Судья Юрин М.В. Дело 22-1285/2023 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Нижний Новгород 14 марта 2023 года

Нижегородский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Воробьева П.Г., 

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Егуновой Ю.В., 

близкого родственника умершего обвиняемого ФИО1 – ФИО2, 

потерпевшей ФИО3,

защитника в лице адвоката Мельникова А.Н., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя потерпевшего в лице адвоката Гуськова И.Ю., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре судебного заседания Кокине Н.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой близкого родственника умершего обвиняемого ФИО1 - ФИО2, апелляционной жалобой потерпевшей Потерпевший №1, апелляционной жалобой представителя потерпевшей – адвоката Гуськова И.Ю., апелляционной жалобой защитника ФИО1 – адвоката Мельникова А.Н. на постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с его смертью. 

Заслушав доклад судьи Воробьева П.Г., мнения сторон, и изучив представленные материалы, суд, - 

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ.

Согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ суд первой инстанции, установив отсутствие оснований для оправдания ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, а также установив отсутствие оснований для возвращения материалов дела прокурору, прекратил уголовное дело в отношении ФИО1 на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ - то есть в связи с его смертью 

В апелляционной жалобе ФИО2 считает, что обжалуемое постановление является незаконным и необоснованным, принятым при существенных нарушениях уголовного и уголовно-процессуального законов, в том числе при нарушении презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ.

Считает, что выводы суда о виновности ФИО1 основаны на доказательствах стороны обвинения, полученных при нарушении УПК РФ, а также на основе противоречивых показаний свидетелей и противоречивых выводах автотехнических экспертиз. Указывает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств защиты, что подтверждает наличие обвинительного уклона в рассмотрении дела.

По мнению автора жалобы, предварительное следствие проведено ненадлежащим образом. Отмечает, что следователем не был своевременно сделан запрос об истребовании видеозаписей средств видеофиксации. Полагает, что видеозаписи с бензовоза были намерено сокрыты. 

Полагает, что рапорт является недопустимым доказательством, поскольку как отдельное сообщение в КУСП не регистрировался, и не может служить законным основанием к принятию решения о возбуждении уголовного дела.

Считает, что все 4 проведенные автотехнические экспертизы следует признать недопустимыми доказательствами, поскольку первоначальная экспертиза не может являться доказательством по делу, в связи с тем, что в заключении указано о предупреждении эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного исследования ДД.ММ.ГГГГ, тогда как подписка датирована ДД.ММ.ГГГГ, и таким образом нарушен процессуальный порядок производства судебной экспертизы, а последующие проводимые экспертизы основаны на исследованиях первоначальной.

Указывает, что не была ознакомлена с постановлением о назначении автотехнической эксперты. Обращает внимание на биохимическую экспертизу крови обвиняемого, которая подтверждает его трезвое состояние в момент ДТП. Вместе с тем, кровь ФИО4 не исследовалась, запросы в психиатрические и наркологические диспансеры не направлялись. Отмечает, что при допросе ФИО4 путался в показаниях, пытался скрыть данные о путевом листе, который подписан им самим как ИП ФИО4, хотя в действительности как ИП он не зарегистрирован. Кроме этого, перед рейсом ДД.ММ.ГГГГ он не проходил медицинское освидетельствование, а транспортное средство не осматривалось техником. С его слов он отдавал товарно-транспортную накладную сотрудникам ГАИ. Также он не смог пояснить относительно сведений с тахографа, в соответствии с которыми ДД.ММ.ГГГГ отмечалось 12 остановок т/c Вольво с момента начала движения, и вместо 4-5 часов пути им было затрачено 8 часов. Кроме того, в распечатке с тахографа не было указано время ДТП, однако данные тахографа, по мнению ФИО2, имеют большое значение для проведения следствия.

Считает, что вопреки утверждениям государственного обвинителя свидетели по делу не подтвердили, что ДТП происходило в районе 14 часов 00 минут на Вачском повороте, поскольку из их показаний следует, что ФИО5 на месте ДТП появились после 16 час. 00 мин. и ничего не видели; свидетель ФИО6 отказался от показаний о том, что видел ДТП, проезжая в данный отрезок времени указанное место; ФИО5 не могла видеть момент ДТП, поскольку не выходила из кабины оператора АЭС; ФИО7 также не видел ДТП и не осматривал полуприцеп, а на месте ДТП находился около 15 час. 00 мин. и видел некоторые следы, расстояние и повреждение автомобилей и посчитал, что водитель ФИО5 завершил маневр поворота, а водитель бензовоза не имел право менять траекторию движения автомобиля, уходя с проезжей части вправо; свидетель ФИО8 подтвердил, что все документы подписывал, не читая их, а время его пребывания на месте ДТП указанное следователем не соответствует действительности.

Обращает внимание, что ФИО4 не имел никаких повреждений, и от осмотра медицинских сотрудников отказался, а сотрудники ГАИ не направили его на освидетельствование для проведения наркологической и токсикологической экспертизы, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о сокрытии состояния здоровья ФИО4 

Отмечает, что эксперт ФИО9 указал, что при проведении экспертиз ему были предоставлены противоречивые данные относительно места столкновения и состояния дорожного покрытия в разных участках проезжей части, о чем он указывал в своем заключении, однако данные противоречия следствием не устранялись, и на основании этих же данных проводились дополнительные экспертизы. Акцентирует внимание, что вопросы для экспертизы были постановлены следователем со слов водителя бензовоза, который является заинтересованным лицом.

Указывает, что из показаний специалиста ФИО10 следует, что наполняемость полуприцепа имеет большое значение для определения характера движения автомобиля, для чего необходим его осмотр, однако следствием и судом было отказано в осмотре полуприцепа. Кроме того, неизвестна судьба товарно-транспортной накладной, которая была скрыта на стадии расследования, и никто не установил её местонахождения. 

Отмечает, что полуприцеп без осмотра был передан третьему лицу в день ДТП, который не фигурирует в материалах дела, а водитель бензовоза – ФИО4 в своих показаниях сообщил, что он не транспортировал полуприцеп, не сопровождал его, ему неизвестно местонахождение прицепа. 

Кроме того, специалист ФИО10 отметил, что если бы ФИО4 продолжил прямолинейное движение, то столкновения не произошло, что свидетельствует о наличии в его действиях нарушений требований п.п. 10.1 и 10.2. ПДД РФ, находящиеся в причинно-следственной связи с ДТП. Специалист также подчеркнул, что ФИО4 потерял контроль над управлением т/с и допустил его выезд за правую границу, кроме того, специалист подтвердил необходимость проведения повторной экспертизы с осмотром всех т/с, в том числе полуприцепа.

Также автор жалобы указывает, что в суде было установлено, что на месте происшествия находились должностные лица, которые не фигурируют в материалах дела, но участвовали в непосредственном расследовании на месте ДТП. В частности, из показаний ФИО11 следует, что на место ДТП приехал начальник ОГИБДД ФИО12 и именно он осуществлял все действия, в том числе по его решению ФИО4 не направлялся на освидетельствование и именно ФИО12 должен был проверить документы ФИО4, на основании которых он управлял т/с. По мнению автора жалобы, именно ФИО12 известна судьба товарно-транспортной накладной и полуприцепа, однако в его допросе было отказано.

Также отмечает, что следователь ФИО13 и начальник ФИО14 оказывали давление на ФИО2 по причине её отказа признать вину мужа. Указывает, что в нарушение ст. 113 УПК РФ следователь вынес постановление от ДД.ММ.ГГГГ о принудительном приводе ФИО2, вместе с тем, принудительный привод не может быть осуществлен в отношении близкого родственника подозреваемого. Кроме этого, автор жалобы не получала от следователя повестки в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем было нарушено её право на получение извещений и на участие в уголовном процессе, однако следователь был осведомлен, что ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на больничном с несовершеннолетним ребенком. 

Просит постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В апелляционной жалобе адвокат Мельников А.Н. высказывает мнение о незаконности и необоснованности обжалуемого постановления и находит его подлежащим отмене.

Считает, что следствие по делу проведено с нарушениями, а вина ФИО1 не подтверждается совокупностью исследованных доказательств. Также защитник отмечает противоречия, имеющиеся в уголовном деле, которые не были устранены судом первой инстанции. 

Указывает, что ФИО4 является заинтересованным лицом и давал искаженные показания. Вопреки выводам суда ФИО4 не мог описать дорожную ситуацию так, как было описано им в протоколе допроса, и неоднократно просил огласить протокол его допроса, составленный при участии его адвоката, а, следовательно, имеющий заранее подготовленную защитную позицию.

Также отмечает, что в материалах дела имеется протокол следственного эксперимента, проведенного при участии ФИО4, который в ходе своего допроса не смог пояснить свою роль в следственном действии и не смог пояснить порядок его производства, однако в протоколе имеются сведения, что с его слов было установлено время нахождения автомобиля ФИО1 в опасной зоне, однако кто и каким образом указывал на скорость движения автомобиля в момент начала маневра и соответствовала ли эта скорость реальной, - следствием не установлено, а предположения не могут быть заложены в основу обвинения.

Считает, что рапорт от ДД.ММ.ГГГГ является недопустимым доказательством, поскольку как отдельный документ, как отдельное сообщение в КУСП не регистрировался, в связи с чем, указанный документ не мог являться поводом для возбуждения уголовного дела.

Полагает, что заключения всех 4-х автотехнических судебных экспертиз не отвечают требованиям допустимости и объективности. Кроме того, проведение 4-ой автотехнической экспертизы №, мотивом производства которой являлись новые вопросы относительно ранее исследованных обстоятельств дела, нарушает требования ст. 207 УПК РФ, поскольку при производстве первых трех экспертиз на исследование ставился аналогичный вопрос, и таким образом следователь подменял производство повторной экспертизы назначением дополнительных. 

Отмечает, что заявленное стороной защиты ходатайство о назначении и проведении повторной судебной автотехнической экспертизы отклонено по формальным основаниям.

Анализируя заключения автотехнических экспертиз, приходит к выводу, что скорость движения а/м Вольво к моменту начала его торможения составляет не менее 72 км/ч, что в исследуемых дорожных условиях является превышением максимально допустимого значения в 70 км/ч и указывает на нарушения со стороны водителя Вольво требований п. 10.02 ПДД. Указывает, что нарушение установленного максимального ограничения влечет обязательное исследование наличия или отсутствия у водителя технической возможности избежать столкновения при соблюдении требований ПДД, вместе тем, должная оценка действиям ФИО4 относительно превышения им допустимого скоростного режима не дана.

Указывает, что стороной защиты приобщено заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором представлена масштабная схема, в соответствии с которой установлено, что а/м под управлением ФИО15 покинул полосу движения Вольво к моменту их первоначального контактирования. Также указным заключением установлено угловое отклонение следов торможения а/м. Вольво с полуприцепом вправо, что дополняет вывод эксперта о месте столкновения т/с, расположенном на проезжей части второстепенной дороги, ведущей к р.п. Вача. Указанные обстоятельств не были предметом исследования ранее проведенных судебных экспертиз.

Просит постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО3 также считает незаконным и необоснованным постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Акцентирует внимание, что непосредственных очевидцев ДТП, а также видеозаписи не имеется, и версия ДТП основана только на показаниях второго участника ДТП водителя бензовоза – ФИО4, который давал спутанные и противоречивые показания. Считает, что ФИО4 умышлено скрывает все расшифровки с тахографа и системы ГЛОНАС, и отмечает наличие у него судимости.

Также выражает не согласие с результатами проведенных по делу автотехнических экспертиз и отмечает, что потерпевшая не была уведомлена о проведении первоначальной экспертизы, а постановление о её назначении получила только в день ознакомления. 

Считает, что все ходатайства потерпевшей были необоснованно отклонены следователем, чем нарушены её процессуальные и конституционные права.

Указывает на необходимость проведения по делу повторной экспертизы, поскольку дополнительная судебно автотехническая экспертиза проведена ранее заинтересованным лицом, а эксперту были предоставлены противоречивые схемы места происшествия. 

Кроме того, экспертом не осматривался полуприцеп, потерпевшей также не была возможность осмотреть бензовоз с полуприцепом, как вещественное доказательств, а сам осмотр автомобиля при производстве дополнительной экспертизы проводился в отсутствие потерпевшей. Также, по мнению потерпевшей, эксперт не мог устанавливать скоростной режим, ввиду отсутствия следов торможения. 

Утверждает, что следователь и начальник следствия оказывали на потерпевшую психологическое и моральное давление, понуждали к подписанию процессуальных документов, когда потерпевшая болела. 

Полагает, что ставя перед экспертом вопросы, следователь необоснованно самостоятельно заложил условие о том, что столкновение автомобилей произошло на полосе движения ФИО4, и последний действовал в соответствии с ПДД, применив торможение и не маневрировал, чем предрешил результаты её последующего производства. 

Отмечает, что в заключении от ДД.ММ.ГГГГ эксперт не смог ответить на вопрос, где произошло столкновение, поскольку протокол осмотра места происшествия, схема и фотографии противоречат друг другу. 

Кроме того, отвечая на вопрос о том, какими требованиями ПДД должны были руководствоваться водители и имеются ли в их действиях несоответствия требованиям ПДД, эксперт акцентировал внимание, что ответ дан применительно к заданным следователем условиям. 

Отмечает, что эксперт ФИО9, допрошенный в судебном заседании, подтвердил, что при производстве экспертизы был связан прямым указанием следователя на том, что ДТП произошло на полосе движения водителя ФИО4, хотя следовая обстановка этому не соответствует и свидетельствует о том, что ФИО4 совершил маневр вправо.

Обращает внимание, что допрошенный в суде специалист ФИО10 пояснил, что ФИО1 не создал опасности для движения а/м Вольво, поскольку ФИО1 закончил маневр поворота и освободил полосу для движения, а причиной ДТП стало несоблюдение ФИО4 требований п. 10.1 ПДД.

Просит постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего – адвокат Гуськов И.Ю. приводит доводы аналогичные доводам, изложенным в жалобе потерпевшей Потерпевший №1, и считает, что выводы суда, изложенные в постановлении, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, кроме того, судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. 

Просит постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Каргин В.А. считает, что постановление является законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб не подлежат удовлетворения. Считает, что авторы жалоб умышленно искажают содержание исследованных в ходе судебного следствия доказательств. 

Отмечает, что исследованными результатами автотехнических экспертиз и показаниями эксперта ФИО9 установлено, что место столкновения автомобиля Вольво с полуприцепом и автомобиля ФИО5 расположено до границ дальнего островка безопасности; значение скорости движения автомобиля в составе тягача «Вольво» с полуприцепом к моменту начала торможения определяется равным более 61 км/ч; при столкновении автомобилей на проезжей части автодороги в сторону р.п. Вача автомобиль ФИО5 мог не успеть полностью освободить полосу движения автомобиля Вольво; боковое смещение автопоезда при экстренном торможении в заданных дорожных и погодных условиях возможно; действия ФИО1 не соответствовали требования п 13.12. ПДД и находятся в причинной связи с фактом столкновения, а в действиях водителя автомобиля Вольво несоответствия требованиям п. 10.1 ч. 2 ПДД не имеется.

Считает, что к заключению и показаниям специалиста ФИО10 следует отнестись критически, поскольку они не основаны на материалах уголовного дела, а на исследование специалисту были представлены лишь несколько незаверенных копий процессуальных документов.

Полагает, что доводы защиты о представлении эксперту некорректных экспертных данных не основаны на материалах уголовного дела. Отмечает, что по сложившейся судебной практике в качестве расчетной скорости возможно принятие разрешенной скорости, при этом отмечает, что стороной защиты не оспаривается, определенное экспертным путем и отраженное в протоколе осмотра места происшествия место ДТП в районе поворота на р.п. Вача до дальнего островка безопасности. Также стороной защиты не оспаривается время нахождения автомобиля ФИО5 в опасной зоне для автомобиля Вольво.

Считает, что доводы о необходимости признания ряда доказательств недопустимыми несостоятельны, просит постановление Вачского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционные жалобы – оставить без удовлетворения. 

Других жалоб, а также иных возражений на поданные апелляционные жалобы, в суд не поступило.

Близкий родственник лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого ФИО1 – ФИО2, защитника - адвокат Мельников А.Н., представитель потерпевшего - адвокат Гуськов И.Ю., потерпевшая ФИО3 при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции просили постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда. Апелляционные жалобы просили удовлетворить.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор Егунова Ю.В. просила вынесенное в отношении ФИО1 постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения. Полагает, что вынесенное в отношении ФИО1 постановление, является законным и обоснованным. 

Рассмотрев апелляционную жалобу близкого родственника умершего обвиняемого ФИО1 - ФИО2, апелляционную жалобу потерпевшей ФИО3, апелляционную жалобу представителя потерпевшей – адвоката Гуськова И.Ю., апелляционную жалобу защитника ФИО1 – адвоката Мельникова А.Н., и изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит постановление как в части оценки действий ФИО1, так и в части прекращения уголовного дела, законным и обоснованным. 

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных и оцененных судом, в соответствии со ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности, для вынесения постановления. 

При этом суд указал мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Так, виновность ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей 

<

данные изъяты> а также иными доказательствами, письменными материалами дела, исследованными судом первой инстанции, подробный анализ которых содержится в приговоре. 

Обстоятельства совершенного ФИО1 деяния судом установлены правильно, всесторонне проверялись и все доводы, приведенные в защиту ФИО1

В частности, утверждения стороны защиты о том, что ДТП произошло в результате нарушения ПДД водителем автомобиля «VOLVO FH-TRUCK 4x2» – ФИО4, совершившим столкновение с автомобилем под управлением ФИО1, - являлись предметом исследования в ходе судебного разбирательства, и обоснованно отвергнуты, с приведением в постановлении мотивов принятого решения, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, показания свидетеля ФИО4 о месте столкновения автомобилей «VOLVO FH», под управлением ФИО4 и ФИО5 под управлением ФИО1 согласуются с данными, изложенными в протоколе осмотра места дорожно транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схемы к нему, а также фототаблицы (т.1 л.д. 55-66), из которого усматривается наличие следов торможения автомобиля «Вольво» на расстоянии 3,8 метра в сторону г. Навашино от ближнего угла первого островка безопасности, расположенного на проезжей части автодороги, ведущей в р.п. Вача от трассы Н.Новгород – ФИО5, при этом, след торможения пересекает оба островка безопасности по диагонали в сторону р.п. Вача, а также с заключениями эксперта №, №, №, №. 

Из приведенных выше заключений эксперта усматривается, что действия водителя автомобиля Шевроле Кобальт ФИО1 не соответствовали требованиям пункта 13.12 Правил дорожного движения и, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом столкновения с автомобилем VOLVO FH; а в действиях водителя VOLVO FH ФИО4 несоответствий требованиям пункта 10.1 часть 2 Правил дорожного движения, находящихся в причинной связи с фактом столкновения с автомобилем ФИО5, с технической точки зрения, не имеется.

Таким образом, из материалов дела и заключений автотехнических экспертиз усматривается, что нарушений Правил дорожного движения, находящихся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, водителем ФИО4, не было допущено. С учетом изложенного, доводы апелляционных жалоб о том, что ФИО4 путался в показаниях, пытался скрыть данные о путевом листе, транспортное средство не осматривалось техником, ФИО4 не смог пояснить относительно сведений с тахографа, начальнику ОГИБДД ФИО12 известна судьба товарно-транспортной накладной и полуприцепа, юридического значения для оценки действий ФИО1 в объеме предъявленного ему по ч. 3 ст. 264 УК РФ обвинения, не имеют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ходатайства стороны защиты, в том числе ходатайство о назначении и проведении повторной судебной автотехнической экспертизы, судом рассмотрены надлежащим образом. Суд апелляционной инстанции отмечает, что рассмотрение ходатайств является процессуальной функцией суда. Вынесенные по результатам рассмотрения ходатайств стороны защиты решения, основаны на законе. Мотивы, по которым суд оставил ходатайства стороны защиты без удовлетворения, являются убедительными и соответствующими материалам дела.

К доводам апелляционной жалобы о том, что следователем не был своевременно сделан запрос об истребовании видеозаписей средств видеофиксации, видеозаписи с бензовоза были намерено сокрыты, суд апелляционной инстанции оценивает критически. Первоначальное следственное действие - осмотр места происшествия с участием водителя ФИО4, составление схемы и фотографирование, - проведено до возбуждения уголовного дела, когда не было известно лицо, нарушившее правила дорожного движения. Все иные доказательства стороны обвинения подтверждают сведения, закрепленные этим первоначальным доказательством. Поэтому сторона обвинения не имела возможности каким-либо образом сфальсифицировать или уничтожить доказательства, изобличающие ФИО1 в содеянном.

Не состоятельны и доводы апелляционных жалоб об отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела вследствие того, что рапорт как отдельное сообщение в КУСП не регистрировался и является недопустимым. Основанием для возбуждения уголовного дела является рапорт оперативного дежурного ОП (дислокация р.п. Вача) МО МВД России «Навашинский» о поступившем от ФИО16 сообщении о произошедшем ДД.ММ.ГГГГ на трассе Н.Новгород-ФИО5 в районе д. Федурино ДТП с участием автомобиля «ФИО5» и бензовоза (т.1 л.д. 22), зарегистрированный в КУСП под номером 104.

Доводы о предупреждении эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного исследования 04.02.2021, тогда как подписка датирована 02.03.2021 года, о не ознакомлении ФИО2 с постановлением о назначении автотехнической эксперты, о том, что на ФИО2 и потерпевшую ФИО3 оказывалось давление, об ознакомлении потерпевшей ФИО3 с постановлением о назначении экспертизы в день ознакомления с заключением эксперта, - являлись предметом оценки суда первой инстанции и отвергнуты им с приведением убедительных мотивов принятого решения, с которым суд апелляционной инстанции соглашается. Суд апелляционной инстанции отмечает, что несвоевременность ознакомления заинтересованных лиц с постановлением о назначении экспертизы не подвергает сомнению объективность и достоверность проведенной экспертизы, выполненной квалифицированным и непредвзятым экспертом, и не препятствует стороне защиты в реализации своих прав, и не влечет признание указанного документа недопустимым доказательством.

Доводы о том, что биохимическая экспертиза крови обвиняемого подтверждает его трезвое состояние в момент ДТП, суд апелляционной инстанции оставляет без внимания, поскольку состояние опьянения (алкогольного или наркотического) ФИО1 не вменялось.

Доводы апелляционной жалобы о том, что кровь ФИО4 не исследовалась, запросы в психиатрические и наркологические диспансеры не направлялись, состояние здоровья ФИО4 было сокрыто, суд апелляционной инстанции оценивает критически. В момент рассматриваемых событий водитель ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения не находился, что объективно подтверждается актом 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ освидетельствования водителя ФИО4 на состояние алкогольного опьянения. Таким образом, оснований для исследования крови ФИО4 не имелось, сомнений в его психическом здоровье по материалам уголовного дела также не имеется.

Вопреки доводам жалобы ФИО2, показаниям свидетелей судом дана правовая оценка, которая является обоснованной. Показания свидетелей ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8 не свидетельствуют о невиновности ФИО2 в совершении инкриминируемого деяния.

Доводы стороны защиты, содержащиеся в апелляционных жалобах, о противоречивых выводах автотехнических экспертиз №, №, №, №, не соответствии их требованиям допустимости и объективности, несостоятельны. Данные экспертизы проведены компетентным экспертом, выводы эксперта согласуются с другими доказательствами по делу.

Доводы о предоставлении эксперту ФИО9 противоречивых данных относительно места столкновения и состояния дорожного покрытия в разных участках проезжей части, не опровергают выводов проведенных по делу автотехнических экспертиз. Существенных противоречий в исходных данных, указанных в протоколе осмотра места ДТП и в заключениях эксперта, не имеется. В связи с этим, указанные заключения эксперта обоснованно приняты во внимание судом и положены в основу принятого решения наряду с другими доказательствами, поскольку были получены в соответствии с требованиями закона, являются научно обоснованными и не содержат противоречий. Заключения эксперта соответствуют положениям ст. 204 УПК РФ, содержат ссылки на материалы, представленные для производства судебной экспертизы, содержание и результаты исследований, подробные научно обоснованные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы. Нарушений требований УПК РФ и Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при назначении и производстве экспертизы, влекущих признание данного заключения недопустимым доказательством, не допущено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что эксперту были предоставлены протокол осмотра места происшествия и схема к нему, а также протокол следственного эксперимента. В протоколе осмотра места происшествия и схеме отражены обстановка ДТП на момент проведения данного следственного действия, они составлены в соответствии с требованиями ст. 164, 176, 177 УПК РФ, с использованием технических средств фиксации хода и результатов следственного действия, все листы протокола осмотра места происшествия подписаны участвующими лицами, в том числе понятыми, следователем и специалистом, иными лицами, участвующими в проведении данного следственного действия, на схеме места происшествия отражены результаты всех проведенных в ходе осмотра замеров. Следственный эксперимент, проведенный от ДД.ММ.ГГГГ с участием очевидца – ФИО4, полностью соответствовал целям, задачам и условиям, перечисленным в ст. 181 УПК РФ. В ходе проведенного следственного эксперимента установлено время нахождения легкового автомобиля марки «ФИО5» в опасной зоне для грузового автомобиля марки «Вольво» и составляло 1,87 секунды. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что место столкновения транспортных средств в рассматриваемом ДТП (перед началом осыпи осколков и обломков фрагментов наружной облицовки автомобилей, осветительных приборов, грязи с данных автомобилей, вероятно, до ближней границы дальнего островка безопасности) экспертом определено также исходя из объективных данных, изложенных в исследовательской части заключения эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе из представленных фотоснимков и автотехнических методик. Суд апелляционной инстанции констатирует, что эксперту для исследования была предоставлена вся наиболее полная совокупность данных, собранная по уголовному делу, в результате чего заключение эксперта является полноценным, объективным и допустимым доказательством, подлежащим оценке наряду с другими доказательствами дела.

Доводы о том, что полуприцеп не осматривался, не влияют на правильность выводов суда. Из фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия, заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что столкновение автомобилей ФИО5 и VOLVO FH, на момент первоначального контакта, происходило передней частью автомобиля VOLVO FH и правой боковой частью автомобиля ФИО5 в пределах его колесной базы, при этом угол между продольными осями данных транспортных средств был близок к 90°.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, правильно оценив заключение специалиста ФИО17 и показания специалиста ФИО10, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что они не опровергают установленные по делу фактические обстоятельства совершенного ФИО1 деяния. Суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Заключение специалиста дано по действиям водителя ФИО4, в связи с чем заключение специалиста ФИО17 и показания специалиста ФИО10 отклоняются, как противоречащие положениям ст. 252 УПК РФ, и вместе с тем не ставящие под сомнение вину ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, не убедительны, поскольку, оценив исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Положенные в основу постановления доказательства по существу взаимно подтверждают и дополняют друг друга, являются достаточными для разрешения дела, не вызывают сомнений в виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы стороны защиты в этой части сводятся, по существу, к переоценке доказательств, с чем суд апелляционной инстанции не вправе согласиться в силу требований ст. 17 УПК РФ.

Суд первой инстанции дал обоснованную и правильную оценку представленным доказательствам. Тот факт, что приведенная судом в постановлении оценка доказательств не совпадает с позицией сторон, объективно не свидетельствует о нарушении судом требований закона. 

Из материалов дела, протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство по делу проведено в условиях соблюдения принципов состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон не основанных на законе преимуществ, суд обеспечил необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления своих прав. Все представленные доказательства исследованы в судебном заседании с учетом позиции сторон, с обеспечением возможности процессуальным оппонентам довести до суда собственное мнение относительно предмета судебного разбирательства. Ограничение прав участников процесса для незаконного обеспечения процессуальных преференций в ходе уголовного судопроизводства допущено не было.

Все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с вынесением мотивированных решений. Обоснованный и мотивированный отказ в удовлетворении ходатайств не может свидетельствовать об обвинительном уклоне суда и нарушении принципа состязательности сторон.

Действия ФИО1 судом квалифицированы правильно – по ч. 3 ст. 264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

В соответствии правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимися в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 16-П по делу о проверке конституционности положений пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ в связи с жалобами граждан ФИО18 и ФИО19, в рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, а также выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица, в совершении инкриминируемого ему деяния. Рассмотрев уголовное дело по существу в обычном порядке (с учетом особенностей, обусловленных физическим отсутствием такого участника судебного разбирательства, как подсудимый), суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего лица, вынести оправдательный приговор, либо, не найдя оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело на основании пункта 4 части 1 статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ.

С соблюдением указанных правил судом первой инстанции уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с его смертью.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления не допущено.

Апелляционные жалобы близкого родственника умершего обвиняемого ФИО1 - ФИО2, потерпевшей ФИО3, представителя потерпевшей – адвоката Гуськова И.Ю., защитника ФИО1 – адвоката Мельникова А.Н. - удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции, - 

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Вачского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ прекращено на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ - то есть в связи с его смертью – оставить без изменения.

Апелляционную жалобу близкого родственника умершего обвиняемого 

ФИО1 - ФИО2, апелляционную жалобу потерпевшей ФИО3, апелляционную жалобу адвоката Гуськова И.Ю., апелляционную жалобу адвоката Мельникова А.Н. - оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу.

ФИО2 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции 

Судья П.Г. Воробьев