Дело № 2-1352/2020

74RS0031-01-2020-001077-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 ноября 2020 года Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Зенцовой С.Е.

при секретаре Сидоренко Е.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности, встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании договора незаключенным, 

УСТАНОВИЛ:

В окончательных исковых требованиях ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по долговой расписке. 

В обоснование заявленных требований указано, что 30 апреля 2018 года ФИО2 написана расписка об исполнении денежного обязательства в размере 3 000 000 руб. в срок до 31 марта 2019 года. Согласно условий расписки, ФИО2 приняла на себя обязательства после продажи дома, расположенного по адресу: г

<

адрес обезличен>, принадлежащего ей на праве собственности, передать ФИО3 денежные средства в размере 3 000 000 руб. в срок до 31 декабря 2018 года. В случае, если дом не будет продан до 31 декабря 2018 года, срок передачи денежных средств продлевается до 31 марта 2019 года. Обязательства по передаче денежных средств возникло у ФИО2 при покупке жилого дома, принадлежащего ранее ФИО3 Так, 16 марта 2018 года на торгах, проводимых арбитражным управляющим, продан жилой дом, общей площадью 372,8 кв.м. и земельный участок, площадью 1008 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес обезличен>, принадлежащие ФИО3 Единственным участником торгов являлась Семченко (в настоящее время – ФИО5) К.А., дочь ответчика, с которой и был заключен договор купли-продажи указанного имущества. Общая стоимость имущества, являющегося предметом договора купли-продажи (жилой дом и земельный участок) составила 6 026 000 руб. Наряду с договором купли-продажи подписан акт приема-передачи приобретаемого имущества, который содержит перечень имущества, аутентичного предмету договора купли-продажи: жилой дом и земельный участок. Ни договор купли-продажи, ни акт приема-передачи не описывают состояние дома (отделка, ремонт), не предусматривают передачу имущества, находящегося в доме, иные объекты, находящиеся на земельном участке, но не поставленные на регистрационный учет. Указанное описание отсутствует и в объявлении о проведении торгов. Заключенный договор предусматривал продажу дома определенной площади и определенного места нахождения, и не предусматривал сохранение и ремонта, передачу всего недвижимого имущества дома, встроенной мебели, передачу недвижимых объектов (в частности, банного комплекса), находящегося на земельном участке. Стороны пришли к соглашению, что указанные улучшения, не вошедшие в предмет договора, будут оставлены в доме и переданы покупателю – ФИО6, при этом ее мать, ФИО2, ответчик по настоящему спору приняла на себя обязательства по передаче ФИО3 денежной суммы в размере 3 000 000 руб., в счет приобретения указанных выше улучшений. Указанная договоренность была достигнута на общей встрече. Обстоятельства написания расписки свидетельствуют о возмездном характере взаимоотношений сторон, вытекающих из отношений по купле-продаже жилого дома и земельного участка, принадлежащих ФИО3 Согласно заключению эксперта, по состоянию на 2018 год, рыночная стоимость земельного участка и расположенного на нем жилого дома, находящихся по адресу: 

<

адрес обезличен> с учетом благоустройства территории, имеющихся хозяйственных построек, отделки дома, встроенной и иной мебели в доме составила 14 255 970,14 руб. Считает, что заключением эксперта, иными доказательствами по делу, подтверждается экономическая целесообразность написания расписки ответчиком и принятия последним на себя обязательств по передаче денежной суммы ФИО3 в размере 3 000 000 руб. 31 января 2020 года право требования денежной суммы переуступлено ФИО3 ФИО1, которая является новым кредитором по денежному обязательству. При этом согласно изменений к договору, права требования изложены в иной редакции, исключившей указание на заемные взаимоотношения сторон, право требования по которым было передано истцу. Ответчик уведомлен о переуступке права требования к новому кредитору и необходимости исполнения денежного обязательства в течение 30 дней с момента его получения. Просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность в размере 3 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 178 948,24 руб., возместить расходы по уплате государственной пошлины в размере 24 094,74 руб. (том 1 л.д. 83-86).

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимала, извещена надлежащим образом.

Представитель истца, адвокат Максимов Е.Ю., действующий на основании ордера № 96 от 17 июня 2020 года (том 1 л.д. 75), поддержал заявленные уточненные требования в полном объеме по доводам и основаниям, указанным в иске.

Ответчик ФИО2 уточненные исковые требования не признала, в окончательных исковых требованиях обратилась со встречным иском к ФИО1, ФИО3 о признании договора незаключенным (том 2 л.д. 63-66).

В обоснование заявленных требований указано, что 16 марта 2018 года ее дочерью Бобылевой (ранее ФИО4) К.А. было приобретено недвижимое имущество, ранее принадлежащее ФИО3, признанному решением Арбитражного суда Челябинской области от 12 мая 2015 года банкротом, а именно: жилой дом, общей площадью 372,8 кв. м и земельный участок, площадью 1008 кв. м, расположенные по адресу: 

<

адрес обезличен>. Общая стоимость имущества составила 6 026 000 руб. Договор купли-продажи имущества на электронных торгах был заключен 16 марта 2018 года между организатором торгов – финансовым управляющим ФИО3 – ФИО7 и ФИО8, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке. По акту приема-передачи имущества от 07 апреля 2018 года, вышеуказанное недвижимое имущество передано от продавца покупателю. Стоимость имущества не оспаривалась. То имущество, на которое указывает истец и не указано, по его мнению, в договоре купли-продажи, а именно: ремонт, встроенная мебель, является неотделимым имуществом жилого дома, а баня и бассейн - капитальными строениями, находящимися на земельном участке. Имущество, которое возможно было забрать, ФИО3 забрал при выезде из дома. Она не является стороной по договору купли-продажи имущества, ничего у ФИО3 не приобретала, следовательно, обязательств перед ним по выплате задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами не имеет. На период 30 апреля 2018 года ФИО3 собственником имущества, находящегося в доме 

<

адрес обезличен> не являлся, распорядителем имущества являлся финансовый управляющий ФИО3 – ФИО7 30 апреля 2018 года ею ФИО3 написана расписка, из содержания которой следует, что она приняла на себя обязательства после продажи дома, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен>, принадлежащего ей на праве собственности, передать ФИО3 денежные средства в размере 3 000 000 руб. в срок до 31 декабря 2018 года, а в случае, если дом не будет продан в срок до 31 декабря 2018 года, срок передачи денежных средств продлевается до 31 марта 2019 года. Считает, что представленная ФИО1 расписка от 30 апреля 2018 года не может служить доказательством наличия между ней и ФИО3 договора купли-продажи имущества. В расписке отсутствуют указания на заключение какой-либо сделки, отсутствует перечень имущества, не приведены индивидуально-определенные признаки имущества, неясно существо принимаемого ФИО2 обязательства, основание его возникновения, потому данную расписку нельзя признать соглашением сторон об установлении обязанности ФИО2 по выплате ФИО3 денежных средств в размере 3 000 000 руб. по договору купли-продажи, никаких обязательств для нее указанная расписка не влечет. Иных обязательств перед ФИО3 она не имеет. Следовательно, цедентом ФИО3 цессионарию ФИО1 по договору уступки права требования, заключенному 31 января 2020 года, а также дополнительному соглашению об изменении к договору уступки права требования от 22 июня 2020 года передано несуществующее обязательство. Просит признать договор купли-продажи, оформленный распиской от 30 апреля 2018 года незаключенным, вследствие несогласования существенных условий.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 в судебном заседании участия не принимала, в ранее данных пояснениях указала, что спорное имущество приобретено ее дочерью, ФИО9, на торгах, она подала заявку, выиграла торги и приобрела указанное имущество на законных основаниях. ФИО3 был намерен сам выкупить дом через подставных лиц, потому снижали цену и ФИО3 не оспаривалась цена дома на торгах. После покупки дома дочь не могла попасть в него, поскольку ФИО3 не выселялся, препятствовал вселению дочери. Она вынуждена была написать расписку на 3 000 000 руб., после чего ФИО3 из дома выехал. В противном случае ФИО3 был намерен привести дом в непригодное для проживания состояние. В доме действительно остались предметы мебели и обихода, имеются постройки на земельном участке. Однако постройки считаются капитальными строениями, неотделимы от земельного участка, а вещи и мебель ФИО3 не забрал по собственной инициативе, они не настаивали на их оставлении в доме, предлагали забрать. Данная расписка была написана ею под давлением ФИО3, под влиянием угроз, исходивших от ФИО3, она боялась за судьбу дома, за поступки, которые мог совершить ФИО3 Фактически, ни о каких выплатах сумм за имущество договоренности между ними не было. Не отрицала, что дом приобретался для ее семьи, однако по определенным обстоятельствам они в дом не вселились, в настоящее время в доме проживает ее дочь.

Представитель ФИО2 – адвокат Милов Л.Е., действующий на основании ордера № 029 17 июня 2020 года (л.д. 76 том 1) и доверенности (л.д. 104 том 2), встречные исковые требованиям ФИО2 поддержал в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным выше. Считает, что правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Данную расписку нельзя признать соглашением сторон об установлении обязанности ФИО2 по выплате ФИО3 денежных средств в размере 3 000 000 руб. по договору купли-продажи, поскольку в ней отсутствуют указания на заключение какой-либо сделки, перечень имущества, не приведены индивидуально-определенные признаки имущества, неясно существо принимаемого ФИО2 обязательства, а также основания его возникновения. Считает, что никаких обязательств для ФИО2 указанная расписка не влечет.

Ответчик по встречному иску (третье лицо по первоначальному иску) ФИО3, с исковыми требованиями ФИО2 о признании договора купли-продажи незаключенным не согласен, считает доводы встречного иска надуманными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Уточненные исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме. Суду пояснил, что являлся собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес обезличен>. Б-вы – его соседи, проживали в доме 

<

адрес обезличен>. ФИО9 – дочь ответчика. Решением Арбитражного суда Челябинской области он был признан банкротом по заявлению ПАО «Сбербанк России». В отношении принадлежащего ему имущества была введена процедура его реализации, в связи с наличием долговых обязательств, в том числе обязательств по кредитному договору перед ПАО «Сбербанк России», предъявившего соответствующий иск. ФИО9 приобретено указанное имущество на торгах. После его приобретения, между ним и Б-выми состоялся разговор о судьбе имущества, не входившего в стоимость дома и земельного участка, реализуемых на торгах и находившегося в доме. Они пришли к договоренности, что имущество и произведенные улучшения, в том числе постройки, останутся в доме в неизменном виде, на основании чего ФИО2 была написана расписка о передаче ему денежных средств в размере 3 000 000 руб. после продажи своего дома по 

<

адрес обезличен> Он забрал из дома лишь личные вещи. Стоимость имущества ими была определена по обоюдному согласию и составила 3 000 000 руб. Считает, что договор купли-продажи имущества, находившегося в доме, на дату его продажи между сторонами состоялся, в расписке лишь не указано в связи с чем передается указанная сумма, фактически, предмет договора определен. Б-вы действуют недобросовестно. Просил в удовлетворении встречного иска отказать. 

Ответчик по встречному иску (истец по первоначальному иску), ФИО1 в судебное заседание не явилась. Извещена надлежаще. 

Представитель ответчика ФИО1 по встречному иску, Максимов Е.Ю., в судебном заседании встречные исковые требования не признал. Суду пояснил, что из буквального толкования расписки вытекает наличие между ФИО2 и ФИО3 соглашения, свидетельствующего о наличии обязательства ФИО2 передать указанную в расписке сумму ФИО3 Расписка предъявлена кредитором в подлиннике, написание расписки и подписи в них ответчиками не оспариваются. Считает, что с учетом выработанной позиции Верховного Суда РФ, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. Считает, что в судебных заседаниях представлены доказательства действительной воли сторон и подтверждены фактически имевшие место правоотношения, вытекающие из договора купли-продажи. Обязательство ФИО2 по передаче денежной суммы возникло при покупке жилого дома, принадлежащего ФИО3 Экономическая целесообразность в написании расписки связана с двумя обстоятельствами: отличием рыночной стоимости дома от стоимости, по которой дом приобретен; имущество, оставленное в доме, не входило в предмет договора и не составляло аукционные лоты, представляет собой обогащение собственника дома. Сумма, указанная в расписке, компенсирует стоимость имущества, оставленного ФИО3 в доме. Считает, что к встречным исковым требованиям следует применить правила «эстоппель», основанного, в том числе, на требовании соблюдения принципа добросовестности и запрете противоречивого поведения. Считает, что возможно применение норм договорного права к отношениям сторон, если одна из сторон ведет себя противоречиво. ФИО2 после написания расписки не предпринимала попыток к ее оспариванию, признанию договора незаключенным, к возврату имущества, которое осталось в доме после выезда ФИО3 из него. Только после инициирования процесса о взыскании денежных средств обратилась с заявлением о незаключенности договора, несогласованности его условий, что свидетельствует о непоследовательном поведении участника гражданского правоотношения. Просил в удовлетворении встречных исковых требований отказать в полном объеме.

Третье лицо, ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще. В ранее данных пояснениях указывала, что ею приобретено имущество на торгах, в соответствии с законом, каких-либо договоренностей о выплате денежных средств за имущество, находящееся в доме, между ФИО2 и ФИО3 не имелось. С ФИО3 состояли в хороших отношениях, когда узнали о реализации его имущества, мать решила ему помочь материально. Характер помощи был безвозмездным. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО Сбербанк России, ФИО10, ФИО11, ФИО12, МИФНС № 16 по Челябинской области ПАО «ВТБ-24», ООО «Охранное предприятие «Право Роста», ГКУ Служба весового контроля Республики Башкортостан, привлеченные к участию в деле на основания определения Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 02 сентября 2020 года (л.д. 59-61) в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

Суд счел возможным дело рассмотреть в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, выслушав свидетелей, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности с представленными доказательствами по делу, приходит к следующему.

На основании ст. 307 Гражданского кодекса РФ, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В силу ст. 309 Гражданского кодекса РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Условиями сделки может быть предусмотрено исполнение ее сторонами возникающих из нее обязательств при наступлении определенных обстоятельств без направленного на исполнение обязательства отдельно выраженного дополнительного волеизъявления его сторон путем применения информационных технологий, определенных условиями сделки.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 Гражданского кодекса РФ).

В силу п. 1 ст. 314 Гражданского кодекса РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

В соответствии со ст. 327.1 Гражданского кодекса РФ, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

На основании п. п. 1, 3 ст. 420 Гражданского кодекса РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Судом установлено, что 30 апреля 2018 года ФИО2 написана расписка об исполнении денежного обязательства (л.д. 92 том 1).

Так, ФИО2 обязуется после продажи дома, принадлежащего ей на праве собственности, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> передать ФИО3 денежные средства в размере 3 000 000 рублей в срок до 31 декабря 2018 года. В случае, если дом не будет продан в срок до 31 декабря 2018 года, срок передачи денежных средств продлевается до 31 марта 2019 года.

Суду представлен подлинник расписки, расписка написана и подписана ФИО2 собственноручно, ее подлинность в судебном заседании не оспаривается.

Таким образом, ответчиком ФИО2 приняты обязательства по передаче ФИО3 денежной суммы в размере 3 000 000 руб., срок исполнения обязательства под условием.

31 января 2020 года право требования денежной суммы в размере 3 000 000 руб. на основании договора цессии переуступлено ФИО3 ФИО1, которая в силу условий договора является новым кредитором по денежному обязательству (л.д. 17-20 том 1).

Дополнительным соглашением от 22 июня 2020 года к договору цессии, права требования изложены в иной редакции, исключившей указание на заемные взаимоотношения сторон, право требования, по которым было передано истцу (л.д. 91 том 1).

Ответчик уведомлен о переуступке права требования к новому кредитору и необходимости исполнения денежного обязательства в течение 30 дней с момента его получения.

Договор заключен в соответствии с положениями Гражданского кодекса РФ, его подлинность и законность заключения в судебном заседании не оспариваются.

В соответствии со статьей 157 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит (пункт 1).

По смыслу пункта 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации, не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит в том числе и от поведения стороны сделки.

Согласно статье 327.1 названного кодекса предусмотрена возможность обусловить исполнение обязанностей, а равно осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Предусмотренное договором (распиской) отлагательное условие соответствует требованиям закона, исходя из принципов свободы согласованной при заключении договора воли сторон и свободы договора.

Как установлено в судебном заседании и не опровергнуто стороной ответчика, данное обязательство до настоящего времени не исполнено.

Истец указал, что обязательство по передаче денежной суммы в размере 3 000 000 руб. возникло у ответчика ФИО2 при покупке Бобылевой (ранее ФИО4) К.А. жилого дома, принадлежащего ФИО3

Суд соглашается с позицией истца, исходя из следующего.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Согласно ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со ст. 431 Гражданского кодекса РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Основанием приобретения права собственности на имущество, которое имеет собственника, является договор купли-продажи, мены, дарения или иная сделка об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

Из обстоятельств дела следует, что решением от 12 мая 2015 года индивидуальный предприниматель ФИО3 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, назначен финансовый управляющий. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17 ноября 2015 года в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризация долгов гражданина (л.д. 1-7 том 2).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17 сентября 2019 года процедура реализации имущества ФИО3 завершена, полномочия финансового управляющего прекращены (л.д. 87-90 том 1).

16 марта 2018 года арбитражным управляющим проведены торги, на которых продано имущество - жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес обезличен>, принадлежащие ФИО3 Единственным участником торгов указана ФИО13 (л.д. 58-60, 68-73, 95-99 том 1).

Как установлено в судебном заседании, и не отрицается сторонами ФИО8 является дочерью ФИО2

ФИО2 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> (л.д. 40, 65,66,67 том 1).

По условиям договора, заключенного на электронных торгах, финансовый управляющий ФИО3 передал ФИО6 жилой дом, общей площадью 372,8 кв. м, назначение – жилое, кадастровый номер – 74:33:0316001:933, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> и земельный участок, площадью 1008 кв. м, кадастровый номер – 74:33:0316001:0122, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> 

Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке 27 апреля 2018 года.

Согласно акту приема-передачи имущества от 07 апреля 2018 года, подписанного сторонами, ФИО6 переданы: жилой дом, общей площадью 372,8 кв. м, назначение – жилое, кадастровый номер – 74:33:0316001:933, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> и земельный участок, площадью 1008 кв. м, кадастровый номер – 74:33:0316001:0122, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен> (л.д. 60 том 1).

Общая стоимость имущества, согласно условиям договора составила 6 026 000 руб.

Как указал ФИО3, фактически, стоимость дома значительно превышала установленную на торгах. 

Согласно заключению эксперта ООО «Независимая экспертиза и оценка» № 113/2020 от 24 июня 2020 года, по результатам проведения стоимостной экспертизы по определению рыночной стоимости объектов недвижимости, рыночная стоимость домовладения в составе земельного участка и расположенного на нем жилого дома, находящихся по адресу: 

<

адрес обезличен> по состоянию на 2018 год с учетом благоустройства территории и имеющихся хозяйственных построек, отделки дома, встроенной и иной мебели составила 14 255 970,14 руб.

Наличие имеющихся улучшений, мебели и других предметов обихода, находящихся в доме и на земельном участке на дату совершения сделки подтверждено в судебном заседании показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15 (л.д. 217 оборот, 218 т. 1) и стороной ответчика не отрицается, 

Суд считает, что заключенный договор купли-продажи предусматривал продажу лишь жилого дома и земельного участка без произведенных собственником улучшений, а также мебели и иных предметов обихода. 

Акт приема-передачи имущества не описывает состояние дома (в том числе, ремонт, отделка, иные постройки), не содержит перечня имущества, находящегося в доме и объектов, находящихся на земельном участке и не предусматривает его передачу новому собственнику. Такое описание отсутствует и в объявлении о проведении торгов.

Кроме того, суду представлен ответ ООО «Прайд», согласно которому Общество проводило оценку жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес обезличен>, при определении рыночной стоимости дома сравнительным подходом, стоимость движимого имущества, находящегося в доме на момент оценки не оценивалось, в основу оценки о рыночной стоимости дома и земельного участка, не закладывалась (л.д. 52 том 2).

Суд находит, что между сторонами возникла договоренность о компенсации ФИО2 ФИО3 указанных улучшений, не вошедших в предмет договора, в связи с чем обуславливается экономическая целесообразность написания данной расписки. Иных обстоятельств ее написания в судебном заседании не установлено.

К пояснениям ФИО2 об оказании давления со стороны ФИО3 суд относится критически. Данные доводы не подтверждены допустимыми и относимыми доказательствами, являются голословными. С заявлением в правоохранительные органы в отношении действий ФИО3 ФИО2 не обращалась. 

Каких-либо доказательств обратного суду не представлено.

Наоборот, суд находит, что обстоятельства написания расписки свидетельствуют о возмездном характере взаимоотношений сторон, вытекающих из отношений по купле-продаже дома и земельного участка, считает, что действительная общая воля сторон была направлена на совершение действий ФИО3 по передаче вышеуказанного имущества покупателю в неизменном виде и его оплате ФИО2.

ФИО2 не отрицала, что дом приобретался для ее семьи, но по определенным обстоятельствам она с семьей в доме не проживает, в настоящее время в доме проживает ее дочь. Данные обстоятельства также подтверждены в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО16

Кроме того, 28 августа 2018 года между Бобылевой (ранее – ФИО4) К.А. и ФИО16 (отец) заключен договор дарения спорного жилого имущества (л.д. 105-106).

При толковании условий имеющейся расписки суд исходит из положений ст. 431 Гражданского кодекса РФ и принимает во внимание буквальное значение указанного обязательства, согласующегося со смыслом договора в целом.

Суд считает, что на основании представленных суду доказательств, несмотря на отсутствие в договоре ряда существенных условий, возможно определить его истинное содержание и действительную общую волю сторон с учетом достижения определенной цели заключаемого договора. В частности, заключения договора купли-продажи имущества, не вошедшего в содержание лота, заявленного на торгах.

При этом суд принимает во внимание все установленные по делу обстоятельства, включая в том числе, наличие указанного имущества, в счет которого возмещается денежная сумма, разницу в рыночной стоимости имущества и стоимости, определенной на торгах, предшествующие заключению договора обстоятельства, а также поведение сторон.

Указанные обстоятельства суд находит юридически значимыми, влияющими на вывод суда о заключении или незаключении договора.

Доводы стороны ответчика ФИО2 об умышленном снижении цены реализуемого имущества ввиду намерения совершения ФИО3 в будущем определенных действий, правового значения для существа разрешаемого спора не имеют, поскольку на принятые стороной обязательства не влияют.

Доводы стороны ответчика, что по состоянию на 30 апреля 2018 года ФИО3 не являлся собственником имущества, находящегося в доме суд находит несостоятельными, не подтвержденными определенными средствами доказывания.

Таким образом, имеются обязательства стороны по договору (покупателя ФИО2), влекущие совершения действий в виде оплаты стоимости переданного имущества.

То обстоятельство, что договор купли-продажи жилого дома и земельного участка заключен между финансовым управляющим и ФИО13, а не ФИО2, правового значения не имеет.

Как было установлено выше, 28 августа 2018 года спорное имущество передано в дар ФИО16 (супругу ответчицы), что позволяет суду сделать вывод о приобретении указанного имущества для нужд ФИО2 и членов ее семьи.

В п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотреблением правом в иных формах.

Злоупотребление гражданскими правами запрещено законом (ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

Суд находит, что при обращении в суд с иском о признании договора незаключенным истец ФИО2 нарушила принцип добросовестного поведения.

Эстоппель - принцип, в соответствии с которым лицо, действовавшее противоречиво и непоследовательно, лишается права ссылаться на определенные обстоятельства, например на недействительность или незаключенность договора. Это связано с тем, что такое поведение нарушает принцип добросовестности.

Применение принципа «эстоппель» закреплено в нормах Гражданского кодекса РФ о недействительности и незаключенности договора, об отказе от его исполнения.

Суд полагает, что сторона истца имеет право ссылаться на принцип «эстоппель», поскольку после заключения оспариваемой сделки действия стороны по договору (ФИО2) давали основание другой стороне (ФИО3) полагаться на ее действительность.

В нашем случае, при получении исполнения по сделке ответчик заявляет требование о ее незаключении лишь в целях избежать необходимости совершать встречное исполнение.

Кроме того, выдавая данную расписку ФИО3, ФИО2 до предъявления иска о взыскании денежной суммы, не было заявлено требований о ее незаключении.

На основании изложенного суд приходит к выводу о правомерности требований истца о взыскании денежных средств по расписке, являющейся по своей сути договором купли-продажи. Исковые требования ФИО1 о взыскании денежной суммы в размере 3 000 000 руб. подлежат удовлетворению.

Встречные исковые требования ФИО2 о признании договора не заключенным, удовлетворению не подлежат исходя из следующего.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем его существенным условиям.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (абзац 2 пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 2 ст. 421 ГК РФ стороны вправе заключить договор, не предусмотренный законом или иными правовыми актами, т.е. непоименованный договор. При оценке судом такого договора принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, воля сторон с учетом цели договора.

В ходе рассмотрения установлено действительное содержание прав и обязанностей сторон, а также воля сторон с учетом цели написания расписки, сторонами определены общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, что гражданскому законодательству не противоречит, и неисполнение ФИО2 обязательств, вытекающих из расписки от 30 апреля 2018 года, не свидетельствует о ее незаключенности.

Истец просит взыскать с ответчика проценты, за пользование чужими денежными средствами в соответствии с положениями ст. 395 Гражданского кодека РФ в размере 178 948,24 руб.

Суд находит вышеуказанные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с п. 1 ст. 395 Гражданского кодека РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Истцом ФИО1 представлен расчет суммы процентов за период с 01 апреля 2019 года по 01 февраля 2019 года в размере 178 948,24 руб. (л.д. 14 т. 1).

Судом расчет проверен, он является правильным, произведен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Таким образом, поскольку судом установлен факт неправомерного удержания ФИО2 денежных средств, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию проценты за пользование денежным средствами в размере 178 948,24 руб.

В соответствии с требованиями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы в размере 24094,74 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 3 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 178 948,24 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 095 руб., всего взыскать 3 203 043 (три миллиона двести три тысячи сорок три) руб. 24 коп.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании договора незаключенным отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий: подпись 

Мотивированное решение изготовлено 01 декабря 2020 года.