Дело № 1-274/2019

УИД № 66RS0012-01-2019-001240-58 

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский

Свердловской области 24 декабря 2019 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе председательствующего судьи Серебряковой Т.В., 

при ведении протокола помощником судьи Ефремовой М.В., 

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Каменска-Уральского Павлова Д.В., 

подсудимого ФИО1, 

его защитника – адвоката Бессараб А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

*****>, судимого: 

1) 26 сентября 2016 года Синарским районным судом г. Каменска-Уральского по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года;

2) 30 марта 2017 года Каменским районным судом Свердловской области по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. Освобожденного 05 февраля 2019 года на основании постановления Синарского районного суда от 24 января 2019 года условно-досрочно на 08 месяцев 06 дней;

в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживавшегося, мера пресечения в отношении которого избрана в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении 24 мая 2019 года (том 1 л.д. 112-113), постановлением Синарского районного суда г. Каменска-Уральского от 13 сентября 2019 года объявленного в розыск, мера пресечения изменена на заключение под стражу (том 2 л.д. 23-25), задержанного 23 ноября 2019 года и с этого времени содержащегося под стражей,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 тайно похитил чужое имущество группой лиц по предварительному сговору при следующих обстоятельствах.

07 апреля 2019 года около 05:00 часов ФИО1 и ФИО2, в отношении которого 13 сентября 2019 года постановлен обвинительный приговор, вступивший в законную силу 24 сентября 2019 года, в квартире № дома № по 

<

адрес> в г. Каменске-Уральском Свердловской области, воспользовавшись отсутствием хозяина квартиры, вступили между собой в преступный сговор на тайное хищение музыкального центра «Пионер», принадлежащего А. Реализуя задуманное, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью незаконного обогащения, воспользовавшись тем, что за их действиями никто не наблюдает, в указанное время ФИО1 и ФИО2 тайно похитили со стола в комнате указанный музыкальный центр, после чего с похищенным имуществом скрылись с места преступления, причинив А. материальный ущерб в сумме 2000 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1, выражая отношение к предъявленному обвинению, вину признал полностью.

Давая показания по существу предъявленного обвинения, ФИО1 сообщил, что 06 апреля 2019 года в доме № по 

<

адрес> его избил ранее ему незнакомый мужчина, поэтому проснувшись рано утром 07 апреля 2019 года, он решил поговорить с этим мужчиной и выяснить причины конфликта. ФИО2 сказал, что знает, где проживает мужчина, поэтому они вместе спустились на один этаж, ФИО2 указал на двери квартиры, где, по его мнению, жил данный мужчина. Он (ФИО1) постучал, ему никто не ответил, он дернул дверь, она открылась, вдвоем они вошли в комнату. В этот момент он (ФИО1) решил взять стоявший на холодильнике музыкальный центр, чтобы хозяин сам нашел его и они могли поговорить. Взятый музыкальный центр они с ФИО2 принесли в квартиру последнего. Через какое-то время они пошли на улицу, где встретили своего знакомого, который предложил им продать музыкальный центр в магазине в районе остановки «Щербакова». Они согласились, вдвоем с ФИО2 отнесли музыкальный центр в магазин, где продали его за 500 рублей, полученные денежные средства потратили на спиртные напитки. Кому принадлежит музыкальный центр он узнал позже, в момент изъятия он предполагал, что музыкальный центр принадлежит мужчине, который его избил. Предварительного сговора между ним и ФИО2 на хищение имущества не было, он самостоятельно взял музыкальный центр, не объясняя ФИО2, что он делает, вопросов тот не задавал, молча помог унести ему музыкальный центр, по его указанию взяв одну колонку. Умысел на хищение музыкального центра у него возник только когда ему предложили продать его, в момент изъятия музыкального центра из квартиры потерпевшего умысла на хищение у него не было. 

В связи с существенными противоречиями в показаниях подсудимого, по ходатайству стороны обвинения, оглашены показания ФИО1, данные им в ходе следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Из показаний ФИО1, допрошенного в качестве подозреваемого в присутствии защитника, следует, что 07 апреля 2019 года около 04:00 часов он с ФИО2 зашел в комнату № в доме № по 

<

адрес>, где увидел справа от входа стоящий на холодильнике и на столе музыкальный центр «Пионер» и две колонки к нему, в это время у него возник умысел похитить его, он взял сам центр и одну колонку, а вторую колонку сказал взять ФИО2, что тот и сделал, в дальнейшем они продали музыкальный центр за 500 рублей, потратив денежные средства на спиртные напитки (том 1 л.д. 99-104).

Из показаний ФИО1, допрошенного в качестве обвиняемого в присутствии защитника, следует, что 07 апреля 2019 года около 05:00 часов он вступил в сговор с ФИО2 на тайное хищение музыкального центра «Пионер», который впоследствии они вдвоем продали за 500 рублей (том 1 л.д. 108-111).

После оглашения указанных документов ФИО1 заявил, что не подтверждает ранее данные показания в части наличия между ним и ФИО2 предварительного сговора, указал, что дал такие показания, поскольку понимал, что музыкальный центр они с ФИО2 продали, деньги потратили, поэтому, не понимая юридических тонкостей квалификации преступлений, подписал протоколы допросов, никакого физического или психического насилия к нему не применяли, данные показания он дал добровольно. 

Анализируя показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, суд приходит к выводу, что показания, данные ФИО1 в ходе следствия, являются достоверными, согласуются с иными доказательствами, приведенными далее в приговоре, последовательными, отличающимися лишь в отдельных, несущественных деталях, и кладет их в основу приговора. Признавая показания ФИО1 на следствии достоверными, суд принимает во внимание и тот факт, что они содержат сведения о деталях события преступления, в частности, действия каждого из подсудимых в комнате потерпевшего, а также обстоятельства, при которых они с ФИО2 пришли в квартиру потерпевшего, обстоятельства продажи музыкального центра, которые могли быть известны только лицу, непосредственно участвовавшему в этих событиях. Протоколы следственных действий подписаны ФИО1 лично, его защитником, замечаний не содержат. Также суд отмечает, что аналогичные показания о фактических обстоятельствах преступления ФИО1 давал и в судебном заседании, отрицая лишь наличие предварительного сговора между ним и ФИО2, а также указывая, что умысел на хищение возник у него только перед продажей музыкального центра, а не до его изъятия из квартиры потерпевшего.

Суд аргументы подсудимого о недостоверности его показаний в ходе следствия в части наличия предварительного сговора и корыстного умысла в момент изъятия имущества отклоняет как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании по мотивам, указанным ниже в описательно-мотивировочной части приговора, и расценивает как защитную позицию, обусловленную желанием избежать привлечения к уголовной ответственности.

Показания подсудимого ФИО1, которые он давал в ходе предварительного следствия, согласуются с иными доказательствам по делу, с бесспорностью подтверждающими виновность подсудимого в совершении преступления. 

В своем заявлении от 07 апреля 2019 года А. просит привлечь к ответственности неизвестного, который похитил у него в квартире музыкальный центр стоимостью 2000 рублей (том 1 л.д. 10).

Из показаний потерпевшего А., которые он давал в ходе предварительного следствия и которые были оглашены в связи со смертью, следует, что 06 апреля 2019 года он ушел из дома в гости, вернулся только 07 апреля 2019 года около 07 часов, и обнаружил, что из его квартиры похищен музыкальный центр «Пионер», который стоял на столе около холодильника. Причиненный материальный ущерб он оценил в 2000 рублей. Также сообщил, что 10 апреля 2019 года к нему приходили ФИО1 и ФИО2 и рассказали, что музыкальный центр похитили они, просили прощения. Музыкальный центр был ему возвращен сотрудниками полиции (том 1 л.д. 58-60, 63-65).

Копии товарных и кассовых чеков подтверждают, что А. в 2012 году приобрел музыкальный центр «Пионер» (том 1 л.д. 66). 

Из оглашенных с согласия участников процесса показаний свидетеля А., которые он давал в ходе предварительного следствия, следует, что он является братом потерпевшего А. и подтверждает, что в квартире его брата находился музыкальный центр «Пионер», который, как ему известно со слов брата, был похищен в ночь с 6 на 7 апреля 2019 года (том 1 л.д. 86-87).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что была осмотрена квартира по адресу 

<

адрес> в г. Каменске-Уральском (том 1 л.д. 14-17).

Из оглашенных с согласия участников процесса показаний свидетеля Б., которые он давал в ходе предварительного следствия, следует, что он работает мастером по ремонту оборудования в магазине «СотоСервис», и 07 апреля 2019 года в 10:00 часов сразу после открытия магазина он приобрел у ФИО3 и ФИО2 музыкальный центр «Пионер» за 500 рублей. В дальнейшем музыкальный центр был изъят сотрудниками полиции (том 1 л.д. 78-79, 80-82).

Из протокола выемки следует, что следователем был изъят музыкальный центр «Пионер» (том 1 л.д. 69-70), после чего осмотрен, что отражено в протоколе осмотра (том 1 л.д. 71-73), и возвращен потерпевшему А. (том 1 л.д. 76).

Из оглашенных с согласия участников процесса показаний свидетеля Ш., которые она давала в ходе предварительного следствия, следует, что она видела в комнате у А. музыкальный центр, в апреле 2019 года со слов последнего узнала, что музыкальный центр у него похитили ФИО2 и ФИО1, которые также проживали в доме № по 

<

адрес> (том 1 л.д. 89-92).

В судебном заседании был допрошен ФИО2, который осужден приговором Синарского районного суда г. Каменска-Уральского от 13 сентября 2019 года. ФИО2 фактически подтвердил показания ФИО1 о том, что между ними не было предварительного сговора на хищение чужого имущества, в квартиру потерпевшего они пришли с целью разрешения возникший между ФИО1 и малознакомым мужчиной конфликта, однако увидев, что никого в квартире нет, ФИО1 взял музыкальный центр, сказав ему взять колонку. Когда они находились на лестнице, ФИО1 объяснил ему, что взял музыкальный центр, чтобы малознакомый мужчина сам его нашел, и они поговорили. Через какое-то время они решили продать музыкальный центр, т.к. им нужны были деньги, вырученные 500 рублей потратили на спиртное.

В связи с наличием существенных противоречий по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания ФИО2, которые он давал в ходе предварительного следствия.

Из показаний ФИО2 в качестве подозреваемого и обвиняемого следует, что 07 апреля 2019 года около 05 часов он вступил в преступный сговор с ФИО1 на хищение музыкального центра потерпевшего из квартиры по 

<

адрес>, при этом ФИО1 взял сам музыкальный центр и колонку, а ему сказал взять колонку, что он и сделал, понимая, что они совершают кражу. Впоследствии музыкальный центр они вдвоем продали за 500 рублей, денежные средства потратили на спиртные напитки (том 1 л.д. 172-176, 180-183).

После оглашения указанных документов ФИО2 заявил, что не подтверждает ранее данные показания в части наличия между ним и ФИО1 предварительного сговора, указал, что дал такие показания, поскольку понимал, что музыкальный центр они с ФИО1 продали, деньги потратили, их действия являются незаконными, поэтому подписал протоколы допросов, никакого физического или психического насилия к нему не применяли, данные показания он дал добровольно. 

Суд приходит к выводу, что показания, данные ФИО2 в ходе следствия, являются достоверными, поскольку они согласуются с иными доказательствами по уголовному делу, а также с показаниями подсудимого ФИО1, которые тот давал в ходе предварительного следствия, являются последовательными, отличаются лишь в отдельных, несущественных деталях, поэтому кладет их в основу приговора как одно из доказательств виновности подсудимого ФИО1 

В ходе следствия ФИО2 не оспаривал предъявленное обвинение, в своих показаниях не отрицал наличие предварительного сговора между ним и ФИО1 на хищение музыкального центра, описывал свои действия и действия подсудимого, сообщал о различных деталях преступления, в том числе сообщал, что они вступили в сговор на хищение музыкального центра, ФИО1 взял в квартире потерпевшего музыкальный центр и колонку, он сам взял колонку, после чего они вместе принесли похищенный музыкальный центр к нему в квартиру, а через непродолжительное время продали за 500 рублей, потратив денежные средства на спиртные напитки. 

Протоколы следственных действий подписаны ФИО2 лично, его защитником, замечаний не содержат.

Аргументы ФИО2 в судебном заседании об отсутствии между ним и ФИО1 предварительного сговора, а также отсутствия корыстного мотива в момент изъятия музыкального центра из квартиры потерпевшего суд отклоняет как не нашедшие своего подтверждения, расценивает изменение показаний ФИО2 стремлением помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности за более тяжкое преступление.

Таким образом, исследовав и проанализировав представленные суду доказательства, являющиеся относимыми, допустимыми и достоверными, суд приходит к выводу, что их совокупности достаточно для вывода о виновности ФИО1, действия которого суд квалифицирует по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации как тайное хищение чужого имущества (кража), совершенная группой лиц по предварительному сговору. 

Поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что подсудимый ФИО1 и ФИО2, в отношении которого постановлен обвинительный приговор, вступивший в законную силу, 07 апреля 2019 года около 05 часов, реализуя преступный умысел на хищение чужого имущества, с целью незаконного личного обогащения, из корыстной заинтересованности вступили между собой в преступный сговор, и реализуя задуманное, подсудимый ФИО1 и ФИО2 умышленно тайно совместно похитили из квартиры № в доме № по 

<

адрес> принадлежащий А. музыкальный центр стоимостью 2000 рублей. С похищенным имуществом подсудимый ФИО1 и ФИО2 с места преступления скрылись, причинив потерпевшему материальный ущерб на указанную сумму.

В основу выводов о виновности подсудимого в краже, то есть тайном хищении чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, суд считает необходимым положить показания подсудимого ФИО1, которые он давал в ходе предварительного следствия, а также показания ФИО2, которые он давал в ходе предварительного следствия, которые согласуются не только между собой, но и с другими доказательствами по уголовному делу, как с субъективными (показаниями потерпевшего А., указавшего, какое именно имущество было похищено из его квартиры, свидетелей А. и Ш., которые подтвердили, что знают о хищении музыкального центра со слов потерпевшего, свидетеля Б., который приобрел у ФИО1 и ФИО2 музыкальный центр, так и объективными (протоколами осмотров, протоколами выемки и др.), которые также кладутся судом в основу приговора. 

Анализ приведенных выше доказательств показывает, что все они добыты с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка и являются допустимыми. Они полностью согласуются между собой, дополняют друг друга, в своей совокупности образуют единую и целостную картину преступных событий, произошедших 07 апреля 2019 года, что позволяет суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела.

Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего либо свидетелей при даче показаний в отношении подсудимого ФИО1, оснований для оговора ими подсудимого, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые могли повлиять на выводы суда о виновности подсудимого, на правильность применения уголовного закона судом не установлено.

Наличие квалифицирующего признака хищения «группой лиц по предварительному сговору» нашло свое подтверждение. В ходе предварительного следствия ФИО1 не оспаривал, что преступление было совершено им в группе лиц по предварительному сговору с ФИО2, соглашался с обстоятельствами предъявленного обвинения в полном объеме. Также о наличии данного квалифицирующего признака свидетельствует и то обстоятельство, что договоренность между ФИО1 и ФИО2 носила предварительный характер, действия их по достижению общей корыстной цели были согласованы и взаимно обусловлены и дополняемы, находясь в квартире потерпевшего, ФИО1 взял музыкальный центр и колонку, ФИО2 – колонку, вместе они принесли похищенное имущество в квартиру ФИО2, а уже через несколько часов вдвоем продали за 500 рублей, совместно распорядились полученными денежными средствами, приобретя спиртное и вместе его употребив. 

Об умысле ФИО1 и ФИО2 на хищение музыкального центра свидетельствуют их фактические действия, выразившиеся в том, что завладев имуществом около 05 часов 07 апреля 2019 года, они уже через несколько часов распорядились им по своему усмотрению вопреки воле собственника, продав в магазине в 10 часов 07 апреля 2019 года, причинив потерпевшему материальный ущерб. Указанные обстоятельства подтверждают наличие корыстной заинтересованности подсудимого. 

Объем и стоимость похищенного подсудимым ФИО1 имущества была установлена из показаний потерпевшего и письменных доказательств, содержащихся в материалах дела, оснований не доверять которым у суда не имеется, в ходе предварительного следствия ФИО1 и его защитником не оспаривалась.

Оснований для иной квалификации действий подсудимого ФИО1 либо для его оправдания в связи с отсутствием состава преступления и наличия состава лишь административного правонарушения в его действиях, как о том просит сторона защиты, не имеется.

В соответствии с заключением комиссии экспертов от 15 мая 2019 года ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, и не страдает в настоящее время (т. 1 л. д. 120-123).

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов у суда не имеется. Оно составлено лицами, имеющими длительный стаж экспертной работы, научно обоснованно. Поведение ФИО1 в ходе предварительного и судебного следствия также не вызывает у суда сомнений с точки его психического состояния, подтвержденного экспертами-психиатрами, а потому суд признает ФИО1 вменяемым и считает необходимым назначить наказание.

При назначении меры и срока наказания суд, руководствуясь ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

По характеру общественной опасности подсудимым ФИО1 совершено преступление, которое отнесено законом к категории преступлений средней тяжести, посягает на собственность физического лица. 

При оценке степени общественной опасности суд учитывает оконченный характер преступления, совершение его подсудимым умышленно.

В качестве сведений о личности подсудимого ФИО1 суд учитывает, что он имеет постоянное место жительства, до задержания проживал с сожительницей и ее двумя малолетними детьми, в воспитании и содержании которых принимал участие, по договору работал, по месту работы характеризуется положительно, также положительно характеризовался по месту прежней работы. ФИО1 положительно характеризуется соседями по месту регистрации и жительства, участковым уполномоченным отдела полиции также охарактеризован положительно. В судебном заседании свидетель Н., сожительница ФИО1, исключительно положительно охарактеризовала его. 

<

*****> 

При назначении наказания суд, руководствуясь ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает в качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств полное признание вины в ходе предварительного следствия, его признательные показания в ходе предварительного следствия, частичное признание вины в ходе судебного заседания, участие подсудимого в воспитании и содержании малолетних детей его сожительницы, принесение извинений потерпевшему А., возмещение ущерба потерпевшему А. путем изъятия похищенного имущества сотрудниками полиции, состояние здоровья ФИО1, положительные характеристики.

В ходе расследования уголовного дела от подсудимого ФИО1 поступила явка с повинной (том 1 л.д. 95), в которой он указал на свою причастность к совершению преступления. Написанную подсудимым явку с повинной суд при назначении ФИО1 наказания считает необходимым признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку явка с повинной отвечает предусмотренным ст. 142 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации критериям добровольного сообщения лица о совершенном им преступлении. Указанная явка с повинной была оформлена подсудимым до возбуждения уголовного дела, в ней ФИО1 добровольно указал на свою причастность к хищению музыкального центра, изобличив не только себя, но и соучастника преступления. 

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1, предусмотренным п. «а» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, является рецидив преступлений, поскольку подсудимый совершил умышленное преступление средней тяжести, имея неснятые и не погашенные судимости за совершение умышленных преступлений средней тяжести по приговорам от 26 сентября 2016 года и от 30 марта 2017 года. 

Учитывая характер совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, совокупность смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, принимая во внимание данные о личности подсудимого, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО1 как лицу, совершившему преступление при рецидиве преступлений, наиболее строгий вид наказания, предусмотренный санкцией статьи, в виде лишения свободы на определенный срок. Именно такое наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, будет максимально способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

Учитывая данные о личности ФИО1, который несмотря на положительные характеристики, трудоустройство, совершил умышленное корыстное преступление в период условно-досрочного освобождения, характер и обстоятельства совершения им преступления, оснований для применения ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначения ФИО1 наказания условно суд не усматривает. 

Наличие отягчающего наказание обстоятельства не позволяет суду применить положения ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации и изменить категорию совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую категорию, а также применить правила ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации при определении размера наказания.

Оснований к признанию совокупности смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств исключительными, которые давали бы основание к применению положений ч. 3 ст. 68 и ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает, как не усматривает оснований для замены наказания на принудительные работы в соответствии со ст. 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.. 

Учитывая наличие в действиях подсудимого рецидива преступлений, при определении ему срока наказания суд руководствуется частью 2 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что размер наказания при рецидиве преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи. 

Правовых оснований для применения в отношении подсудимого ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Поскольку ФИО1 совершено новое преступление 07 апреля 2019 года, то есть в период оставшейся не отбытой части наказания по приговору Каменского районного суда Свердловской области от 30 марта 2017 года, суд с учетом обстоятельств совершенного преступления, которое было совершено через два месяца после освобождения из мест лишения свободы, данных о личности виновного, приходит к выводу о необходимости в соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 Уголовного кодекса Российской Федерации отменить ФИО1 условно-досрочное освобождение по предыдущему приговору и назначить ему окончательное наказание по правилам ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации подсудимому ФИО1 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, поскольку преступление совершено им при рецидиве, ранее лишение свободы он отбывал. 

На основании ч. 2 ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса Российский Федерации для обеспечения исполнения приговора суд полагает необходимым сохранить в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, поскольку ФИО1 осужден к реальному лишению свободы, поэтому велик риск того, что он может скрыться.

Потерпевшим А. заявлен гражданский иск на сумму 2 000 рублей, который в силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворению не подлежит, поскольку похищенное имущество потерпевшему возвращено. 

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу разрешена в приговоре Синарского районного суда г. Каменска-Уральского от 13 сентября 2019 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 303-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 02 (ДВА) года.

В соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 Уголовного кодекса Российской Федерации отменить условно-досрочное освобождение ФИО1 по приговору Каменского районного суда Свердловской области от 30 марта 2017 года.

В соответствии со ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично в виде шести месяцев лишения свободы присоединить неотбытую часть наказания по приговору Каменского районного суда Свердловской области от 30 марта 2017 года, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 02 (ДВА) года 06 (ШЕСТЬ) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения – заключение под стражу, срок отбытия наказания исчислять с 24 декабря 2019 года. 

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с 23 ноября 2019 года по 23 декабря 2019 года включительно. 

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день – за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 23 ноября 2019 года по день вступления приговора в законную силу. 

Исковые требования А. о взыскании материального ущерба оставить без удовлетворения. 

Приговор может быть обжалован в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или представления через Синарский районный суд в течение 10 дней со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о назначении защитника, вправе пригласить защитника либо отказаться от услуг защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор изготовлен в машинописном варианте в совещательной комнате и является подлинником. 

Судья: подпись. Т.В. Серебрякова