дело № 2-180/2026 (2-3130/2025)

УИД 08RS0001-01-2025-005540-54

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 декабря 2025 года г. Элиста

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе

председательствующего судьи Бембеевой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кокеляевым Б.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» о взыскании денежных средств, уплаченных по договорам, процентов, компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» (далее – ООО «Драйв Клик Банк», Банк) о взыскании денежных средств, уплаченных по договорам, процентов, компенсации морального вреда, штрафа, мотивируя требования следующим.

04 ноября 2024 года между истцом и ООО «Арконт ЯЛР» заключен договор № ЯЛ100041622 купли-продажи автомобиля марки 

<

данные изъяты> стоимостью 3 290 000 руб. Автомобиль приобретался с привлечением кредитных средств. В тот же день между истцом и ООО «Драйв Клик Банк» заключен договор потребительского кредита № 14101768089 на сумму 2 195 636 руб. под 18,8% годовых сроком до 07 ноября 2031 года. Однако ООО «Драйв Клик Банк» без согласия истца увеличило сумму кредита на 355 636 руб., а также машинописным способом указало на обязательные условия заключения кредитного договора. Так, обязательным условием получения кредита являлось заключение с договоров с ООО СК «Сбербанк Страхование» на 20 000 руб., с ООО «Автоклуб» на сумму 239 000 руб., договор с ООО «АС Эксперт» на сумму 90 000 руб. и согласие на услугу «СМС-информатор» на сумму 6 636 руб. Вместе с тем, в данных дополнительных услугах истец не нуждалась, их приобретать не намеревалась. Ее обращение в ООО «Драйв Клик Банк» было вызвано необходимостью получить кредитные денежные средства исключительно для приобретения автомобиля. За включением суммы 355 636 руб. в сумму кредита истец не обращалась. В заявлении на кредит, заполнение которой предшествовало заключению кредитного договора, уже содержались сведения о сумме запрашиваемого кредита в размере 2 195 636 руб., в том числе на оплату приобретаемого автомобиля в размере 1 840 000 руб. и на иные оплату дополнительных услуг в размере 355 636 руб. ООО «Драйв Клик Банк» обязало истца как заемщика приобрести дополнительные услуги в конкретных организациях. При этом договоры на оказание дополнительных услуг на общую сумму 355 636 руб. были заключены не ранее кредитного договора, поскольку, не получив одобрения ООО «Драйв Клик Банк» на получение кредита, истец не могла заключить договор с оплатой за счет кредитных средств. Вся информация была указана самим же ООО «Драйв Клик Банк» машинописным способом, без предоставления истцу возможности отказаться или изменить сумму кредита, уменьшив ее на стоимость дополнительных услуг. Уже на этапе подписания указанного документа ООО «Драйв Клик Банк» включило в запрашиваемую сумму кредита стоимость дополнительных услуг, еще не «испрашивая» согласия истца. В связи с этим на руки (на оплату автомобиля) истец получила сумму в размере 1 840 000 руб. Тот факт, что типографским способом впечатаны стоимости и наименование организаций, что в совокупности с изначально запрашиваемой суммой кредита подтверждает то, что истец не давала своего личного волеизъявления на приобретение дополнительных услуг. Соответственно, в заявлении на кредит уже был напечатан, а не написан перечень организаций и услуг, которые истец должна приобрести при заключении кредитного договора. Таким образом, сумма кредита была искусственно увеличена ООО «Драйв Клик Банк» на размер дополнительных услуг еще до заключения договора о данных услугах. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что дополнительные услуги были навязаны истцу ответчиком, поскольку последним на подписание был передан комплект документов, уже содержащий условия о предоставлении истцу спорных услуг, без возможности повлиять на содержание документов. Следовательно, ответчик обусловил заключение кредитного договора обязательным заключение договора на предоставление дополнительных услуг. Истец не имела реальной возможности отказаться от получения кредита без дополнительных услуг. При этом размер полученного кредита вырос на 355 636 руб., то есть на 19% от изначально предполагавшейся истцом к получению суммы 1 840 000 руб., действительно необходимой последней для приобретения автомобиля. Истец объективно не была заинтересована в приобретении дополнительных услугах и, тем самым, увеличивать свою кредитную нагрузку. К тому же в заявлении на кредит и кредитном договоре банком не предоставлена достоверная и необходимая информация о дополнительных услугах, отсутствуют сведения о сути оказываемых услуг, т.е. их потребительской ценности. При этом в случае, если банк предлагает дополнительные услуги при кредитовании потребителей, то сведения о данных услугах должны предоставляться таким образом, чтобы потребитель осознавал о наличии права выбора и отказа от услуги, имел возможность реализовать данное право. Само по себе подписание потребителем заявления о предоставлении автокредита и договора потребительского кредита не свидетельствует о том, что дополнительные услуги не были навязаны истцу, поскольку подготовленный банком комплект документов уже содержал условия о предоставлении ей дополнительных услуг. Возможность потребителя реализовать свободный и осознанный выбор осуществляется путем предоставления полной информации и возможности отказа от услуг в случае, когда потребитель решил получить кредит без них. Таким образом, информация, позволяющая реализовать право на отказ от дополнительных услуг, не была доведена до истца. Истец полагала, что данные действия со стороны ООО «Драйв Клик Банк» нарушают ее права как потребителя, вследствие чего ею понесены убытки в размере 355 636 руб. и 35 902,67 руб. в виде процентов, начисленных на сумму вышеуказанных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 19 мая 2025 года. Истец обращалась к ответчику с заявлением и заявлением-претензией, которые оставлены без удовлетворения. Позже истец обратилась в адрес финансового уполномоченного. Решением финансового уполномоченного в удовлетворении требований истца было отказано, с чем истец не согласна. С ООО «Драйв Клик Банк» подлежат взысканию убытки в размере 349 000 руб. и 61 118,03 руб. в виде процентов, начисленных на сумму вышеуказанных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года. Обязательства по данному кредитному договору были уступлены ответчиком ПАО Сбербанк. Таким образом, затраты истца в размере 349 000 руб., а также сопутствующие проценты, уплаченные на стоимость дополнительных услуг, в размере 61 118,03 руб. за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года следует отнести к убыткам, которые причинены в результате вынужденного их приобретения, а потому они подлежат возмещению за счет ООО «Драйв Клик Банк», поскольку были вызваны именно его действиями. Принимая во внимание неправомерные действия ответчика, истец считает необходимым произвести расчет процентов, начисленных на вышеуказанную сумму за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года с последующим перерасчетом на день вынесения решения суда. Кроме того, поскольку затраты истца по оплате дополнительных услуг являются убытками, которые были вызваны вынужденным приобретением таких услуг по вине ответчика, истец полагает, что она вправе требовать с ООО «Драйв Клик Банк» проценты за пользование денежными средствами с момента их списания в счет оплаты стоимости таких услуг, так как стоимость дополнительных услуг была удержана последним без установленных законом оснований. Проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года в соответствии со ст. 395 ГК РФ составляют 65 570,62 руб. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований. В связи с неудовлетворением требования истца в досудебном порядке ей был причинен значительный моральный вред. Истец испытала нравственные страдания и переживания по поводу сложившейся ситуации. До настоящего момента истец находится в состоянии стресса, поскольку сумма в размере 355 636 руб. является для нее значительной, компенсацию причиненного морального вреда с учетом требований разумности и справедливости истец оценивает в размере 5 000 руб.

ФИО1 просила суд взыскать с ООО «Драйв Клик Банк» в свою пользу денежные средства в размере 349 000 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг; убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года в размере 61 118 руб. 03 коп. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований; убытки в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг за период с 24 января 2024 года по 10 октября 2025 года в размере 65 570 руб. 62 коп. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований; денежные средства в размере 5 000 руб. в счет компенсации морального вреда; штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, согласно п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В ходе рассмотрения дела представитель истца уточнил исковые требования, просил суд взыскать с ООО «Драйв Клик Банк» в пользу истца денежные средства в размере 349 000 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг; убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года в размере 61 118 руб. 03 коп. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований; убытки в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года в размере 65 570 руб. 62 коп. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований; денежные средства в размере 20 000 руб. в счет компенсации морального вреда; штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, согласно п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В письменном возражении на иск представитель ответчика ООО «Драйв Клик Банк» ФИО2 просила отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на их необоснованность. Указала, что согласие заемщика на получение кредита на оплату дополнительных услуг выполнено не машинописными отметками, а личной подписью заемщика. Банк предоставил истцу реальную возможность получить кредит как с приобретением дополнительных услуг, так и без их приобретения. Истцом не представлено доказательств обращения в банк с намерением заключить договор на иных условиях. 04 ноября 2024 года истцом оформлено поручение на перечисление денежных средств, которое носило распорядительный характер и не предусматривало возможности отказа Банка от его исполнения.

Представитель третьего лица ООО «Страховая компания «Сбербанк Страхование» ФИО3 в письменном объяснении указала, что 04 ноября 2024 года между ФИО1 и ООО «Драйв Клик Банк» был заключен договор потребительского кредита № 4101768089. 04 ноября 2024 года между ООО СК «Сбербанк страхование» и ФИО1 заключен договор страхования № 008SE81114101768089. Страховая премия по договору страхования № № составила 20 000 руб. Таким образом, ООО СК «Сбербанк страхование» подтверждает факт заключения указанного договора страхования, а также уплаты истцом страховой премии по нему в полном объеме.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о месте и времени судебного заседания, не явилась.

В судебном заседании представитель истца ФИО4 поддержал уточненные исковые требования, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Драйв Клик Банк», надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного заседания, в суд не явился. В заявлении представитель Банка ФИО2 просила рассмотреть дело без участия представителя ответчика.

Представители третьих лиц ООО «Страховая компания «Сбербанк Страхование», ООО «АС Эксперт», ООО «Автоклуб», ПАО Сбербанк, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, не явились, ходатайств, заявлений об отложении не заявили.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников производства по делу.

Исследовав материалы дела, заслушав представителя истца, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 04 ноября 2024 года между ФИО1 и ООО «Драйв Клик Банк» заключен договор потребительского кредита № 14101768089 на сумму 2 195 636 руб. под 18,8% годовых сроком до 07 ноября 2031 года, для приобретения автомобиля марки 

<

данные изъяты> стоимостью 3 290 000 руб., что подтверждается договором купли-продажи от 04 ноября 2024 года № ЯЛ100041622.

Согласно заявлению на кредит от 04 ноября 2024 года истцом запрошена сумма кредита 2 195 636 руб., в том числе на оплату автомобиля 1 840 000 руб., на иные потребительские нужды 355 636 руб. Первоначальный взнос составил 1 450 000 руб.

Также в заявлении о предоставлении дополнительных услуг от 04 ноября 2024 года Банком и иными лицами предложены следующие дополнительные услуги:

- программа «Защита в пути» в ООО СК «Сбербанк Страхование» на сумму 20 000 руб.;

- подключение услуги «СМС-информатор» на мобильный телефон № в ООО «Драйв Клик Банк» на сумму 6 636 руб.;

- продленная гарантия АС Эксперт в ООО «АС Эксперт» на сумму 90 000 руб.;

- помощь на дорогах в ООО «Автоклуб» на сумму 239 000 руб.

Истцом 04 ноября 2024 года ФИО1 заключены соответствующие договоры на приобретение дополнительных услуг, а именно: договор страхования (полис-оферта «Защита в пути» № № с ООО СК «Сбербанк Страхование» со страховой премией 20 000 руб. (л.д. 45), договор № ACV 24673 с ООО «АC Эксперт» на сумму 90 000 руб. (л.д. 48), договор № ASTP 04850 по программе «Помощь на дорогах», выданный ООО «Автоклуб» на сумму 239 000 руб. (л.д. 50).

Согласно платежным поручениям Банк произвел 04 ноября 2024 года перечисление 20 000 руб. в счет оплаты страховой премии ООО СК «Сбербанк Страхование», 239 000 руб. в счет оплаты стоимости подключения к программе помощи на дороге по договору № ASTP 04850 ООО «Автоклуб».

Как видно из банковских ордеров от 04 ноября 2024 года, получателем денежных средств в сумме 6 636 руб. за услугу «СМС-информатор» является ООО «Драйв Клик Банк».

В п.15 Индивидуальных условий договора потребительского кредита не указана информация о дополнительных услугах, их стоимости и подтверждении согласия заемщика на их получение, в графе данного пункта указано «не применимо».

20 мая 2025 года ФИО1 обратилась в адрес ООО «Драйв Клик Банк» с заявлением о выплате денежных средств в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг в общем размере 355 636 руб., убытков в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг, за период с 04 ноября 2024 года по 19 мая 2025 года в размере 35 902 руб. 67 коп., с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований, процентов начисленных на стоимость дополнительных услуг за период с 24 января 2024 года по 16 мая 2025 года в размере 40 276 руб. 24 коп. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований.

30 мая 2025 года в ответ на указанное заявление ООО «Драйв Клик Банк» сообщило, что все услуги оказываются Банком в полном соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и исключительно в соответствии со свободным волеизъявлением клиентов. На основании изложенного оснований для удовлетворения требований ФИО1 не имеется. Дополнительно Банк сообщил, что 14 марта 2025 года услуга «СМС-информатор» была отключена, сумма в размере 6 320 руб. возвращена заемщику (л.д.14).

17 июня 2025 года ФИО5 обратилась в ООО «Драйв Клик Банк» с письменной претензией, в которой, ссылаясь на нарушение Банком ст.10 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителя» потребовал выплатить денежные средства, уплаченные за дополнительные услуги, в сумме 355 636 руб., убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг, за период с 04 ноября 2024 года по 19 мая 2025 года в размере 35 902 руб. 67 коп., с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований, проценты, начисленные на стоимость дополнительных услуг за период с 24 января 2024 года по 16 мая 2025 года в размере 40 276 руб. 24 коп. с последующим перерасчетом на день удовлетворения требований.

Указанная претензия истца ответчиком не исполнена, ответ истцу ООО «Драйв Клик Банк» не направил.

Не согласившись с позицией Банка, ФИО1 обратилась к Финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов с жалобой о взыскании с Банка указанных денежных средств.

18 сентября 2025 года Финансовым уполномоченным по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов принято решение № У-25-104343/5010-005 об отказе в удовлетворении требований ФИО1 ввиду того, что заявителем пропущен срок обращения к финансовой организацией.

Согласно части 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу положений статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Аналогичные положения закреплены в статье 32 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей).

Пунктом 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, статья 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Подпунктом 5 пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, отнесены условия, которые обусловливают приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг), в том числе предусматривают обязательное заключение иных договоров, если иное не предусмотрено законом.

Таким образом, исходя из содержания статьи 16 Закона о защите прав потребителей, условия договора, одной из сторон которого является потребитель, могут быть признаны недействительными и в том случае, если такие условия хотя и установлены законом или иными правовыми актами, однако в силу статьи 1 (пункты 3, 4) ГК РФ могут быть квалифицированы как ущемляющие права потребителя.

К числу ущемляющих права потребителей могут быть отнесены условия договора, согласно которым на потребителя возлагается несение бремени предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять, к примеру, на стоимость приобретаемого товара, притом что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.

Частью 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Закон о потребительском кредите) предусмотрено, что, если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Исходя из целей и смысла данных положений Закона о потребительском кредите, заемщик должен быть информирован кредитной организацией обо всех дополнительных услугах (в том числе оказываемых третьими лицами), договоры о которых заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

С 30 декабря 2021 года часть 2 статьи 7 Закона о потребительском кредите действует в редакции, содержащей указание на то, что проставление кредитором отметок о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг не допускается. Данное изменение носит уточняющий характер, дополняя, но не изменяя смысла нормы в более ранней редакции.

По смыслу статьи 5 Закона о потребительском кредите в заявление о получении потребительского кредита и договор потребительского кредита включается информация только о тех услугах кредитора, которые являются обязательными для заемщика (необходимыми для заключения кредитного договора).

На реализацию этого нормативного положения направлен, в частности пункт 16 части 4 статьи 5 указанного закона, кредитором в местах оказания услуг (местах приема заявлений о предоставлении потребительского кредита (займа), в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет») должна размещаться следующая информация об условиях предоставления, использования и возврата потребительского кредита (займа): информация об иных договорах, которые заемщик обязан заключить, и (или) иных услугах, которые он обязан получить в связи с договором потребительского кредита (займа), а также информация о возможности заемщика согласиться с заключением таких договоров и (или) оказанием таких услуг либо отказаться от них.

Центральный Банк Российской Федерации, являющийся контролирующим органом за соблюдением Закона о потребительском кредите, разъяснил, что в соответствии с частью 18 статьи 5 Закона о потребительском кредите условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита только при условии, если заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита.

Таким образом, из Закона о потребительском кредите и официальных разъяснений Банка России прямо следует запрет на включение в заявление на получение потребительского кредита и в индивидуальные условия договора перечня платных услуг кредитора или третьих лиц, если получение таких услуг или заключение каких-либо договоров не является условием заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения.

В настоящем случае, если между сторонами был заключен смешанный договор, содержащий элементы договоров потребительского кредита и оказания услуг, он также должен был содержать все существенные условия, характерные для данных договоров.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 04 ноября 2024 года между ФИО1 и ООО «Драйв Клик Банк» заключен договор потребительского кредита № 14101768089 на сумму 2 195 636 руб. под 18,8% годовых сроком до 07 ноября 2031 года., состоящий из суммы на оплату стоимости автомобиля - 3 290 000 руб., суммы на оплату иных потребительских нужд – 355 636 руб.

Указанный договор заключен на основании заявления ФИО1 о предоставлении потребительского кредита.

В заявлении о предоставлении дополнительных услуг на первой странице указана сумма на иные потребительские нужды в размере 349 000 руб., на следующих страницах машинописным способом указаны наименования дополнительных услуг, наименования лиц, оказывающих дополнительные услуги, и их стоимость, в числе которых подключение услуги «СМС-информатор» ООО «Драйв Клик Банк» на сумму 6 636 руб. (возвращены истцу); договор страхования (полис-оферта «Защита в пути» № 008SE81114101768089 с ООО СК «Сбербанк Страхование» со страховой премией 20 000 руб.; договор № ACV 24673 с ООО «АC Эксперт» на сумму 90 000 руб.; договор № ASTP 04850 по программе «Помощь на дорогах», выданный ООО «Автоклуб» на сумму 239 000 руб.

Денежные средства в указанном размере включены Банком в сумму кредита и после заключения кредитного договора перечислены третьим лицам по заключенным истцом договорам.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что в подписанном истцом заявлении на кредит наименования дополнительных услуг с указанием юридических лиц, их предоставляющих, проставлены заранее типографским (машинописным) способом, а не собственноручно ФИО1, в связи с чем подписание заявления на кредит не отражает воли истца в части приобретения дополнительных услуг.

Доводы представителя Банка, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, о том, что кредитный договор не содержит условий, обусловливающих получение кредита при обязательном условии заключения договоров на приобретение дополнительных услуг, а также о том, что истец имела возможность отказаться от дополнительных услуг, суд считает необоснованными.

Составленная Банком типовая форма заявления на кредит презюмирует согласие потребителя на оказание ему перечисленных дополнительных услуг посредством проставления подписи в соответствующих графах напротив наименований дополнительных услуг, а также полного текста в конце заявления.

Наличие в заявлении на кредит пустого поля для проставления подписи, расположенного после перечня наименований дополнительных услуг, не свидетельствует о возможности отказа истца как заемщика от заключения договоров о предоставлении перечисленных дополнительных услуг, поскольку согласно тексту заявления, проставляя подпись в данном поле, заемщик отказывается от получения кредита на оплату стоимости дополнительных услуг, что не предусматривает возможности отказа от заключения самих договоров на предоставление дополнительных услуг.

Указанное свидетельствует о том, что истец, являясь экономически более слабой стороной договора, была лишена возможности влиять на содержание типового заявления о предоставлении кредита, до заключения кредитного договора получить информацию о потребительских качествах, характеристиках, экономическом обосновании стоимости дополнительных услуг, позволяющую разумно и свободно осуществить действительно необходимый ей выбор.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в отношениях с профессиональными продавцами граждане-потребители подчас лишены возможности влиять на содержание договоров, что является для них фактическим ограничением свободы договора. Воздействие на волю потребителя могут оказывать и различные преддоговорные практики, применяемые продавцами для максимизации прибыли. Соответственно, необходимыми становятся предоставление потребителю как экономически слабой стороне в этих правоотношениях особой защиты его прав и соразмерное правовое ограничение свободы договора для другой стороны, то есть для профессионалов, с тем, чтобы реально гарантировать соблюдение конституционного принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (Постановления от 23 февраля 1999 г. №4-П, от 11 декабря 2014 г. №32-П, от 03 апреля 2023 г. №14-П и др.).

С учетом приведенных положений проставление кредитором отметки о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг в кредитном договоре означает, что согласие заемщика на получение данных услуг является условием заключения договора потребительского кредита (займа), которое ставит его в невыгодное положение и нарушает права как потребителя (Аналогичная позиция сформулирована в п.18 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23 октября 2024 года).

Доводы представителя Банка о том, что заемщик подписала поручение на перечисление Банком денежных средств за дополнительные услуги в пользу третьих лиц – организаций, оказывающих указанные услуги, следовательно, выразила волеизъявление на заключение дополнительных договоров, при этом, поручение носило распорядительный характер и не предусматривало возможности Банка отказаться от его исполнения, суд считает несостоятельными, поскольку поручение на перевод денежных средств было включено Банком в типовую форму заявления и у заемщика отсутствовала реальная возможность самостоятельно его сформировать либо отказаться от его подписания, исключив из готового текста указание на согласие на перечисление денежных средств организациям, оказывающим дополнительные услуги.

Как разъяснено в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Вместе с тем доказательств того, что Банком была доведена до сведения истца информация об альтернативном варианте заключения потребительского кредита на сопоставимых условиях (суммах, без обязательного заключения договоров о предоставлении дополнительных услуг, иных условий страхования), о свойствах и стоимости дополнительных услуг, договоры о которых он обязан заключить с третьими лицами в связи с договором потребительского кредита, в индивидуальных условиях кредитного договора, о возможности отказаться от дополнительных услуг, суду не представлено, в материалах дела не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что истец волеизъявления получить дополнительные услуги в том порядке, который предусмотрен законодательством, не выразила; наличие подписей потребителя в заявлении на кредит само по себе не свидетельствует о фактическом доведении полной информации об альтернативном варианте заключения потребительского кредита.

Таким образом, обстоятельства дела с достоверностью свидетельствуют о том, что получение истцом кредита на покупку транспортного средства было обусловлено навязанным Банком приобретением указанных дополнительных услуг, что прямо запрещено приведенными выше нормами закона, поскольку был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителя.

Отсутствие в данном случае реального права заемщика на получение кредита без дополнительных услуг является условием, ущемляющим права потребителя, установленные пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей.

Согласно положениям части 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме (часть 2 статьи 16 приведенного Закона).

Поскольку кредитные договоры заключаются гражданами с банками в потребительских целях, данные правоотношения между ними именуются потребительскими и регулируются Законом о защите прав потребителей, пункт 2 статьи 16 которого запрещает обусловливать предоставление одних услуг обязательным предоставлением других услуг. Данный запрет призван ограничить свободу договора в пользу экономически слабой стороны - гражданина - и направлен на реализацию принципа равенства сторон. При этом указанный запрет является императивным, поскольку не сопровождается оговоркой «если иное не предусмотрено договором» (Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 22 мая 2013 года).

Статья 15 ГК РФ устанавливает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В соответствии со ст. 13 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором (пункт 1).

Если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пункты 2, 3 статьи 13 Закона).

Как установлено судом, оплата стоимости услуг «СМС-информатор» была возвращена истцу ООО «Драйв Клик Банк».

При этом представитель истца ФИО4 в судебном заседании пояснил, что истец к третьим лицам ООО «Страховая компания «Сбербанк Страхование», ООО «АС Эксперт», ООО «Автоклуб», ПАО Сбербанк с заявлениями об оказании услуг не обращался.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы закона и разъяснения по их применению, учитывая, что оплата не оказанных услуг произведена истцом в полном объеме, что не оспаривается ответчиком, суд приходит к выводу, что навязывание банком дополнительных услуг привело к убыткам истца в виде стоимости дополнительных услуг по заключенным договорам с третьими лицами, в которых истец не нуждалась, в общем размере 349 000 руб. (с учетом возврата ООО «Драйв Клик Банк» стоимости услуг «СМС-информатор»), а также процентов, начисленных по кредиту на указанную сумму, за период с 04 ноября 2024 года по 23 декабря 2025 года в размере 74 599 руб. 94 коп. (349 000 руб. х 18,8 % х 415 дней : 365 дней).

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что в денежных обязательствах, возникших из гражданско-правовых договоров, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров (работ, услуг) либо уплатить полученные на условиях возврата денежные средства, на просроченную уплатой сумму могут быть начислены проценты на основании статьи 395 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам ст. 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (п. 3 ст. 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности, уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04 ноября 2024 года по 10 октября 2025 года с последующим перерасчетом на день вынесения решения суда (23 декабря 2025 года).

Таким образом, проценты за период с 04 ноября 2024 года по 23 декабря 2025 года (дата вынесения решения) составляют 77 312 руб. 30 коп., исходя из следующего расчета: 11614,26 руб. (349 000 руб. х 58 дней х 21%: 366 дней) + 31 926,33 руб. (349 000 руб. х 159 дней х 21%: 365 дней) + 9370,41 руб. (349 000 руб. х 49 дней х 20%: 365 дней) + 8433,37 руб. (349 000 руб. х 49 дней х 18%: 365 дней) + 6827,01 руб. (349 000 руб. х 42 дней х 17%: 365 дней) + 8834,95 руб. (349 000 руб. х 56 дней х 16,5%: 365 дней) + 305,97 руб. (349 000 руб. х 2 дня х 16%: 365 дней).

С учетом изложенного, суд считает исковые требования ФИО1 о взыскании денежных средств в размере 349 000 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг, а также убытков в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 04 ноября 2024 года по день вынесения решения суда в размере 74 599 руб. 94 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04 ноября 2024 года по день вынесения решения суда в размере 77 312 руб. 30 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В силу ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

По смыслу приведенной нормы закона и акта её толкования сам факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред, и отказ в удовлетворении требования потребителя о компенсации морального вреда не допускается.

Как установлено судом, неисполнением ответчиком требований закона о возврате истцу денежных средств нарушены права ФИО1 как потребителя, чем ей причинены нравственные страдания, связанные с необходимостью обращения в суд для защиты нарушенного права.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер нравственных страданий, степень вины нарушителя, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и, принимая во внимание требования разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.

Пунктом 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Принимая во внимание, что потребитель обращалась в досудебном порядке с заявлением о возврате денежных средств, однако заявленные требования ответчиком не были удовлетворены, с ООО «Драйв Клик Банк» подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 252 956 руб. 12 коп. (349 000 руб. + 74 599,94 руб. + 77 312,30 руб. + 5 000 руб.) х 50 %).

Каких-либо исключительных оснований для применения статьи 333 ГК РФ для снижения размера штрафа судом не установлено.

В силу статей 333.16, 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) при обращении в суд подлежит уплате государственная пошлина в зависимости от цены иска.

Поскольку истец по иску, связанному с нарушением прав потребителя, освобожден от уплаты государственной пошлины (подп. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ), в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С учетом размера удовлетворенных исковых требований на основании подп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в бюджет г. Элисты подлежит взысканию государственная пошлина в размере 23 077 руб. 36 коп. (20 077 руб. 36 коп. – за требования имущественного характера, 3 000 руб. – за требование неимущественного характера).

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

данные изъяты>) денежные средства в размере 349 000 руб. в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг; убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 23 декабря 2025 года в размере 74 599 руб. 94 коп.; убытки в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг за период с 04 ноября 2024 года по 23 декабря 2025 года в размере 77 312 руб. 30 коп.; компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 252 956 руб. 12 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в доход бюджета г. Элисты Республики Калмыкия государственную пошлину в размере 23 077 руб. 36 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия через Элистинский городской суд Республики Калмыкия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 16 января 2026 года.

Председательствующий Н.Н. Бембеева