Судья Логвиненко Ю.А. Дело № 22-136/2026 (22-5564/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток

20 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего Рогозной Н.А.,

судей Барабаш О.В., Письменной В.А.,

при помощнике судьи Костырко М.Г.,

с участием прокурора Лиховидова И.Д.,

адвоката Гоноховой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению (с дополнениями) государственного обвинителя Капелевой О.О. на приговор Советского районного суда г.Владивостока от 31.10.2025, которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, со средне-специальным образованием, холостой, проживающий по адресу: 

<

адрес>, не судимый,

на основании вынесенного коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта оправдан по предъявленному ему обвинению по ч.1 ст. 105 УК РФ в связи с непричастностью к преступлению на основании п.п. 2 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, и по предъявленному обвинению по ч.1 ст. 222 УК РФ в связи с неустановлением события преступления на основании п.п. 1 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 оставлен без рассмотрения.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Рогозной Н.А., выслушав выступление прокурора Лиховидова И.Д., поддержавшего доводы апелляционного представления и просившего приговор отменить, дело передать на новое судебное разбирательство, мнение адвоката Гоноховой А.А., настаивавшей на том, что приговор является законным и подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 обвинялся в том, что 09.11.2022 на участке местности недалеко от 

<

адрес> в 

<

адрес> в ходе конфликта с ФИО6, действуя умышленно, с целью причинения смерти последнему произвел не менее одного прицельного выстрела в область головы ФИО6, причинив тому сквозное огнестрельное ранение головы, квалифицирующееся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которого 10.11.2022 наступила смерть ФИО6, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

Оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей от 30.10.2025 признана недоказанной причастность ФИО2 к совершению данного преступления.

Он же (ФИО2) обвинялся в том, что в период до 09.11.2022 незаконно приобрел огнестрельное оружие и боеприпасы к нему, а именно присвоил найденный им пистолет, изготовленный самодельным способом из частей и деталей промышленно изготовленного пистолета модели «Лидер» калибра 10х32Т, снаряженный 7 пистолетными патронами, предназначенными для использования в боевом нарезном огнестрельном оружии, которые незаконно хранил и перевез на участок местности в районе 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей от 30.10.2025 признано недоказанным событие данного преступления.

Приговором Советского районного суда г.Владивостока от 31.10.2025, постановленном на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, ФИО2 оправдан по указанному выше обвинению за непричастностью к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и за отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ.

В апелляционном представлении (с учетом дополнений) государственный обвинитель Капелева О.О. с оправдательным приговором не согласна, считает его постановленным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

В обоснование указывает, что на протяжении судебного разбирательства стороной защиты допускались нарушения уголовно-процессуального закона, связанные с воздействием на присяжных заседателей с целью вызвать у них предубеждение и повлиять на их беспристрастность. В ходе судебного следствия и в прениях сторона защиты искажала существо исследованных с участием присяжных заседателей доказательств, а также выходила за пределы обстоятельств, подлежащих исследованию с участием присяжных заседателей.

Кроме того, стороной защиты в присутствии присяжных заседателей затрагивались процессуальные вопросы проведения предварительного следствия и процедуры сбора доказательств, вопросы их допустимости, выяснялись данные о личности потерпевших, свидетелей и подсудимого, не имеющие отношения к делу.

При этом судом не принято достаточных мер воздействия, предусмотренных ст. 258 УПК РФ, суд ограничился лишь периодическими замечаниями защитникам и прерыванием речи подсудимого и его защитников уже после того, как они довели до сведения присяжных заседателей недозволенную информацию.

Так, 27.05.2025 в судебном заседании допрошен в качестве свидетеля оперуполномоченный ОБОП УУР УМВД России по Приморскому краю ФИО8, на явке которого сторона обвинения не настаивала. Существо показаний данного свидетеля сводилось к его служебной деятельности, участию в осмотре места происшествия и сбору доказательств, однако, вопреки требованиям ст. 335 УПК РФ, он был допрошен государственным обвинителем в присутствии присяжных заседателей.

Кроме того, 23.07.2025 в качестве свидетеля в присутствии присяжных заседателей допрошена ФИО9, которая не являлась очевидцем рассматриваемых обстоятельств, пояснила о событиях, которые происходили позже. При этом государственный обвинитель возражал против допроса данного свидетеля с участием присяжных заседателей, что было проигнорировано судом со ссылкой на состязательность сторон. Председательствующий не обратил внимание коллегии присяжных заседателей и не разъяснил им, что обстоятельства, о которых показала свидетель, не входят в объем предъявленного ФИО2 обвинения.

Помимо этого, сторона защиты в присутствии присяжных заседателей неоднократно умышленно акцентировала внимание на телесные повреждения, полученные ФИО2 и иными участниками конфликта, произошедшего 09.11.2022, что не относится к предъявленному подсудимому обвинению, а именно:

«…дело в том, что в этот вечер, где я получил травму, мне трудно разговаривать и доводить до людей свое мнение» (лист протокола 35);

свидетель ФИО10 на вопрос защиты «свои повреждения Вы описали, кто-то еще из тех, кто с Вами присутствовал, пострадал от этого избиения?» пояснил, что «У Кирилла были повреждения от травматического пистолета. Пострадал я, Петр и ФИО23» (лист протокола 61);

свидетель ФИО11 «кто-то уехал, я остался, забрал ФИО18 Дагестанцы стали избивать ФИО2, ФИО19 стал защищать ФИО1. ФИО20 пытались ФИО2 оттащить оттуда. Дагестанцы начали их избивать. Петра на протяжении всего времени избивали (листы протокола 94-95); «ФИО21 ногу прострелили. ФИО22 выстрелили в ребра с пробиванием легких. ФИО2 всего избили (лист протокола 98).

Также в протоколе судебного заседания не отражены названия видеофайлов с видеозаписями, которые неоднократно демонстрировались присяжным, то есть они не идентифицированы.

Указывает, что действия суда не были пропорциональными многочисленным и систематическим нарушениям требований законодательства и порядка в судебном заседании, допущенным подсудимым и его защитниками в присутствии присяжных заседателей, которые сформировали у коллегии необъективное мнение по обстоятельствам преступления, возможности его совершения иными лицами, недостоверности показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, выводов эксперта, законности производства предварительного следствия, действий государственного обвинителя и суда, что повлияло на вынесение объективного вердикта.

Таким образом, на присяжных заседателей стороной защиты и подсудимым было оказано незаконное и целенаправленное воздействие, которое повлияло на формирование мнения присяжных заседателей и отразилось на содержании ответов на поставленные перед ними вопросы, в связи с чем вердикт не может быть признан объективным, законным и справедливым.

Также полагает, что в ходе процедуры формирования коллегии присяжных заседателей были допущены нарушения уголовно-процессуального закона.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

Возражения в письменном виде на апелляционное представление не поступали.

Выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора.

Согласно ч.1 ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.

В п. 42.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2005 № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» обращено внимание судов на то, что по смыслу ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств, могут быть признаны совершенные при отсутствии предусмотренных законом оснований и с нарушением порядка, установленного Уголовно-процессуальным кодексом РФ: признание недопустимыми доказательств, представленных стороной обвинения, и исключение их из уголовного дела; отказ в исследовании представленных стороной обвинения доказательств; отказ в удовлетворении ходатайств стороны обвинения о вызове новых свидетелей, экспертов и специалистов, об истребовании вещественных доказательств и документов; нарушение права потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на участие в судебном заседании.

Иные существенные нарушения уголовно-процессуального закона могут быть признаны основанием для отмены оправдательного приговора лишь в случае, если судом апелляционной или кассационной инстанции будет установлено, что они повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов. К таким нарушениям может быть отнесено, например, оказание на присяжных заседателей незаконного воздействия. При этом суду необходимо установить, что в результате таких нарушений присяжные заседатели не могли быть объективными и беспристрастными при вынесении вердикта.

Таких нарушений закона судом первой инстанции по данному делу не допущено.

Как следует из протокола заседания суда первой инстанции, коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.

По окончании формирования коллегии присяжных заседателей ни сторона обвинения, ни сторона защиты не заявили о наличии каких-либо нарушений при ее формировании, и с заявлением о роспуске образованной коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности ее состава к суду не обращались (том 11, л.д. 19).

В апелляционном представлении отсутствуют ссылки на какие-либо обстоятельства и материалы дела, подтверждающие довод государственного обвинителя о нарушениях, допущенных при формировании коллегии присяжных заседателей, поэтому судебная коллегия считает его необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Судебное разбирательство по данному уголовному делу проведено с соблюдением установленного законом порядка и с учетом особенностей, предусмотренных главой 42 УПК РФ, с соблюдением принципа состязательности сторон, при этом существенных нарушений требований закона, указанных в апелляционном представлении, в том числе положений статьи 335 УПК РФ, судом не допущено.

Как установлено судом апелляционной инстанции, в ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей исследовались лишь те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ; присяжные заседатели разрешали только вопросы, которые предусмотрены п.п. 1,2 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ и были сформулированы в вопросном листе.Вопросы, касающиеся допустимости доказательств, сторонами в присутствии присяжных заседателей не обсуждались.

Вопреки доводам апелляционного представления, подсудимым ФИО2 и его защитником адвокатом Гоноховой А.А. в ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей не было допущено нарушений закона, которые можно было бы расценить как незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий реагировал на высказывания и вопросы стороны защиты в тех случаях, когда затрагивались обстоятельства, не подлежащие исследованию с участием присяжных заседателей в силу ст. 334 УПК РФ или не относящиеся к существу рассматриваемого уголовного дела.

Однако подобные факты были единичными и касались сведений о личности погибшего (том 11, л.д. 79, 187), которые сами по себе не могли повлиять на беспристрастность присяжных заседателей. При этом председательствующий разъяснял присяжным заседателям, что они при вынесении вердикта не должны учитывать данные сведения.

Также судебная коллегия находит необоснованными доводы апелляционного представления о нарушениях, допущенных при допросе свидетелей ФИО8 и ФИО9

Так, показания указанных лиц приведены в обвинительном заключении как доказательства, подтверждающие обвинение ФИО2 по обоим преступлениям, ФИО8 и ФИО9 указаны в обвинительном заключении как свидетели обвинения (том 9, л.д. 162), то есть вызваны в судебное заседание по инициативе именно стороны обвинения. Государственный обвинитель в судебном заседании 27.05.2025 не возражал против допроса свидетеля ФИО8, более того, в полной мере воспользовался своим правом и задал свидетелю все вопросы, которые посчитал необходимым (том 11, л.д. 85-89). При этом судебная коллегия отмечает, что сведения, доведенные до присяжных заседателей свидетелем ФИО8, указанные в апелляционном представлении как противоречащие положениям ст. 335 УПК РФ, содержались в ответах свидетеля именно на вопросы государственного обвинителя, который каких-либо заявлений либо возражений относительно полученных ответов не высказал.

Несмотря на то, что в судебном заседании 23.07.2025 после допроса свидетеля ФИО9 в отсутствие присяжных заседателей государственный обвинитель указал, что необходимости в допросе свидетеля в присутствии коллегии присяжных заседателей не имеется, решение суда об удовлетворении ходатайства защитника о допросе уже явившейся в судебное заседание ФИО9 в присутствии коллегии присяжных заседателей не свидетельствует о каком-либо нарушении уголовно-процессуального закона, более того, исходя из принципа состязательности и равенства процессуальных прав сторон, отказ защитнику в исследовании данного доказательства, не признанного судом недопустимым, повлек бы ограничение прав стороны защиты. При этом государственный обвинитель не отказался от допроса свидетеля ФИО9 и активно пользовался правом задать ей вопросы, возражений против вопросов защитника либо ответов свидетеля не заявлял (том 11, л.д. 142-146).

Впоследствии государственным обвинителем также не высказывалось каких-либо возражений в связи с включением показаний свидетелей ФИО8 и ФИО9 в напутственное слово председательствующего.

Вопреки доводам апелляционного представления, сведения, которые, согласно протоколу судебного заседания, сообщили свидетели ФИО8 и ФИО9, имели отношение к фактическим обстоятельствам уголовного дела, доказанность которых устанавливалась присяжными заседателями, поскольку касались обстановки и событий непосредственно на месте происшествия.

Кроме того, в апелляционном представлении не указано конкретных сведений, сообщенных свидетелями ФИО8 и ФИО9, которые не должны были доводиться до коллегии присяжных заседателей и учитываться ими при вынесении вердикта, а также не приведено доводов, подтверждающих, что при допросах данных свидетелей было оказано незаконное воздействие на присяжных заседателей, повлекшее утрату ими объективности и беспристрастности. Не установлено таких фактов и судебной коллегией.

Принимая во внимание требования ст. 15 УПК РФ, в соответствии с которыми сторонам должна быть предоставлена возможность довести до коллегии присяжных заседателей свою позицию, не могут расцениваться как незаконное воздействие на присяжных заседателей сообщенные ФИО2 и свидетелями ФИО12 и ФИО11 сведения о телесных повреждениях, полученных ФИО2 и иными лицами в ходе конфликта 09.11.2022, так как данные сведения, исходя из предъявленного обвинения и позиции, занятой по нему ФИО2, относятся к фактическим обстоятельствам уголовного дела, которые оценивались присяжными заседателями при разрешении вопросов, предусмотренных п. 1,2 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ.

Что касается апелляционного довода об отсутствии в протоколе судебного заседания названий видеофайлов и временных промежутков видеозаписей, неоднократно обозревавшихся в судебном заседании, то судебная коллегия приходит к выводу о его несостоятельности.

Данные доказательства представлены стороной обвинения, неоднократно по ходатайству государственного обвинителя исследовались в судебном заседании путем просмотра видеозаписей, их достоверность и допустимость сторонами не оспаривается, при этом видеозаписи являются идентичными, на что сразу сослался государственный обвинитель (том 11, л.д. 37). Отсутствие в протоколе судебного заседания сведений, указанных в представлении, не является каким-либо нарушением, и ничем не мотивированное утверждение государственного обвинителя об обратном судебная коллегия расценивает как надуманное и не имеющее значения для оценки приговора, тем более что содержание протокола судебного заседания к вынесению вердикта присяжными заседателями отношения не имеет.

Прения сторон были проведены в соответствии со ст.ст. 292, 336 УПК РФ, в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.

Как следует из протокола судебного заседания, в прениях адвокат Гонохова А.А. существо исследованных доказательств не искажала, не ссылалась на недопустимые доказательства, а лишь анализировала исследованные в судебном заседании доказательства и давала им собственную оценку, доводя до сведения коллегии присяжных заседателей свою позицию, согласующуюся с позицией ее подзащитного, относительно всех аспектов рассматриваемого дела, что является правом защитника и соответствует принципу состязательности.

Апелляционные доводы о многочисленных и систематических нарушениях стороной защиты требований законодательства и порядка в судебном заседании и об отсутствии мер воздействия, предусмотренных ст. 258 УПК РФ, со стороны председательствующего противоречат протоколу судебного заседания.

Конкретных фактов нарушений требований законодательства и порядка в судебном заседании, допущенных подсудимым и его защитником в присутствии присяжных заседателей, которые сформировали у коллегии необъективное мнение по обстоятельствам преступления, возможности его совершения иными лицами, недостоверности показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, выводов эксперта, законности производства предварительного следствия, действий государственного обвинителя и суда, на чем настаивает государственный обвинитель, в апелляционном представлении не приведено, в судебном заседании апелляционной инстанции прокурор на такие факты также не ссылался.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что в апелляционном представлении отсутствуют убедительные сведения, подтвержденные материалами дела, о том, что при вынесении оправдательного вердикта в отношении ФИО2 присяжные заседатели не были свободны в оценке представленных им доказательств и находились под влиянием незаконно оказанного на них давления стороны защиты.

Указанные государственным обвинителем обстоятельства не являются достаточным критерием для вывода о наличии оснований для отмены приговора, поскольку не свидетельствуют о целенаправленном незаконном воздействии на присяжных заседателей, не подтверждают наличия такого нарушения уголовно-процессуального закона, которое ставило под сомнение объективность и беспристрастность проведенного судебного разбирательства и искажало бы саму суть правосудия.

Основанный на вердикте оправдательный приговор не может быть пересмотрен судом апелляционной инстанции в части принятого присяжными заседателями решения о доказанности или недоказанности деяния, инкриминированного подсудимому, причастности последнего к нему и его виновности или невиновности, поскольку разрешение данных вопросов согласно ч. 1 ст. 334, ч. 1 ст. 339 УПК РФ относится к исключительной компетенции присяжных заседателей.

Оправдательный вердикт коллегии присяжных заседателей в отношении ФИО2 является ясным и непротиворечивым, требования ст. 343 УПК РФ при его вынесении соблюдены.

С учетом вышеизложенного, оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя и отмены приговора в отношении ФИО2 не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Приходя к выводу об оставлении гражданского иска потерпевшей Потерпевший №1 к ФИО2 без рассмотрения, суд первой инстанции не учел, что основанием для вынесения оправдательного приговора послужила непричастность ФИО2 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на основании оправдательного вердикта.

Однако при постановлении оправдательного приговора по уголовному делу по данному основанию, предусмотренному п.2 ч. 2 ст.302, п.1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, суд отказывает в удовлетворении гражданского иска согласно ч. 2 ст. 306 УПК РФ, в связи с чем судебная коллегия полагает необходимым изменить оправдательный приговор в данной части, поскольку положение ФИО2 не ухудшается, указав об отказе в удовлетворении гражданского иска Потерпевший №1 к ФИО2

Кроме того, в соответствии с ч. 3 ст. 306 УПК РФ в случае вынесения оправдательного приговора по основанию, предусмотренному п.1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, а также в иных случаях, когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено, суд решает вопрос о направлении руководителю следственного органа или начальнику органа дознания уголовного дела для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Принимая во внимание изложенное, резолютивная часть приговора подлежит дополнению указанием о направлении уголовного дела руководителю следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Приморскому краю для производства предварительного расследования по факту причинения смерти ФИО6 и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

С учетом вносимых изменений в остальном приговор отмене либо изменению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Советского районного суда г.Владивостока от 31.10.2025 в отношении ФИО2 изменить.

Исключить указание на оставление гражданского иска без рассмотрения.

В удовлетворении гражданского иска Потерпевший №1 к ФИО2 отказать.

В резолютивной части приговора указать о направлении уголовного дела руководителю следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Приморскому краю для производства предварительного расследования по факту причинения смерти ФИО6 и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление (с дополнением) государственного обвинителя Капелевой О.О. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Н.А. Рогозная

Судьи: О.В. Барабаш

ФИО3