Дело № 2-AI-217/2024

УИД 14RS0016-05-2024-000268-62 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Удачный 29 августа 2024 года 

Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Гусихиной З.Х., при секретаре Анисимовой Н.В., с участием помощника прокурора г. Балахоновой В.О., представителя ответчика ФИО1 по доверенности, рассмотрев с использованием системы видео-конференцсвязи в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с установлением профессионального заболевания, 

у с т а н о в и л :

Представитель истца ФИО3 по доверенности ФИО2 обратился в суд с иском к АК «АЛРОСА» (ПАО) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с установлением профессионального заболевания, указывая что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком с 07 августа 1998 года по 15 октября 2018 года, где работал во вредных производственных условиях в должности проходчика. Заключениями Якутского республиканского центра профпатологии № от 06.03.2018, № от 26.02.2020 истцу установлен ряд профессиональных заболеваний: 

<

данные изъяты>. Согласно Акту о случае профессионального заболевания от 12.07.2018 указанные профессиональные заболевания возникли в результате длительной работы истца в АК «АЛРОСА» (ПАО) в условиях воздействия вредных производственных факторов и веществ и превышением повышенного уровня производственного шума, пыли, тяжести и напряженности трудового процесса; наличие вины работника в возникновении профессионального заболевания не установлено; общий стаж работы истца составил 33 года, в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов стаж работы составил 30 лет 11 месяцев. На основании заключения МСЭ истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 40% с 10 ноября 2020 года до 01 июня 2022 года и третья группа инвалидности по профессиональному заболеванию. Согласно справкам серии МСЭ-2021 № от 18.04.2023 серии МСЭ-2006 № от 18.04.2023 истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 50% с 01 июня 2023 года бессрочно и третья группа инвалидности по профессиональному заболеванию бессрочно. Вследствие приобретенного в результате длительного, тяжелого труда профессионального заболевания истец испытывает сильнейшие физические и нравственные страдания, связанные с утратой здоровья, необратимости наступивших последствий, причиненный моральный вред истец оценивает в сумме 1 000 000 рублей, которую просит взыскать с ответчика.

Истец ФИО2, его представитель ФИО3, действующий по доверенности, поддержав заявленные требования, просят рассмотреть дело без их участия. 

При таких обстоятельствах, суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и его представителя. 

Представитель ответчика не оспаривая фактов установления истцу профессионального заболевания в период работы в АК «АЛРОСА» (ПАО), просит снизить размер компенсации морального вреда с учетом разумности и справедливости, указывая, что истцу были известны условия труда, организация рабочего места и оборудования соответствует требованиям безопасности, работник был обеспечен средствами индивидуальной защиты, за вредность работодателем в установленном порядке производились все необходимые выплаты, истец в данных условиях работал добровольно, осознавал всю ответственность и вредные последствия для своего здоровья, получал все установленные надбавки за работу в подобных условиях и иные предусмотренные законом льготы. Полагает что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда не соответствует характеру причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя, не отвечает требованиям разумности и справедливости. Обращает внимание суда, что истец работал во вредных условиях также у иного работодателя.

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего заявленный иск подлежащим удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании абз. 8 ст. 216.1 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона N 125-ФЗ от 24.07.1998 г. "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33 от 15.11.2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В силу пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33 от 15.11.2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Судом установлено, что истец ФИО2 состоял в трудовых отношениях с АК «АЛРОСА» (ПАО) с 07 августа 1998 года по 15 октября 2018 года, работал в должности проходчика 18 лет 10 месяцев 24 дня, общий стаж работы составляет 33 года. 

Приказом от 27.09.2018 №-ку истец уволен с 15 октября 2018 года по собственному желанию в связи с выходом на пенсию по возрасту по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ.

Заключением Якутского республиканского центра профпатологии № от 06 марта 2018 года истцу установлен клинический диагноз: 

<

данные изъяты>. 

Комиссией заболевания, вошедшие в основной диагноз, признаны профессиональными. Установлено противопоказания труда в контакте с вибрацией, шумом, тяжелые физические, статические нагрузки, работа в условиях низких температур. Показано наблюдение у профпатолога, невролога, ЛОР-сурдолога, терапевта по месту жительства, санаторно-курортное лечение 1 раз в год, пациент направлен на МСЭК, контрольное обследование через 2 года.

Согласно Акту о случае профессионального заболевания от 12 июля 2018 года, указанное профессиональное заболевание выявлено при обращении истца, возникло в результате длительной работы ФИО2 в неблагоприятных условиях проходчиком, стаж работы в условиях воздействия вредных неблагоприятных производственных факторов 18 лет 10 месяцев 24 дня. 

Так, по данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника № от 30.11.2017 проходчиком во время работы имел контакт со следующими вредными производственными факторами: Проходчик во время работы имел контакт со следующими вредными факторами: содержание в воздухе рабочей зоны веществ химической природы (проп- 2-ен-1аль - фактический уровень 0.22мг/м3 (ПДК-0.2 мг/м3), в 1.1.раз и аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (кремний диоксид кристаллический (кимберлитовые породы) - фактический уровень 24.0564 мг/м3 (ПДК=2.0мг/м3), в 12 раз.). Доломит/среднесменная/ фактический уровень 19.8955мЗ (ПДК-6 г/м3), превышение в 3.3 раза, время воздействия 8 часов. Силикатсодержащие пыли, силикаты, алюмосиликаты - фактический уровень 29.4 мг/м3 (ПДК-8 мг/м3), превышение в 3.7раза, продолжительность воздействия общий фон 20 % рабочего времени, зона бурения 80% рабочего времени. Пылевая нагрузка для пылей с выраженным слабофибриногенным действием фактический уровень 29.4 мг/м3 (ПДК=8 мг/м3), превышение в 3.7 раза, 250 смен в году. Повышенный уровень шума, превышение на 5, 11, 13, 14 дБА. Локальная вибрация превышающая ПДУ на 1,4 дБ. Общая вибрация превышающая ПДУ на 5, 6, 9,10 дБ. Отсутствие естественного освещения в течение смены. Тяжелый труд (рабочая поза: периодическое, более 50% времени смены нахождение в неудобной или фиксированной позе, пребывание в вынужденной позе более 25% времени смены. Нахождение в позе стоя более 80% времени смены. Статическая нагрузка: одной рукой: статическая нагрузка по 60000 кгс (допустимое значение для мужчин до 36000), превышение на 24000кгс; двумя руками: статическая нагрузка 108000кгс (допустимое значение для мужчин до 70000), превышение на 38000 кгс. Напряженный труд (режим работы (работа в ночную смену, 3-х сменная, продолжительность смены до 8 часов), перерывы не регламентированы, недостаточной продолжительности).

Также из данного акта следует, что истец имеет стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов стаж работы составляет 30 лет 11 месяцев (пункты 7, 8, 9); наличие вины работника и ее обоснование в возникновении профессионального заболевания не установлено (пункт 19). 

Согласно трудовой книжки истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком работая в должности проходчика с 07 августа 1998 года по 15 октября 2018 года, следовательно, стаж работы в неблагоприятных условиях конкретно у ответчика составляет более 19 лет. 

На основании результатов расследования комиссией установлено, что непосредственной причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов и веществ при работе истца в должности проходчика, который имел контакт во время работы со следующими вредными факторами: содержание в воздухе рабочей зоны веществ химической природы, аэрозолей преимущественно фиброгенного действия, повышенный уровень шума, вибрация на площадке, работа в условиях пониженных температур, а также тяжесть труда, перемещение тяжести постоянно в течении рабочей смены, нахождение до 50% времени смены в вынужденной, неудобной или фиксированной позе, напряженность труда с вероятностью риска для жизни, перерывы регламентированы недостаточной продолжительностью.

Заключением Якутского республиканского центра профпатологии № от 26 февраля 2020 года истцу при повторном обследовании установлен клинический диагноз: 

<

данные изъяты>. 

С 01 июня 2023 года истцу повторно установлена инвалидность третьей группы по профессиональному заболеванию бессрочно, что следует из справки серии МСЭ-2021 № от 18 апреля 2023 года, в этот же день ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 50% бессрочно. 

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации /далее ГК РФ/, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и ст.151 ГК РФ.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из пояснений истца, содержащихся в исковом заявлении, следует, что основанием для обращения в суд с требованием о возмещении морального вреда послужило ухудшающееся состояние здоровья истца вследствие профессиональных заболеваний, полученных в период работы истца в АК «АЛРОСА» (ПАО), необратимость наступивших последствий.

Судом установлено, что ввиду приобретения профессионального заболевания истец утратил 40% профессиональной трудоспособности, спустя два года экспертной комиссией установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 50%.

Принимая во внимание ухудшение состояние здоровья истца вследствие полученного профессионального заболевания и тяжесть заболевания, приобретенного в период трудовой деятельности в АК «АЛРОСА» (ПАО), продолжительность работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в АК «АЛРОСА» (ПАО) (стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ – 30 лет 11 месяцев, при этом в АК «АЛРОСА» фактически отработано 18 лет 10 месяцев 24 дня), а также причиняемые ежедневно истцу нравственные страдания связанные с утратой здоровья, необратимости наступивших последствий, суд считает справедливым и соразмерным определить размер причиненного истцу морального вреда в сумме 350 000 руб. 

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется разъяснениями в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" исходит из критериев разумности и справедливости, соразмерности последствиям нарушения, принимает во внимание, что истец имеет право на труд, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, учитывает действия ответчика, направленные на обеспечение истца в период работы молоком, индивидуальными средствами защиты, прохождение ежегодных медицинских осмотров, соблюдение требований безопасности рабочего места, а также отсутствие вины работника в приобретенном заболевании, осуществление трудовой деятельности во вредных условиях труда ни только в АК «АЛРОСА» (ПАО), но и у другого работодателя на протяжении более 10 лет. 

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета в размере 300 руб.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) в пользу ФИО2 в возмещение морального вреда, связанного с установлением профессионального заболевания, сумму в размере 350 000 рублей. 

Взыскать с Акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) в доход государства государственную пошлину в размере 300 рублей. 

ФИО4 Токтаровича, 

<

дата> рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, ИНН 

<

данные изъяты>, СНИЛС 

<

данные изъяты>.

Идентификатор АК «АЛРОСА» (ПАО): 

<

данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) через Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в п. Айхал в течение десяти дней со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: З.Х. Гусихина 

Решение изготовлено 30.08.2024