Дело № 2-249\2017 г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 июля 2017 года село Елань-Колено

Новохоперский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего судьи КАМЕРОВА И.А.,

при секретаре СЛУГИНОЙ М.И.,

истца ФИО1, 

ответчика Отдела МВД России по Новохоперскому району Воронежской области ФИО2, выступающей по доверенности № 12662 от 27.06.2017 года, 

ответчика Министерства финансов Российской Федерации, в лице ФИО3, выступающей по доверенности от 28.12.2016 года, удостоверенной нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж Воронежской области, зарегистрированной в реестре за № 1-3196,

третьего лица прокуратуры Воронежской области, в лице представителя старшего помощника прокурора Новохоперского района Воронежской области ШУРЫГИНА В.М., выступающего по доверенности № 8-19\39-2017 от 03.07.2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к отделу МВД России по 

<

адрес> и другим о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, отбывающий наказание по приговору Воронежского областного суда от 29.042009 года, обратился в суд с иском к отделу МВД России по Новохоперскому району Воронежской области и другим о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска ссылался на то, что будучи обвиняемым лицом в совершении преступлений, предусмотренных 

<

данные изъяты> УК РФ, в период времени с 21 февраля 2008 года по 30 апреля 2009 года содержался в изоляторе временного содержания ОМВД России по Новохоперскому району Воронежской области в ненадлежащих, унижающих человеческое достоинство, с нарушением требований закона и иных нормативных актов, условиях, в камерах для уголовно-задержанных подозреваемых, обвиняемых лиц.

При поступлении в ИВС, несмотря на наличие гематом на теле, медицинскому освидетельствованию не подвергался. В камерах отсутствовали окна естественного освещения и вентиляционные отверстия в стене для поступления свежего воздуха. Во всех камерах стоял смрадный, удушливый запах, зловония канализации, сырости и плесени, невозможно было вдыхать воздух без вреда здоровью. Ему неоднократно вызывали карету скорой помощи. В камерах, в которых имелись оконные проемы, дул сквозняк из-за отсутствия остекления или иного полимерного покрытия, подследственные, содержащиеся в камерах, простужались и заболевали.

Он ни разу не выводился на дневную прогулку, продолжительностью не менее 2 часов в прогулочный день либо в спортивную площадку за неимением таковых. Также не выводился в душ, баню, ванную комнату.

Ему не выдавалось постельное белье и матрац, спал на том, что передадут родственники. В камерах стояли железные нары без дощатого настила и матраца.

В камере отсутствовали унитаз, стояло ведро, отсутствовало вытяжное отверстие, перегородка, обеспечивающая условия приватности, сокамерники вынуждены были наблюдать за оправлением нужды, что создавало неудобство и стеснение.

Отсутствовали водопровод, бачки с питьевой водой, умывальные раковины, не предоставлялась побривка лица ( не менее 2 раз в неделю), чистка зубов ( не реже 2-х раз в день) поскольку не выдавались индивидуальные наборы и гигиенические наборы, моющие средства и стиральные порошки, гели, в камерах отсутствовал хозинвенатрь для уборки камер.

Размеры камер не соответствовали установленным стандартам, не менее 4 м2 на 1 человека, естественное освещение отсутствовало, искусственное освещение тусклое, недостаточное для чтения и письма, глаза быстро уставали и болели. Библиотека в ИВС отсутствует.

Полагает, что его содержание в ИВС было с нарушением пунктов 7, 9, 11 статей 4, 17, 23 Федерального закона Российской Федерации от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ « О содержании под стражей», пунктов 42, 43, 44, 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД РФ от 22.11.2005 г. № 950. 

При таких обстоятельствах ему причиняется моральный, неимущественный вред и нравственные страдания, чувство умаления человеческого достоинства и ущербности. В его случае моральный вред причинен ненадлежащими, пыточными условиями содержания в ИВС ОМВД России по Новохоперскому району, причинившие чувство несправедливости и безисходности, неполноценности и ущербности, связанные с уголовным преследованием и статусом подследственного (преступник), глубокие психологические переживания, тяжелые душевные страдания, без устранения которых невозможны восстановление и защита охраняемых законом нерушимых прав, свобод и законных интересов лица, а также защита охраняемых законом публичных интересов, и суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации причиненного вреда.

Моральный вред в виде физических и нравственных страданий, причиненных ему, полагает может быть компенсирован в случае выплаты денежных средств в сумме 10 000 000 рублей.

Просит суд признать за ним право на компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими, пыточными условиями содержания в ИВС ОМВД России по Новохоперскому району Воронежской области в сумме 10 000 000 рублей с начальника МО МВД России « Новохоперск» Воронежской области ФИО4 

Истец ФИО1, участвующий в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, исковые требования поддержал и просил взыскать компенсацию морального вреда с надлежащего ответчика.

Представитель ответчиков, Министерства финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Воронежской области ФИО3 исковые требования не признала и просила отказать в удовлетворении заявленных требований, по основаниям, указанным в возражениях на исковое заявление, а также в связи с не доказанностью обстоятельств причинения истцу морального вреда.

Представитель ответчика, Отдела МВД России по Новохоперскому району ФИО2 просила отказать в удовлетворении заявленных требований по основаниям, указанным в возражениях на исковое заявление, ссылаясь при этом на отсутствие доказательств нарушения прав истца.

Ответчик МВД России, будучи надлежащим образом и своевременно извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд представителя не направил. Суд рассмотрел дело в отсутствие указанного лица в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Представитель третьего лица, прокуратуры Воронежской области Шурыгин В.М. просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

Суд, выслушав стороны, их представителей, представителя третьего лица, допросив свидетелей, изучив материалы дела, приходит к следующему:

В силу статьи 17 Конституции Российской Федерации, признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации, статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ, и в Европейской Конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, ратифицированной Российской Федерацией Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 44-ФЗ, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с положениями частей 1, 5 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в случаях, перечисленных в части 1 данной статьи и в порядке, установленном законом. Каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений настоящей статьи, имеет право на компенсацию.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствием с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно. Исходя из этого, в гражданском законодательстве предусмотрены субъективные основания ответственности за причиненный вред, а для случаев, когда таким основанием является вина, решен вопрос о бремени ее доказывания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Из перечня, данного в пункте 1 статьи 1070 ГК РФ, усматривается, что вред, причиненный гражданину либо юридическому лицу, в результате привлечения к уголовной либо административной ответственности подлежит возмещению в случае вынесения оправдательного приговора, прекращения уголовного дела либо дела об административном правонарушении по реабилитирующим основаниям, то есть установления вины должностных лиц не происходит, действия правоохранительных органов и суда могут быть законными на момент их совершения, но незаконными в конечном итоге. В перечисленных случаях для возмещения вреда нет необходимости устанавливать вину должностного лица, вред компенсируется во всех случаях подтверждения факта причинения вреда, при наличии причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной либо административной ответственности, принятыми обеспечительными мерами в ходе производства по делу и наступившими последствиями.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Анализ статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации показывает, что при определении размера компенсации следует учитывать не любые фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, а только те из них, которые могут повлиять на определение размера компенсации и потому заслуживают внимания.

Согласно ст. 17 Закона № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов (п. 7); получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях (п. 9); пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (п. 11).

Данным законом в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений, как и в ныне действующей редакции установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23); администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

Приказом Министерства внутренних дел России от 22.11.2005 № 950 утверждены Правила, регламентирующие внутренний распорядок в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (далее - Правила). В течение первых суток вновь прибывшие подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку (лица, имеющие признаки педикулеза, - незамедлительно) в санпропускнике ИВС, а при его отсутствии - в санпропускнике (бане) общего пользования населенного пункта. Одежда (иные носильные вещи) подлежат обработке в дезинфекционной камере (п. 14 Правил).

Согласно абз 3 п. 5 Правил, при наличии у принимаемого лица телесных повреждений составляется акт об их наличии, который подписывается дежурным ИВС, должностным лицом, доставившим задержанного, обвиняемого, и самим доставленным, которому вручается копия этого акта.

В соответствии с п. 42 Правил подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование. Бритвенные принадлежности (безопасные бритвы либо станки одноразового пользования, электрические или механические бритвы) выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе с разрешения начальника ИВС в установленное время не реже двух раз в неделю. Пользование этими приборами осуществляется этими лицами под контролем сотрудников ИВС ( п. 43). Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются: мыло хозяйственное, бумага для гигиенических целей, издания периодической печати, приобретаемые администрацией ИВС в пределах имеющихся средств, предметы для уборки камеры, уборочный инвентарь для поддержания чистоты в камере ( п. 44). Камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями, столом и скамейками по лимиту мест в камере, шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности, краном с водопроводной водой, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, бачком для питьевой воды, урной для мусора, светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа, приточной и/или вытяжной вентиляцией, тазами для гигиенических целей и стирки одежды ( п. 45). Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе ( п. 47). При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности ( п. 48).

В соответствии с п. п. 130 - 132 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов, а водворенные в карцер - один час. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией ИВС с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Прогулка предоставляется подозреваемым и обвиняемым преимущественно в светлое время суток. Время вывода на прогулку лиц, содержащихся в разных камерах, устанавливается по скользящему графику. Прогулка проводится на территории прогулочных дворов. Прогулочные дворы оборудуются скамейками для сидения и навесами от дождя.

В соответствии с п. 2.3. Санитарных правил и норм "Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий. СанПиН 2.2.2/2.1.1.1076", введенных в действие постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 25.10.2001 № 29, инсоляция является важным фактором, оказывающим оздоравливающее влияние на среду обитания человека, и должна быть использована в жилых, общественных зданиях и на территории жилой застройки.

В соответствии с п. 2.1.1 Санитарных правил и норм 2.2.1/2.1.1.1278-03.2.2.1/2.1.1. "Проектирование, строительство, реконструкция и эксплуатация предприятий, планировка и застройка населенных пунктов. Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий", утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 06.04.2003, помещения с постоянным пребыванием людей должны иметь естественное освещение. Пунктом 2.3. установлены требования к естественному освещению общественных зданий.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Как указывал Европейский Суд по правам человека в постановлении от 10.01.2012 по делу "А. и другие против Российской Федерации", утверждения о жестоком обращении должны быть подкреплены соответствующими доказательствами.

Как следует из материалов дела и установлено судом ФИО1 содержался 21.02.2008 года, 16.04.2008 года, 20.05.2008 года, 17.07.2008 года, 21.08.2008 года, 01.10.2008 года, 19.11.2008 года в ИВС ОМВД России по Новохоперскому району Воронежской области ( л.д. 42-54).

29 апреля 2009 года ФИО1 был осужден 

<

адрес> судом 

<

адрес> по 

<

данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации к 21 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 14.07.2009 года, снижено наказание по вышеуказанному приговору до 20 лет 10 месяцев лишения свободы ( л.д. 16-32). 

По сообщению представителя ОМВД России по Новохоперскому району ФИО2 подразделение ИВС ОМВД России по Новохоперскому району переведено в сентябре 2015 года в новое административное здание. 

Согласно рапорту заведующей канцелярией ГД и Р отдела МВД России по Новохоперскому району от 05.07.2017 года в архиве отдела МВД России по Новохоперскому району Воронежской области Книга покамерного содержания и Журнал учета медицинского осмотра лиц, содержащихся в ИВС за 2008-2009 гг. отсутствуют.

Их технического плана здания ОВД по Новохоперскому муниципальному району от 22.05.2005 года явствует, что помещение ИВС оборудовано 5 камерами, площадью каждая более 4 кв.м., за исключением 5 камеры, площадью 3.8 кв.м., а также прогулочным двориком и окнами в каждой камере.

Допрошенные в суде свидетели, действующие сотрудники ОМВД России по Новохоперскому району, и работающие в спорный период времени в ИВС ОВД Новохоперского муниципального района, не проявляющие заинтересованности в исходе дела, полностью опровергли доводы истца о его ненадлежащих условиях содержания в ИВС. 

Так свидетели суду показали: ФИО8, что в органах он работает с 2003 года в должности милиционера водителя охраны конвойной службы. В 2005 году переведен на должность милиционера кинолога. В связи с отсутствием служебной собаки, он ходил в смену постовым в изолятор ИВС ОВД 

<

адрес>. В марте 2008 года в качестве обвиняемого содержался ФИО1 по подозрению в совершении преступления, предусмотренного статьей 

<

данные изъяты> УК РФ в отношении гражданки ФИО14, которая являлась фельдшером и обслуживала изолятор. Он лично осуществлял выход на место с обвиняемым Лиманским, который был пристегнут к его руке. В ИВС все содержались раздельно, в третьей, четвертой, пятой камере содержались подозреваемые, а в первой и второй камере административно арестованные. Каждый индивидуально обеспечивался койко-местом. В пятой камере было четыре двухъярусных кровати, в четвертой две двухъярусных кровати, в третьей две двухъярусных кровати. В каждой камере имелся столик для приема пищи, лавочки. Камеры располагались на 1 этаже, само здание было построено в 1917 году, в 1980 году был проведен капитальный ремонт здания. В 1980 году как раз была пристроена пятая камера, уже на тот момент меняли оконные рамы на стеклопакеты. В камерах была принудительная вытяжка, которая включалась не менее трех раз в сутки. Для опорожнения надобностей стояли бочки с крышками, также выводили в туалет в коридор здания по просьбе арестованных. Также в коридоре здания ИВС была холодная централизованная вода, подогревали горячую для гигиенических требований и для употребления в пищу. Постельными принадлежностями на момент 2008 года всегда обеспечивали. Выдавались наволочки, простыни, матрасы и все меняли один раз в семь дней. Обслуживала прачечная БУЗ ВО Новохоперского района, а также с больницы доставляли трехразовое питание. В своей деятельности они руководствовались приказами МВД № 103, 140 и 950, Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых. Содержания подозреваемых и обвиняемых в месяц не превышало десяти суток, журнал медицинского осмотра лиц, содержащихся в ИВС, отсутствуют в архиве ОМВД России по Новохоперскому району Воронежской области, так как срок хранения журналов ИВС и информации составлял 3 года. Книга покамерного содержания не ведется. Жалоб от Лиманского не поступало, ежедневно обходили и выясняли есть ли жалобы, но таковых не поступало, ни письменных, ни устных. Если бы поступали жалобы, в течение трех часов проходила регистрация, передавались в вышестоящие органы. На выходные подозреваемых и обвиняемых в ИВС не оставляли, в виду опасности побегов. В месяц все эти нормы выполнялись. Что касается освещения в камерах, в них было освещение искусственное и естественное. Уборка в камерах производилась с применением дезрастворов два раза в сутки, в шесть часов утра и семь-восемь вечера. Два раза в сутки выносились бочки на улицу и выливались в выгребную яму. Гигиенические принадлежности каждому выдавались в СИЗО №. Подозреваемые и обвиняемые доставлялись к ним в ИВС со своими принадлежностями. По необходимости они могли выдать мыло, зубную пасту, туалетную бумагу или родственники могли передавать. Прогулки осуществлялись под усиленным контролем, но не более часа; ФИО9, что с 2007 года он работает в изоляторе временного содержания ОВД Новохоперского муниципального района, в настоящее вреямя ОМВД Росси по Новохоперскому району. На тот момент, когда был задержан Лиманский, он работал постовым внутреннего поста в самом изоляторе. Все задержанные лица содержались раздельно, подозреваемые и административно арестованные. Постоянно проводился обход, выяснилось, есть ли жалобы или предложения. Он не помнит, чтобы от Лиманского поступала какая-либо жалоба, а если бы и была, то она сразу же передавалась бы в соответствующий орган. У каждого было койко-место, и на каждого по норме приходилось четыре квадратных метра, каждому выдавались две простыни, наволочка и матрас, и менялось все один раз в семь дней. Содержания в ИВС подозреваемых и обвиняемых в месяц не превышало десяти суток. Задержанным обеспечивалось трехразовое питание, по необходимости выдавалось мыло, зубная паста, туалетная бумага. Также никто не ограничивался в передачах от родственников. На окнах стояли стеклопакеты, была принудительная вытяжка, которая включалась не менее трех раз в сутки. Освещение было как искусственное, так и естественное, на лампочке в камере стоял регулятор, который позволял приглушать свет на ночь. Два раза в день задержанные выводились в коридор здания ИВС, где они умывались, брились. Была холодная централизованная вода, грели горячую воду. Также при приеме и убытии задержанных все проверялись на наличие телесных повреждений, и сами задержанные ставили подпись в соответствующем журнале. Задержанные выводились ежедневно на прогулку, которая должна была быть не менее часа. В случае плохого самочувствия при наличии предписания врача или форс-мажорных обстоятельств мог кто-то оставаться в камере. Прогулка проводилась в прогулочном дворике под окнами камер, между зданием ИВС и основным зданием. 

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ сторона истца обязана доказать факт причинения вреда незаконными и виновными действиями (бездействием) сотрудника полиции и наличия причинно-следственной связи между его противоправными действиями и наступившими последствиями, т.е. возникновением убытков.

Для компенсации морального вреда, кроме вины причинителя вреда, необходимо доказать сам факт причинения морального вреда, а также наличие обстоятельств, обосновывающих размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий.

Суд исходит из отсутствия в данном конкретном случае совокупности оснований, образующих состав ответственности за причинение морального вреда: наличие физических или нравственных страданий; неправомерное действие или бездействие причинителя вреда, умаляющее принадлежащие потерпевшему нематериальные блага или создающие угрозу такого умаления; наличие причинной связи между неправомерным действием (бездействием) и моральным вредом.

Обращаясь в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда, истец не указал какие именно личные неимущественные права нарушены в результате действий ответчиков, не представлено доказательств ненадлежащих условий его содержания в изоляторе временного содержания. С жалобами на условия содержания в вышеуказанные периоды времени истец не обращался, доказательств обратного суду не представлено.

Показаний истца ФИО1 недостаточно для установления факта причинения ему морального вреда, никакими иными объективными доказательствами причинение нравственных или физических страданий истцу не подтверждено.

Изложенная в исковом заявлении ситуация не является настолько неудовлетворительной, чтобы приравниваться к нарушению положений статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Отбывание уголовного наказания не может не сопровождаться определенными ограничениями и их наличие не является безусловным основанием к взысканию компенсации морального вреда.

Истец обязан был представить доказательства в обоснование своих доводов о допущенных в отношении него нарушениях условий содержания под стражей.

Данная обязанность в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разъяснялась истцу судом, предоставлялось время для решения вопроса о предоставлении суду доказательств в обоснование доводов истца.

Ходатайства, заявленные истцом, судом разрешены с соблюдением требований статьи 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Мотивы, в силу которых суд, оставил ходатайства без удовлетворения, приведены.

Так ходатайство истца о возложении обязанности на представителя по доверенности произвести фотографирование камер и комнат ИВС, как не позволяющее установить обстоятельства, имеющие значение для дела и касающиеся событий 2008-2009 годов, судом оставлено без удовлетворения, поскольку ФИО1 не указаны каких из трех камер он содержался, не указан его представитель по доверенности, а также истечение более 8 лет после его нахождения в них и прекращения эксплуатации ИВС с 2015 года в связи с введением в эксплуатацию нового здания ИВС. В данном случае, отказ в удовлетворении заявленного истцом ходатайства, которое разрешено судом, не может рассматриваться как отказ суда в оказании истцу содействия в собирании доказательства. Закон не обязывает суд удовлетворять все заявленные стороной ходатайства, предоставляя суду, в рамках его полномочий по руководству процессом, создания условий для всестороннего и полного установления фактических обстоятельств дела, право определить возможность получения по результатам действий, о совершении которых просит сторона, допустимых и относимых доказательств.

Обстоятельства, в силу которых ответчики не представили отдельные документы, касающиеся содержания истца в ИВС ОВД по Новохоперскому муниципальному району, судом установлены и данные обстоятельства, не дают оснований для вывода об уклонении указанных лиц от предоставления доказательств и применения последствий удержания доказательств.

Суд исходит из того, что истцом не предоставлено доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых основаны его исковые требования, а также доказательств, подтверждающих причинение ему физических и нравственных страданий (морального вреда) в результате противоправных действий сотрудников изолятора временного содержания.

Хронологическое описание в исковом заявлении ряда событий само по себе не является доказательством заявленных требований и представляет собой лишь версию ФИО5 о произошедших событиях; исследованные по ходатайству истца документы не подтверждают факт совершения ответчиком противоправных действий, причинивших истцу физические и нравственные страдания; 

С жалобами на условия содержания в вышеуказанные периоды времени ФИО1 не обращался. Доводы представителей ответчиков с предоставлением доказательств соблюдения условий закона в части условий содержания в учреждении осужденных истцом не опровергнуты, доводы истца о нарушении прав и свобод носят декларативный общий характер.

Оценив представленные сторонами доказательства, исследовав обстоятельства по делу, с учетом закона, который подлежит применению, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

В связи с тем, что МВД России является надлежащим ответчиком по указанной категории споров, в иске к нему следует отказать. 

Поскольку иск заявлен и к другим ответчикам, которые в данном случае не несут ответственности по возмещению вреда лицу, следует также отказать.

Кроме того, указанный истцом в исковом заявлении ответчик ФИО12, никогда не работал и не работает в ОВД Новохоперского муниципального района, ОМВД России по Новохоперскому району Воронежской области, в связи с чем в удовлетворении иска к указанному ответчику следует также отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в месячный срок через Новохоперский районный суд.

Председательствующий И.А. Камеров