Дело № 2-16/2025

УИД № 02RS0005-01-2024-000605-37

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 августа 2025 года с. Турочак

Турочакский районный суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Туйденовой Е.А.,

при секретаре ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки, 

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки путем возврата имущества – здания, с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельного участка, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, принадлежащего наследодателю на правах аренды, в состав наследственной массы, открывшейся после смерти ФИО2 Заявленные требования мотивировав тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО2 Истец ФИО3 является сыном наследодателя. В пределах установленного законом срока, истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти отца, однако было установлено, что наследодатель менее чем за месяц до смерти заключил договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недвижимого имущества с ответчиком ФИО4 При этом в период совершения сделки, наследодатель имел заболевание – рак левого легкого (диагноз выставлен ДД.ММ.ГГГГ), принимал сильнодействующие наркотические вещества, что свидетельствует о нахождении ФИО2 в таком состоянии, в котором он не мог осознавать последствия совершаемых им юридически значимых действий и руководить ими. Подпись в договоре от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО2 выполнена не им, а иным лицом. 

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ привлечено к участию в деле в качестве третьего лица Управление Росреестра по Республике Алтай. 

Истец ФИО3 и его представитель ФИО19 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. 

От истца ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания ввиду его занятости на работе.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд не находит оснований для отложения судебного заседания поскольку истцом не представлено доказательств обосновывающих заявленное ходатайство. 

От представителя истца ФИО19 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с занятостью в другом процессе.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд считает его не подлежащим удовлетворению, поскольку приведенные в ходатайстве обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о невозможности рассмотрения дела в отсутствие представителя истца, явка представителей лиц, участвующих в деле, в судебное заседание обязательной не признана, обстоятельства, изложенные в ходатайстве об отложении рассмотрения дела ввиду занятости представителя в другом судебном процессе, не являются безусловным основанием для отложения рассмотрения дела. Кроме того, не представлено доказательств невозможности участия при рассмотрении дела самого истца, ходатайств о рассмотрении дела с применением ВКС в связи с дальностью проживания истцом не заявлено.

Представитель ответчика ФИО21 в судебном заседании возражал относительно предъявленных требований, пояснив, что ФИО2 сам подписал оспариваемый договор, до дня смерти находился в ясном уме, понимал значение своих действий и руководил ими, о чем свидетельствуют проведенные по делу почерковедческая и посмертная судебно-психиатрическая экспертиза. Оснований для вызова экспертов, лечащих врачей и назначения по делу дополнительной экспертизы не имеется, поскольку представленное экспертное заключение комиссии судебных психиатров экспертов является полным, проведено на основании представленных медицинских документов. 

Ответчик ФИО4, иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), с учетом мнения представителя процессуального истца, полагает возможным рассмотреть дело при установленной явке.

Судом ранее в судебных заседаниях были допрошены свидетели. 

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил, что знал ФИО2, работали вместе, часто заезжали к нему в гости в 

<

адрес>. ФИО2 жил со своей супругой, отношения в семье были хорошие, ФИО4 также части приезжал к ним в гости. В 

<

данные изъяты> года ему позвонил ФИО3, сказал, что приехал отец и хочет с ним встретиться. Когда он приехал к ФИО22, увидел, что ФИО2 плохо выглядел, осунулся, был как-будто очень уставший, не узнал его, ничего не спрашивал, не разговаривал. ФИО2 к ФИО4 относился не плохо, но говорил, что дом оставит внукам. 

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснила, что работала в местном ФАПе, в 

<

данные изъяты> году к ней обратилась жена ФИО2, сказала, что тот заболел. Знает, что ФИО2 в 

<

данные изъяты> года один ездил в г. 

<

данные изъяты>, ему было выдано направление. В феврале она приходила к ФИО2 домой, ставила ему уколы обезболивающие (кеторол, трамадол, промедол). ФИО2 вел себя адекватно, ориентировался во времени, до дня смерти был в ясном сознании, всех узнавал, разговаривал, шел на контакт, делал работу по дому. За две недели до дня смерти жаловался на усталость. ФИО3 редко навещал отца. Отношения между ФИО2 и ФИО4 были хорошие, тот на него не жаловался, возил за продуктами, лекарствами. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что с ФИО2 с 

<

данные изъяты> года находились в браке. ФИО2 до дня смерти находился в ясном сознании, разговаривал, всех узнавал, делал работу по дому. Его сын ФИО3 редко к ним приезжал, отношения были не плохие. 

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ к ним приехал ФИО2, тот был на приеме у врача в г. 

<

данные изъяты>, его к ним привезли на такси. ФИО2 плохо выглядел, практически не разговаривал, у него тряслись руки, не мог ходить, беспокоили сильные боли в ногах, плохо всех узнавал. В этот день у него было день рождения, но он отказался пить чай, кушать, плохо себя чувствовал. На следующий день ФИО2 увезли на такси в больницу в г. 

<

данные изъяты>. 

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что был лучшим другом ФИО2, часто ездили друг к другу в гости. ФИО2 всегда боялся за свое имущество, везде носил с собой документы на дом и дарить его не хотел, тем более ФИО4, так как отношения между ними были плохие. ФИО2 в последний месяц перед смертью никого не узнавал, был не в сознании, не ходил. 

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что была соседкой ФИО2, приходила к ним в гости. ФИО2 до дня смерти находился в ясном сознании, всех узнавал, делал работу по дому, отношения с ФИО4 у него были хорошие. 

Суд, заслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 принадлежало здание, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес>

Земельный участок, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

адрес> принадлежал ФИО2 на основании договора аренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между администрацией МО «Турочакский район» и ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО12 заключен договор дарения недвижимого имущества, в соответствии с условиями которого ФИО2 подарил ФИО4 здание, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, местоположение: 

<

адрес>, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., назначение – жилое.Согласно п. 5 договора, недвижимое имущество считается переданным одаряемому в момент подписания настоящего договора, который по соглашению сторон одновременно будет иметь силу акта приема-передачи недвижимого имущества. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 заключено соглашение о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ №, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ право собственности на здание, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, местоположение: 

<

адрес>, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., назначение – жилое, зарегистрировано за ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер.

ФИО3 является сыном умершего ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился с заявлением о принятии наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО2

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, ФИО3 указал, что в период совершения оспариваемых сделок, наследодатель ФИО2 имел заболевание – рак левого легкого (диагноз выставлен ДД.ММ.ГГГГ), принимал сильнодействующие наркотические вещества, в связи с чем, находился в таком состоянии, в котором он не мог осознавать последствия совершаемых им юридически значимых действий и руководить ими, также подпись в договоре от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО2 выполнена не им, а иным лицом. 

По ходатайству истца ФИО3 судом назначена судебная почерковедческая экспертиза, согласно выводам судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подписи от имени ФИО2 и их расшифровки, расположенные в двух экземплярах договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в графе «даритель» и в соглашении о передаче прав и обязанностей о договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ в графе «сторона-1», заключенных между ФИО2 и ФИО4 – вероятно выполнены ФИО2.

Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным, в связи с краткостью и простотой строения исследуемых подписей и их расшифровок, а также из-за крайне малого количества представленных образцов подписи и почерка проверяемого лица.

По ходатайству истца ФИО3 судом назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, согласно выводам посмертной однородной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 на момент составления договора дарения (ДД.ММ.ГГГГ) психическим расстройством не страдал и, с учетом его соматического заболевания, принимаемых медицинских препаратов и их дозировок, не был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими, мог осознавать характер, значение и последствия своих действий. 

Указанные экспертные заключения приняты судом в качестве допустимых доказательств.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ч. 1, 2, 3 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд принимает в качестве доказательств вышеизложенные экспертные заключения судебных экспертиз, поскольку они полностью соответствуют требованиям законодательства, содержат подробное описание проведенных исследований, результаты исследований с указанием примененных методов, ответы на поставленные судом вопросы не допускают неоднозначного толкования, эксперты предупреждены об уголовной ответственности.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7, являющаяся работником ФАПа, пояснила, что в 

<

данные изъяты> году к ней обратилась жена ФИО2, сказала, что тот заболел. Знает, что ФИО2 в 

<

данные изъяты> года один ездил в г. 

<

данные изъяты>, ему было выдано направление. В феврале она приходила к ФИО2 домой, ставила ему уколы обезболивающие (кеторол, трамадол, промедол). ФИО2 вел себя адекватно, ориентировался во времени, до дня смерти был в ясном сознании, всех узнавал, разговаривал, шел на контакт, делал работу по дому. За две недели до дня смерти жаловался на усталость. 

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что была соседкой ФИО2, приходила к ним в гости. ФИО2 до дня смерти находился в ясном сознании, всех узнавал, делал работу по дому, отношения с ФИО4 у него были хорошие. 

При этом, суд не принимает во внимание показания свидетелей ФИО6, ФИО9, ФИО10, поскольку они противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Так, из представленных медицинских документов усматривается, что ФИО2 за психиатрической помощью не обращался, страдал онкологическим заболеванием, вследствие которого был признан инвалидом второй группы по общему заболеванию. Регулярно наблюдался врачами, проходил обследования, лечащими врачами не регистрировалось психических расстройств у ФИО2, к врачам психиатрам он не направлялся. Также из показаний свидетелей и истца ФИО3 следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 один ездил на прием к врачу в г. 

<

данные изъяты> из с. 

<

данные изъяты> в г. 

<

данные изъяты> на такси, что также не свидетельствует о том, что ФИО2 находился в таком состоянии, что не мог осознавать последствия совершаемых им действий и руководить ими.

Суд не находит оснований для допроса в качестве свидетелей экспертов ФИО13, ФИО14, ФИО15, участкового врача терапевта Свидетель №1, ФИО16, директора ООО «Алтай-Недвижимость» ФИО17, поскольку состояние ФИО2 в юридически значимый момент было оценено квалифицированными экспертами, профессиональная подготовка и квалификация которых не вызывают сомнений, выводы следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными, не содержат внутренних противоречий, эксперты предупреждены об уголовной ответственности. 

Суд не находит оснований для назначения по делу дополнительной судебно-психиатрической экспертизы.

В соответствии со статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим эксперта.

Представленное в материалы дела экспертное заключение изложено ясно и полно.

Кроме того, посмертная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза проведена на основании всех представленных медицинских документов, о чем указано в экспертном заключении.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь вышеприведенными нормами права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку суду не представлено доказательств тому, что ФИО2 в момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, соглашения о передаче прав и обязанностей по договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ, не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, а также доказательств того, что указанные документы подписаны не им, а иным лицом. 

Определением судьи Турочакского районного суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ судом приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Алтай совершать регистрационные действия с недвижимым имуществом - зданием, имеющим кадастровый номер 

<

данные изъяты>, расположенным по 

<

адрес>, до вынесения решения по делу.

В силу ч. 3 ст. 144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска.

Согласно ч. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано в полном объеме, суд приходит к выводу об отмене принятых определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ обеспечительных мер.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки путем возврата имущества – здания, с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельного участка, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, принадлежащего наследодателю на правах аренды, в состав наследственной массы, открывшейся после смерти ФИО2, отказать.

Обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Алтай совершать регистрационные действия с недвижимым имуществом - зданием, имеющим кадастровый номер 

<

данные изъяты>, расположенным по 

<

адрес>, сохранить до вступления в законную силу решения суда по вступлении решения суда в законную силу, отменить.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Турочакский районный суд Республики Алтай. 

Судья Е.А. Туйденова

Решение в окончательной форме изготовлено 26 августа 2025 года