Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Белгород 14 сентября 2017 г.

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Фокина А.Н.,

при секретаре судебного заседания Сухорукове А.В.,

с участием истца К. Н.Г., ее представителя К. В.В., ответчика Ш. О.Н., ее представителя М. Е.В., в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.Н.Г. к Ш.О.Н. о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании недействительной записи о государственной регистрации права,

у с т а н о в и л:

По договору купли-продажи от 06.09.2014, с учетом дополнительного соглашения к нему от 10.09.2014, К. Н.Г. продала своей дочери Ш. О.Н. часть жилого дома и земельный участок, расположенные по адресу – 

<

адрес>». Стоимость части жилого дома по договору составила 500 000,93 рублей, стоимость земельного участка – 400 000 рублей.

Оплата стоимости приобретенной Ш. О.Н. части жилого дома частично произведена за счет средств материнского капитала путем перечисления 06.11.2014 денежной суммы в размере 397 894,93 рублей на банковский счет К. Н.Г. в ПАО «

<

Банк>».

Условиями договора купли-продажи предусмотрено сохранение за К. Н.Г. права проживания в проданной части жилого дома.

Государственная регистрация прав собственности Ш. О.Н. на часть жилого дома и земельный участок произведена 12.09.2014.

Дело инициировано иском К. Н.Г., в котором с учетом уточнения требований она просит:

- признать мнимой сделкой и как следствие этого недействительным заключенный 06.09.2014 договор купли-продажи с дополнительным соглашением к нему от 10.09.2014, а также акт «о передаче части жилого дома в общую долевую собственность матери и детей (по ? доли), совершенный Ш. О.Н.»;

- признать недействительной запись о государственной регистрации права общей долевой собственности Ш. О.Н. и ее детей Б. С.А., В. Е.Ю., В. С.Ю. по ? доли за каждым;

- применить последствия недействительности сделки.

В обоснование иска К. Н.Г. ссылается на мнимость договора купли-продажи, на то, что переведенные на ее банковский счет денежные средства в размере 397 894,93 рублей она сразу передала Ш. О.Н., на то, что иные денежные средства в счет оплаты стоимости проданной недвижимости она фактически не получала, на то, что ответчик свою обязанность по оплате не исполнил и отказывается заплатить деньги, на то, что целью оформления договора купли-продажи было получение средств материнского капитала.

В судебном заседании К. Н.Г. свои требования поддержала. Пояснила, что договор купли-продажи и дополнительное соглашение к нему подписывала, но их условия не читала, что документы на государственную регистрацию сдавала вместе с ответчиком, но рассчитывала, что Ш. О.Н. либо вернет ей дом либо заплатит за него всю оговоренную сумму, что они изначально договорились о получении дочерью таким способом средств материнского капитала для достройки сарая. Понимала, что подписывает именно договор купли-продажи. Также она взяла у дочери расписку о том, что если та ее выгонит из дома, то заплатит 2 500 000 рублей. Считает, что Ш. О.Н. должна либо вернуть в ее собственность дом либо заплатить деньги. Дочь хоть и не выселяет ее из дома, но отношения между ними сильно испортились.

Ответчик Ш. О.Н. иск не признала. Указала на соответствие сделки воле сторон, на их ознакомление договором и дополнительным оглашением перед подписанием, на заключение договора именно с целью приобретения в собственность части жилого с земельным участком, на полное исполнение сделки сторонами. Пояснила, что оплата по договору ею произведена полностью - 397 894,93 рубля оплачено путем перечисления средств материнского капитала, остальная сумма передана истцу еще перед подписанием договора купли-продажи. Деньги К. Н.Г. ей не возвращала и не должна была возвращать. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Представители третьих лиц - ПАО «

<

Банк>» и управления ПФР в Белгородском районе, извещавшиеся о месте и времени слушания надлежащим образом, в суд не явились.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд считает иск не подлежащим удовлетворению.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество.

По договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество, а покупатель обязуется принять его и уплатить за него определенную цену (ст.ст. 454, 549 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. 

Обязательным условием признания сделки мнимой, является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не направлена на достижение каких-либо правовых результатов для ее сторон; совершая такую сделку, стороны не имеют намерений в действительности ничего изменять в своем правовом положении, исполнять ее либо требовать ее исполнения, а действуют лишь для создания перед третьими лицами видимости ее заключения. Исполнение договора хотя бы одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Являясь собственником части жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу – 

<

адрес> К. Н.Г. распорядилась ими, продав 06.09.2014 Ш. О.Н. по соответствующему договору купли-продажи.

Правовой целью договора купли-продажи недвижимого имущества является переход права собственности на недвижимое имущество от продавца к покупателю с возможностью полноценного осуществления соответствующих полномочий – владения, пользования и распоряжения.

Применительно к такому договору мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество и прекратить свое право собственности на предмет сделки, а покупатель со своей стороны не намерен получить имущество и приобрести право на него.

Вместе с тем, достаточных и достоверных доказательств в подтверждение того, что при заключении 06.09.2014 договора купли-продажи подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки, суду не представлено. Напротив, из исследованных доказательств следует, что оспариваемый договор соответствует действительной воле сторон и являлся реально совершенным.

В тексте договора однозначно и полно отражены предмет и существенные условия сделки и ее суть – передача за определенную плату из собственности К. Н.Г. в собственность Ш. О.Н. земельного участка и части жилого дома, расположенных по адресу – 

<

адрес>

Через несколько дней, 10.09.2014, сторонами собственноручно подписано дополнительное соглашение к договору.

В пункте 7 договора, с учетом дополнительного соглашения, прямо указано на то, что часть стоимости части жилого дома и полная стоимость земельного участка в общем размере 502 106 рублей уплачены покупателем продавцу до подписания договора.

Пункт 5 договора предусматривает оплату остальной части цены в размере 397 894,93 рубля за счет средств материнского капитала путем перечисления денежных средств на счет К. Н.Г. в АО «

<

банк>».

Банковской выпиской подтверждается поступление на счет истца 06.11.2014 вышеуказанной суммы в 397 894,93 рубля, которая 25.11.2014 К. Н.Г. снята.

Согласно п. 8 договора часть жилого дома и земельный участок считаются переданными продавцом покупателю с момента подписания договора, который имеют силу передаточного акта.

Оспаривая доводы истца, ответчик пояснил, что при заключении договора купли-продажи стороны имели намерение именно на передачу недвижимого имущества в собственность Ш. О.Н., а в последующем и ее детей.

С целью создания правовых последствий спорной сделки стороны договора, в том числе и К. Н.Г., лично обратились в управление Россреестра по Белгородской области с заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности. 12.09.2014 право покупателя зарегистрировано, им получены соответствующие свидетельства. Это следует из материалов дела правоустанавливающих документов.

При таких обстоятельствах суд приход к выводу, что при совершении сторонами спорной сделки их воля была направлена именно на достижение соответствующего ей правового результата – перехода права на имущество и полномочий его собственника. При этом сделка была реально исполнена, соответствующий ей правовой результат достигнут.

Доводы истца об иной цене сделки и неосуществлении ее оплаты, о возврате покупателю перечисленных средств материнского капитала бездоказательны и опровергаются содержанием исследованных документов и объяснением ответчика.

Во всяком случае, само по себе возможное неисполнение покупателем обязанности по уплате стоимости приобретенного имущества влечет за собой иные правовые последствия, предусмотренные ст.ст. 450, 453, 486 ГК РФ, которые не содержат нормы, позволяющей признать договор купли-продажи недействительным по такому основанию (определение Верховного суда РФ от 16.07.2013 №18-КГ13-55).

Ссылка истца на расписку ответчика от 02.09.2014 судом отклоняется. Содержание расписки не противоречит договору, а напротив согласуется с ним. В расписке указано, что Ш. О.Н. в случае предъявления к К. Н.Г. требования о выезде из жилого дома обязуется выплатить последней определенную сумму (2 500 000 рублей). Договор купли-продажи заключен позже, в нем определена стоимость имущества, а также предусмотрено сохранение за К. Н.Г. права проживания в проданной части жилого дома.

Как следует из пояснений ответчика, его позиция обусловлена по сути ухудшением взаимоотношений с дочерью и желанием в этой связи вернуть дом и земельный участок в свою собственность.

Неисполнение до настоящего момента Ш. Н.Г. обязательства по оформлению приобретенной части жилого дома в общую долевую собственность (свою и детей) на действительность сделки никак не влияет. В первую очередь это имеет значение для закрепления правовых последствий использования средств материнского капитала. Кроме того, перед этим необходимо путем подачи сторонами совместного заявление в регистрирующий орган прекратить регистрационную запись о нахождении спорного недвижимого имущества в залоге у истца, в принципе оспаривающего договор купли-продажи.

Таким образом, в результате судебного разбирательства не установлено обстоятельств, на основании которых суд мог бы прийти к выводу об удовлетворении исковых требований.

Требования о признании недействительной записи о государственной регистрации права общей долевой собственности Ш. О.Н. и ее детей Б. С.А., В. Е.Ю., В. С.Ю. (по ? доли за каждым) истцом в принципе заявлено некорректно. До настоящего времени права ответчика и ее детей на доли в спорном имуществе не регистрировались, соответствующие записи в государственный реестр не вносились.

При этом доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд отклоняет.

Течение срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, который также составляет три года, начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Договор купли-продажи был исполнен в сентябре 2014 года. Рассматриваемый иск предъявлен в суд в августе 2017 года, то есть до истечения вышеуказанного срока.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска К.Н.Г. к Ш.О.Н. о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, признании недействительной записи о государственной регистрации права отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья