Дело № 2-2/2020

УИД 43RS0034-01-2019-001199-75

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 февраля 2020 года

г. Слободской Кировской области

Слободской районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Черных О.В., 

при секретаре Вычегжаниной А.С., 

с участием представителей ответчика ФИО1 – ФИО2, ФИО3, ФИО4, 

ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО1, ФИО5 о взыскании задолженности по договору займа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с вышеуказанным иском к ФИО1, указывая, что 08 марта 2019 года между ФИО7 и ФИО6 был заключен договор займа, согласно которому последняя передала в долг ФИО7 денежные средства в размере 1 200 000 рублей. В подтверждение данного договора и получении денежных средств была составлена расписка от 08 марта 2019 года. 06 мая 2019 года ФИО7 умерла. Единственным наследником по завещанию является ФИО1. 21 мая 2019 года в адрес ответчика было направлено письменное требование о возврате суммы займа в срок до 21 июня 2019 года, которое оставлено последним без удовлетворения. На основании изложенного ФИО6 просила взыскать с ФИО1 как наследника задолженность по договору займа от 08 марта 2019 года в размере 1 200 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины.

Протокольным определением от 12 августа 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО5 (том 1 л.д. 89).

Истец ФИО6, а также её представители по доверенности ФИО8 и ФИО9, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились. В судебных заседаниях от 12 августа и 06 сентября 2019 года поддерживали исковые требования. В дополнении к иску указали, что осенью 2018 года ФИО7 решила продать принадлежащие ей ? доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а на полученные денежные средства купить жилой дом в деревне за городом. К марту 2019 года между истцом и ФИО7 было достигнуто соглашение, согласно которому последней передавались на руки денежные средства в размере 1 200 000 рублей, под расписку, затем подыскивался вариант жилого дома в д. Бобино Слободского р-на Кировской области. Денежные средства были переданы ФИО7 08 марта 2019 года в присутствии истца, ответчика ФИО10 ФИО8. Полученные денежные средства ФИО7 спрятала в квартире. 10 марта 2019 года ФИО7 сломала шейку бедра, а 06 мая 2019 года умерла. Установить местонахождение денежных средств не представилось возможным. На момент подписания договора займа ФИО7 была полностью дееспособной: все понимала, могла читать без очков, слышала хорошо и без слухового аппарата, самостоятельно ходила в магазин и получала пенсию, в уходе не нуждалась. Только последние шесть месяцев жизни за ФИО7 расписывались в получении пенсии. Переданные ФИО11 денежные средства являлись накоплением истца. Ключи от квартиры были только у дочери истца - ФИО5, являющейся собственником ? доли вышеуказанной квартиры.

Ответчица ФИО5 в судебном заседании возражала против взыскания с неё, как наследницы, денежных средств, но поддерживала исковые требования истца в части взыскания денежных средств с ответчика ФИО1. Дала показания аналогичные показаниям истца и её представителей, в частности, что присутствовала при получении ФИО7 денежных средств в размере 1 200 000 рублей.

Ответчик ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием его представителей. В судебных заседаниях от 12 августа и 06 сентября 2019 года возражал против удовлетворения исковых требований истца, поскольку считает, что его сестра, ФИО7, никаких денежных средств от ФИО6 не получала, следовательно, договор займа заключен не был.

Представители ответчика ФИО1 – ФИО2, ФИО3, ФИО4 возражали против удовлетворения исковых требований истца, поскольку ФИО7 никаких денежных средств от истца не получала, следовательно, договор займа не был заключен.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Как следует из материалов дела, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла 06 мая 2019 года в г. Кирове Кировской области (том 1 л.д. 25, 43, 69).

На день смерти ФИО7 являлась собственником ? доли жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Согласно пункту 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу пункта 1 статьи 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

Согласно наследственному делу № 62/2019 и информации, предоставленной нотариусом ФИО12 от 19 ноября 2019 года, наследниками имущества ФИО7, умершей 06 мая 2019 года, являются: по завещанию ФИО1, подавший заявление о принятии наследства 13 июня 2019 года; ФИО5, которая не является наследником на обязательную долю в наследстве (том 1 л.д. 42-66, 158).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 60 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства.

Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками по долгам наследодателя независимо от основания наследования и способа принятия наследства в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Таким образом, поскольку ФИО1 и ФИО5 являются наследниками имущества ФИО7, что подтверждается материалами дела, то на них в силу универсального правопреемства возлагается обязанность отвечать по всем долгам наследодателя в пределах перешедшего к ним наследственного имущества.

Как указано в пункте 1 статьи 807 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 26.07.2017 N 212-ФЗ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Согласно статье 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей (пункт 1); в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2).

В порядке статьи 812 ГК РФ заемщик имеет право доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности) (пункт 1); если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам (пункт 2).

При этом следует учитывать, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1 статьи 56 ГПК РФ); обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 ГПК РФ).

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015)(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015) (ред. от 28.03.2018) разъяснено, что поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

В соответствии с частью 2 статьи 71 ГПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

В материалах дела имеется расписка от 08 марта 2019 года, согласно которой ФИО7 получила от ФИО6 денежные средства в размере 1 200 000 рублей в долг по договору займа от 08 марта 2019 года (том 1 л.д. 77).

По общему правилу, установленному в статье 408 ГК РФ, нахождение долговой расписки у заимодавца подтверждает неисполнение денежного обязательства со стороны заемщика, если им не будет доказано иное.

Как указывалось ранее, ответчик ФИО1 считает, что фактически денежные средства ФИО7 не передавались, что в расписке Кудрявцева не расписывалась.

Для проверки доводов сторон судом по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

В своем заключении № 122 от 24 января 2020 года (том 2 л.д. 4-48) эксперт указал, что по результатам диагностики спорной подписи от имени ФИО7 не были обнаружены признаки неестественного письма, которые могли быть связаны с её возрастом, навыками письма, хроническими заболеваниями, но были выявлены признаки, которые свидетельствуют о несвободном письме (под зрительным контролем) – замедленный темп письма, недифференцированный нажим, присутствие вычурности в некоторых буквенных знаках, тупые начала и окончания штрихов, наличие дописок (или ретуширование), многочисленные наложения штрихов друг друга, с одной стороны, и признаки быстрого письма с другой стороны: наличие рефлекторных штрихов, свидетельствующих о быстрой постановке пишущего прибора на бумагу, чёткие координированные движения при исполнении приводяще-отводящих штрихов.

В образцах подписи за период с 1993 по 2015 годы отсутствуют признаки неестественного письма, которые были бы связаны с хроническими медленно прогрессирующими заболеваниями, такими как гипертоническая болезнь II степени; ДВБ. ДЭ II степени (заболевание сосудов головного мозга и нарушение мозговых функций вследствие нарушения мозгового кровообращения 2 степени). Цефалгии.

При сравнении особенностей исполнения спорной подписи от имени ФИО7 с образцами подписного почерка и почерка самой ФИО7 методом сопоставления выявлены различающиеся и совпадающие признаки. Однако выявленные различающиеся признаки существенны и в совокупности достаточны для вывода о том, что спорная подпись от имени ФИО11 в расписке от 08 марта 2019 года выполнена не ФИО7, а третьим лицом.

Имеющиеся совпадения на вывод не влияют, объясняются особенностью движений на уровне общей конфигурации движений, то есть выполнение штрихов в исследуемой спорной подписи и образцах одинаковыми по составу движениями, свойственными для разных лиц.

Оценив вышеназванное заключение судебно-почерковедческой экспертизы в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами, суд находит его допустимым доказательством. Оснований не доверять указанному заключению эксперта у суда не имеется, поскольку оно соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, является научно обоснованным, аргументированным, содержит описание проведенного исследования с сопоставлением подписи, сделанной в спорном документе, с подписями ФИО7, сделанными ею в присутствии официальных третьих лиц, материалов дела, а также сделанные в результате его выводы и ответ на поставленный судом вопрос. Указанная экспертиза проведена компетентным экспертом, обладающим экспертно-криминалистическими познаниями, имеющим большой стаж работы. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за заведомо ложное заключение.

Как указывалось ранее, бремя доказывания факта заключения договора и предоставления займа лежит на займодавце. Между тем, иных допустимых доказательств, кроме расписки, оценка достоверности которой была дана выше, передачи денежных средств и, соответственно, заключения договора займа истцом, в нарушении положений статьи 56 ГПК РФ, не предоставлено.

При таких обстоятельствах иск ФИО6 не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО6 отказать в удовлетворении иска к ФИО1, ФИО5 о взыскании суммы займа по договору займа от 08 марта 2019 года в размере 1200000 рублей и расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Слободской районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Судья О.В. Черных