РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 октября 2018 года 

г. Нефтегорск

Нефтегорский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего Баймишева М.С.

при секретаре Дейтиной М.М., 

с участием прокурора Лукиной М.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-407/2018 по иску ФИО1 к АО «Самаранефтегаз» и ООО «РН-Транспорт» о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд исковым заявлением, в котором просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 250 000 рублей с каждого из ответчиков.

В обоснование иска истец указал, что он работал у ответчиков 

<

данные изъяты>: в Нефтегорском УТТ ПО «Куйбышевнефть» и АО «Самаранефтегаз» - с 30 сентября 1985 года по 25 августа 1998 года, в ООО «Транспорт-Нефтегорск» и ООО «Транспорт - Отрадный-2», реорганизованного путем присоединения к ООО «РН-Транспорт» - с 26 августа 1998 года по 2 сентября 2016 года. В указанные периоды он работал у ответчиков в условиях воздействия вредных производственных факторов, которые привели к возникновению профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>. Степень утраты его трудоспособности составила 

<

данные изъяты>, ему установлена 

<

данные изъяты>. Причиненный ему моральный вред выразился в физических и нравственных страданиях, связанных с заболеванием.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель АО «Самаранефтегаз» - ФИО3, иск не признала, ссылаясь на то, что между работой истца в ОАО «Самаранефтегаз» и возникшим у него профессиональным заболеванием отсутствует причинно-следственная связь, доказательств совершения ответчиком в отношении истца неправомерных действий (бездействия) не представлено. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда необоснованно завышен.

Представитель ООО «РН-Транспорт» в лице филиала ООО «РН-Транспорт» в г. Отрадный - ФИО4, иск не признал, ссылаясь на отсутствие вины ответчика в возникновении профессионального заболевания у истца.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего иск законным и обоснованным, исследовав материалы дела, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению. 

Согласно ст. 3 Закона РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. 

В соответствии с п. 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ № 967 от 15.12.2000 года, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. 

Согласно п.14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т.ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

В соответствии с п.16 Постановления Правительства РФ № 789 от 16.10.2000 года и п.25 Постановления Минтруда и социального развития РФ № 56 от 18.07.2001 года 40% утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в случаях, если пострадавший вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания может в обычных производственных условиях продолжать профессиональную деятельность с выраженным снижением квалификации либо с уменьшением объема выполняемой работы или, если он утратил способность продолжать профессиональную деятельность вследствие умеренного нарушения функций организма, но может в обычных производственных условиях выполнять профессиональную деятельность более низкой квалификации. 

В силу ст.8 ч.3 Закона РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний», возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Согласно ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, к которым относится жизнь, здоровье и др., суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определятся в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, когда вина является основанием для возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как установлено в судебном заседании и не оспаривается сторонами, истец работал 

<

данные изъяты> в Нефтегорском УТТ ПО «Куйбышевнефть», правопреемником которого является АО «Самаранефтегаз», и в АО «Самаранефтегаз» с 30 сентября 1985 года по 25 августа 1998 года. С 26 августа 1998 года был переведен 

<

данные изъяты> в ООО «Транспорт-Нефтегорск» (впоследствии ООО «Транспорт - Отрадный-2») где проработал в указанной должности до 14 сентября 2004 года, с 15 сентября 2004 года по 2 сентября 2016 года в той же организации работал 

<

данные изъяты>. ООО «Транспорт – Отрадный-2» с 1 марта 2018 года реорганизовано путем присоединения к ООО «РН-Транспорт».

Согласно заключению врачебной комиссии от 4 июня 2018 года областным центром профпатологии 

<

данные изъяты> у истца было установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> 

Из акта о случае профзаболевания от 27 мая 2016 года следует, что причиной возникновения профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора в виде тяжести трудового процесса, 

<

данные изъяты>. Заболевание возникло в результате несовершенства технологического процесса. 

Согласно справкам, выданным 

<

данные изъяты>, у истца в связи с профессиональным заболеванием установлена 

<

данные изъяты> и степень утраты профессиональной трудоспособности - 

<

данные изъяты> на срок до 1 августа 2019 года.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда следует, что условия труда ФИО1 на рабочем месте 

<

данные изъяты> в Нефтегорском УТТ ПО «Куйбышевнефть» и ООО «Транспорт-Нефтегорск» не оцениваются из-за отсутствия данных, но подобны условиям труда ФИО1 на рабочем месте 

<

данные изъяты> и не соответствуют гигиеническим нормативам по шуму, тяжести трудового процесса.

Исходя из указанного, следует, что возникновение у истца профзаболевания связано с его работой 

<

данные изъяты> в вышеуказанных организациях, что является основанием для взыскания с ответчиков морального вреда. 

Причинение физических и нравственных страданий из-за этого сомнений не вызывает, так как был причинен вред здоровью истца, находящийся в причинной связи с трудовой деятельностью на протяжении длительного времени во вредных для организма условиях, выразившейся в приобретении заболевания, приведшего к ограничению трудоспособности и невозможности работы по профессии. Для профзаболевания характерен длительный процесс воздействия вышеуказанных факторов, и оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов, поэтому имеются основания для отнесения ответчиков к причинителям вреда. 

Доводы ответчиков об отсутствии с их стороны каких-либо неправомерных действий, приведших к воздействию вредных производственных факторов, суд не принимает во внимание, поскольку вышеуказанными документами подтверждено, что условия труда истца не соответствуют гигиеническим нормативам. 

Доводы представителей ответчиков об отсутствии причинной связи между работой на их предприятиях и профессиональным заболеванием истца, суд считает несостоятельными, поскольку возможно проявление последствий воздействия вредных производственных факторов в виде профзаболевания и через определенное время после окончания работы в таких условиях. Обязанность создания работнику безопасных условий труда лежит на работодателе. Доказательств нарушения истцом требований внутреннего распорядка или условий технологического процесса, что могло бы привести к увеличению степени воздействия вредных факторов, не представлено. 

Отсутствие документов о характере работы при наличии доказательств, характеризующих условия труда на аналогичном рабочем месте, свидетельствующих о наличии вредных производственных факторов, отнесенных к причинам профзаболевания, не может являться основанием для отказа в иске. 

То обстоятельство, что ООО «Траснпорт-Отрадный-2» в соответствии с коллективным договором выплатило истцу компенсацию морального вреда в размере 19 000 рублей, в связи с установлением ему 

<

данные изъяты> вследствие профессионального заболевания, не является основанием для отказа в иске в этой части.

С учетом положений ч.2 ст. 9, ст. 237 ТК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суд считает, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным в законе критериям, вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения коллективного договора означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает установленную истцу 

<

данные изъяты>, степень утраты профессиональной трудоспособности – 

<

данные изъяты>, вину причинителей вреда, как не обеспечивших надлежащим образом безопасные условия труда, и отсутствие вины работника, продолжительность работы в АО «Самаранефтегаз», с учетом введения ответственности в виде компенсации морального вреда ст.131 Основ законодательства СССР с 03.08.1992 года, продолжительность работы в ООО «Транспорт – Отрадный-2» - более 17 лет, при общем стаже работы в условиях воздействия вредных производственных факторов – 33 года 9 месяцев, требования разумности и справедливости и полагает возможным определить его в размере 30 000 рублей, подлежащих взысканию с АО «Самаранефтегаз» и в размере 60 000 рублей с ООО «Транспорт – Отрадный-2». 

На основании ст. 98 и ч.1 ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию в доход государства госпошлина, от уплаты которой истец освобожден на основании п.3 ч.1 ст.333.36 НК РФ, исходя из размера, установленного п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ. 

Учитывая положение ст.100 ГПК РФ, с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы на оказание юридической помощи и оплату услуг представителя в лице адвоката, которые подтверждаются квитанциями. С учетом объема и сложности дела, объема защищаемого права, степени подготовленности иска, его обоснованности и обеспеченности доказательствами, участия представителя, как на стадии подготовки иска, так и в судебном заседании, требований разумности и справедливости суд полагает возможным определить их в 6 000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Самаранефтегаз» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 30 000 рублей, расходы на оплату юридической помощи и труда представителя в размере 3 000 рублей, всего 33 000 рублей. 

Взыскать с ООО «РН-Транспорт» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 60 000 рублей, расходы на оплату юридической помощи и труда представителя в размере 3 000 рублей, всего 63 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с АО «Самаранефтегаз» и ООО «РН-Транспорт» в доход государства государственную пошлину в размере 150 рублей с каждого. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Нефтегорский районный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья М.С. Баймишев