Мотивированное 

апелляционное постановление

 вынесено 01 февраля 2021 года. 

Председательствующий: судья Ефимова К.В. дело № 22-402/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ 

28 января 2021 года г. Екатеринбург

Свердловский областной суд в составе

председательствующего Медведевой Е.И. 

при секретаре Марковой Е.В.

с участием:

прокуроров отдела прокуратуры Свердловской области Пархоменко Н.А., А.,

осужденного ФИО1 посредством системы видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Асадуллиной Н.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (сдополнением) осужденного ФИО1 на приговор Верхнесалдинского районного суда Свердловской области от 22 октября 2020 года, которым 

ФИО1, 

родившийся 

<

дата>, судимый:

- 10 августа 2009 года Верхнесалдинским городским судом Свердловской области по ч. 2 ст. 228, ч. 1 ст. 222 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 60000 рублей. Освобожден 16 октября 2012 года условно-досрочно на 3 года 5 месяцев 8 дней, штраф уплачен;

- 21 октября 2015 года мировым судьей судебного участка № 2 Верхнесалдинского судебного района Свердловской области по ч. 1 ст.158 УК РФ, на основании п. «б» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ к3годам 10 месяцам лишения свободы;

- 28 октября 2015 года мировым судьей судебного участка № 3 Верхнесалдинского судебного района Свердловской области по ч. 1 ст.158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы;

- 29 октября 2015 года Верхнесалдинским городским судом Свердловской области (с учетом постановления Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 26 января 2017 года) по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы;

- 21 января 2016 года мировым судьей судебного участка № 2 Верхнесалдинского судебного района Свердловской области (с учетом постановления Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 26 января 2017 года) по ч. 1 ст. 158 УК РФ к9месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговоры от 21 октября 2015 года, от 28 октября 2015 года, 29октября 2015 года) к 4 годам 2 месяцам лишения свободы;

- 05 февраля 2016 года мировым судьей судебного участка № 4 Дзержинского района г. Нижний Тагил Свердловской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы;

- 31 мая 2016 года Нижнесалдинским городским судом Свердловской области (с учетом апелляционного определения Свердловского областного суда от 05 сентября 2016 года, постановления Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 26 января 2017 года) по ч. 3 ст.30, ч. 1 ст. 161 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговоры от 21 января 2016 года, от 05 февраля 2016 года) к 4 годам 9 месяцам лишения свободы. На основании ст. 80 УКРФ заменена неотбытая часть наказания на 10 месяцев 27 дней ограничения свободы, освобожден 04 июня 2019 года;

- 18 марта 2020 года Тагилстроевским районным судом г. Нижнего Тагила Свердловской области по ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 161 УК РФ, наосновании ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ (приговор от 31 мая 2016 года) к 1 году 7 месяцам лишения свободы,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного приговором Тагилстроевского районного суда г.Нижнего Тагила от 18 марта 2020 года, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Постановлено срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу, зачесть в срок наказания период содержания под стражей и отбытое наказание по приговору Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила от 18 марта 2020 года с 05 марта 2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Гражданский иск удовлетворен: с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей М. в счет возмещения материального ущерба взыскано 24799 рублей.

Разрешены вопросы о процессуальных издержках и вещественных доказательствах. 

Заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества (сотовый телефон «...» стоимостью 11000 рублей, планшет «...» стоимостью 13000 рублей в чехле стоимостью 799 рублей), с причинением значительного ущерба гражданину. 

Преступление совершено в период с 22:00 до 22:45 29 января 2020 года в г.Верхняя Салда при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. Потерпевшей М. причинен материальный ущерб в размере 24799 рублей.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично. 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 просит приговор суда изменить, исключить квалифицирующий признак кражи «с причинением значительного ущерба гражданину». Обращает внимание, что похищенный им планшет и сотовый телефон были приобретены в кредит его другом Р. в период совместного проживания последнего с потерпевшей, когда их общий доход в месяц составлял 65000 рублей, при этом ежемесячный платеж по кредиту составлял 2500 рублей, в связи с чем причиненный ущерб не может быть значительным. Суд данное обстоятельство во внимание не взял, мотивируя наличие значительного ущерба тем, что после совершения кражи потерпевшая была вынуждена приобрести новый телефон стоимостью 

<

***> рублей, снять другое жилье с наименьшей арендной платой. Вместе с тем данные обстоятельства связаны не с кражей, а с тем, что Р. за день до рассматриваемых событий был осужден к лишению свободы. Полагает, что суд не учел положения п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 31 от 23 декабря 2010 года о необходимости учета при квалификации действий лица, совершившего кражу по признаку причинения гражданину значительного ущерба, совместный доходов членов семьи, с которыми потерпевший ведет совместное хозяйство. Кроме того стоимость имущества должна быть установлена с учетом его износа. В суде потерпевшая пояснила, что данный телефон ей был подарен, в связи с чем речь должна идти о компенсации только морального вреда, причиненного кражей подарка. Отмечает, что потерпевшая ввела в заблуждение суд относительно смены места жительства, по указанному ею адресу не проживает, о чем свидетельствует вернувшаяся судебная корреспонденция, которая не была вручена адресату. Полагает, что процессуальные издержки должны быть взысканы с федерального бюджета, поскольку адвокат ему был назначен в порядке ст. 51 УК РФ в связи с заявлением им ходатайства о применении особого порядка судебного разбирательства. Считает, что совокупность смягчающих наказание обстоятельств позволяла суду применить положения ч. 3 ст. 68 УК РФ. 

В возражении помощник Верхнесалдинского городского прокурора Свердловской области Павлова А.С. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнением осужденного – без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы (с дополнением) осужденного и возражений прокурора, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность осужденного в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается совокупностью доказательств, которые в приговоре изложены подробно, оценены судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. 

Свои выводы суд основывал на последовательных показаний потерпевшей М., свидетелей У., П., О., Д., Р., оснований не доверять которым у суда не имелось. Показания этих лиц согласуются с признательными показаниями самого осужденного, который не оспаривал то, что действительно изъял у потерпевшей сотовый телефон и планшет, а также с письменными доказательствами по делу, в том числе: с протоколом осмотра места происшествия – квартиры в г. Верхняя Салда, 

<

адрес>, в ходе которого были изъяты с предметов на липкую ленту следы рук; с заключением дактилоскопической экспертизы №64 от 14 февраля 2020 года - изъятые на месте совершения преступления следы рук принадлежат ФИО1; с договором комиссии от 30 января 2020 года, согласно которому ФИО1 сдал в комиссионный магазин планшет «...» за 5000 рублей; с договором от 31 января 2021 года о продаже ФИО1 покупателю ИП ФИО2 сотового телефона «...» за 3 500 рублей. 

Суд установил из информации, полученной из сети Интернет, что фактическая стоимость планшета «...», приобретенного в 2018 году, с учетом износа на момент кражи составляла 13000 рублей. Суд апелляционной инстанции считает, что данная стоимость установлена судом верно. 

Что касается чехла, то приобретен он был в 2018 году за 799 рублей (т. 1 л.д. 23), доказательств его стоимости и состояния на момент кражи в материалах не имеется. Не представлено стороной обвинения таких доказательств и в суд апелляционной инстанции, поэтому стоимость чехла 799 рублей подлежит исключению из размера ущерба, причиненного преступлением. 

Стоимость сотового телефона «...» определена судом в 11000 рублей. 

Вместе с тем на официальном сайте компании указана стоимость нового сотового телефона «...» в 2019 году 10 990 рублей (т. 1 л.д. 25). Из показаний свидетеля Р. и потерпевшей М. следует, что телефон был приобретен в 2019 году в подарок на день рождения последней, то есть на момент кражи он не был новым, в связи с чем с учетом его износа стоимость уменьшается. Исходя из сведений, представленных стороной обвинения в суд апелляционной инстанции, рыночная стоимость указанного телефона на момент кражи в среднем составляла 9990 рублей. В связи с чем суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить приговор, установить стоимость сотового телефона «...» 9990 рублей.

Таким образом, размер ущерба, причиненного преступлением, складывается из 13000 рублей - стоимости планшета и 9990 рублей – стоимости сотового телефона, итого 22990 рублей. 

Незначительное уменьшение размера ущерба, причиненного преступлением, не влечет изменения установленных судом обстоятельств события преступления и изменения квалификации действий осужденного.

Доводы осужденного о том, что планшет и телефон приобретал Р. в кредит, который после осуждения последнего к лишению свободы выплачивает его мать, как и доводы о том, что, исходя из размера совместного дохода Р. и М., получении последней этого имущества в дар, для М. размер причиненного преступлением ущерба не является значительным, судом первой инстанции исследованы и признаны несостоятельными. Вывод суда о причинении потерпевшей в результате преступных действий значительного материального ущерба в приговоре надлежащим образом мотивирован, и суд апелляционной инстанции считает его правильным. 

Как показал свидетель Р., похищенное имущество принадлежит потерпевшей М. и именно ей причинен материальный ущерб, поскольку она лишена права собственности на это имущество. Приобрести такое же имущество, тем самым реконструировать право на него, потерпевшая в силу своего материального положения не может. При этом материальное положение учитывается не на момент приобретения украденного имущества, как считает осужденный, а на момент, когда собственник его лишился в результате совершенных преступных действий, и имеет ли он материальную возможность приобрести вновь аналогичное имущество. 

Ссылка осужденного на то, что потерпевшая не проживает по указанному ею месту жительства, значения для установления обстоятельств преступления и квалификации его действий не имеет.

Квалификация действий ФИО1 п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину является верной. 

Решая вопрос о назначении наказания осужденному за совершенное преступление, суд учел характер и степень его общественной опасности, данные о личности виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному, суд признал в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание вины, раскаяние в содеянном, готовность возместить потерпевшей ущерб, причиненный преступлением, принесение ей извинений, состояние здоровья его и родителей, нуждающихся в уходе.

Иных обстоятельств, кроме указанных в приговоре, которые должны быть признаны смягчающими в силу ч.ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ, осужденным в жалобе не приводится, и суд апелляционной инстанции таковых из материалов дела не усматривает. 

Отягчающим наказание обстоятельством суд признал в соответствии с п.«а» ч. 1 ст.63 УК РФ рецидив преступлений.

Срок наказания в виде лишения свободы определен судом в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 68 УК РФ и не является чрезмерно суровым. 

Исходя из характера совершенного преступления, обстоятельств его совершения, имеющихся в материалах дела данных о личности осужденного, суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности назначения осужденному иного наказания, кроме лишения свободы, не усмотрел оснований для применения положений ст.ст. 64, 73, ч. 3 ст.68 УКРФ, поскольку никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 во время и после совершенного преступления, иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по настоящему делу не установлено. Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции, которые мотивированы надлежащим образом, считает обоснованными.

Правила назначения наказаний по совокупности наказаний с приговором от 18 марта 2020 года в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 69 УК РФ применены судом верно.

Вид исправительного учреждения, где осужденному надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, назначен в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку осужден ФИО1 при рецидиве преступлений, ранее отбывал наказание в местах лишения свободы.

Таким образом наказание осужденному назначено в строгом соответствии с требованиями закона, соразмерное содеянному и является справедливым.

Гражданский иск потерпевшей М. разрешен в соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ. Поскольку суд апелляционной инстанции установил иной размер ущерба, причиненного преступлением, то и размер исковых требований, подлежащих удовлетворению, подлежит уменьшению до 22990 рублей. 

Довод осужденного о том, что потерпевшей причинен не материальный ущерб, а моральный вред, связанный с утратой имущества, полученного в дар, основан на неверном толковании уголовного закона и гражданско-правовых отношений. 

При разрешении вопроса о взыскании процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения защитнику на предварительном следствии, в размере 9257 рублей суд руководствовался положениям ст. ст. 131, 132 УПК РФ. Как следует из протокола судебного заседания, на подготовительной стадии судебного заседания осужденный не поддержал в ходатайство, заявленное им при выполнении требований ст. 217 УПК РФ, о применении особого порядка судебного разбирательства, в связи с чем судом дело рассмотрено в общем порядке. Исходя из материалов дела, защиту ФИО1 на предварительном следствии осуществлял адвокат Бойцов Д.Б., от услуг которого ФИО1 не отказывался, как и не высказывал претензии о ненадлежащей защите. Доказательств невозможности уплаты процессуальных издержек в силу состояния здоровья или тяжелого материального положения осужденным представлено не было. При таких обстоятельствах, оснований для освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек у суда не имелось, они обоснованно взысканы с него. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального, влекущих в силу положений ст. 389.17 УПК РФ отмену приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

Заслушав участников судебного разбирательства, руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Верхнесалдинского районного суда Свердловской области от 22 октября 2020 года в отношении ФИО1 изменить.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей М. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 22990 рублей.

В остальном приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного (с дополнением) удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПКРФ. 

Председательствующий Медведева Е.И.