Дело №

УИД: 61RS0013-01-2025-000227-64

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 марта 2025 г. г. Гуково Ростовской области 

Гуковский городской суда Ростовской области 

в составе: председательствующего судьи И.Г. Петриченко 

при секретаре Воркуновой Е.А.,

с участием помощника прокурора г. Гуково Мажуриной М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Донской антрацит» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что 27.02.2024 в период работы в АО «Донской антрацит» в качестве 

<

данные изъяты> ему установлено профессиональное заболевание 

<

данные изъяты> от комплекса производственных факторов, которое возникло в результате длительной работы в организации ответчика, не создавшего безопасные условия труда, в условиях вредных производственных факторов. 03.10.2024 в бюро МСЭ ему установлено 40% утраты профтрудоспособности и 3 группа инвалидности. В связи с профессиональным заболеванием он испытывает физические и нравственные страдания, он постоянно испытывает боли в спине, ногах, которые усиливаются при незначительных физических нагрузках, ему затруднительно передвигаться даже на незначительные расстояния, справляться с элементарными домашними делами, у него нарушен сон, он вынужден постоянно принимать лекарства, пользоваться дополнительными опорами. По вине ответчика он утратил возможность трудиться. При этом он имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка. АО «Донской антрацит» компенсацию морального вреда ему не выплатило. При этом пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, от участия в котором ответчик отказался, предусмотрено возмещение работникам морального вреда в связи с трудовым увечьем или профессиональным – выплата единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ). Исчисленная в соответствии с Отраслевым соглашением компенсация морального вреда составила бы не менее 264505,30 рублей (исходя из среднего заработка 40137,17 рублей, 40% утраты профтрудоспособности и с учетом выплаченной ФСР единовременной страховой выплаты 56592,06 рубля). На основании изложенного просит взыскать с АО «Донской антрацит» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 300000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали по доводам, указанным в исковом заявлении, просили удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Донской антрацит» ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, полагал возможным удовлетворить их в размере 176000 рублей. 

Выслушав стороны, заключение помощника прокурора г. Гуково, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению, изучив материалы дела, суд пришел к следующему мнению. 

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, истец ФИО1 16.04.2013 был принят на работу в АО «Донской антрацит», где в период его работы в качестве 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем под землей 27.02.2024 ему установлено профессиональное заболевание 

<

данные изъяты> от комплекса производственных факторов. 

25.09.2024 составлен акт о случае профессионального заболевания, который устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь выявленного у ФИО1 профзаболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту его работы в АО «Донской антрацит». 

При освидетельствовании в бюро МСЭ 10.10.2024 ему установлено 40% утраты профтрудоспособности и 3 группа инвалидности. 

18.10.2024 ФИО1 уволен в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением (п. 8 ст. 77 Трудового кодекса РФ).

Таким образом, в период работы у ответчика ФИО1 установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания – 

<

данные изъяты> от комплекса производственных факторов, в связи с чем проведено расследование случая профзаболевания, с участием работодателя АО «Донской антрацит» 25.09.2024 составлен акт о случае профессионального заболевания №. Согласно указанному акту, стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 11 лет 5 месяцев, в том числе в АО «Донской антрацит» с 16.04.2013.

При освидетельствовании в бюро МСЭ 10.10.2024 ФИО1 установлено 40% утраты трудоспособности и 3 группа инвалидности вследствие профзаболевания. 

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами. 

Согласно ч. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Суд считает, что в результате профзаболевания истцу причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодически обращаться за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать работу по своему усмотрению, материально обеспечивать семью. 

Таким образом, истцу причинен моральный вред, компенсацию которого он вправе требовать с ответчика в соответствии со ст. 151 ГК РФ.

Причинителем вреда здоровью истца в данном случае является ответчик, в период работы у которого истцу установлено профессиональное заболевание, а также утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для подземных работников.

Изложенное подтверждается и актом о случае профессионального заболевания от 25.09.2024, в котором АО «Донской антрацит» указано как причинитель вреда здоровью истца. Так, согласно п.п. 17-19 акта, при работе на шахте АО «Донской антрацит» ФИО1 подвергался воздействию на организм физических нагрузок, которые явились непосредственной причиной заболевания. Условия труда при работе, в том числе и у ответчика, не соответствуют требованиям СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда».

Согласно имеющимся в деле медицинским документам, сведений об установлении ФИО1 ранее профессионального заболевания не имеется. При прохождении периодических медицинских осмотров за время работы ФИО1 у ответчика он был признан годным к работе в подземных условиях по профессии.

Исходя из этого, следует учесть 100% вины ответчика в причинении вреда здоровью ФИО1; оснований для применения долевой ответственности пропорционально степени вины работодателей не имеется.

По смыслу закона возмещение морального вреда является самостоятельным видом возмещения вреда, причиненного здоровью, следовательно, выплачивается независимо от получения ежемесячных страховых выплат. 

Статьей 21 Федерального закона «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» от 29.06.1996 № 81-ФЗ предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Положения п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы (срок действия продлен по 31.12.2024), предусматривающего компенсацию морального вреда, причиненного работнику в случае утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, в отношении работодателя – АО «Донской антрацит» и работников указанной организации в данном случае применению не подлежат, так как АО «Донской антрацит» в установленном законом порядке отказалось от присоединения к указанному Соглашению.

Действующим у ответчика Коллективным договором предусмотрена компенсация морального вреда в случае причинения вреда здоровью работника. Так, согласно п. 9.3 Коллективного договора АО «Донской антрацит» на период спорных правоотношений, работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью вследствие несчастного случая (профессионального заболевания), связанного с производством, исходя из среднего заработка работника, степени утраты трудоспособности, количества лет работы в АО «Донской антрацит». 

Однако, компенсация морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания ответчиком ФИО1 не выплачена.

При этом, по утверждению представителя ответчика, вред здоровью истца, который выразился в возникновении хронического профессионального заболевания, причинен при его работе у нескольких работодателей, каждый из которых потенциально мог быть причинителем соответствующего вреда.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46). 

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке. 

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. 

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. 

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. 

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Таким образом, истец имеет право требовать выплаты ему компенсации морального вреда в связи с причинением вреда его ответчиком АО «Донской антрацит», так как это прямо предусмотрено нормами действующего законодательства, при этом не ограничиваясь размером, определенным Коллективным договором АО «Донской антрацит», так как это существенно нарушает права работника.

Принимая во внимание фактические обстоятельства, подлежащие установлению при определении размера компенсации морального вреда с учетом положения ст. 151 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что в данном случае размер компенсации морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием подлежит определению не только с учетом положений Коллективного договора ответчика, но и с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств установления профессионального заболевания, степени испытываемых истцом физических и нравственных страданий, причиненных ему повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 300000 рублей, что будет соответствовать требованиям разумности и справедливости. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета госпошлина в размере 3000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Взыскать с Акционерного общества «Донской антрацит» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт серия №) компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Донской антрацит» (ИНН 

<

***>) госпошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья И.Г. Петриченко

Решение в окончательной форме изготовлено 17.03.2025.