октября 2018 года. Однако трудовая книжка в день увольнения ему не была выдана. Он получил от работодателя письмо о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать свое согласие на ее получение 06 ноября 2018 года. Однако, когда он явился к ответчику для получения трудовой книжки, дверь в офис ему никто не открыл, на его телефонные звонки ни директор, ни бухгалтер не отвечали. Трудовая книжка была получена им только в ходе судебного заседания по настоящему делу. Таким образом, трудовая книжка не была ему выдана по вине работодателем, в связи с чем он был лишен возможности трудиться и имеет право на оплату времени вынужденного прогула до момента выдачи трудовой книжки. Кроме того, у работодателя имеется задолженность по заработной плате за период с августа 2018 года по октябрь 2018 года включительно. За указанные месяцы он вообще не получал заработную плату, хотя весь указанный период до момента увольнения он работал, находился как на своем рабочем месте в организации, так и за ее пределами, поскольку его работа носила разъездной характер. Он, как заместитель директора, должен был контролировать работу охранников на всех объектах, которые находились не только в городе Твери, но и на территории Тверской области, также он вел переговоры с заказчиками на предмет заключения различных договоров, выполнял функции по представительству интересов организации перед третьими лицами. От работы он не отстранялся, с приказом об отстранении от работы его никто не знакомил. В ведомости о получении заработной платы за август 2018 года стоит не его подпись. Также полагает, что имеет право на оплату отпуска за период с 2015 года по 2018 год, поскольку в указанный период он уходил в отпуск, оплата которого работодателем не производилась. Его отпуск составлял 28 дней. В организации было принято ходить в отпуск два раза в год по две недели по устной договоренности с работодателем. При этом приказы о предоставлении отпуска не оформлялись. Во время отпуска заработная плата начислялась в обычном режиме. Также пояснил, что компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении он не получал, в приходном кассовом ордере за июль 2018 года стоит не его подпись. Считает, что незаконными действиями работодателя ему причинен моральный вред, размер компенсации которого он оценивает в 50 000 рублей. 

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании поддержал исковые требования с учетом уточнения, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил суд удовлетворить их. 

Представитель ответчика ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО4 в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях, согласно которым обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, не соответствуют действительности и не подкрепляются надлежащими доказательствами. Трудовые отношения ответчика с истцом возникли с момента создания ответчика, то есть с ноября 2013 года. Однако в период с ноября 2013 года по ноябрь 2015 года такие отношения по инициативе истца оформлялись договорами гражданско-правового характера. На основании трудового договора и приказа № 14к от 01 декабря 2015 года истец был принят на работу к ответчику на должность заместителя генерального директора. Приказом № 3 от 27 июля 2017 года истец был переведен на должность генерального директора ответчика. Приказом № 7 от 24 мая 2018 года истец был переведен на должность заместителя генерального директора ответчика. Приказом № 8 от 29 октября 2018 года трудовой договор с ответчиком был расторгнут по инициативе истца (п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ). В период работы у ответчика заработная плата истцу начислялась в соответствии со штатным расписанием (утверждено приказом № 1/к от 01 декабря 2013 года) и Положением об оплате труда от 08 ноября 2013 года. В соответствии со штатным расписанием должностной оклад истца, как по должности генерального директора, так и по должности заместителя генерального директора составлял 20 000 рублей в месяц. Иные выплаты, предусмотренные Положением об оплате труда (премии и материальная помощь), истцу не выплачивались в связи со сложным финансовым положением ответчика в спорный период. Заработная плата в размере, установленном штатным расписанием, выплачена истцу за весь период работы у ответчика, а именно по август 2018 года включительно, что подтверждается подписями истца в сводной платежной ведомости. По существовавшему у ответчика в спорный период порядку руководители ответчика (генеральный директор и его заместители) пользовались краткосрочными отпусками (до 2 недель) по мере необходимости, без оформления таких отпусков соответствующими приказами. По этой причине истцу не выплачивались отпускные. Однако, в мае текущего года руководство ответчика, понимая, что данное положение дел не соответствует закону, начало предпринимать меры по приведению данных отношений в соответствие с требованиями Трудового кодекса РФ. Соответственно, когда истец в июле текущего года собрался в очередной отпуск, ему была единовременно выплачена компенсация за неиспользованные отпуска за весь период работы, включая текущий год. Данное обстоятельство подтверждается расходным ордером ответчика, подписанным истцом. В августе текущего года вскрылись обстоятельства, повлекшие утрату доверия к истцу со стороны ответчика. По требованию руководства ответчика о предоставлении объяснений по поводу указанных обстоятельств, истцом была представлена пояснительная записка от 27 августа 2018 года. С этого момента истец на рабочем месте не появлялся, что подтверждается табелями учета рабочего времени за сентябрь-октябрь 2018 года и актом об отсутствии работника на рабочем месте от 29 октября 2018 года. В связи с невыполнением трудовых обязанностей заработная плата истцу за период с 01 сентября 2018 года по 29 октября 2018 года не выплачивалась. До 15 октября 2018 года руководство ответчика предпринимало меры по урегулированию с истцом сложившейся ситуации. Однако 15 октября 2018 года истец подал заявление об увольнении по собственному желанию. В этот же день истец по требованию руководства ответчика передал последнему имевшиеся у него ключи от входной двери и внутренних помещений и сейфов ответчика. При подаче заявления об увольнении истец не настаивал на немедленном увольнении, расчете и выдаче трудовой книжки, однако после 15 октября 2018 года в офисе ответчика истец больше не появлялся. В сложившейся ситуации ответчик счел для себя наименее затратным уволить истца по собственному желанию. Поскольку в заявлении истца не была указана дата увольнения, ответчик в соответствии с требованиями Трудового кодекса РФ был вынужден уволить истца 29 октября 2018 года, о чем и был издан соответствующий приказ. Поскольку на установленную законом дату прекращения трудовых отношений истец на рабочем месте отсутствовал, ответчик направил ему по почте извещение о необходимости прибыть за получением трудовой книжки. Факт получения указанного извещения 06 ноября 2018 года подтвержден истцом в судебном заседании 21 ноября 2018 года. Заявления истца, сделанные в указанном судебном заседании, что он пытался получить трудовую книжку, но ему не открыли дверь в офис, являются голословными. Доказательств того, что истцом приняты меры по получению трудовой книжки, предписанные ст.84.1 ТК РФ (письменное обращение с требованием выдать трудовую книжку в трехдневный срок с момента получения такого обращения), истец не представил. Никакого нарушения трудовых прав истца ответчиком не допущено. Истец уволен по собственному желанию, несмотря на то, что у ответчика имелись основания прекратить трудовые отношения с истцом по порочащему последнего основанию. Все выплаты, которые причитались истцу по закону к моменту увольнения, истцом получены. Более того, несмотря на то, что трудовые отношения с истцом прекращены 29 октября 2018 года, истцу выплачена компенсация за неиспользованный в 2018 году отпуск, исчисленная из расчета за весь год. Таким образом, возникновение настоящего спора является прямым следствием недобросовестных действий истца, который с целью получения от ответчика неосновательного обогащения представил в суд подложные документы. Так, приложенное к исковому заявлению заявление истца об увольнении существенно отличается от того, которое было фактически подано им ответчику 15 октября 2018 года. В связи с указанным расхождением ответчик обращает внимание суда на то, что на представленном истцом заявлении об увольнении отсутствуют подписи работников ответчика, подтверждающие его получение, а также проставлена печать ответчика, выведенная из оборота 24 мая 2018 года. Предоставленная истцом справка о его заработной плате по форме 2-НДФЛ является подложной, поскольку не подписывалась генеральным директором ответчика ФИО1 Также не являются проставленными генеральным директором ответчика ФИО1 подписи и на всех иных документах, представленных истцом - копии трудовой книжки, справке б/н б/д, подтверждающей работу истца в должности заместителя генерального директора ответчика. 

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании дополнительно пояснил, что должностная инструкция заместителя генерального директора в организации не разработана, Положение о премировании также не разработано. Необходимости в его разработке не было, поскольку в связи с тяжелым материальным положением премии сотрудникам не выплачивались. Также пояснил, что приказом от 01 сентября 2018 года ФИО2 был отстранен от работы в связи с утратой доверия, поскольку в августе 2018 года были обнаружены факты невыплаты заработной платы охранникам организации. Работодатель решил не увольнять ФИО2 по виновному основанию, принял решение разобраться в сложившейся ситуации. С момента отстранения от работы до момента увольнения истец фактически не работал. В день подачи заявления об увольнении по собственному желанию ФИО2 было предложено представить письменные объяснения по факту отсутствия на рабочем месте, от чего он отказался. 

Допрошенная в ходе судебного заседания в качестве свидетеля ФИО7 пояснила, что работает в ООО ЧОО «Багира-Ка» главным бухгалтером с 01 октября 2016 года. ФИО2 работал в данной организации в должности заместителя генерального директора, затем 27 июля 2017 года был переведен на должность генерального директора, затем 24 мая 2018 года снова был переведен на должность заместителя генерального директора. Заработная плата ФИО2 составляла 20 000 рублей на всех должностях, представляла собой оклад. Премии работникам не выплачивались. Выплата заработной платы осуществлялась по ведомостям один раз в месяц. Она лично не выплачивала заработную плату ФИО2, поскольку не является кассиром. Также пояснила, что на банковскую карту ФИО2 по его устным поручениям она перечисляла денежные средства для выплаты образовавшейся задолженности по заработной плате сотрудникам организации. Справку 2-НДФЛ за 2018 год она ФИО2 не выдавала, каким образом он мог ее получить, ей неизвестно. В июле 2018 года истцу была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за весь период его работы исходя из размера заработной платы в 20 000 рублей. Деньги ему выдавал генеральный директор. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

Судом установлено, что в период с декабря 2015 года по 29 октября 2018 года ФИО2 работал в ООО ЧОО «Багира-Ка» в должностях заместителя генерального директора, генерального директора и заместителя директора.

Приказом от 01 декабря 2015 года № 14к ФИО2 был принят на работу в ООО ЧОО «Багира-Ка» на должность заместителя генерального директора с окладом согласно штатному расписанию. 

01 декабря 2015 года с ФИО2 заключен трудовой договор, согласно п.7 которого работнику установлен должностной оклад в месяц согласно штатному расписанию. При этом доплаты и иные выплаты производятся в соответствии с требованиями действующего законодательства и Положением об оплате труда и премировании работников. Согласно п.8 трудового договора работнику установлен рабочий день в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка. 

Приказом от 27 июля 2017 года № 3 ФИО2 переведен на должность генерального директора с окладом 20 000 рублей. 

Приказом от 24 мая 2018 года ФИО2 переведен на должность заместителя директора с окладом 20 000 рублей. 

Приказом от 29 октября 2018 года № 8 ФИО2 уволен из ООО ЧОО «Багира-Ка» 29 октября 2019 года по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ – по инициативе работника. В качестве основания увольнения в приказе указано заявление работника. 

Ответчиком в материалы дела представлено заявление ФИО2 от 15 октября 2018 года, в котором содержится просьба об увольнении по собственному желанию и выдаче трудовой книжки. На данном заявлении имеется отметка о получении заявления ФИО7 15 октября 2018 года и резолюция руководителя. 

В соответствии со ст.84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись. Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность). В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. 

В силу ст.234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, внесения в трудовую книжку неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Согласно п.35 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовых книжек и обеспечении ими работодателей, утвержденных постановлением Правительства РФ № 225 от 16 апреля 2003 года, работодатель обязан выдать работнику в день увольнения, последний день работы, его трудовую книжку с внесенной в нее записью об увольнении.

При задержке выдачи работнику трудовой книжки по вине работодателя, последний обязан возместить работнику неполученный им за все время задержки заработок.

При задержке выдачи работнику трудовой книжки по вине работодателя, внесении в трудовую книжку неправильной или не соответствующей федеральному закону формулировки причины увольнения работника работодатель обязан возместить работнику не полученный им за все время задержки заработок. Днем увольнения (прекращения трудового договора) в этом случае считается день выдачи трудовой книжки. О новом дне увольнения работника (прекращении трудового договора) издается приказ (распоряжение) работодателя, а также вносится запись в трудовую книжку. Ранее внесенная запись о дне увольнения признается недействительной в порядке, установленном настоящими Правилами.

Пункт 36 вышеуказанных Правил предусматривает, что в случае, если в день увольнения работника (прекращения трудового договора) выдать трудовую книжку невозможно, в связи с отсутствием работника либо его отказом от получения трудовой книжки на руки, работодатель направляет работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Пересылка трудовой книжки почтой по указанному работником адресу допускается только с его согласия. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи работнику трудовой книжки.

Таким образом, в силу указанных норм, если ответчик не вручил в день увольнения истцу трудовую книжку, то он обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте.

В ходе судебного заседания установлено, что трудовая книжка не была вручена ФИО2 в день его увольнения. При этом, как следует из материалов дела, 29 октября 2018 года генеральным директором ООО ЧОО «Багира-Ка» в адрес ФИО2 было направлено уведомление о необходимости явиться к работодателю для получения трудовой книжки либо дать свое согласие на ее отправку по почте (л.д.72-76). 

В ходе судебного заседания на основании объяснений истца судом установлено, что данное уведомление было получено последним 06 ноября 2018 года. 

При этом, как установлено в ходе рассмотрения дела, за трудовой книжкой истец в ООО ЧОО «Багира-Ка» не явился, свое согласие на получение ее по почте ответчику не представил. Трудовая книжка фактически была получена истцом в судебном заседании при рассмотрении настоящего гражданского дела 06 декабря 2018 года. 

Суд не принимает доводы истца о том, что он предпринимал попытки к получению трудовой книжки, однако в офис организации его не пускали, на телефонные звонки ни генеральный директор, ни бухгалтер не отвечали, поскольку данные доводы являются голословными, доказательствами не подтверждены. 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что вины работодателя в задержке выдачи работнику трудовой книжки не имеется, в связи с чем оснований для возложения на ответчика ответственности за задержку выдачи трудовой книжки в виде возмещения неполученного заработка за период с момента увольнения до момента фактической выдачи трудовой книжки не имеется.

Таким образом, требования истца о возмещении материального ущерба, причиненного в результате незаконного лишения возможности трудится, выразившегося в невыдаче в установленный срок трудовой книжки, в размере 99 166 рублей удовлетворению не подлежат.

В силу ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии с положениями статей 22, 136 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном объеме причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные трудовым договором и локальными правовыми актами, не реже чем каждые полмесяца.

В силу ст.84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст.140 ТК РФ. 

В соответствии со ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. 

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В силу статьи 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно ст.135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст.136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Согласно п.7 трудового договора, заключенного между ФИО2 и ООО ЧОО «Багира-Ка», работнику устанавливается должностной оклад в месяц согласно штатному расписанию. Доплаты и иные выплаты производятся в соответствии с требованиями действующего законодательства и положением об оплате труда и премировании работников. 

В соответствии с п.2.2 Положения об оплате труда ООО ЧОО «Багира-Ка» от 08 ноября 2013 года в организации устанавливается повременно премиальная система оплаты труда, если трудовым договором с работником не предусмотрено иное. 

Повременно-премиальная система оплаты труда предусматривает, что величина заработной платы работника зависит от фактически отработанного времени, учет которого ведется в соответствии с документами учета рабочего времени (табелями). При этом наряду с заработной платой работнику выплачивается материальное поощрение за выполнение трудовых функций при соблюдении ими условий премирования, предусмотренных настоящим Положением и Положением о премировании (п.2.3 Положения об оплате труда). Ежемесячная оплата труда работников организации состоит из постоянной и временной частей. Постоянная часть оплаты труда является гарантированным денежным вознаграждением за выполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей. Постоянной частью заработной платы является оклад (должностной оклад) согласно действующему штатному расписанию. Переменной частью оплаты труда являются премии, а также надбавки и доплаты за условия труда отклоняющиеся от нормальных (п.2.4 Положения об оплате труда). 

Как пояснил представитель ответчика в ходе судебного заседания, Положение о премировании в ООО ЧОО «Багира-Ка» не разработано, в связи с тяжелым материальным положением премии работникам не выплачивались. 

Согласно штатному расписанию ООО ЧОО «Багира-Ка» от 01 декабря 2013 года оклад заместителя генерального директора составляет 20 000 рублей. 

Оклад в указанном выше размере установлен заместителю директора ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО2 и приказом от 24 мая 2018 года, согласно которому он переведен на указанную должность с должности генерального директора. 

В ходе судебного заседания судом на основании объяснений истца и свидетеля ФИО5 установлено, что заработная плата работникам ООО ЧОО «Багира-Ка», в том числе ФИО2, выплачивалась один раз в месяц. 

В материалы дела стороной ответчика представлена платежная ведомость за период с 01 ноября 2013 года по 31 августа 2018 года, согласно которой за указанный период истец ФИО2 получал заработную плату в размере 20 000 рублей ежемесячно. 

Оспаривая размер заработной платы, истец ФИО2 в ходе судебного заседания пояснил, что его официальная заработная плата составляла 20 000 рублей в месяц. Однако фактически он получал заработную плату в размере 85 000 рублей, в которую входил оклад в размере 20 000 рублей, а также премии, компенсация за приобретение топлива при использовании личного транспортного средства в работе, за обслуживание данного транспортного средства, командировочные расходы. 

По смыслу приведенных выше положений закона, компенсация за приобретение топлива при использовании личного транспортного средства в работе, за обслуживание данного транспортного средства, командировочные расходы, на которые в ходе судебного заседания ссылался истец, не могут являться составными частями заработной платы. 

В подтверждение размера заработной платы в 85 000 рублей истцом представлена справка о доходах физического лица за 2018 год № 9 от25 сентября 2018 года, в которой указан размер ежемесячной заработной платы ФИО2 за период с января 2018 года по август 2018 года – 85 000 рублей. При этом ФИО2 пояснил, что данная справка была выдана ему бухгалтером ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО7 

Свидетель ФИО7 в судебном заседании утверждала, что такой справки она ФИО2 не выдавала. 

Оспаривая факт выдачи данной справки, представитель ответчика в ходе судебного заседания указал, что подпись в справке, выполненная от имени генерального директора ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО15, последнему не принадлежит.

В ходе рассмотрения дела определением суда от 17 декабря 2018 года была назначена судебная почерковедческая экспертиза, в том числе на предмет установления принадлежности подписи в приведенной выше справке о доходах физического лица за 2018 год № 9 от 25 сентября 2018 года. 

Согласно выводу, изложенному в заключении эксперта 

<

данные изъяты> ФИО10, подпись от имени ФИО1, расположенная в сроке «Налоговый агент. Генеральный директор ФИО1» в справке о доходах физического лица за 2018 год № 9 от 25 сентября 2018 года, выполнена не ФИО1, а другим лицом. 

Оснований не доверять выводу эксперта у суда не имеется, поскольку эксперт является компетентным лицом, предупрежден судом об уголовной ответственности, его вывод является мотивированным.

С учетом изложенного, приведенная выше справка о доходах физического лица не может быть принята судом в качестве допустимого доказательства. 

В подтверждение размера заработной платы в 85 000 рублей истец ссылается также на то, что указанная денежная сумма перечислялась ему работодателем ежемесячно на банковскую карту. 

Как следует из выписки о движении денежных средств по счету№, открытому на имя ФИО2 в 

<

данные изъяты> платежных поручений (л.д.103-131), за период с марта 2018 года по июль 2018 года на данный счет с назначением платежа «Пополнение счета» от ООО ЧОО «Багира-Ка» поступили денежные средства в общей сумме 1 270 200 рублей 00 копеек. При этом денежные средства перечислялись на счет ФИО2 по нескольку раз в месяц, каждый раз данные суммы были разными, отличными от суммы в 85 000 рублей, общая сумма ежемесячных перечислений была гораздо выше 85 000 рублей.

Как пояснил в ходе судебного заседания представитель ответчика, свидетель, денежные средства перечислялись на счет ФИО2 с целью последующей выплаты задолженности перед сотрудниками ООО ЧОО «Багира-Ка». Данный факт не отрицался в ходе судебного заседания истцом, при этом он пояснил, что вместе с задолженностью перед сотрудниками на данный счет он получал и свою заработную плату. 

Проанализировав указанные доказательства, что приведенная выше выписка о движении денежных средств по счету не подтверждает размер заработной платы истца. 

В подтверждение размера заработной платы истцом также представлено заявление об увольнении по собственному желанию от15 октября 2018 года, в котором он просит выплатить ему заработную плату за август, сентябрь, октябрь 2018 года из расчета 85 000 рублей в месяц (л.д.11). 

Однако, само по себе данное заявление не может являться достоверным доказательством, подтверждающим размер заработной платы истца. 

Исследовав все имеющиеся в материалах дела доказательства и оценив их по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что размер заработной платы истца в должности заместителя директора ООО ЧОО «Багира-Ка» составлял 20 000 рублей. Достоверных и допустимых доказательств, опровергающих данный вывод суда, истцом в материалы дела не представлено. 

Таким образом, при разрешении требования истца о взыскании задолженности по заработной плате суд исходит из того, что размер заработной платы истца составлял 20 000 рублей ежемесячно. 

При определении периода задолженности по заработной плате суд исходит из следующего.

Истец ФИО2 просит взыскать задолженность по заработной плате за период с августа 2018 года по октябрь 2018 года, указывая, что в данный период он работал, при этом заработную плату не получал. 

Возражая против заявленных истцом требований, ответчик ссылается на то обстоятельство, что за август 2018 года истцу заработная плата выплачена в полном объеме, а с сентября 2018 года вплоть до дня увольнения истец не работал в связи с отстранением от работы по причине утраты доверия. 

Из представленной ответчиком платежной ведомости за расчетный период с 01 ноября 2013 года по 31 августа 2018 года следует, что заработная плата в размере 20 000 рублей за август 2018 года была получена ФИО2, о чем свидетельствует его подпись в данной платежной ведомости в графе «Подпись в получении денег (запись о депонировании) за август 2018 года». 

Доказательств, опровергающих приведенные выше обстоятельства, истцом суду не представлено.

Выводы эксперта, изложенные в заключении судебной почерковедческой экспертизы, относительно принадлежности подписи в графе «Подпись в получении денег (запись о депонировании) за август 2018 года» в Платежной ведомости № 1 от 27 августа 2018 года, факт получения ФИО2 заработной платы за август 2018 года не опровергают. Как следует из экспертного заключения, ответить на вопрос, кем, ФИО2 или иным лицом выполнена подпись в данном документе, не представилось возможным, поскольку ни по одному из сравнений не удалось выявить совокупность признаков, достаточную для положительного или отрицательного вывода об исполнителе. Причинами этому послужили: малый объем содержащийся в подписи графической информации, обусловленный краткостью подписи и простотой строения штрихов; нечеткость подписи, что в значительной мере затруднило процесс выявления идентификационных признаков; отсутствие достаточного количества сопоставимых элементов исследуемой подписи и образцов подписи ФИО2, обусловленное несопоставимостью их транскрипции. Таким образом, приведенным заключением судебной почерковедческой экспертизы факт принадлежности подписи в указанном выше документе ФИО2 не опровергнут. 

Иных доказательств, опровергающих факт получения заработной платы за август 2018 года, истцом суду не представлено, в связи с чем, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что заработная плата за август 2018 года в размере 20 000 рублей истцом получена. 

Факт неполучения истцом заработной платы за сентябрь и октябрь 2018 года стороной ответчика в судебном заседании не отрицался. При этом ответчик пояснил, что в указанный период истец не работал, поскольку был отстранен от работы в связи с утратой доверия. 

Первоначально истцом в материалы дела был представлен акт от 29 октября 2018 года об отсутствии работника на рабочем месте, согласно которому ФИО2 отсутствовал на рабочем месте с 01 сентября 2018 года по 29 октября 2018 года, и табели учета рабочего времени, согласно которым ФИО2 не работал в указанный период.

Впоследствии ответчиком в материалы дела представлены приказ от01 сентября 2018 года № 01 об отстранении заместителя генерального директора ООО «ЧОО «Багира-Ка» ФИО2 от работы с 01 сентября 2018 года в связи с утратой доверия; а также акт от 15 октября 2018 года об отказе ФИО2 представить письменные объяснения по факту отсутствия на рабочем месте с 01 сентября 2018 года по 15 октября 2018 года.

Истец в ходе судебного заседания отрицал факт его отстранения от работы с 01 сентября 2018 года, пояснив, что он от работы работодателем не отстранялся, с приказом об отстранении от работы он ознакомлен не был, все время вплоть до увольнения он исполнял свои должностные обязанности, в которые входило представление интересов Общества на основании доверенности, в том числе вел переговоры с заказчиками на предмет заключения различных договоров, осуществлял контроль работы охранников ООО ЧОО «Багира-Ка» на объектах, расположенных как в городе Твери, так и за его пределами на территории Тверской области. 

Должностная инструкция заместителя директора (генерального директора) ответчиком суду не была представлена. Как пояснил в ходе судебного заседания представитель ответчика, такая инструкция работодателем не была разработана. При этом представитель ответчика не отрицал, что в должностные обязанности ФИО2 входили именно те обязанности, о которых сообщил суду истец. 

Оценивая доказательства, представленные стороной ответчика в подтверждение доводов об отсутствии оснований для выплаты истцу заработной платы в период с сентября по октябрь 2018 года в связи с утратой доверия, суд находит данные доказательства неубедительными и полагает, что факт отстранения истца от работы, который давал бы работодателю в силу положений ч.3 ст.76 ТК РФ право не выплачивать работнику заработную плату, с достоверностью данными доказательствами не подтверждается. 

С приведенным выше приказом об отстранении от работы истец не был ознакомлен. Соответствующих доказательств либо доказательств отказа истца от ознакомления с данным приказом стороной ответчика суду не представлено. Акт об отсутствии ФИО2 на работе 01 сентября 2018 года, составленный 01 сентября 2018 года в установленном порядке, суду также не представлен. 

Указывая на утрату доверия к работнику, ответчик при этом не представил суду никаких материалов проверки по данному факту, за исключением пояснительной записки ФИО2 от 27 августа 2018 года (л.д.66-67). В данной записке ФИО2 дает объяснение относительно выплаты задолженности по заработной плате работникам Общества. Сам по себе данный документ не является доказательством, подтверждающим факт утраты доверия к ФИО2

Увольнение истца по виновному основанию (в связи с утратой доверия) ответчиком не произведено. 

Кроме того, в случае отстранения ФИО2 от работы с 01 сентября 2018 года вплоть до дня увольнения непонятна необходимость истребования от истца письменных объяснений по факту отсутствия на рабочем месте с01 сентября 2018 года по 15 октября 2018 года и составления акта об отсутствии ФИО2 на рабочем месте от 29 октября 2019 года. Действия работодателя в данном случае суд находит нелогичными и непоследовательными. Приведенные обстоятельства вызывают у суда сомнения в существовании приказа об отстранении истца от работы по состоянию на 01 сентября 2018 года.

Кроме того, представленная ответчиком в материалы дела доверенность, выданная на имя ФИО2 и предоставляющая последнему широкие полномочия, в том числе и право распоряжения денежными средствами и иными материальными ценностями Общества, была отменена только 15 ноября 2018 года (распоряжение ООО ЧОО «Багира-Ка» от15 ноября 2018 года, удостоверенное врио нотариуса Тверского городского нотариального округа Тверской области ФИО11), то есть намного позже того времени, когда, якобы, выявились обстоятельства, дающие основания для утраты доверия к работнику. 

В материалы дела ответчиком представлено заявление ФИО2 от 15 сентября 2018 года об увольнении по собственному желанию. Увольнение истца произведено работодателем через две недели после подачи данного заявления, как то установлено ст.80 ТК РФ. Следовательно, можно сделать вывод о том, что работник в установленном порядке предупредил работодателя о своем увольнении за две недели и отработал положенное время до дня увольнения. 

С учетом изложенного суд полагает, что требование истца о взыскании задолженности по заработной плате подлежит частичному удовлетворению. С ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате за период с сентября 2018 года по 29 октября 2018 года. Размер задолженности надлежит определять исходя из размера заработной платы истца в 20 000 рублей. Таким образом, задолженность ФИО2 за сентябрь 2018 года составила 20 000 рублей, за октябрь 2018 года (с учетом того, что последним рабочим днем является 29 октября 2018 года, режим работы – пятидневная рабочая неделя) 18 260 рублей 87 копеек (20 000 рублей : 23 дня (количество рабочих дней в октябре 2018 года) х 21 день (количество рабочих дней, отработанных ФИО2 в октябре 2018 года)).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за период с сентября 2018 года по 29 октября 2018 года в размере 38 260 рублей 87 копеек. 

Требование истца о взыскании с ответчика задолженности по отпускным за период с 2015 года по 2018 год удовлетворению не подлежит ввиду следующего.

Согласно ст.14 ТК РФ работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

В силу ст.115 ТК РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно п.9 трудового договора от 01 декабря 2015 года, заключенного между ФИО2 и ООО ЧОО «Багира-Ка», работнику устанавливается ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней. 

Из объяснений истца ФИО2, а также свидетеля ФИО7 следует, что по устной договоренности с работодателем ФИО2 уходил в отпуск, при этом делил его на две части (по две недели каждая). При этом официально во весь спорный период уход истца в очередной оплачиваемый отпуск работодателем не оформлялся, соответствующие приказы не издавались, оплата отпуска не производилась. При этом за время фактического нахождения истца в отпуске ему начислялась заработная плата в установленном порядке.

С учетом изложенного, поскольку, как установлено в судебном заседании, официально истцу ежегодный оплачиваемый отпуск не предоставлялся, а во время отдыха ему начислялась заработная плата, оснований для взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по отпускным не имеется. 

В ходе судебного заседания истец отрицал факт выплаты ему компенсации за неиспользованный отпуск за весь спорный период, оспаривал факт подписания расходного кассового ордера от 05 июля 2018 года, свидетельствующего о получении данных денежных средств. Факт принадлежности подписи в указанном расходном кассовом ордере не ФИО2, а другому лицу, подтверждается и заключением проведенной по делу судебной почерковедческой экспертизы. 

Вместе с тем, требований о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск истцом не заявлено. При этом следует отметить, что истец не лишен возможности обратиться в суд с соответствующим требованием к ответчику. 

На основании ч.1 ст.98 ГПК стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

В соответствии со ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет. 

В соответствии с положениями ст.333.19 НК РФ размер государственной пошлины по удовлетворенному судом требованию истца о взыскании задолженности по заработной плате составляет 1 347 рублей 83 копейки. Государственная пошлина в указанном размере подлежит взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования Тверской области – городской округ город Тверь. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО2 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании суммы ущерба, причиненного в результате незаконного лишения возможности трудиться, взыскании задолженности по заработной плате, отпускным удовлетворить частично. 

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате за период с сентября 2018 года по 29 октября 2018 года в размере 38 260 (Тридцати восьми тысяч двухсот шестидесяти) рублей 87 копеек. 

В остальной части исковые требования ФИО2 к ООО ЧОО «Багира-Ка» оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в бюджет муниципального образования Тверской области городской округ город Тверь государственную пошлину в размере 1 347 (Одной тысячи трехсот сорока семи) рублей 83 копеек. 

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Пролетарский районный суд города Твери в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья И.И. Дмитриева

Решение в окончательной форме принято 04 марта 2019 года. 

Судья И.И. Дмитриева