Судья Виноградова О.А. УИД 16RS0042-03-2024-009035-78

Дело № 2-163/2025

№ 33-11490/2025

Учет № 081г

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

18 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Муртазина А.И.

судей Абдуллина И.И. и Мелихова А.В.,

при ведении протокола помощником судьи Нигматзяновой А.Л.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Мелихова А.В. гражданское дело по апелляционной жалобе Отделения фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан на решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 28 февраля 2025 года, которым постановлено:

иск ФИО8 удовлетворить частично.

Включить в страховой стаж ФИО8 (паспорт 

<

данные изъяты>) периоды работы:

- с 1 января 1991 года по 30 сентября 1999 года в публичном акционерном обществе «

<

данные изъяты>»,

- с 1 октября 1999 года по 29 января 2001 года – в АОЗТ «

<

данные изъяты>»,

- с 30 января 2001 года по 6 сентября 2021 года – в ЧАО «

<

данные изъяты>» (за исключением периодов нахождения в отпуске без сохранения заработной платы: в 2008 году - 16 дней, в 2009 году - 28 дней, в 2010 году - 5 дней, в 2011 году - 10 дней, в 2012 году - 45 дней, в 2013 году - 48 дней, в 2014 году - 23 дня, в 2015 году - 6 дней, в 2016 году - 11 дней, в 2017 году - 5 дней, в 2018 году - 4 дня, в 2019 году - 3 дня, в 2020 году - 3 дня, в 2021 году -1 день).

Назначить ФИО8 страховую пенсию по старости с 10 апреля 2024 года.

В удовлетворении иска в части включения в страховой стаж периода учебы с 1 сентября 1983 года по 27 июня 1986 года – отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения истца ФИО8., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО8 обратилась в суд с иском к Отделению фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан о возложении обязанности включить в страховой стаж периоды работы, периода учебы и назначить страховую пенсию по старости.

В обоснование заявленных требований указала, что 28 марта 2024 года она подала в пенсионный орган заявление о назначении страховой пенсии по старости по основаниям, установленным статьёй 8 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» (далее Федеральный закон № 400-ФЗ).

Решением ответчика от 9 апреля 2024 года ответчик отказал ей в назначении пенсии по старости, мотивировав отказ отсутствием необходимой продолжительности страхового стажа.

Ответчик не включил в страховой стаж следующие периоды работы:

- с 1 января 1991 года по 30 сентября 1999 года в публичном акционерном обществе «

<

данные изъяты>»

- с 1 октября 1999 года по 29 января 2001 года – в АОЗТ «

<

данные изъяты>»,

- с 30 января 2001 года по 6 сентября 2021 года – в ЧАО «

<

данные изъяты>».

С данным решением она не согласна, считает отказ в назначении пенсии необоснованным. Ответчик при отказе в назначении пенсии указывает на принятое Российской Федерацией решение о денонсации Соглашения о гарантиях прав граждан государстве – участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 мая 1992 года, международный договор в области пенсионного обеспечения с 1 января 2023 года с Украиной отсутствует, в связи с чем страховой стаж учитывается до 31 декабря 1990 года до даты распада СССР.

Указанным, ответчик нарушает ее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, поскольку она будет лишена материальных благ, на которые добросовестно рассчитывала.

На основании изложенного, просила возложить на Отделение фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан обязанность включить в страховой стаж следующие периоды работ:

- с 1 января 1991 года по 30 сентября 1999 года в публичном акционерном обществе «

<

данные изъяты>»

- с 1 октября 1999 года по 29 января 2001 года – в АОЗТ «

<

данные изъяты>»,

- с 30 января 2001 года по 6 сентября 2021 года – в ЧАО «

<

данные изъяты>» и назначить страховую пенсию по старости с момента возникновения права, а именно с 10 апреля 2024 года.

периода учебы с 1 сентября 1983 года по 27 июня 1986 года (л.д.115-116).

На судебном заседании суда первой инстанции истец и её представитель исковые требования поддержали.

Ответчик своего представителя в суд первой инстанции не направил. В письменных возражениях на исковое заявление иск не признала, дело просил рассмотреть дело без участия представителя (л.д.30-31).

Суд исковые требования удовлетворил частично и принял решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, об отказе в удовлетворении исковых требований. Настаивает на том, что периоды работы на территории Украины после 1 января 1991 года не могут быть учтены для определения права на страховую пенсию в Российской Федерации и расчёта размера индивидуального пенсионного обеспечения. Обращает внимание на тот факт, что истец обратилась в пенсионный орган 28 марта 2024 года, после прекращения действия Соглашения от 13 марта 1992 года для Российской Федерации (с 1 января 2023 года), соответственно, оно не подлежит применению при оценке пенсионных прав истца по состоянию на 28 марта 2024 года. Указывает, что судом первой инстанции не было определено, имелись ли у истца все необходимые условия для назначения страховой пенсии о старости на 10 апреля 2024 года, в том числе, имелась ли необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 28,2.

Истец в суде апелляционной инстанции полагала решение суда законным и обоснованным.

Ответчик в суд апелляционной инстанции своего представителя не направил, извещен надлежащим образом.

При указанных обстоятельствах, учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

В соответствии с приложением № 6 к Федеральному закону «О страховых пенсиях» - «Возраст, по достижении которого возникает право на страховую пенсию в соответствии с частью 1 статьи 8…» таким возрастом истицы, которой в 2021 году исполнилось 55 лет, право на пенсию наступит через 36 месяцев, то есть по достижении 58 лет.

Из материалов дела видно, что 28 марта 2024 года ФИО8 подала в пенсионный орган заявление о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ответчика от 9 апреля 2024 года № 219516/24 истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости по мотивам отсутствия необходимой продолжительности страхового стажа.

Оспариваемым решением в страховой стаж не включены следующие периоды работы истца:

с 1 января 1991 года по 30 сентября 1999 года в ПАО «

<

данные изъяты>», с 1 октября 1999 года по 29 января 2001 в АОЗТ «

<

данные изъяты>», -с 30 января 2001 года по 6 сентября 2021 года в ЧАО «

<

данные изъяты>».

В бесспорном порядке в страховой стаж включено 9 лет 11 месяцев 11 дней.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования в обжалуемой части, суд первой инстанции исходил из того, что к рассматриваемым правоотношениям должны применяться нормы пенсионного законодательства Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции.

Право на социальное обеспечение по возрасту относится к основным правам и свободам человека и гражданина и гарантируется статьей 39 Конституции Российской Федерации. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Истец зарегистрирована в системе индивидуального персонифицированного учета с 7 октября 2021 года, с 3 февраля 2022 осуществляет трудовую деятельность на территории Российской Федерации.

Поэтому судебная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции о том, что при разрешении данного спора необходимо применять нормы пенсионного законодательства Российской Федерации.

В силу положений части 1 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

С 1 января 2015 года вступили в силу Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 года № 1015.

В соответствии с указанными правилами основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, включаемые в страховой стаж, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, когда в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Из записей в трудовой книжке истца следует, что она начала свою трудовую деятельность 1 сентября 1983 года в городе Брежневе, затем закончила Казанский финансово-экономический институт.

6 августа 1990 года она принята на работу в 

<

данные изъяты> в отдел организации труда и заработной платы на должность 

<

данные изъяты>. С 4 ферваля 1994 ЗПО 

<

данные изъяты> переименовано в ОАО «

<

данные изъяты>». 1 марта 1996 года переведена в том же отделе 

<

данные изъяты>. 1 октября 1997 года переведена на должность 

<

данные изъяты> в службу труда и заработной платы. 30 сентября 1999 года уволена по пункту 5 статьи 36 Кодекса Законов о Труде Украины (прекращение трудового договора в связи с переводом работника с его согласия на другое предприятие). 1 октября 1999 принята в порядке перевода в службу труда и заработной платы начальником бюро труда и заработной платы АОЗТ «Запорожтехкомплект». 15 марта 2000 года переведена в бухгалтерию начальником расчетного сектора. 4 апреля 2000 назначена исполняющей обязанности начальника службы труда и заработной платы. 1 мая 2000 назначена 

<

данные изъяты>. 29 января 2001года уволена по собственному желанию. 30 января 2001 года принята на работу в ЧАО «

<

данные изъяты>» в отдел труда и заработной платы на должность 

<

данные изъяты>. 1 июля 2009 года переведена на должность 

<

данные изъяты> отдела организации труд а и заработной платы. 1 июля 2017 года переведена в управление по работе с персоналом инженером 1 категории по организации и нормированию труда. 6 сентября 2021 года уволена по собственному желанию в связи с переездом на новое место жительства. С 3 февраля 2022 принята на должность 

<

данные изъяты> в отдел кадров ООО «

<

данные изъяты>» (л.д.20).

Записи в трудовой книжке объективно подтверждаются представленными в дело справками.

Так, согласно справке, выданной ПАО «Запорожский арматурный завод» от 24 декабря 2019 года № 02-01/01 ФИО8 работала полный рабочий день в 

<

данные изъяты> и за период с 6 августа 1990 года по 3 февраля 1994 года выполняла работу в должности 

<

данные изъяты> (л.д.37).

Согласно справке, выданной ПАО «

<

данные изъяты>» 20 марта 2015 года № 95 следует, что истец действительно работала в ПАО «

<

данные изъяты>»:

с 4 февраля 1994 - 

<

данные изъяты>;

с 1 марта 1996 года – 

<

данные изъяты>;

с 1 октября1997 года 

<

данные изъяты>;

с 30 сентября 1999 года уволена в порядке перевода; Основанием выдачи справки является штатное расписание, личное дело, расчетные ведомости. Справка выдана для подтверждения трудового стажа (л.д.40).

Факт работы истца в спорные периоды в организациях, указанных в трудовой книжке и справках подтверждается также архивной выпиской Архивного отдела 

<

данные изъяты> городского совета Украины (л.д.44-46).

Информация по запросу ответчика Территориальным отделением фонда в Запорожской области, в том числе об уплате страховых взносов, не предоставлена, из-за отсутствия доступа к архивам, а также из-за того, что предприятия, на которых работала истца, находятся на территории подконтрольной ВСУ.

Вместе с тем, при заведомо объективном отсутствии возможности получить эти сведения в настоящее время вследствие внутренней обстановки на Украине, не может негативно влиять на реализацию истцом пенсионных прав; истец объективно не может представить дополнительные доказательства и иные необходимые документы.

Довод ответчика о том, что ИПК недостаточен для назначения пенсии судебной коллегией отклоняется.

Из материалов пенсионного дела видно, что пенсия ФИО8 назначена за период после 2015 года ИПК >34.

В остальной части решение не обжаловано и предметом апелляционной проверки не является.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 28 февраля 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан - без удовлетворения.

Апелляционное определение суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий три месяца, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Апелляционное определение суда изготовлено в окончательной форме 29 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи