Дело № 1-164-19

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

12 ноября 2019 года г. Балей

Балейский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Мальцевой Н.Г.,

при секретаре Москалёвой НА.В., 

с участием государственного обвинителя – прокурора Балейской межрайонной прокуратуры Липендина В.И.,

подсудимого ФИО1, 

защитника – адвоката адвокатского кабинета № 291 Палаты адвокатов Забайкальского края Пощелобовой Е.А., действующей на основании удостоверения и ордера,

потерпевшей ФИО2, 

Рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Балей Забайкальского края уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, не судимого, зарегистрированного и проживавшего по адресу: 

<

адрес>, содержащегося под стражей с 21.07.2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти ФИО8.

Преступление было совершено в 

<

адрес> края при следующих обстоятельствах.

В период времени с 20 часов 30 минут 20 июля 2019 года до 01 часа 55 минут 21 июля 2019 года у ФИО1, находящегося по адресу: 

<

адрес> в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в ходе ссоры с ФИО8 возник умысел на убийство последнего. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве личных неприязненных отношений к ФИО8, в вышеуказанное время, вооружившись ножом и применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, умышленно, нанес им ФИО8 один удар в область груди спереди, причинив следующее телесное повреждение: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки в средней трети тела грудины, рана 3,5x1,5 см. со сквозным проникающим ранением аорты и проникновением в левую плевральную полость. Данное телесные повреждение у живых лиц, являлось бы опасным для жизни, и поэтому признаку квалифицируется, как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. Смерть ФИО8 наступила на месте происшествия в вышеуказанное время от проникающего колото-резаного ранения грудной клетки спереди со сквозным ранение аорты, осложнившейся левосторонним гемотораксом, обильной кровопотерей. Между причиненным ФИО1 телесным повреждением ФИО8 и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, признал частично, суду показал, что 20 июля 2019 года с ФИО4 употребляли спиртное. Вечером приходил внук Саша, немного посидев, ушел. Потом он (ФИО1) сходил с магазин за спиртным. Минут через 10 пришел ФИО8, в летней кухне стали распивать спиртное. ФИО8 поинтересовался о происхождении синяка у ФИО4. Но ответ ему не понравился и тогда он побил его (подсудимого), от чего потерял сознание. Придя в себя, пошел в дом, там ФИО8 лежал сверху на ФИО4. Столкнул его, в ответ ФИО8 ударил его (ФИО3). Начал от него убегать, но ФИО8 догнал его (подсудимого) в сенях и стал душить, говоря при этом, что задушит и повешает. Из рыболовной сумки достал нож и ударил им в целях защиты ФИО8 в живот, но убивать его не хотел. ФИО8 прошел в ограду и упал. В этот момент выбежала ФИО4. Думая, что ФИО8 живой, пошел к соседям, Свидетель №6 вызвал сотрудников полиции. Исковые требования потерпевшей Потерпевший №1 не признает, поскольку защищался. 

Не смотря на позицию занятую подсудимым ФИО1, его вина в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом, подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ в ходе судебного заседания были исследованы показания подсудимого ФИО1, которые он давал неоднократно на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого. 

Так, допрошенный в качестве подозреваемого и 22.07.2019 года в качестве обвиняемого ФИО1 пояснял, что 20 июля 2019 года примерно в 18.00 часов с ФИО4 вернулись с рыбалки, находились в состоянии алкогольного опьянения. Дома выпили еще 1 бутылку пива объемом 1,5 литра. Затем сходил в магазин «Магнит», купил бутылку водки. На обратном пути встретил родственника ФИО4 – ФИО8, который находился в состоянии алкогольного опьянения. Пришли к нему (ФИО1) домой, втроем в летней кухне стали распивать спиртное. После 21 часа с ФИО8 вышли в ограду покурить. Где в это время находилась ФИО4, не помнит. ФИО8 начал предъявлять претензии по поводу телесных повреждений на лице ФИО4. Ответил ФИО8, что ФИО4 виновата сама и рассказал о том, что она разбила окна у чужих людей, за что толкнут ее, от чего она упала в кусты черемухи. Ответ ФИО8 не устроил и он нанес ему (ФИО1) несколько ударов в лицо, от этого потерял сознание. Через какое время очнулся, не помнит, ФИО8 рядом не было. Зашел в веранду, из рыболовной сумки взял нож и вышел в ограду. Там увидел ФИО8 выходящего из дома с голым торсом. Приревновав ФИО4, подошел к стоящему на крыльце ФИО8 и нанес ему один удар ножом, который держал в правой руке. В этот момент ФИО8 ничего не говорил и не делал, в руках у него ничего не было. Алексей молча прошел пару шагов и упал в ограде, лицом вниз. Нож бросил на площадку крыльца. К ФИО8 не подходил, так как понял, что он умер. Удар у него (ФИО1) был конкретный, отработан еще в армии. Кроме того, много раз колол свиней. Пошел к соседу Свидетель №6, все ему рассказал, попросил вызвать полицию и скорую помощь. Минут через 20 приехали сотрудники полиции. Если бы был трезвым, то не убил бы ФИО8. Вину в предъявленном обвинении признает (т.1 л.д. 66-72, л.д. 109-115).

Показания, данные при допросе в качестве подозреваемого о своих действиях в отношении ФИО8, подсудимый ФИО1 полностью подтвердил в ходе проверки показаний на месте по адресу: 

<

адрес> края 

<

адрес>, и, ориентируясь в окружающей обстановке, продемонстрировал их на месте совершения преступления (т.1 л.д. 116-124).

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи проверки показаний на месте следует, что ФИО1 показал, где стоял ФИО8 во время совершения инкриминируемого ему (ФИО1) деяния, отметив, что он (ФИО1) взял в веранде нож, подошел к стоящему на крыльце ФИО8 и нанес один удар ему ножом в грудную клетку, от чего тот упал, сделав несколько шагов. Понял, что ФИО8 умер.

Суд, просмотрев видеозапись данного следственного действия, имел возможность убедиться, что ФИО1 вел себя адекватно, добровольно, самостоятельно и осмысленно, без какого-либо давления со стороны других участников следственного действия, рассказывал об обстоятельствах смерти ФИО8. 

Затем вновь, будучи допрошенным в качестве обвиняемого 18.09.2019 года, ФИО1 показал, что, очнувшись на земле в ограде, пошел в дом спать. В зальной комнате, увидел, что ФИО8 в одних брюках лежит на его супруге ФИО4, у нее не было плавок. Подошел к ФИО8 и сбросил его с ФИО4. В ответ ФИО8 ударил его (ФИО1) в правое плечо кулаком. Побежал на улицу, чтобы вызвать полицию. ФИО8 его догнал в веранде и начал душить обеими руками, но не сильно, при этом говорил, что задавит и повесит. Он (ФИО1) дотянулся до короба для рыбалки, взял нож и нанес им один удар ФИО8 снизу вверх. ФИО8 схватился за рану, сделал несколько шагов в сторону калитки и упал. После этого вышла ФИО4. Ранее такие показания не давал, так как не хотел позорить супругу. Кроме этого, если это не рассказать, то будет убийства, а так самооборона. Удар ножом по рукам или ногам ФИО8 не нанес, так как был в состоянии аффекта от того, что увидел в доме. Предыдущие показания давал добровольно, никто его не заставлял и указаний о том, какие показания дать, не давал. Почему у него на шее не осталось следов удушения, объяснить не может (т.1 л.д. 242-249).

В ходе допроса 20.09.2019 года в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что вину признает частично, так как не хотел смерти ФИО8. Ранее данные показания подтверждает, больше добавить нечего (т.2 л.д. 31-34).

Суд считает, что каждое следственное действие с участием ФИО1 проведено в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием адвоката, то есть в условиях, исключающих незаконное воздействие, и оценивает их в совокупности с иными, исследованными в суде, принимая в той части, в какой они не противоречат совокупности исследованных доказательств.

Оценивая приведенные выше показания подсудимого ФИО1, данные на предварительном следствии и в судебном заседании, суд признает более правдивыми и соответствующими действительности его показания, данные при допросе в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте, а также при допросе в качестве обвиняемого 22.07.2019 года, которые в части описания деяния, совершенного подсудимым, и направленности его умысла существенных противоречий не содержат, логичны и последовательны, дополняют друг друга. Как показал ФИО1, указанные показания он давал добровольно без какого-либо воздействия с чьей-либо стороны, указанные протокола он прочитал и подписал. Из протоколов допроса ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого 22.07.2019 года, а также из протокола проверки показаний на месте следует, что при указанных следственных действиях присутствовал защитник, представляющий его интересы; от ФИО1 и его защитника каких-либо заявлений, замечаний по порядку проведения следственных действий, по правильности фиксации показаний, не поступило. 

Не состоятельными суд находит доводы подсудимого ФИО1 о нахождении его в период дачи первоначальных показаний в шоковом состоянии.

По заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 2282, ФИО1 во время совершения инкриминируемых ему деяний не находился в каком-либо экспертно-значимом и юридически релевантном эмоциональном состоянии (физический аффект и его формы), которое бы ограничивало осознанность и произвольность его поведения. На это указывают: алкогольное опьянение ФИО1 во время исследуемого конфликта, при котором (опьянении) возникают более глубокие нарушения сознания, чем при физиологическом аффекте и его формах; отсутствие в эмоциональном состоянии ФИО1 типичных для экспертно-значимых эмоциональных состояний нарушений сознания и восприятия; длительность исследуемого эмоционального состояния ФИО1, представленного, преимущественно, эмоциями гневной модальности со стертостью обязательной для экспертно-значимых эмоциональных состояний фазой, так называемого «аффективного взрыва», отсутствие пост-аффективных нарушений психической деятельности. Напротив, поведение ФИО1 после конфликта с потерпевшим было осознанным и целенаправленным; исследуемые агрессивные действия ФИО1 были длительны, включали смену оперативного состава действий и были подчинены актуальной и осознанной мотивации. Кроме этого, у ФИО1 экспертом-психиатром было выявлено «Органическое расстройства личности», что указывает на дисгармонию в эмоционально-волевой сфере ФИО1, проявляющуюся в аномальном протекании эмоциональных реакций, процессов и состояний. Физиологический аффект и его формы являются «нормальным» (непатологическим) состоянием человека, возникающим в ответ на сверхсильную психотравму. По своему психическому состоянию ФИО1 способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, участвовать в проведении следственных действий и в судебном заседании (т.1 л.д. 154-162).

Заключение экспертов № 2282 опровергает также утверждения ФИО1 на предварительном следствии о нахождении его во время инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта. 

Именно показания ФИО1, данные при допросе в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте, а также при допросе в качестве обвиняемого 22.07.2019 года, в части не противоречащей установленным в суде обстоятельствам, суд принимает в основу обвинительного приговора. 

Кроме того, об объективности этой части показаний подсудимого свидетельствует и то, что они полностью согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Свидетель Свидетель №6 суду показал, что 20 июля 2019 года утром с супругой ходил в гости к ФИО1, выпивали. Ушли часов в 10, подсудимый дома оставался с ФИО4. Часов через 14 или 16, без-пятнадцати два ночи пришел ФИО1, был выпивший, левый глаз у него заплыл, на переносице имелся синяк, из носа бежала кровь, сказал, что убил соседа и попросил вызвать скорую помощь и полицию. Позвонил в полицию, минут через 30 приехали их сотрудники. Через два дня узнал, что убит был ФИО8.

Свидетель Свидетель №4 суду показала, что 20 июля 2019 года в 8 часов утра заступила на дежурство. Ночью поступил вызов, прибыли по адресу: 

<

адрес>. В ограде лицом вниз лежат ФИО8, торс был голый, в области грудной клетки в 4-5 межреберье была рана. Осмотрела его, признаков жизни он не подавал. На крыльце лежал нож, был в крови. ФИО1 пояснил, что ФИО8 ударил его по лицу, а он в ответ. От подсудимого исходил запах алкоголя, на лице были телесные повреждения и кровь. Под конец вышла хозяйка дома, находилась в состоянии алкогольного опьянения, стала плакать, говорила, что ничего не знает. 

В ходе осмотра места происшествия – территории домовладения по адресу: 

<

адрес>, в 1,5 метрах от калитки и в 1,5 метрах от крыльца в ограде на досках, настеленных на земле, обнаружен труп ФИО8, лежит на животе, лицом вниз, верхние конечности согнуты в локтевых суставах и расположены под туловищем. На трупе надеты брюки, носки и кроссовки. На трупе спереди на груди посредине обнаружена колото-резанная рана. Крыльцо состоит из 2-х ступенек, на нем обнаружен нож кустарного производства, клинок опачкан веществом бурого цвета, похожим на кровь. Пятна и лужи вещества бурого цвета, похожее на кровь, обнаружены в ограде, на крыльце, на полу веранды, в летней кухне. На столе в летней кухне имеются следы застолья; на диване обнаружены футболка и простыня с пятнами вещества бурого цвета, похожего на кровь. В ходе осмотра дома следов борьбы не обнаружено. С луж и пятен вещества бурого цвета сделаны смывы. С места происшествия изъяты: нож, футболка, простыня (т.1 л.д. 5-27).

Осмотром трупа установлено, что на трупе ФИО8 в области грудной клетки посредине имеется одна колото-резанная рана. Получены образцы крови с трупа ФИО8, изъята одежда: брюки цвета хаки, трусы черного цвета, носки черного цвета, кроссовки черного цвета (т.1 л.д. 125-128).

По заключению эксперта № 100, на трупе ФИО8 обнаружено одно проникающее колото-резаное ранение грудной клетки в 132 см. от подошвенной поверхности стоп, в средней трети тела грудины, рана 3,5x1,5см., глубина раневого канала до 15 см, ход раневого канала спереди назад со сквозным проникающим ранением аорты и проникновением в левую плевральную полость. Данное телесное повреждение могло быть получено в результате воздействия острого колюще-режущего предмета, каким мог быть нож, прижизненно незадолго до смерти; у живых лиц являлось бы опасным для жизни и поэтому признаку квалифицируется, как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (пункт 6.1.9. Правил).

Смерть потерпевшего наступила в неопределенно-короткий промежуток времени. Давность наступления смерти составляет не более 48 часов. Непосредственной причиной смерти ФИО8 является проникающее колото-резанное ранение грудной клетки спереди со сквозным ранением аорты, осложнившееся левосторонним гемотораксом, обильной кровопотерей.

Расположение потерпевшего и нападавшего в момент причинения телесного повреждения могло быть любым (стоя, сидя, лежа), при котором обеспечивался доступ травмирующего предмета к поврежденному участку тела.

Потерпевший ФИО8 с имеющимися у него повреждениями (возможно) мог передвигаться, ориентироваться в пространстве в неопределенно-короткий промежуток времени.

В крови от трупа ФИО8 обнаружено 6,41 %о этилового алкоголя, что у живых лиц соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения (Акт судебно-химического исследования № 3011 от 09.08.2019г.) (т.1 л.д. 34-40).

Свидетель Свидетель №9 суду показала, что в июле 2019 года конвой привез ФИО1, осмотрела его; зафиксировала побои в области лица. Он ни на что не жаловался, в области шеи телесных повреждений у него не было.

В ходе предварительного следствия свидетель Свидетель №9, показания которой исследованы судом в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ и подтверждены ею в полном объеме, показала, что 21 июля 2019 года с 08 часов до 17 часов 30 минут заступила дежурным врачом приемного покоя ГУЗ «Балейская ЦРБ». После обеда в приемный покой сотрудники полиции доставили ФИО1. В ходе освидетельствования у него были обнаружены следующие телесные повреждения: гематома левого глаза, отечность нижнего века, ссадина слева в области верхней челюсти, множественные гематомы на внутренней и наружной поверхности правого плеча, ссадина ниже области левого глаза, гематома ниже области левого глаза. Следов удушения на ФИО1 не было, и на удушение он не жаловался, пояснил, что убил человека (т.2 л.д. 14-17). 

Согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования, у ФИО1 были получены смывы с левой и правой рук на марлевые тампоны (т.1 л.д. 74-76).

ФИО1 выдал одежду, в которой он был в момент совершения преступления, а именно: брюки джинсовые синего цвета, футболку серого цвета, кофту черно-серого цвета на замке-молния (т.1 л.д. 78-84).

По заключению эксперта № 185, кровь потерпевшего ФИО8 - АВ (IV) группы; кровь обвиняемого ФИО1 - О-альфа-бета (I) группы.

В смыве с рук обвиняемого ФИО1; изъятой у ФИО1 одежде: футболке, кофте, джинсовых брюках; на ноже с крыльца дома, простыне и футболке с дивана в летней кухне, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес> «а»; в смывах: с лужи под трупом ФИО8, с пола в летней кухне при входе, со следа в веранде дома, с левой боковой поверхности крыльца дома, с лужи возле крыльца дома, брюках с трупа ФИО8 - обнаружена кровь человека АВ (IV) группы, происхождение которой от потерпевшего ФИО8 не исключается, но исключается от обвиняемого ФИО1 (т.1 л.д. 174-182).

Суд, проверив перечисленные выше заключения экспертов № 100 и № 185, сопоставив их с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, установив их источники и оценив с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, признает их допустимыми. У суда нет оснований сомневаться в компетентности и объективности заключений экспертов № 100 и № 185, и суд полагает возможным принять данные заключения экспертов в основу обвинения.

Заключения экспертов № 100 и № 185 согласуются с показаниями ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого, в ходе проверки показаний на месте, а также при допросе в качестве обвиняемого 22.07.2019 года, о механизме образования и локализации телесного повреждения на трупе ФИО8 и указывают на достоверность его показаний, на его осведомленность относительно данных событий в результате того, что он явился непосредственным исполнителем преступления.

При освидетельствовании у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в области лица и правого плеча (т.1 л.д. 86-89).

По заключению эксперта № 2414, у ФИО1, согласно представленного документа, имелись: гематома левого глаза, отек нижнего века левого глаза, гематома и ссадина левой подглазничной области, ссадина в области верхней челюсти слева, гематомы правого плеча, которые могли образоваться в результате травматического воздействия тупого твердого предмета (предметов).

Гематомы, отек нижнего века левого глаза могли образоваться в срок 12-24 часа на момент осмотра, о чем свидетельствует морфология повреждений (окраска гематом).

Достоверно высказаться о давности образования ссадин не представляется возможным в виду отсутствия описания морфологии повреждений.

Все вышеперечисленные повреждения согласно п. 9 приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. № 522, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому признаку квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью (т.1 л.д. 142-143).

Анализируя заключение эксперта № 2414 в сопоставлении с другими исследованными доказательствами, суд приходит к выводу о достоверности показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого, в ходе проверки показаний на месте, а также при допросе в качестве обвиняемого 22.07.2019 года относительно обстоятельств и механизме получения им телесных повреждений, и в этой части его показания согласуются с указанным выше заключением эксперта. 

Из оглашенных в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №10, данных в ходе предварительного следствия, следует, что 21 июля 2019 года после 06 часов узнала, что ночью убили ФИО8. После 08 часов позвонила Свидетель №1 и сказала, что Алексея убили (т.2 л.д. 18-21).

Свидетель Свидетель №1 суду показала, что в пятом часу вечера 20 июля 2019 года в последний раз видела ФИО8. 21 июля 2019 года позвонила сестра и сообщила, что ФИО8 не ночевал дома. Через некоторое время ей (свидетельнице) позвонила Свидетель №10, сказала, что сосед Николай убил ее (свидетельницы) племянника. Пришла к сестре, с ней позвонили в полицию и там пояснили, что ФИО8 находится в морге, что его убил ФИО1. Позвонила ФИО4, та сказала, что ФИО1 вместе с ФИО8 пили, но что произошло она не видела. 01 августа 2019 года вновь разговаривала с ФИО4 и та стала утверждать, что ФИО1 застал ФИО8 на ней и из-за этого убил. До этого ФИО4 никогда на ФИО8 не жаловалась и принять к нему меры не просила. ФИО8 было 34 года, он приходился ФИО4 дальним родственником. ФИО8 выпивал, но агрессивным не был, не с кем не ругался; о нем отзывались хорошо.

Потерпевшая Потерпевший №1 суду показала, что 21 июля 2019 года позвонила сестре, сообщила, что сына ФИО8 нет дома. Через некоторое время сестра пришла и сказала, что разговаривала с Свидетель №10 и та сказала, что сосед Николай убил ФИО8. Позвонили в полицию, там подтвердили, что ФИО1 убил ФИО8. В последний раз сына видела живым 20 июля 2019 года в 20 часов 20 минут. ФИО8 выпивал, но конфликтным не был, знаков внимания ФИО4 не оказывал и она на него не жаловалась. Просит взыскать с ФИО1: в счет возмещения затрат на похороны потерпевшего 99265 рублей 39 копеек; в счет компенсации морального вреда 2000000 рублей, так как были причинены нравственные страдания смертью сына. Считает необходимым виновного наказать по всей строгости закона.

Свидетель Свидетель №7 суду показала, что проживала с ФИО8 около года. В последний раз видела его живым 19 июля 2019 года, настроение у него было хорошее. Потом от Свидетель №1 узнала, что ФИО8 убили. По характеру ФИО8 был спокойный, уравновешенный, в конфликтных ситуациях участия не принимал, рукоприкладством не занимался. К ФИО4 он относился как к маме, с уважением. 

Свидетель Свидетель №3, показания которой исследованы судом в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ, в ходе предварительного следствия показала, что работает в магазине «Магнит» продавцом. В ночь с 20 на 21 июля 2019 года в период с 20 часов до 22 часов в магазин приходил ФИО1, был в состоянии алкогольного опьянения, купил 1 бутылку водки и пачку сигарет. В течении дня ФИО1 также приходил несколько раз и покупал спиртное (т.1 л.д. 205-209).

Свидетель Свидетель №8 суду показания давать отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ. 

Из исследованных судом в соответствии с ч.4 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №8, данных в ходе предварительного следствия, следует, что его бабушка ФИО4 и дедушка ФИО1 проживают по адресу: 

<

адрес>. 20 июля 2019 года в вечернее время ходил к ним в гости, они сидели в летней кухне и распивали спиртное. Увидев это, разозлился и вылил водку на землю. У бабушки на одном глазу, на каком точно не помнит, были покраснения и царапины. У дедушки телесных повреждений не было. Немного посидев, ушел домой. На следующий день, 21 июля 2019 года ближе к вечеру отец направил его (свидетеля) к бабушке, так как до него дошли слухи о том, что дедушка убил человека. Пошел к бабушке, у нее в ограде на досках и крыльце увидел засохшую кровь. Дедушки не было, бабушка толком не смогла ничего объяснить (т.2 л.д. 10-13).

Свидетель ФИО4 суду показала, что в один из дней в июле 2019 года с ФИО1 вернулись с рыбалки. Через некоторое время пришел ФИО8, находился в состоянии алкогольного опьянения. Между ФИО1 и ФИО8 началась драка, их разняла и ушла спать. Сквозь сон почувствовала, что ее (свидетельницу) кто-то поцеловал и полез под подол. Затем услышала шум. Когда вышла в ограду, там лежал ФИО8, проверила у него пульс, поняла, что он мертвый. ФИО1 выпивал редко, в состоянии алкогольного опьянения агрессивным не был.

В ходе предварительного следствия свидетель ФИО4, показания которой исследованы судом в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ, показала, что 19 июля 2019 года ее толкнул ФИО1, от чего упала в кусты черемухи и получила травму. 20 июля 2019 года вместе ФИО1, соседом Свидетель №6 и его женой употребляли спиртное. Через некоторое время соседи ушли. От выпитого уснула, что происходило в ночь с 20 на 21 июля 2019 года не знает. Как пришел ФИО8, не помнит. В себя пришла, когда ее разбудили сотрудники полиции и сообщили, что ФИО5 убил ФИО8. Выйдя в ограду дома, увидела труп ФИО8. В период с 19 по 21 июля 2019 года ФИО8 к ней (ФИО4) физическое насилие не применял. На предоставленной ей фото-таблице к протоколу осмотра места происшествия запечатлен принадлежащий ФИО1 нож, он брал его на рыбалку (т.1 л.д. 200-204, т.2 л.д. 1-4).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель ФИО4 подтвердила в полном объеме, указав, что протокола допросов прочитала и подписала, замечаний и дополнений у нее не было.

Анализируя показания свидетеля ФИО4 в сопоставлении с исследованными доказательствами, суд приходит к убеждению о достоверности ее показаний, которые она давала в ходе предварительного следствия. В связи с чем, именно данные показания свидетеля ФИО4 суд кладет в основу обвинительного приговора в части не противоречащей установленным в суде обстоятельствам, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовного закона, не вызывают сомнений в их достоверности и подтверждены совокупностью приведенных доказательств. 

Показания же свидетеля ФИО4, данные ею в ходе судебного заседания, суд расценивает несоответствующими действительности, желанием помочь ФИО1 уйти от уголовной ответственности за содеянное, поскольку является его гражданской женой.

Были осмотрены нож кустарного производства с длиной клинка 16.5 см и шириной в средней трети 3.1 см; футболка и простыня, на поверхности которых имеются множественные капли и помарки вещества темно-бурого цвета, похожего на кровь; одежда ФИО8: трусы, носки, кроссовки, брюки цвета хаки обильно пропитанные веществом темно-бурого цвета, похожим на кровь; одежда ФИО1: футболка, кофта, брюки – все с пятнами вещества темно-бурого цвета, похожего на кровь (т.1 л.д. 94-96), признаны и приобщены к уголовному делу вещественными доказательствами (т. 1 л.д. 97). 

Исходя из приведенных выше доказательств, суд за основу приговора принимает показания: подсудимого ФИО1, данные при допросе в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте, при допросе 22.07.2019 года в качестве обвиняемого; свидетелей Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №3, и данные в ходе предварительного следствия ФИО4; потерпевшей Потерпевший №1, чьи показания подтверждаются данными, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия; соответствуют фактическим обстоятельствам дела, объективно согласуются с другими исследованными доказательствами, в том числе с заключениями экспертов №№ 100, 185, 2414, и не доверять показаниям указанных лиц у суда оснований не имеется.

Оценивая показания подсудимого ФИО1, данные им на предварительном следствии 18.09.2019 года и 20.09.2019 года, а также в ходе судебного заседания, суд приходит к убеждению, что утверждения подсудимого о том, что ФИО8 лежал на ФИО4, от чего он (ФИО1) находился в состоянии аффекта, что ФИО8 душил его (подсудимого), удар ножом нанес ему в целях защиты, являются несостоятельным. При этом суд полагает, что подсудимый ФИО1, пытаясь избежать ответственность за содеянное, моделировал свои показания, уменьшая степень собственной вины в содеянном. 

Показания подсудимого ФИО1 в этой части опровергаются совокупностью исследованных и приведенных выше доказательств, в том числе его собственными показаниями, которые он давал в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте, а также при допросе в качестве обвиняемого 22.07.2019 года, из которых следует, что из рыболовной сумки взял нож, вышел в ограду, подошел к стоящему на крыльце ФИО8, нанес ему один удар ножом, приревновав к нему свою супругу ФИО4, а удар у него (ФИО1) был отработан еще в армии, к ФИО8 не подходил, понял, что он умер; в момент нанесения удара ФИО8 ничего не говорил и не делал, в руках у него ничего не было.

Таким образом, действия ФИО8 не носили провокационного характера, не представляли какой-либо угрозы для подсудимого. 

Анализ исследованных судом доказательств в их совокупности позволяет суду прийти к выводу о том, что телесное повреждение было получено ФИО8 при установленных судом обстоятельствах – в результате умышленного нанесения одного удара ножом в область груди спереди потерпевшего.

В связи с чем, показания подсудимого ФИО1 на предварительном следствии при допросе в качестве обвиняемого 18.09.2019 года, 20.09.2019 года и в судебном заседании суд принимает в части не противоречащей установленным в суде обстоятельствам. 

Вышеприведенные доказательства не противоречат требованиям ст. 74 УПК РФ, вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной для установления виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления в объеме, установленном в судебном заседании.

Анализируя приведенные выше доказательства в их совокупности, судсчитает, что вина подсудимого в инкриминируемом ему деянии нашла своеполное подтверждение. Фактические обстоятельства совершенного подсудимым преступления объективно подтверждены приведенными выше доказательствами.

Суд признает вину ФИО1 доказанной в том, что он совершил убийство, то есть умышленно причинил смерть ФИО8, и квалифицирует его действия по ч.1 ст. 105 УК РФ.

Решая вопрос о наличии у ФИО1 умысла на лишение жизни ФИО8, суд оценивает все обстоятельства содеянного: избранное подсудимым орудие преступления - нож; направленность удара в жизненно важный орган – в область груди спереди. В момент совершения преступления и после его совершения ФИО1 был ориентирован в окружающей обстановке, действовал последовательно и целенаправленно. Данные обстоятельства, безусловно, свидетельствуют о том, что ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления смерти потерпевшего и желал этого.

Судом установлено, что мотивом преступлений явились личные неприязненные отношения ФИО1 по отношению к ФИО8, возникшие на почве ссоры. 

По мнению суда на основании вышеизложенного бесспорно установлена причастность подсудимого ФИО1 к убийству, то есть умышленному причинению смерти ФИО8. 

Оснований для иной оценки доказательств и иной квалификации действий подсудимого ФИО1, а также оснований для постановления оправдательного приговора не имеется.

По заключению экспертов № 2282, ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал на момент совершения правонарушения и не страдает в настоящее время. У него отмечаются признаки органического расстройства личности в связи с со смешенными заболеваниями, синдрома зависимости от алкоголя 2 ст.. Имеющиеся у ФИО1 особенности психики выражены не столь значительно и глубоко и при сохранности интеллектуально-мнестической сферы, критических и прогностических функций и отсутствии психотических расстройств не лишали его в период инкриминируемого ему деяния и не лишают его в настоящее время способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера он не нуждается. По своему психическому состоянию ФИО1 способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, участвовать в проведении следственных действий и в судебном заседании, понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять реализацию процессуальных прав и обязанностей, в том числе права на защиту (т.1 л.д. 154-162).

Обоснованность заключения и выводов экспертов у суда сомнений не вызывают, поскольку они основаны на объективном обследовании подсудимого, всестороннем анализе данных об его личности, и полностью подтверждаются последовательным поведением подсудимого, как в момент совершения противоправных действий, так и в суде. Компетенция и квалификация экспертов, проводивших экспертизу, сомнений у суда не вызывают. У суда также не возникло сомнений в психическом здоровье подсудимого ФИО1. Поэтому суд признает ФИО1 вменяемым и ответственным за свои действия.

При избрании вида и размера наказания ФИО1, в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ, суд учитывает: характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, личность подсудимого, его поведение до и после совершения преступления, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, условия жизни его семьи.

По месту жительства ФИО1 в целом характеризуется посредственно, периодически злоупотребляет спиртными напитками, на него поступали жалобы семейно-бытового характера (л.д. 59 т.2); соседями и гражданской женой ФИО4 – удовлетворительно. 

В соответствии со ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказаниеподсудимого, суд признает: признание вины, раскаяние в содеянном и активное способствование раскрытию и расследованию преступления на первоначальном этапе предварительного следствия; частичное признание вины в ходе судебного заседания; противоправное поведение потерпевшего ФИО8, выразившееся в нанесении ударов по лицу ФИО1; состояние здоровья подсудимого, привлечение к уголовной ответственности впервые. 

Эти смягчающие обстоятельства суд не находит исключительными и не усматривает других, которые могли бы быть признаны исключительными, то есть существенно снижающими общественную опасность совершенного преступления или личности самого подсудимого, дающими основания для особого снисхождения к нему и применения положений ст. 64 УК РФ.

С учетом обстоятельств совершения преступления, суд приходит к выводу, что именно состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, в которое подсудимый ФИО1 привел себя сам, распивая спиртные напитки, сняло внутренний контроль за его поведением, что привело к совершению особо тяжкого преступления против личности. Данное обстоятельство объективно подтверждено показаниями как самого подсудимого ФИО1, которые суд положил в основу приговора, так и свидетелей Свидетель №8, ФИО12, Свидетель №4, а также свидетеля ФИО4.

Поэтому, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, а также данные о личности ФИО1, обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, в соответствии со ст. 63 ч. 1.1 УК РФ, суд признает состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя. 

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, данных о личности подсудимого, наличия в его действиях обстоятельства, отягчающего наказание, суд считает невозможным изменение категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ.

Учитывая необходимость соответствия характера и степени общественной опасности преступления, которое относится к категории особо тяжких преступлений, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а, также, необходимость влияния назначаемого наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым и справедливым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, так как иной менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. 

Суд не назначает подсудимому дополнительное наказание, поскольку считает, что для достижения целей наказания достаточного основного наказания.

Оснований для применения ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении ФИО1 наказания не имеется, поскольку в его действиях имеется обстоятельство, отягчающее наказание.

Поскольку ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление, в его действиях отсутствует рецидив преступлений, то в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ суд назначает ему отбывание лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая, что подсудимый ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, принимая во внимание, что отсутствуют по медицинским показателям противопоказания к содержанию его под стражей, суд не находит оснований для изменения или отмены меры пресечения в виде заключения под стражу, избранной в отношении него. 

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания под стражей ФИО1 со дня задержания по день вступления приговора в законную силу надлежит зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Согласно ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее по тексту – Закон о погребении и похоронном деле).

В соответствии со ст. 3 Закона о погребении и похоронном деле, погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Названным Законом установлен гарантированный перечень услуг по погребению, которые могут быть получены лицом, осуществляющим похороны, на безвозмездной основе. При этом, затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, размер возмещения которых не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного ст. 9 Закона о погребении и похоронном деле.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что в соответствии с указанными требованиями закона потерпевшая Потерпевший №1 имеет право на возмещение материального ущерба, связанного с организацией похорон погибшего ФИО8.

Вместе с тем, из системного анализа вышеуказанных норм права следует, что возмещению подлежат только расходы, связанные с организацией похорон умершего. К таким расходам, в частности, относятся: услуги морга и транспорта, приобретение ритуальных принадлежностей, памятника, гробницы, ограды, организация поминального обеда непосредственно после похорон умершего, предусмотренного сложившимися обычаями и традициями. 

При определении суммы, подлежащей взысканию в пользу Потерпевший №1, суд исключает из объема возмещения расходы по проведению поминального обеда на 9 день, поскольку не относится к обрядовым действиям по непосредственному погребению тела человека, а также расходы, связанные с приобретением спиртных напитков, и приобретением после дня погребения продуктов. 

Таким образом, являются необходимыми расходами на погребение и подлежат взысканию расходы на оплату поминального обеда в день похорон по товарному чеку в сумме 35000 рублей; приобретение бумажного полотенца и одежды: носки, трусы, рубаха на сумму 573 рублей 50 копеек; приобретение ритуальных принадлежностей: гроб, покрывало, подушка, стропы ритуальные, защелки на гроб, табличка на крест, 2 ленты траурных, 3 венка, керамика с надписью, керамика без надписи, табличка на сумму 13970 рублей; оплата услуг по захоронению на сумму 19100 рублей (копка могилы, захоронение, транспорт, доставка ритуальных принадлежностей), всего 68643 рубля 50 копеек.

В связи с чем, иск потерпевшей Потерпевший №1 подлежит удовлетворению в установленной части.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред, действиями, нарушающими его личные неимущественные права, то суд может на нарушителя возложить обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Согласно же ст. 1101 ГК РФ, компенсация вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда.

Принимая во внимание вышеуказанные положения закона, суд приходит к выводу, что ФИО1 должен компенсировать причиненный Потерпевший №1 моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда потерпевшей Потерпевший №1, суд принимает во внимание степень вины подсудимого, его материальное положение, а также степень нравственных страданий потерпевшей Потерпевший №1, потерявшей в результате преступления сына, самого близкого ей человека; истец перенес, и продолжает переносить тяжелые нравственные страдания.

С учетом положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, в пределах предоставленной свободы судейского усмотрения, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО1 в пользу Потерпевший №1, в размере 1500000 рублей, в том числе исходя из принципов справедливости и разумности, имущественного и семейного положения ФИО1.

На основании п. 5 ч.2 ст. 131, ч.ч. 1 и 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки по делу в виде вознаграждения адвокату за участие в деле в качестве защитника ФИО1 по назначению за 7 дней: 18.10.2019г., 07.11.2019г., 08.11.2019г. – участие в судебном заседании, 19.10.2019г., 20.10.2019г., 03.11.2019г., 06.11.2019г. – посещение адвокатом ФИО1 в ИВС МО МВД России «Балейский» для согласования позиции защиты, подлежат взысканию с подсудимого в доход государства из расчета за один день 1350 рублей. Предусмотренных законом оснований для освобождения ФИО1 от обязанности возместить процессуальные издержки с учетом получения им дохода в виде пенсии, отсутствия иждивенцев, не имеется. Подлежит взысканию денежная сумма, выплаченная адвокату Пощелобовой Е.А. за оказание помощи ФИО1 в уголовном судопроизводстве, в размере 9450 рублей.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства: нож, футболка, простыня; одежда ФИО1: джинсовые брюки, футболка, кофта; одежда ФИО8.: брюки цвета хаки, трусы, носки, кроссовки – подлежат уничтожению.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П р и г о в о р и л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

Меру пресечения ФИО1 оставить содержание под стражей до вступления приговора в законную силу.

Исчислять ФИО1 срок наказания со дня вступления приговора в законную силу. 

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 21 июля 2019 года по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения расходов на погребение потерпевшего 68643 (шестьдесят восемь тысяч шестьсот сорок три) рубля 50 копеек.

Взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу Потерпевший №1 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований Потерпевший №1 отказать.

Взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет РФ в качестве процессуальных издержек, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве, 9450 (девять тысяч четыреста пятьдесят) рублей.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства: нож, футболку, простыню; одежду ФИО1: джинсовые брюки, футболку, кофту; одежду ФИО8: брюки цвета хаки, трусы, носки, кроссовки – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, получения апелляционного представления или апелляционных жалоб других участников процесса, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника, либо отказаться от услуг защитника.

Председательствующий по делу судья Н.Г. Мальцева 

Апелляционным определением от 27 февраля 2020 года приговор Балейского городского суда Забайкальского края от 12 ноября 2019 года в отношении ФИО1 изменен.

Исключено из приговора отягчающее наказание ФИО1 обстоятельство - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Снижен ФИО1 с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ размер назначенного наказания по ч. 1 ст. 105 УК РФ до 8 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этот же приговор уточнить, указать в вводной части приговора данные государственного обвинителя - прокурора Балейской межрайонной прокуратуры Лыскова А.В.

В остальной части приговор оставлен без изменения, апелляционное представление прокурора удовлетворено, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 оставлены без удовлетворения.