Дело № 2-193/2025

УИД: 29RS0003-01-2025-000229-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2025 года с. Ильинско-Подомское

Вилегодский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего Горшковой Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Поморцевой С.А.,

с участием заместителя прокурора Вилегодского района Архангельской области Лысова Г.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, убытков, транспортных расходов, судебных расходов, 

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с настоящим иском, в обоснование требований которого указали, что приговором мирового судьи, исполняющей обязанности мирового судьи судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области, от 10 сентября 2024 года оправданы по статье 128.1 части 1 УК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. Частным обвинителем по данному уголовному делу являлась ответчик. Апелляционным определением Котласского городского суда Архангельской области от 18 декабря 2024 года оправдательный приговор мирового судьи от 10 сентября 2024 года оставлен без изменений, апелляционная жалоба частного обвинителя ФИО3 без удовлетворения и вступил в законную силу. 

В связи с незаконным привлечением истцов к уголовной ответственности понесли сильнейшие моральные и физические страдания, так как более полугода находились в статусе обвиняемых по уголовному делу и были вынуждены доказывать свою невиновность в том, чего не совершали. 

Считают, что ФИО3 преследовала прямую цель – создать такую обстановку, при которой истцы будут вынуждены оправдываться в суде в статусе подсудимых, поставить их в заведомо негативную ситуацию. Каждая поездка в г. Котлас на судебное разбирательство приносила значительные переживания, что негативно сказалось на их работе. 

ФИО2 в период судебного разбирательства по данному уголовному дело в связи с ухудшением самочувствия и нарушением сердечного ритма обращался за консультацией к врачу-кардиологу. Состояние его здоровья в целом ухудшилось, из-за переживаний поднималось артериальное давление, возникали головные боли и нарушился сон, обострились иные хронические заболевания и ухудшалось общее состояние здоровья, что оказало влияние на его работоспособность и общение с близкими.

У ФИО1 также ухудшилось общее состояние здоровья, обострились другие хронические заболевания, в связи с чем обращалась за лечением в ГБУЗ АО «Ильинская ЦРБ».

Указывают на то, что испытали испуг от агрессивной позиции частного обвинителя и ее представителя ко всем участникам в ходе судебного разбирательства. 

Настаивают на том, что истцы были дискредитированы перед своими близкими и знакомым, а также жителями Вилегодского района, как лица, в отношении которых идет судебное разбирательство по уголовной статье. При этом обращают внимание на то, что в процессе судебного разбирательства мировым судьей сделаны запросы в различные инстанции, в том числе и к их работодателям, которые также содержали информацию о том, что в отношении истцов возбуждено уголовное дело, и они пребывают в статусе обвиняемых. 

Сообщают о том, что являются публичными лицами, занимают ФИО2 государственную должность, ФИО1 должность муниципального служащего и обвинение в уголовном деянии столь длительное время повлияло, легло тенью, на их репутацию чиновников определенного уровня. 

Полагают, что в данном случае частный обвинитель – ответчик явно злоупотребил правом на обращение в суд, обращение которого в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истцов не имеет под собой каких-либо оснований и не обусловлено необходимостью защиты своих прав и охраняемых законом интересов, а продиктовано намерением причинения вреда другому лицу. 

Заявляют о несении имущественных убытков вследствие возбуждения на основании заявления ответчика в отношении истцов уголовного дела частного обвинения, а именно, расходов на поездки в судебные заседания по месту рассмотрения уголовного дела мировым судьей и судом апелляционной инстанции в город Котлас. 

Также указывают на то, что в суде апелляционной инстанции защиту прав ФИО2 осуществлял адвокат Старцев А.Ф. на основании заключенного сторонами соглашения, за что истцом уплачено 10 000 рублей. Защиту прав ФИО1 в суде апелляционной инстанции осуществлял по соглашению адвокат Маркина К.С., которой истцом уплачено 9000 рублей.

Просят взыскать с ответчика в пользу истца

ФИО1:

компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей 00 копеек,

расходы, понесенные при защите интересов в суде апелляционной инстанции, в размере 9000 рублей 00 копеек,

расходы на проезд на судебные заседания в размере 8420 рублей 00 копеек; 

ФИО2: 

компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей 00 копеек, 

расходы, понесенные при защите интересов в суде апелляционной инстанции, в размере 10 000 рублей 00 копеек, 

расходы на проезд на судебные заседания в размере 8420 рублей 00 копеек;

судебные расходы в размере 10 000 рублей 00 копеек.

В судебном заседании истцы ФИО2, ФИО1, извещенные надлежащим образом о его времени и месте, не участвовали, об отложении рассмотрения дела ходатайства не представили. 

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями в полном объеме не согласились, просили применить срок исковой давности в отношении требований взыскания судебных расходов, так как трехмесячный срок для обращения в суд с данным заявлением истцами пропущен.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав ответчика и ее представителя, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, как в части расходов на проезд и представителя, так и части компенсации морального вреда, определив его размер с учетом степени вины нарушителя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и соразмерности, суд приходит к следующему. 

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) определено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Как следует из статьи 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности. 

В Конституции Российской Федерации закреплено право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2 статьи 45). 

Статьей 33 Конституции Российской Федерации предусмотрено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленные законом сроки. 

Право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке следует из статьи 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УПК РФ). 

В силу изложенного, возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. 

В судебном заседании установлено и это следует из материалов дела 26 февраля 2024 ФИО3 обратилась к мировому судье судебного участка № 1 Вилегодского судебного района Архангельской области с заявлением о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения в отношении ФИО2, ФИО1 по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. 

28 февраля 2024 года указанное выше заявление возвращено ФИО3 с разъяснением права на обращение к мировому судье судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области. Данное постановление мирового судьи 25 марта 2024 года отменено апелляционной инстанцией Вилегодского районного суда Архангельской области и материалы по заявлению ФИО3 направлены по подсудности мировому судье судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области. 

Приговором мирового судьи судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области от 10 сентября 2024 года ФИО2 и ФИО1 признаны невиновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, оправданы на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

Апелляционным постановлением Котласского городского суда Архангельской области от 18 декабря 2024 года приговор мирового судьи судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области от 10 сентября 2024 года оставлен без изменения, апелляционные жалобы частного обвинителя и оправданных – без удовлетворения. 

Кассационным постановлением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25 марта 2025 года перечисленные выше приговор от 10 сентября 2024 года и апелляционное постановление от 18 декабря 2024 года оставлены без изменения, кассационная жалоба частного обвинителя ФИО3 – без удовлетворения. 

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее по тексту – Пленума ВС РФ) от 26 июня 2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» исходя из принципа процессуального равноправия сторон и учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, в ходе судебного разбирательства необходимо исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ).

Как следует из части 1 статьи 20 УПК РФ, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке. 

Согласно части 2 этой же статьи, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой данной статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. 

Частью 1 статьи 133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. 

В пункте 1 части 2 указанной выше статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. 

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1-4 части 2 данной статьи (в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью 4 статьи 20 УПК РФ (дела, возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 УПК РФ, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части 1 статьи 27 УПК РФ (часть 2.1 статьи 133 УПК РФ). 

В силу части 2 статьи 136 упомянутого кодекса иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. 

Пленум ВС РФ в пункте 8 постановления от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснил, что право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения. 

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются. 

Вместе с тем, лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор. 

Из пункта 9 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно части 9 статьи 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу. При этом судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя. Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения. 

В системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 УПК РФ, расходы на оплату услуг представителя не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 «Возмещение убытков» ГК РФ. 

Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации морального вреда в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. 

Таким образом, требования о компенсации морального вреда, убытков, причиненных необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель. 

В пункте 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2016 года № 1141-О разъяснено, что необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть вторая статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года № 22-П). 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2012 года № 22-П, вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение. Оправдывая подсудимого на законных основаниях, суд тем самым защищает интересы последнего, добросовестно выполняя возложенную на него Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации обязанность по защите личности от незаконного и необоснованного обвинения (пункт 2 части первой статьи 6). Регулирование эффективного восстановления в правах в таких ситуациях осуществляется на основе Конституции Российской Федерации, закрепляющей право каждого на судебную защиту, федеральным законодателем, пределы усмотрения которого при установлении механизма защиты от недобросовестных действий частного обвинителя достаточно широки, однако должны определяться исходя из конституционных целей и ценностей, а также общепризнанных принципов и норм международного права и международных обязательств Российской Федерации. 

В силу изложенного, обращение частного обвинителя с заявлением о привлечении к уголовной ответственности, как способ защиты нарушенного права, не является противоправным, за исключением тех случаев, когда заявление о привлечении к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований, а было подано исключительно с целью причинить вред другому лицу (злоупотребление правом). 

Из положений статей 1064, 1079 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона. 

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица. 

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации). 

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 УПК РФ). 

Приведенные правовые нормы устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе. 

Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является предпосылкой для безусловного применения в отношении него специального, характерного для такого субъекта как государство, порядка возмещения вреда, в том числе морального в полном объеме и независимо от наличия вины. 

При таких обстоятельствах, суд полагает, что обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации. 

В данном случае в нарушении статьи 56 ГПК РФ, возлагающей на сторону спора обязанность представлять доказательства в подтверждение своей позиции, каких-либо достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о противоправности действий частного обвинителя ФИО3 и злоупотреблении ею правом, истцами не представлено и таких обстоятельств из материалов дела не усматривается. 

Напротив, из материалов дела следует, что ФИО3 полагала, что в действиях ФИО2 и ФИО1 содержится состав преступления, ответственность за которое предусмотрена Уголовным кодексом Российской Федерации. 

Учитывая изложенное, суд считает, что правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО2 и ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда отсутствуют. 

При этом суд учитывает, что обращение ответчика к мировому судье с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истцов имело под собой основания, и было продиктовано потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, без намерения причинить им вред. Подавая заявление частного обвинения, ответчик тем самым реализовала конституционное право на государственную защиту своих прав. Злоупотребления ответчиком своим правом, либо иной недобросовестности с его стороны не установлено. Позиция истцов об обратном, при отсутствии достаточных и достоверных доказательств ее подтверждающих, основанием для возложения на ответчика обязанности компенсировать им моральный вред не является. 

Из этого следует, что обращение к мировому судье с заявлением о привлечение ФИО2 и ФИО1 к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина. 

Оснований для вывода о том, что обращение ответчика к мировому судье с заявлением о привлечении истцов к уголовной ответственности направлено не на защиту своих прав и охраняемых законом интересов, а на причинение вреда истцам Ф-ным, не имеется. Доказательств злоупотребления ответчиком своим правом частного обвинителя, изложения в заявлении заведомо ложных сведений, причинения морального вреда неправомерными действиями ответчика, нарушающими личные неимущественные права истцов, не представлено, а сам по себе факт вынесения оправдательного приговора в связи с отсутствием в деянии состава преступления, не является основанием для возложения ответственности на частного обвинителя. 

В связи с чем суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований в этой части, отказать. 

В то же время, добросовестность ответчика в данном случае не может быть основанием для отказа в иске в части взыскания с него убытков и убытки истца, причиненные привлечением к уголовной ответственности, подлежат возмещению за счет ответчика. 

Разрешая вопрос о взыскании убытков, суд учитывает позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 2 июля 2013 года № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ, пунктом 1 части 2 статьи 381 и статьи 391.11 ГПК РФ». 

Недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу статьи 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и, чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы, не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. 

Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2004 года № 106-О). 

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката). 

Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 мая 2009 года № 643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины. 

Статью 1064 ГК РФ, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 данного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 1). Иными словами, истолкование статьи 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости. 

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года № 1059-О). 

Исходя из изложенного, реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований. 

Разрешая требования ФИО2 и ФИО1 о взыскании расходов на оплату юридических услуг, суд исходит из разумного и обоснованного характера действий истцов в части привлечения адвокатов к участию в уголовном деле, вызванных необходимостью защищаться при рассмотрении дела частного обвинения в суде апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы частного обвинителя ФИО3 

Исходя из правовой природы названных расходов, к ним подлежат применению нормы, регулирующие аналогичные правоотношения в гражданском процессе, а именно содержащиеся в статьях 98-100 ГПК РФ. 

Так из представленных истцами документов следует, что 19 ноября 2024 года ФИО2 заключил соглашение с адвокатом Старцевым А.Ф. на представление его (ФИО2) интересов по уголовному делу. Согласно условиям соглашения, за одно (каждое) судебное заседание при защите интересов в рамках рассмотрения апелляционных жалоб на приговор от 10 сентября 2024 года в суде апелляционной инстанции ФИО2 уплачивает 5000 рублей 00 копеек. 

В счет оплаты услуг представителя – адвоката Старцева А.Ф. за его участие при рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции ФИО2 оплачено 10 000 рублей, что подтверждается квитанциями от 6 и 17 декабря 2024 года на сумму 5000 рублей каждая. 

Судом установлено, что адвокат Старцев А.Ф. участвовал в суде апелляционной инстанции 5 ноября 2025 года в период с 14 часов 00 минут по 14 часов 25 минут (по назначению), 6 декабря 2024 года в период с 09 часов 30 минут до 12 часов 55 минут и 17 декабря 2024 года в период с 14 часов 00 минут до удаления суда в совещательную комнату для принятия решения по делу (по соглашению) (протокол судебного заседания из материалов уголовного дела № 1-18/2024). 

ФИО1 2 ноября 2024 года заключила соглашение с адвокатом Маркиной К.С. на представление ее (ФИО1) интересов в суде апелляционной инстанции по уголовному делу частного обвинения по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. По условиям соглашения ведение дела с участием адвоката в заседаниях суда апелляционной инстанции, включая подготовку всех необходимых документов и ходатайств, стоимость услуг за один день участия в судебном заседании – 3000 рублей. 

Услуги представителя – адвоката Маркиной К.С. за участие в рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции ФИО1 оплачены в сумме – 9000 рублей (квитанции от 10 декабря 2024 года на сумму 6000 рублей и 25 декабря 2024 года на сумму 3000 рублей). 

Адвокат Маркина К.С. принимала участие в заседаниях суда апелляционной инстанции 21 ноября 2024 года в период с 14 часов 00 минут до 15 часов 11 минут, 6 декабря 2024 года в период с 09 часов 30 минут до 12 часов 55 минут, 17 декабря 2024 года в период с 14 часов 00 минут до удаления суда в совещательную комнату для принятия решения по делу, что следует из протокола судебного заседания по делу № 10-37/2024 (№ 1-18/2024).

Определяя размер убытков, учитывая принципы разумности и соразмерности, объем указанной выше реально полученной ФИО2 и ФИО1 правовой помощи адвокатов (участие в первом случае в двух, а во втором случае в трех судебных заседаниях), обстоятельства дела (дело частного обвинения по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ), длительность рассмотрения дела судом (с 21 ноября 2024 года по 18 декабря 2024 года), категорию сложности рассматриваемого дела, суд определяет сумму, подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца ФИО2 10 000 рублей 00 копеек, в пользу истца ФИО1 9000 рублей 00 копеек, полагая данную сумму разумной, достаточной и справедливой. 

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; другие признанные судом необходимыми расходы.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что возмещению подлежат расходы на проезд, которые должны быть подтверждены соответствующими проездными документами. 

Транспортные расходы стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги в месте (регионе), в котором они фактически оказаны (статьи 94, 100 ГПК РФ).

Заявляя требования о взыскании транспортных расходов, истцы указали, что приезжали в г. Котлас на судебные заседания. Транспортные расходы вызваны исключительно необходимостью являться в судебные заседания. 

Из протоколов судебных заседаний по уголовному делу № 1-18/2024 следует, что ФИО2 и ФИО1 принимали участие в суде первой инстанции – 9, 16, 25 апреля, 16, 31 мая, 11 июня, 2 июля, 27 августа, 5 и 10 сентября 2024 года, а также в суде апелляционной инстанции – 5 ноября 2024 года. 

Согласно справке ООО «Норд-Авто» в период с 1 апреля по 5 ноября 2024 года стоимость проезда по маршруту «город Котлас – село Ильинско-Подомское» составляла 421 рубль 00 копеек, в обратном направлении стоимость проезда в аналогичном размере. 

В связи с изложенным, с ответчика в пользу истца ФИО2 подлежат взысканию понесенные убытки, в связи с проездом в судебные заседания по уголовному делу частного обвинения в общей сумме 8420 рублей 00 копеек (421х10х2).

В пользу истца ФИО1 с ответчика подлежат взысканию понесенные убытки, в связи с проездом в судебные заседания по уголовному делу частного обвинения в общей сумме 8420 рублей 00 копеек (421х10х2).

Оснований для взыскания убытков истцов, в связи с расходами на проезд для участия в судебных заседаниях по указанному выше уголовному делу частного обвинения в большем размере не усматривается. 

Доказательств того, что истцы приезжали в указанные дни на личном автомобиле по личным целям, ответчиком в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представлено. Кроме того, размер убытков, в связи с проездом в судебные заседания по уголовному делу частного обвинения, определен из стоимости проезда автобусным сообщением исходя из наличия более экономичного варианта проезда.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу положений части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ. 

Истцом ФИО2 заявлено требование о возмещении расходов на оплату услуг представителя, понесенных при рассмотрении данного гражданского дела, в размере 10 000 рублей. 

Как следует из части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Пленум ВС РФ в постановлении от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10); разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ) (пункт 11). 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 20 октября 2005 года № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. 

В пункте 13 названного выше постановления Пленума ВС РФ указано, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

Представленная суду квитанция к приходному кассовому ордеру № 43 от 19 апреля 2025 года об оплате истцом ФИО2 услуги адвоката Старцева А.Ф. за подготовку искового заявления по настоящему гражданскому делу, подтверждает факт несения ФИО2 расходов на обозначенную в квитанции услугу. 

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

Учитывая перечисленные обстоятельства (в том числе частичное удовлетворение требований), разъяснения Пленума ВС РФ в постановлении от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», возражения ответчика, объем исковых требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, суд приходит к выводу, что заявленные к взысканию расходы в размере 10 000 рублей, являются завышенными и подлежат уменьшению до 7000 рублей 00 копеек. 

Довод ответчика о пропуске истцами срока для обращения с заявлением о взыскании судебных расходов, судом отклоняется в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 103.1 ГПК РФ заявление по вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в суде первой, апелляционной, кассационной инстанций, рассмотрением дела в порядке надзора, не разрешенному при рассмотрении дела в соответствующем суде, может быть подано в суд, рассматривавший дело в качестве суда первой инстанции, в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела.

Из материалов дела следует, что заявление ФИО1, ФИО2 о взыскании судебных расходов подано в суд посредством почтовой связи 24 апреля 2025 года, что подтверждается оттиском штемпеля почтовой организации на конверте, а последний судебный акт, принятием которого закончилось рассмотрение дела № 1-18/2024, вынесен судом кассационной инстанции 25 марта 2025 года, в связи с чем срок для обращения с заявлением о взыскании судебных расходов по настоящему делу истцами соблюден. 

В силу подпункта 10 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы освобождены от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с иском о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования. 

Вместе с тем, государственная пошлина в размере 4000 рублей 00 копеек, от уплаты которой истцы освобождены, подлежит взысканию с ответчика ФИО12 в пользу бюджета Вилегодского муниципального округа Архангельской области на основании части 1 статьи 103 ГПК РФ. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 (ИНН №__) к ФИО3 (ИНН №__) о взыскании убытков, транспортных расходов удовлетворить. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 убытки, причиненные в результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности по делу частного обвинения, в сумме 9000 рублей 00 копеек, транспортные расходы в сумме 8420 рублей 00 копеек, всего взыскать 17 420 (семнадцать тысяч четыреста двадцать) рублей 00 копеек.

Во взыскании компенсации морального вреда ФИО1 с ФИО3 отказать.

Исковые требования ФИО2 (ИНН №__) к ФИО3 (ИНН №__) о взыскании убытков, транспортных расходов, судебных расходов удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 убытки, причиненные в результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности по делу частного обвинения, в сумме 10 000 рублей 00 копеек, транспортные расходы в сумме 8420 рублей 00 копеек, а также судебные расходы в размере 7000 рублей 00 копеек, всего взыскать 25 420 (двадцать пять тысяч четыреста двадцать) рублей 00 копеек.

Во взыскании компенсации морального вреда, а также судебных расходов в большем размере ФИО2 с ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3 (ИНН №__) в доход бюджета Вилегодского муниципального округа Архангельской области государственную пошлину в размере 4000 (четыре тысячи) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его составления в окончательной форме путем подачи апелляционный жалобы, представления через Вилегодский районный суд Архангельской области. 

Председательствующий Ю.В. Горшкова

Мотивированное решение изготовлено _____.__г.