Дело № 2-406/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

13 июля 2018 г. г. Комсомольск-на-Амуре 

Комсомольский районный суд Хабаровского края 

в составе: председательствующего судьи - Фетисовой М.А.,

при секретаре - Артазей Т.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3, к Министерству финансов Российской Федерации, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием частного обвинения, 

УСТАНОВИЛ:

Истцы Г-вы обратились в суд с указанным иском к ответчику ФИО3, ссылаясь на то, что приговором мирового судьи судебного участка № 55 Комсомольского района от 08.06.2015 г. они были осуждены по делу частного обвинения за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, в отношении частного обвинителя ФИО3, с назначением наказания в виде штрафа, в размере 5000 руб. На основании Постановления Государственной Думы от 24.05.2015 г. «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», они были освобождены от отбывания наказания со снятием судимости. Приговором Комсомольского районного суда Хабаровского края от 03.12.2015 г. они были оправданы за отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ. Полагают, что обращение ФИО3 в суд с заявлением частного обвинения о привлечении их к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не потребностью ФИО3 защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь его намерением причинить вред истцам и избежать уголовной ответственности за совершенные им в отношении истцов деяния. Следовательно, ФИО3 злоупотребил правом частного обвинения. В связи с неправомерным уголовным преследованием они испытывали нравственные страдания, были вынуждены участвовать в судебном разбирательстве, доказывать свою невиновность, фактически являясь потерпевшими, пострадавшими от действий ФИО3, неоднократно причинявшего им физический вред. Просят взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием частного обвинения, по 75000 руб. в пользу каждого из истцов.

Определением суда от 04 июля 2018 г. к участию в деле, в качестве соответчика, привлечено Министерство финансов Российской Федерации. 

В судебном заседании истцы Г-вы и их представитель адвокат Токарева О.Я. на удовлетворении заявленных требований настаивали по обстоятельствам, изложенным в заявлении, суду пояснили, что настаивают на взыскании компенсации морального вреда с ответчика ФИО3, причинившего вред здоровью истцов, после чего, с целью избежать ответственности, подавшего на Г-вых заявление частного обвинения. Поскольку обвинительный приговор в отношении Г-вых отменен, они оправданы, то имеют право реабилитацию и взыскание компенсации морального вреда с лица, обратившегося с необоснованным обвинением. Истцам причинены не только физические страдания, которые подтверждаются заключениями медицинского эксперта, но и нравственные страдания, поскольку они были вынуждены 15 раз являться на судебные заседания. 

Ответчик ФИО3 надлежащим образом уведомлен о времени судебного заседания, но по вызову суда не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, исковые требования не признал, полагает, что надлежащим ответчиком по делу является Министерство финансов РФ. Кроме того, от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания на дату после 28 июля 2018 г., поскольку ответчик желает, чтобы его интересы в судебном заседании представляла ФИО4, которая до 28.07.2018 г. будет находиться за пределами 

<

адрес>. Обсудив ходатайство ответчика об отложении судебного заседания, суд, с учетом мнения участников судебного заседания, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства, по следующим основаниям. К ходатайству ответчика приобщен билет на имя ФИО4, в котором указана дата выезда из Комсомольска-на-Амуре - 15 июля 2018 г. Сведений о том, по каким уважительным причинам ответчик, либо его представитель, не могут участвовать в судебном заседании 13 июля 2018 г., суду не представлено, как и документа, удостоверяющего полномочия представителя ответчика. На основании ст. 167 ГПК РФ, дело подлежит рассмотрению в отсутствие ответчика ФИО3, либо его представителя. 

Представитель ответчика Министерство финансов Российской Федерации - ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении истцам отказать, поскольку между истцами и ответчиком на протяжении нескольких лет имеются неприязненные отношения, что не влечёт обязанности государства выплачивать истцам необоснованные суммы в качестве компенсации морального вреда. Из материалов уголовного дела частного обвинения в отношении истцов следует, что им назначено наказание в виде штрафа, который они в бюджет не заплатили, так как были освобождены от назначенного наказания ввиду амнистии, мера пресечения истцам не избиралась. Полагает, что заявленный истцами размер компенсации не соответствует принципу разумности и справедливости, в том числе, потому, что нанесённые истцам телесные повреждения не расценены медицинским экспертом как вред здоровью. 

Выслушав участников судебного заседания, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Приговором мирового судьи судебного участка № 55 Комсомольского района Хабаровского края, постановленным 08.06.2015 г. по уголовному делу частного обвинения, возбужденному в соответствии со ст.318 УПК РФ на основании заявления ФИО3, ФИО2 и ФИО1 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, совершенного при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, возле 

<

адрес>, Г-вы умышленно, на почве личных неприязненных отношений, повалили ФИО3, при этом ФИО1 тянула ФИО3 за уши, а ФИО2 нанес не менее трех ударов руками по голове ФИО3, от указанных действий ФИО3 испытывал физическую боль, ему причинены телесные повреждения: гематома теменной области головы слева и нижней губы, ссадина левого уха. ФИО6 назначено наказание в виде штрафа в размере по 5000 руб. каждому. На основании Постановления Государственной Думы от 24.05.2015 г. «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» Г-вы от отбывания наказания были освобождены со снятием судимости.

Приговором Комсомольского районного суда Хабаровского края от 03.12.2015 г. ФИО2 и ФИО1 были оправданы по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, за отсутствием в их действиях состава преступления, а обвинительный приговор мирового судьи в отношении Г-вых был отменён. 

В соответствии с ч.1, 2, 2.1 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе, право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Право на реабилитацию, в том числе, право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Как следует из разъяснений п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, его причинившим (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Как следует из анализа правовых норм, необходимым условием возникновения права требования компенсации морального вреда является причинная связь между имевшими место страданиями и нарушением личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательством на принадлежащие ему другие нематериальные блага.

Применительно к правовому характеру настоящего спора в соответствии со ст. 56 ГПК РФ истцы должны доказать наличие состава правонарушения: противоправность действий ответчика, наступление вреда (возникновение убытков), причинно-следственную связь между возникшим вредом (убытками) и действиями причинителя вреда. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Из содержания заявления ФИО3 в порядке частного обвинения от 13.02.2015 г. усматривается, что, обосновывая необходимость привлечения ФИО2 и ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, он ссылался на нанесение ему Г-выми телесных повреждений, подтвержденных заключением эксперта № 78 от 14.01.2015 г. 

При постановлении оправдательного приговора в отношении ФИО2 и ФИО1, суд указал, что Г-вы действовали в пределах необходимой обороны. 

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 ст. 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции РФ) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Следовательно, вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, в том числе связанные с частным обвинением, основанием для взыскания компенсации морального вреда, зависит от наличия вины в действиях причинителя вреда (в данном случае - частного обвинителя) и причинно-следственной связи между его (причинителя) виновными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Таким образом, взыскание компенсации морального вреда с частного обвинителя в порядке гражданского судопроизводства возможно, если суд установит наличие в его действиях вины, выразившейся в злоупотреблении правом, а именно в случае, если обращение частного обвинителя в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Обращаясь к ответчику с требованиями о компенсации морального вреда, истцы ссылаются на то, что обращение ФИО3 с заявлением частного обвинения о привлечении Г-вых к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований и было продиктовано лишь намерением причинить им вред и избежать уголовной ответственности за совершенное в отношении истцов деяния. 

Исследованные судом материалы уголовного дела частного обвинения по обвинению Г-вых в совершении ими в отношении ФИО3 преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, не содержат доказательств того, что обращение ФИО3 к мировому судье с заявлением частного обвинения о привлечении Г-вых к уголовной ответственности было осуществлено при отсутствии каких-либо оснований и исключительно с целью причинить вред истцам. Напротив, материалами уголовного дела подтверждается факт получения ФИО3 телесных повреждений (заключение эксперта от 14.01.2015 г.), свидетельствующий о наличии у него объективных оснований для обращения в суд. 

Осуществляя свои конституционные права на судебную защиту своих прав, которые ФИО3 посчитал нарушенными, он обратился в суд в порядке частного обвинения о привлечении истцов к уголовной ответственности. Такой способ защиты своих прав, выбранный ответчиком, нельзя расценить как злоупотребление правом, направленным на причинение вреда истцам. 

Сам по себе факт отмены судом апелляционной инстанции обвинительного приговора и вынесения в отношении Г-вых оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя и не является основанием для привлечения ФИО3 к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 151 ГК РФ, поскольку ответчик реализовал свои конституционные права на судебную защиту нарушенного права.

Использование такого способа защиты нарушенного права, как обращение к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица, не влечет признания его противоправным и влекущим возможность в дальнейшем удовлетворения требований подсудимого о компенсации морального вреда. 

В силу положений ст. 56 ГПК РФ именно на истцов возложена обязанность по представлению суду достаточных и бесспорных доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении ответчиком правом на обращение в суд, однако таких доказательств истцами суду не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика ФИО3 компенсации морального вреда, причиненного истцам необоснованным уголовным преследованием частного обвинения, не имеется.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Следовательно, в случае удовлетворения иска о возмещении вреда, причиненного государственными органами, взыскание должно производиться с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Поскольку обвинительный приговор в отношении истцов был отменен судом апелляционной инстанции, которым ФИО1 и ФИО2 были оправданы, то у них возникло право на компенсацию морального вреда со стороны государства. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, личность истцов, которые длительное время находятся в неприязненных отношениях с ответчиком. Оценивая степень и глубину нравственных переживаний и физических страданий, объем негативных последствий для истцов в связи с причинением им телесных повреждений ФИО7, суд исходит из того, что, согласно заключениям медицинского эксперта, причинённые ФИО6 телесные повреждения не расцениваются как вред здоровью. Период уголовного преследования Г-вых составил менее одного года со дня возбуждения уголовного дела до дня вынесения оправдательного приговора судом апелляционной инстанции. 

Суд исходит из того, что соблюдение требований разумности и справедливости должно обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, применяя положения статьи 1101 ГК РФ, следует исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить его неосновательного обогащения.

Учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что в зависимости от установленных обстоятельств и в соответствии с требованиями закона, с ответчика Министерство финансов Российской Федерации, в счет компенсации морального вреда, причиненного истцам, следует взыскать по 1500 руб. каждому. 

В силу ч.2, ч.4 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом при рассмотрении данного дела, подлежат возмещению за счет средств соответствующего бюджета. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3, к Министерству финансов Российской Федерации, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием частного обвинения, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации, в пользу ФИО1 и в пользу ФИО2, в счет компенсации морального вреда, по 1500 (одна тысяча пятьсот) рублей каждому. 

В удовлетворении требований к ФИО3 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд, через Комсомольский районный суд Хабаровского края, в течение месяца со дня принятия в окончательной форме - 18 июля 2018 г. 

Судья