Дело № 22-495/2021 Судья Лошаков А.В.

УИД 33RS0008-01-2020-000646-80

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 марта 2021 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего Иванкива С.М.,

при секретаре Рожкове П.Д.,

с участием:

прокурора Федосовой М.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Королькова А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Королькова А.В. на приговор Гусь-Хрустального городского суда Владимирской области от 24 декабря 2020 года в отношении

ФИО1, **** не судимого, 

осужденного по ч.5 ст.264 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием в колонии – поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Разъяснено ФИО1, что на основании ст.75.1 УИК РФ после получения от территориального органа уголовно – исполнительной системы предписания о направлении к месту отбывания наказания, он должен следовать в колонию – поселение за счёт средств государства самостоятельно.

На основании ч.3 ст.75.1 УИК РФ срок отбывания наказания ФИО1 исчислен со дня прибытия в колонию – поселение с зачетом в срок лишения свободы осужденного времени его следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным частью первой настоящей статьи, из расчёта один день за один день.

Приняты решения о вещественных доказательствах, по гражданскому иску и о распределении процессуальных издержек.

Изложив содержание приговора, апелляционной жалобы и возражений на неё, заслушав выступления осужденного ФИО1 и защитника Королькова А.В., поддержавших апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам об отмене обвинительного приговора и вынесении оправдательного приговора, прокурора Федосовой М.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено 1 июня 2018 года около 21 часа 40 минут на территории г. Гусь-Хрустальный Владимирской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Корольков А.В. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Считает, что вина ФИО1 в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции не доказана, предварительное следствие проведено неполно, в деле имеется множество противоречий, в нарушение требований п.5 ч.1 ст.73 УПК РФ не исследовались обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, обстоятельства, изложенные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывает адвокат, что предварительным следствием исследовался лишь вопрос о виновности ФИО1, оценка действиям водителя мотоцикла Б. дана неверно, а также показаниям свидетелей и заключениям судебных экспертиз, что противоречит требованиям п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения». Утверждает защитник, что в действиях водителя ФИО1 отсутствуют нарушения правил дорожного движения, поскольку ФИО1, начиная манёвр левого поворота, предварительно убедился в безопасности манёвра, не мог видеть в тёмное время движущийся мотоцикл без световых приборов, при этом рассчитывал на соблюдение правил дорожного движения другими участниками дорожного движения, то есть причиной дорожно-транспортного происшествия являются действия водителя мотоцикла Б., который значительно превысил скорость, грубо нарушил правила дорожного движения, создал аварийную ситуацию и подверг опасности не только свою жизнь, но жизнь других участников дорожного движения. Отмечает, что следствием установлен только момент возникновения опасности для водителя мотоцикла, то есть выезд автомобиля ФИО1 на полосу движения мотоцикла, однако момент возникновения опасности у ФИО1 следствием не установлен. Обращает внимание защитник на положения пп.6,7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года №25, заключение автотехнической экспертизы №1221 от 15 июля 2019 года, заключение эксперта №1184 от 23 июля 2018 года, протокол осмотра места происшествия и утверждает, что следствие, привлекло в качестве обвиняемого ФИО1, не приняв во внимание противоречия по установлению точного места совершения преступления и точного механизма дорожно-транспортного происшествия, и то, что нахождение транспортных средств свидетельствует о завершении ФИО1 манёвра поворота, а водителем мотоцикла - изменении траектории движения и столкновении уже на ****, что исключает виновность ФИО1. По изложенным доводам защитник Корольков А.В. просит обвинительный приговор отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Королькова А.В. государственный обвинитель Герасимова И.А. утверждает, что вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления полностью подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания, по делу установлены все подлежащие доказыванию обстоятельства, довод о неправильном определении места столкновения автомобиля и мотоцикла является необоснованным, в связи с чем просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, выступления осужденного, защитника и прокурора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании, и основан на совокупности доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре.

Виновность ФИО1 в том, что он 1 июня 2018 года около 21 часа 40 минут на нерегулируемом перекрестке улиц **** при управлении автомобилем «****), нарушил пп.8.,13.12 Правил дорожного движения РФ, что повлекло по неосторожности смерть Б. и Л., установлена показаниями очевидца дорожно-транспортного происшествия свидетеля К. и другими исследованными судом доказательствами. Из показаний указанного свидетеля следует, что проезжая часть автодороги **** частично освещалась за счет фонарей, установленных на жилых домах ****, расположенных рядом с автодорогой. Столкновение транспортных средств произошло, когда автомобиль, у которого был включен левый сигнал поворота и горел ближний свет фар, стал осуществлять поворот налево с улицы ****. Он практически повернул, находясь поперек проезжей части, но в это время на дороге во встречном направлении появился мотоцикл, который двигался с большой скоростью, и освещение на мотоцикле отсутствовало. Столкновение транспортных средств произошло на проезжей части **** остановки автомобиля, одна его часть находилась на ****, а другая на ****. Там же вплотную к машине с правой стороны стоял врезавшийся в неё мотоцикл. Полагал свидетель, что после столкновения автомобиля и мотоцикла на проезжей части **** автомобиль до полной остановки проехал какое – то расстояние.

Приведенные показания свидетеля К. согласуются с 

показаниями свидетелей Е. и Т., потерпевших Б.1 и Л., данными в ходе судебного заседания, свидетеля Г., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в суде, протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 1 июня 2018 года, заключениями экспертов №1184 от 1 августа 2018 года, №1221 от 25 июля 2019 года, №238а от 10 января 2019 года, №242а от 11 января 2019 года.

Согласно показаниям свидетеля Е., ****, она вместе с оперативной группой выезжала на место дорожно – транспортного происшествия с участием автомобиля «**** и мотоцикла «****, на перекрестке улиц ****. Мотоцикл врезался в правую переднюю часть машины. Местом столкновения транспортных средств, согласно протоколу осмотра и схемы ДТП, определено масляное пятно на проезжей части **** ****. 

Из показаний свидетеля Т., **** следует, что по поступившему сообщению о произошедшем ДТП на перекрестке улиц ****, он выехал на место и обнаружил на полосе встречного движения, на пересечении проезжих частей, автомобиль иностранного производства, рядом с ним, у правой передней части, мотоцикл. На обочине лежали два человека. Предварительно местом столкновения транспортных средств было определено масляное пятно на проезжей части **** справа от автомобиля. 

При этом в описательно-мотивировочной части приговора суд сослался как на доказательства виновности осуждённого на показания Е., **** и Т., **** об обстоятельствах преступления, которые им стали известны от осужденного, а именно, Е. в ходе опроса ФИО1, а Т. в ходе беседы с осуждённым.

Вместе с тем по смыслу закона сотрудники полиции могут быть допрошены в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного и процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, которые им стали известны из их бесед либо во время допроса (опроса) подозреваемого (обвиняемого), свидетеля, не могут быть 

использованы в качестве доказательств виновности подсудимого.

Таким образом, показания Е. и Т. в части сведений, которые им стали известны от ФИО1 в ходе опроса и беседы, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности последнего и подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора, что не влечет за собой отмену приговора, поскольку вина осужденного подтверждается совокупностью иных, приведенных в приговоре доказательств.

Согласно показаниям свидетеля Г., он принимал участие в качестве понятого при осмотре места дорожно – транспортного происшествия у ****, где произошло столкновение автомобиля марки «**** и мотоцикла «**** Автомобиль на момент осмотра находился на пересечении проезжих частей улиц ****. При осмотре проезжей части было установлено, что местом столкновения является масляное пятно, которое находилось на левой полосе движения у заднего правого колеса автомобиля марки ****.

Потерпевшая Б.1 показала, что по прибытии на место ДТП увидела автомобиль, который располагался перпендикулярно проезжей части улицы **** в направлении улицы ****. В его боковой части находился мотоцикл её сына. Племянник ей сообщил, что водитель автомобиля осуществлял левый поворот на улицу ****, и не пропустил двигавшийся во встречном направлении по улице **** мотоцикл под управлением её сына Б., в результате чего произошло столкновение транспортных средств, и её сын погиб на месте.

Из показаний потерпевшей Л. следует, что ей стало известно, что водитель ФИО1 при совершении маневра левого поворота не уступил дорогу, двигавшему во встречном направлении мотоциклу под управлением Б., который в качестве пассажира перевозил её сына Л.1, в результате чего произошло столкновение автомобиля и мотоцикла.

Протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 1 июня 2018 года зафиксировано расположение автомобиля марки «****) относительно мотоцикла марки «**** и проезжей части перекрестка улиц ****, являющегося местом дорожно-транспортного происшествия, деталь мотоцикла, след масляного пятна на левой полосе движения, который определен, как место предполагаемого столкновения транспортных средств, обувь одного из участников ДТП, труп мотоциклиста, пятно бурого цвета (предположительно место падения пассажира мотоцикла), имеющиеся на автомобиле и мотоцикле механические повреждения. 

По заключению эксперта №1184 от 1 августа 2018 года первоначальное столкновение транспортных средств, находящихся в перекрестном направлении, произошло передней частью мотоцикла «**** без государственного регистрационного знака с правой боковой передней частью автомобиля «****, а их продольные оси в момент столкновения располагались под углом около 120+5 градусов относительно друг друга.

Заключением эксперта №1221 от 25 июля 2019 года установлено, что местом столкновения автомобиля «****) и мотоцикла «**** могло быть имеющееся на проезжей части дороги масляное пятно длиной 1,2 метра, расположенное на расстоянии 1,1 метра от левого по ходу движения в сторону улицы **** края проезжей части дороги улицы **** и зафиксированного на схеме места ДТП от 1 июня 2018 года.

Согласно заключению эксперта №238а от 10 января 2019 года, смерть Б. наступила от тяжелой сочетанной тупой травмы тела с повреждением мозговых оболочек и костей черепа, переломами костей скелета, которая как опасная для жизни причинила тяжкий вред здоровью и имеет прямую причинно – следственную связь с её наступлением. Указанные и иные повреждения, не связанные с наступлением смерти, причинены непосредственно перед наступлением смерти ударным действием и действием трения тупых твердых предметов или при ударе о таковые с выраженным элементом общего сотрясения тела и вполне могли образоваться в условиях дорожно–транспортного происшествия.

Из заключения эксперта №242а от 11 января 2019 года усматривается, что смерть Л.1 наступила 2 июня 2018 года в 1 час 00 минут от тяжелой тупой травмы тела с повреждением мозговых оболочек, ушибом легких, переломами костей, которая, как опасная для жизни причинила тяжкий вред здоровью, и имеет прямую причинно-следственную связь с её наступлением. Указанные повреждения, а также иные повреждения, не связанные с наступлением смерти впервые были зафиксированы в медицинских документах 1 июня 2018 года, причинены незадолго до поступления в стационар ударным действием и действия трения тупых твердых предметов или при ударе о таковые с выраженным элементом общего сотрясения тела и вполне могли образоваться в условиях дорожно–транспортного происшествия.

Кроме того, вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, достоверность которых сомнений не вызывает, так как они согласуются между собой и подтверждают правильность установленных судом обстоятельств преступления.

В ходе судебного заседания исследованы показания осужденного, потерпевших и свидетелей, им дана оценка с точки зрения их относимости к предъявленному обвинению, допустимости, достоверности, а всем собранным и исследованным доказательствам в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. 

Правильно установив фактические обстоятельства преступления, суд сделал обоснованный вывод о виновности ФИО1 в его совершении. 

Доводы апелляционной жалобы защитника Королькова А.В. направлены на переоценку доказательств об обстоятельствах, установленных и исследованных судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и сводятся, по сути, к несогласию с выводом суда об их достаточности, к иной, нежели у суда первой инстанции, оценке доказательств и фактических обстоятельств дела.

С приведением соответствующих мотивов суд отразил в приговоре, почему он отверг одни доказательства и принял другие.

Суд проанализировал показания ФИО1, данные в ходе судебного разбирательства, и в приговоре мотивировал причину, по которой отверг данные показания осужденного, не признавшего вину в совершении преступления, обоснованно указав, что они не ставят под сомнение обоснованность предъявленного ему обвинения.

При этом суд обоснованно сослался в приговоре на доказательства виновности ФИО1 в совершении преступления – показания потерпевших и свидетелей, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании, и получены с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для оговора осужденного, и причин личной заинтересованности лиц, показания которых положены в основу приговора, в исходе уголовного дела не установлено, поэтому оснований относиться к показаниям критически, а также для признания этих показаний недопустимыми или недостоверными доказательствами, не имеется.

Также суд правильно признал допустимыми доказательствами и положил в основу обвинительного приговора заключения экспертов №№1184, 1221, 1183,1182, 2208, 315, 238а, 242а, которые даны на основании постановлений следователей о назначении судебных автотехнических (дополнительной) экспертиз, судебно-медицинских экспертиз. Перед проведением экспертных исследований у экспертов отобрана подписка о том, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Указанные заключения составлены экспертами соответствующей специальности и стажа работы. 

Суду было представлено достаточно доказательств, отвечающих требованиям уголовно-процессуального закона РФ.

Предположительных выводов по установленным действиям осужденного в приговоре не содержится.

Судом рассматривалась версия о том, что дорожно–транспортное происшествие могло произойти в результате виновных действий потерпевшего Б., либо при иных обстоятельствах и по вине других лиц, однако 

подтверждающих данных этому не установлено.

Из исследованного судом постановления следователя от 22 сентября 2019 года усматривается, что в отношении водителя мотоцикла Б. отказано в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с тем, что в действиях Б. отсутствует состав преступления, предусмотренных ст.264 УК РФ, а усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.5 КоАП РФ, которые не находятся в прямой причинно–следственной связи с наступившими последствиями дорожно–транспортного происшествия 1 июня 2018 года.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом на основании совокупности исследованных доказательств, в том числе заключения эксперта №1221 от 25 июля 2019 года, и с приведением надлежащих мотивов в приговоре сделал обоснованный вывод о том, что столкновение транспортных средств произошло на проезжей части улицы ****. Изменение угла их продольных осей относительно друг друга, после столкновения и нахождения на момент осмотра места ДТП за пределами улицы ****, произошло в результате того, что автомобиль «**** после столкновения с мотоциклом «**** в силу инерции какое-то время до полной остановки находился в движении и вместе с мотоциклом, как следует из показаний свидетелей, прочно засевшего в кузове автомобиля, выехал на улицу ****.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Совокупность исследованных и положенных в основу приговора доказательств позволила суду правильно установить фактические обстоятельства совершения преступлений и квалифицировать действия ФИО1 по ч.5 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Оснований для вынесения в отношении ФИО1 оправдательного приговора не усматривается.

Что касается утверждения стороны защиты о не проведении по делу следственного эксперимента для установления возможности ФИО1 видеть мотоцикл под управлением потерпевшего Б., то, согласно ст.181 УПК РФ, следователь вправе, но не обязан проводить следственный эксперимент по уголовному делу.

Кроме того, в соответствии с п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Невозможность установления экспертным путём места столкновения

автомобиля и мотоцикла, о чём указывал защитник Корольков А.В., не 

свидетельствует о невозможности установления указанного обстоятельства 

другими доказательствами по уголовному делу, в том числе протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схемой к нему.

Доводы стороны защиты о недостоверности установления места столкновения автомобиля и мотоцикла, в том числе масляного пятна, не основаны на доказательствах, и опровергаются протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 1 июня 2018 года и схемой к нему, из которых усматривается расположение транспортных средств, потерпевших и иных предметов, в том числе масляного пятна. Каких-либо замечаний по содержанию протокола и схемы от участников осмотра, в том числе ФИО1, не поступило, указанные документы удостоверены подписями участников осмотра. 

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, не допущено. Данных, свидетельствующих о неполноте предварительного расследования и судебного следствия, повлиявших на постановление законного и обоснованного приговора, по делу не установлено. Судом первой инстанции в полной мере выполнены требования ст. 15 УПК РФ, согласно которой суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных 

им прав.

При назначении наказания ФИО1 судом в соответствии с требованиями, предусмотренными ст.ст.6,60 УК РФ, учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все обстоятельства уголовного дела, в том числе смягчающие, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом учтено, что ФИО1 совершил преступление средней тяжести по неосторожности впервые, ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, соседями по месту жительства - положительно. 

При этом обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 судом признаны – состояние его здоровья, совершение действий, направленных на оказание медицинской помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления и нарушение потерпевшим Б. правил дорожного движения, которые не состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно–транспортным происшествием, но содействовали увеличению вреда.

Наличие у ФИО1 смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств позволило суду при назначении наказания применить положения ч.1 ст. 62 УК РФ.

Вместе с тем при определении вида и размера наказания суд наряду с другими обстоятельствами учёл, что ФИО1 вину в совершении преступления не признал, что противоречит требованиям уголовного закона, так как ст.ст. 6, 60 УК РФ не предусмотрен учёт такого обстоятельства при назначении виновным наказания, и оно не относится к отягчающим обстоятельствам, предусмотренным ст. 63 УК РФ.

Кроме того, в соответствии с положениями ст. 51 Конституции Российской Федерации о праве любого гражданина не свидетельствовать против себя, отрицание подсудимым своей вины надлежит расценивать как форму реализации его права на защиту.

Следовательно, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание на учёт при назначении наказания, что ФИО1 вину в совершении преступления не признал, в связи с этим основное наказание в виде лишения свободы и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, подлежит смягчению.

Суд апелляционной инстанции соглашается с мотивами, приведенными в приговоре, о назначении ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Судом не установлено оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ, и применения положений ст.ст.64,53.1,73 УК РФ, не находит их и суд апелляционной инстанции.

Судом верно определен вид исправительного учреждения – колония-поселение с учетом требований п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ. 

Указание во вводной части приговора инициалов представителя потерпевшей Б.1 – адвоката Сергеева как Р.С. вместо А.В., а также в описательно-мотивировочной части приговора инициалов потерпевшей Б. как **** вместо ****. являются явными техническими ошибками, которые не повлияли на законность, обоснованность и справедливость приговора, и поэтому внесения изменения не требуют.

При таких обстоятельствах оснований для отмены приговора и удовлетворения апелляционной жалобы защитника Королькова А.В. не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Гусь-Хрустального городского суда Владимирской области от 24 декабря 2020 года в отношении осужденного ФИО1 

ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания Е. и Т. в части сведений, которые им стали известны от ФИО1 в ходе опроса и беседы;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учёт при назначении наказания ФИО1 то, что он вину в совершении преступления не признал;

- смягчить наказание, назначенное ФИО1 в виде лишения свободы, до 2 лет 3 месяцев и дополнительное наказание - до 1 года 9 месяцев лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Королькова А.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Гусь-Хрустальный городской суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий С.М. Иванкив