РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 сентября 2017 года г. Тула

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе: 

председательствующего Чариной Е.В.,

при секретаре Корсаковой Т.С.,

с участием: 

истца ФИО2 и его представителя по доверенности ФИО3,

представителя ответчика – публичного акционерного общества «Тулачермет» по доверенности ФИО4,

помощника прокурора Пролетарского района г. Тулы Панченко Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Пролетарского районного суда г. Тулы гражданское дело № 2-1572/2017 по иску ФИО2 к публичному акционерному обществу «Тулачермет» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Тулачермет» (далее по тексту – ПАО «Тулачермет») о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В обоснование заявленного требования сослался на то, что являлся работником ПАО «Тулачермет». ДД.ММ.ГГГГ по вине должностных лиц работодателя, которые не обеспечили безопасные условия труда, с ним (истцом) произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ему причинен вред здоровью, 

<

данные изъяты>. 

Просил суд взыскать с ПАО «Тулачермет» в его (ФИО2) пользу компенсацию морального вреда, размер которого оценил в 250 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО3 поддержали заявленное требование по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили суд иск удовлетворить.

Истец ФИО2 дополнительно пояснил, что травмирование произошло в рабочее время при исполнении им трудовых обязанностей. Он (ФИО2) утратил трудоспособность на 60%, 

<

данные изъяты>, не может вести активный образ жизни, до настоящего времени испытывает боль, для снятия которой использует сильнодействующие лекарства; ощущает неудобства в быту, чувство неполноценности, а равно утратил возможность трудится по выбранной профессии, что неблагоприятно сказывается на материальном положении его семьи.

Относительно обстоятельств получения производственной травмы пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в течение рабочей смены выполнял маневровые работы по сортировке вагонов на станции сортировочная; после сцепления движущегося состава со стоящим вагоном изъял тормозной башмак из-под колеса последнего, при этом не выйдя из опасной зоны между движущимся составом и вагоном, вследствие чего попал под колесо тележки вагона, который соединялся; с содержанием акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве согласен; нахождение в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте отрицал.

Представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО3 дополнительно пояснил, что требование о взыскании с ПАО «Тулачермет» компенсации морального вреда заявлены как к владельцу источника повышенной опасности, так и к работодателю, чьи должностные лица в нарушение требований трудового законодательства не обеспечили работнику безопасные условия труда. Причинение вреда здоровью истца подтверждено медицинскими документами, наличие вины работодателя – актом о расследовании несчастного случая на производстве. 

Представитель ответчика – ПАО «Тулачермет» по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковое требование ФИО2 не признал, представил письменные возражения на иск, в которых указал, что несчастный случай на производстве произошел по вине самого работника, находившегося на территории предприятия в состоянии алкогольного опьянения и нарушившего при производстве маневровых работ требования охраны труда, поскольку приступил к изъятию тормозного башмака из-под стоящего вагона, не убедившись в полной остановке железнодорожного состава. Заявленный к взысканию размер компенсации морального вреда счел завышенным и не отвечающим принципам разумности и справедливости. Пояснил, что ответчик согласен выплатить ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей. 

Заслушав объяснения участников процесса, допросив свидетелей, специалиста, исследовав письменные материалы гражданского дела, обозрев медицинскую документацию, заслушав заключение помощника прокурора Пролетарского района г. Тулы Панченко Т.Ю., полагавшей заявленное исковое требование подлежащим частичному удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 7, пунктом 3 статьи 55 Конституции РФ жизнь и здоровье человека являются благами, имеющими высшую ценность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

В силу положений статьи 2 Трудового кодекса РФ, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Как следует из статьи 21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Статьей 212 Трудового кодекса РФ установлена обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника.

Обеспечение безопасности и соответствия условий труда нормативам включает: обеспечение безопасных условий труда, обучение работников безопасности труда, контроль безопасности труда, проведение профилактических мероприятий (выдачу средств индивидуальной защиты, спецодежды, проведение медосмотров и т.д.).

В свою очередь, в силу статьи 214 Трудового кодекса РФ работник обязан соблюдать требования охраны труда, правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты, проходить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим на производстве, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте, проверку знаний требований охраны труда.

Согласно статьей 228 Трудового кодекса РФ при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан принять необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

Как установлено статьей 229.2 Трудового кодекса РФ, на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах.

Частью 1 статьи 232 Трудового кодекса РФ закреплено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон.

Согласно пункту 2 части 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 151 ГК РФ моральный вред определен как физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (статья 1099 ГК РФ).

В силу статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом, а в соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Грубая неосторожность представляет собой такое отношение лица к действиям и наступившим последствиям, при котором оно осознает наличие конкретной опасности причинения вреда и возможные последствия, однако без должных на то оснований полагает, что такие последствия не наступят, либо игнорирует их.

Пунктом 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Судом установлено, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состоял в трудовых отношениях с ПАО «Тулачермет», занимая должность составителя поездов (станция сортировочная).

ДД.ММ.ГГГГ, находясь при исполнении трудовых обязанностей, в результате несчастного случая истец получил травму, квалифицированную как тяжелая, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ с 

<

данные изъяты> в железнодорожном цехе приступила к работе смена под руководством начальника смены ФИО9 В составе смены работали машинист тепловоза ФИО6, составители поездов ФИО1 и ФИО7, другие работники железнодорожного цеха. В начале смены ФИО2 получил задание от начальника смены ФИО9 на проведение маневровой работы, в течение смены получал задания от дежурной по станции ФИО8 После 

<

данные изъяты> локомотивно-составительская бригада в составе машиниста тепловоза № ФИО6 и составителя поездов ФИО2 проводила разборку порожних полувагонов на железнодорожных путях № и №. На переходном участке железнодорожного пути № были установлены два полувагона, закрепленные тормозными башмаками, которые стояли со стороны станции сортировочная. По команде составителя ФИО2 машинист тепловоза ФИО6 начал осаживать состав к двум вагонам. Расстояние до вагонов ФИО2 указывал ФИО6 по радиостанции. Когда состав сцепился с вагоном, ФИО2 изъял тормозной башмак из-под колеса стоявшего вагона и дал команду осаживать далее, после чего попал под колесо тележки вагона, который соединялся со стоящим вагоном, и получил травму.

Обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривались.

В тот же день ФИО2 был госпитализирован в травматологическое отделение 

<

данные изъяты>.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в данном медицинском учреждении с основным диагнозом 

<

данные изъяты>; впоследствии амбулаторно наблюдался у врача-травматолога 

<

данные изъяты>

Согласно справке МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 60%. 

По результатам медицинского освидетельствования ФИО2 установлена третья группа инвалидности (причина инвалидности - трудовое увечье) бессрочно.

По факту несчастного случая на производстве была создана комиссия, проведено расследование, составлен акт № по форме Н-1. 

Согласно акту № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве причинами получения ФИО2 производственной травмы являются:

основная причина - нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда (статья 214 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой работник обязан соблюдать требования охраны труда; пункт 1.5 ПОТ 24-01-2015 года «Инструкция по охране труда для составителя поездов железнодорожного цеха», в соответствии с которым ему (составителю поездов) запрещается находиться на территории предприятия в состоянии алкогольного опьянения, под воздействием наркотических средств или психотропных веществ перед началом смены, в рабочее время, по окончании смены);

сопутствующая причина:

- неудовлетворительная организация производства работ (статья 212 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению им трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров; статья 76 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой работодатель обязан отстранить от работы (не допустить к работе) работника, появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения);

отсутствие должного контроля в смене (пункты 3.6, 3.1.9 ДИ 24-06-2016 «Должностная инструкция начальника смены железнодорожного цеха (ЖДЦ)», в соответствии с которыми он (начальник смены) контролирует в установленном порядке проведение предсменного и послесменного медицинского освидетельствования работников служб и участков, находящихся в его подчинении, обязан не допускать к работе либо отстранять от работы работников смены, находящихся в состоянии алкогольного, наркотического, медикаментозного или другого вида опьянения).

За нарушение требований охраны труда несут ответственность:

- составитель поездов железнодорожного цеха ФИО2 (пункты 4.1.1, 4.1.2 ПИ 24-93-2015 «Производственная инструкция составителя поездов службы эксплуатации железнодорожного цеха (ЖДЦ)», в соответствии с которыми он несет ответственность за невыполнение нормативных документов, перечисленных в пункте 1.7, и ненадлежащее исполнение или неисполнение своих обязанностей, предусмотренных настоящей инструкцией).

Комиссия по расследованию несчастного случая установила факт грубой неосторожности пострадавшего - степень вины 20%.

- начальник смены железнодорожного цеха ФИО9 (пункт 5.1 ДИ 24-06-2016 «Должностная инструкция начальника смены железнодорожного цеха (ЖДЦ)», в соответствии с которым он несет ответственность за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей, предусмотренных настоящей должностной инструкцией).

Факт нахождения пострадавшего в момент происшествия в состоянии алкогольного опьянения подтверждается данными химико-токсикологического исследования крови на алкоголь, проведенной в 

<

данные изъяты>, согласно которым в крови ФИО2, забор которой произведен ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, обнаружен этанол в концентрации 2,7 промилле, что, как следует из ответа 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, соответствует состоянию опьянения средней степени тяжести, при котором согласно пояснениям допрошенной в качестве специалиста 

<

данные изъяты> ФИО10 отмечаются нарушение ориентировки и внимания, заторможенность, малая доступность контакту и неспособность выполнять целенаправленные действия.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что несчастный случай на производстве, повлекший травмирование ФИО2 

<

данные изъяты>, произошел как по вине самого истца, допустившего нарушение трудовой дисциплины и требований технологической инструкции при сцеплении стоящих вагонов с движущимся составом, так и работников ПАО «Тулачермет», нарушивших требования охраны труда и не обеспечивших безопасные условия труда составителя поездов железнодорожного цеха ФИО2

При этом между фактом нахождения истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения и произошедшим с ним несчастным случаем на производстве имеется прямая причинно-следственная связь, которая позволила комиссии по расследованию несчастного случая на производстве квалифицировать его (истца) состояние как грубую неосторожность, способствовавшую возникновению вреда.

Обстоятельств непреодолимой силы и умысла потерпевшего ФИО2, которые могли состоять в причинной связи с причинением вреда его здоровью и послужить основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования о компенсации морального вреда согласно статьям 1079, 1083 (пункты 2, 3) ГК РФ, судом при рассмотрении дела не установлено. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения иска ФИО2 о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации причиненного истцу морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств дела и заслуживающих внимание интересов сторон, а именно учитывает наличие вины ответчика-работодателя в причинении вреда здоровью истца (отсутствие со стороны работодателя надлежащего контроля за допуском к исполнению работником трудовых обязанностей), нарушение последним элементарных требований безопасности нахождения на объектах железнодорожного транспортами технологической инструкции при сцеплении стоящих вагонов с движущимся составом, факт наличия грубой неосторожности потерпевшего, тяжесть причиненного истцу вреда здоровью и наступившие последствия (истец испытывал и продолжает испытывать физические страдания, 

<

данные изъяты>, что ограничивает его физические возможности, нуждается в бытовом уходе), а также требований разумности и справедливости и полагает возможным взыскать с ПАО «Тулачермет» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

Утверждение ФИО2 о том, что имевшая место с его стороны неосторожность не может быть признана грубой, несостоятельно, поскольку выполнение им маневровых работ на железнодорожных путях в условиях опасных производственных факторов – движущихся железнодорожного состава и вагонов в состоянии алкогольного опьянения по существу явилось основной причиной наступления рассматриваемого несчастного случая.

Также несостоятельным находит суд довод представителя истца о недоказанности факта нахождения его доверителя в состоянии алкогольного опьянения в момент несчастного случая на производстве, поскольку характер и степень причиненных истцу травм очевидно свидетельствует о том, что после травмирования он (ФИО2) физически не мог употребить алкоголь в объеме, диагностируемом клиническими исследованиями.

Допрошенный в качестве свидетеля врач-травматолог-ортопед 

<

данные изъяты> ФИО11 пояснил, что каких-либо этанолсодержащих препаратов либо препаратов, влекущих в ходе протекания химических реакций в организме высвобождение этанола в кровь, истцу при поступлении в стационар не назначалось.

К доводу представителя ответчика ПАО «Тулачермет» по доверенности ФИО4 об отсутствии вины предприятия в причинении вреда здоровью истца, суд относится критически. Доказательств того, что единственной причиной травмирования ФИО2 явилось его нахождение в течение рабочей смены в состоянии алкогольного опьянения средней степени тяжести, не представлено. Как указано в акте № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, повреждение здоровья истца обусловлено, среди прочего, несоблюдением работодателем прав работника на безопасные условия труда, выразившимся в допущении к выполнению трудовой функции работника, не прошедшего обязательный медицинский осмотр (предсменное медицинское освидетельствование) и находившегося в период исполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного опьянения.

Утверждение представителя ответчика о том, что предсменное медицинское освидетельствование составителя поездов не является обязательным и организация контроля за его прохождением не входила в должностные обязанности начальника смены железнодорожного цеха ФИО9, не может быть принято во внимание как противоречащее содержанию ПИ 24-93-2015 «Производственная инструкция составителя поездов службы эксплуатации железнодорожного цеха (ЖДЦ)» и ДИ 24-06-2016 «Должностная инструкция начальника смены железнодорожного цеха (ЖДЦ)». Поскольку процедура осуществления контроля проведения предсменного медицинского освидетельствования работников службы эксплуатации железнодорожного цеха начальником смены строго не формализована, последний вправе был самостоятельно определять методы и последовательность действий при проведении контрольных мероприятий. К тому же при расследовании несчастного случая на производстве ответчик на указанное обстоятельство не ссылался, свою вину в несчастном случае на производстве, выразившуюся в отсутствии контроля со стороны должностных лиц организации за соблюдением работниками цеха требований охраны труда и трудовой дисциплины, не оспаривал.

Более того, как следует из Устава ПАО «Тулачермет» и акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, Общество является промышленным предприятием, специализирующимся на производстве чугуна, стали, ферросплавов и прочих цветных металлов, эксплуатирующим инфраструктуру под названием «железнодорожный цех»; несчастный случай произошел при выполнении маневровых paбот с железнодорожным составом, в связи с чем ПАО «Тулачермет» в соответствии со статьей 1079 ГК РФ является владельцем источника повышенной опасности и несет ответственность за вред, причиненный в результате его использования.

Предусмотренных законом оснований для освобождения ответчика от обязанности компенсации морального вреда, причиненного истцу повреждением здоровья, не имеется.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Федерации.

Подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса РФ также предусматривает, что в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с настоящей главой, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

С учетом названных положений с ПАО «Тулачермет» в доход муниципального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных исковых требований, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к публичному акционерному обществу «Тулачермет» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Тулачермет» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

В удовлетворении остальной части искового требования ФИО2 к публичному акционерному обществу «Тулачермет» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Тулачермет» в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Пролетарский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Е.В. Чарина