Дело №

61RS0002-01-2025-001114-23

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 июня 2025 года г. Ростов-на-Дону

Железнодорожный районный суд г. Ростова-на-Дону в составе: председательствующего судьи Дубовик О.Н. с участием помощника прокурора Корнева А.В. при секретаре Басалыко Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ИП ФИО4, третье лицо Государственная инспекция труда в РО о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском ИП ФИО4, третье лицо: Государственная инспекция труда в РО о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что согласно трудовому договору № ФИО5 являлся работником ИП ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ в должности автомеханика.

ДД.ММ.ГГГГ в результате несчастного случая на производстве, произошедшего в организации ИП ФИО4, погиб ФИО5., который приходился истцам мужем и отцом. 

ДД.ММ.ГГГГ по факту получения травмы ФИО5 было возбуждено уголовное дело №. Потерпевшими по указанному уголовному делу были признаны: ФИО1 (жена), ФИО6 (дочь), ФИО3 (сын).

Согласно акту о несчастном случае № от ДД.ММ.ГГГГ, причиной происшествия явилось падение ФИО5 в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей.

На момент происшествия ответчик не обеспечил должные условия труда, а именно не предпринял следующие действия.

Работодатель не провел специальную оценку условий труда на рабочем месте автослесаря. Согласно п.8.4 акта о несчастном случае № от ДД.ММ.ГГГГ указано, что специальная оценка условий труда не проводилась на момент происшествия, а договор на ее проведение был заключен только ДД.ММ.ГГГГ, то есть после несчастного случая. 

В п.8.7 акта о несчастном случае № от ДД.ММ.ГГГГ указано, что средства индивидуальной защиты (далее – СИЗ) не выдавались. Согласно показаниям работников ИП ФИО4 по уголовному делу № по факту получения травмы ФИО5, сотрудникам не выдавались ботинки или сапоги с жестким подноском, которые предусмотрены нормами охраны труда, при этом работник не должен их покупать за свой счет.

Кроме того, при многочисленных выемках в офисе ИП ФИО4 не было обнаружено журнала о выдаче СИЗ, что ставит под сомнение факт выдачи СИЗ работникам.

В пункте 7.1 акта о несчастном случае №1 от 04.09.2023 года указано, что работник не проходил предварительный и периодический медицинский осмотр. Автослесарь работает с тяжелыми механизмами, в связи с чем медосмотры обязательны. После проведения медосмотра, возможно, выявились бы противопоказания к такой работе у ФИО5 Работодатель сознательно проигнорировал требования закона.

Инструктажи по охране труда проводились формально или не проводились вообще. В п.6 акта о несчастном случае №1 от 04.09.2023 года указано, что вводный инструктаж был, но неясно, проводились ли повторные инструктажи и проверки знаний. Отсутствие соответствующего инструктажа влечет риски работы с оборудованием.

Табель учета рабочего времени ФИО5 составлен с нарушениями трудового законодательства. Табель учета рабочего времени ФИО5 был составлен ДД.ММ.ГГГГ, при том, что ФИО5 погиб ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, ФИО5 в списках перечисляемой в банк заработной платы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует, поэтому остается неясным каким образом начислялась заработная плата погибшему, а также делал ли работодатель отчисления в ФНС. 

Таким образом, истцы считают, что работодатель не выполнил все требования закона по обеспечению безопасности труда, совершению действий, направленных на уменьшение риска возникновения данного несчастного случая, в связи с чем имеется прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) работодателя и наступившими для работника ФИО5 последствиями в виде летального исхода.

На настоящий момент производство по уголовному делу № прекращено на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ. В данный момент постановление о прекращении уголовного дела обжалуется в установленном законом порядке. 

В результате смерти ФИО5 истцы испытали сильные моральные страдания, эмоциональную боль, потерю кормильца и опору семьи, что повлекло тяжелые психоэмоциональные последствия. ФИО1 (супруга ФИО5) является пенсионеркой, имеет хроническое заболевание, а именно: сахарный диабет 2-го типа. До смерти супруга ФИО1, супруга была на его содержании, поскольку своей пенсии не хватало даже на лекарственные препараты. Сейчас она живет на незначительную пенсию одна и вынуждена работать. Ей приходится самостоятельно оплачивать все свои нужды. Денежных средств не хватает, и ей приходится экономить и влезать в долги. Часто не хватает денежных средств на лекарственные препараты. Финансовые проблемы усугубляются совместно взятым с супругом кредитом на приобретение автомобиля. До трагедии его оплачивал исключительно супруг. Данные обстоятельства серьезно отражаются на ее физическом и психологическом здоровье.

Также, после смерти супруга у ФИО1 ухудшилось состояние здоровья. Смерть супруга стала для ФИО1 сокрушительным ударом. Она прожила с ним десятилетия, строя семью, деля радости и горести, и теперь ее жизнь опустела. Истец потеряла не просто мужа, а человека, с которым чувствовала себя защищенной. Теперь ей приходится сталкиваться с одиночеством и страхом перед будущем.

Для дочери (ФИО6) потеря отца стала шоком, который в первый момент она просто не смогла осознать. Она была папиной дочкой, всю жизнь чувствовала его поддержку и заботу. Отец был для нее опорой, наставником, человеком, который всегда знал ответы на все вопросы и мог успокоить одним лишь голосом.

ФИО6 жила с родителями. ФИО5 помогал ей с воспитанием сына. Биологический отец не принимает участие в жизни ребенка, поэтому дедушка брал на себя многие функции по воспитанию внука, а также помогал дочери и внуку материально.

Сын (ФИО3) также потерял поддержку и опору в лице ФИО5 Они были близки с отцом, сын часто навещал родителей, ежедневно созванивался с отцом. Он по сей день не может смириться с потерей отца. ФИО3 с детства видел в отце пример настоящего мужчины, защитника и наставника. Отец был его героем, человеком, на которого он всегда равнялся. Теперь же он чувствует, что его будто выбросили в открытое море без спасательного круга. Отец был тем, кто учил его всему – как держаться в жизни, как быть честным, как бороться с трудностями. Но теперь тот, кто всегда был рядом, просто исчез, оставив его один на один со своим горем.

Исходя из произошедших обстоятельств, а также учитывая моральные и нравственные страдания потерпевших, истцы считают отвечающим требованиям разумности и не являющимися завышенными следующие суммы возмещения морального вреда: супруге ФИО1 – 1000000 руб., дочери ФИО6. – 500000 руб., сыну ФИО3 – 500000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ ответчику была направлена досудебная претензия, в ответе на которую ответчик указал, что готов возместить моральный вред в размере 300000 руб. на всю семью.

Кроме того, истцы в связи с обращением в суд понесли судебные расходы на оплату услуг представителей ФИО7 в размере 45000 руб. и ФИО8 в размере 45000 руб.

На основании изложенного, истцы просят суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда: супруге ФИО1 – 1000000 руб., дочери ФИО6. – 500000 руб., сыну ФИО3 – 500000 руб.; взыскать расходы по оплате услуг представителей в размере 50000 руб.

Впоследствии истцы уточнили исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ. В уточненной редакции просили суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда: супруге ФИО1 – 1000000 руб., дочери ФИО6. – 500000 руб., сыну ФИО3 – 500000 руб.; взыскать расходы по оплате услуг представителей: ФИО7 - в размере 45000 руб.; ФИО8 - в размере 45000 руб.

Истец ФИО6, истец ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц по правилам статьи 167 ГПК РФ.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила суд удовлетворить их в полном объеме.

Представители истцов ФИО9, ФИО8, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, просили суд удовлетворить их в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО10, действующая на основании ордера, исковые требования не признала, просила суд отказать в их удовлетворении в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в возражениях и дополнениях к возражениям на исковое заявление, приобщенным к материалам дела.

Суд, выслушав пояснения явившихся лиц, заключение прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения статей 151, 1101 ГК РФ предусматривают возможность взыскания компенсации морального вреда с причинителя вреда, исходя из степени его вины и иных заслуживающих внимания обстоятельств. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока, не доказано обратное.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пп. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно разъяснениям, данным в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как установлено судом, ФИО5 был принят на работу к ИП ФИО4 в соответствии с трудовым договором от 22.04.2022 года №2 07/22 в должности автомеханика.

Согласно акта о несчастном случае №1 от 19.01.2023 года, ИП ФИО4 осуществляет техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств. Территория организации представляет собой боксы для ремонта автомобилей и прилегающая территория огороженная по периметру. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился на своем рабочем месте. Около 17 часов, окончив работу, он стал собираться домой. ФИО4 зашел в раздевалку, когда там переодевался ФИО5 и попрощался, после чего ушел в офис. Через некоторое время к ФИО4 обратился ФИО13 и сообщил, что ФИО5 находится в офисе и говорит, что неважно себя чувствует. ФИО4 отправился к ФИО5 и спросил, что случилось, ФИО5 пояснил, что ему стало плохо и он упал. Минут через 15 приехали сотрудники скорой медицинской помощи, посмотрели ФИО5 и приняли решение госпитализировать пострадавшего. В ходе расследования было установлено: автомеханик ФИО5 был принят на работу к ИП ФИО4 в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №. Вводный инструктаж проведен ДД.ММ.ГГГГ, проведен первичный инструктаж ДД.ММ.ГГГГ. Автомеханик ФИО5 прошел обучение по охране труда и проверку знаний согласно протоколу № от ДД.ММ.ГГГГ. Периодический медицинский осмотр ФИО5 не проходил; специальная оценка труда на рабочем месте автомеханика не проведена на момент несчастного случая, заключен договор СОУТ № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг по проведению специальной оценки условий труда; период работы в ИП ФИО4 автомеханик ФИО5 не предоставлял листов временной нетрудоспособности. Вид происшествия: падение на ровной поверхности одного уровня. Заключение о тяжести повреждения здоровья: смерть гражданина ФИО5 наступила в стационаре МБУЗ ГБСП г.Ростова-на-Дону в 11 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ в результате тяжелой закрытой черепно-мозговой травмы.

Согласно представленному в материалы дела заключению государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что из протокола опроса ФИО5, проведенным УУП ОУУП и ПДН ОП-2 УМВД России по г.Ростову-на-Дону ДД.ММ.ГГГГ: ДД.ММ.ГГГГ он находился по адресу: 

<

адрес>, он шел по улице возле боксов и стало плохо, упал, получил травму головы. Физически его никто не трогал. Претензий он ни к кому не имеет. Просил проверку по данному факту не проводить. От написания заявления отказался.

Согласно ответа Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РО от 12.05.2025г. застрахованный ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер вследствие несчастного случая, произошедшего 19.01.2023г. в период его работы в ИП ФИО4, в связи с чем приказом №-В от 20.12.2023г. была назначена единовременная страховая выплата в размере 1000000 рублей и выплачена ФИО1 

Установив указанные обстоятельства, государственный инспектор труда пришел к заключению, что данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, подлежащий оформлению актом о несчастном случае на производстве по месту регистрации ИП ФИО4, причина несчастного случая: внезапное ухудшение состояния здоровья пострадавшего.

В соответствии с постановлением о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что уголовное дело № возбуждено ДД.ММ.ГГГГ в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ, по факту получения ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 телесных повреждений при выполнении работ по ремонту автомобилей по адресу: 

<

адрес>. на момент возбуждения уголовного дела было установлено, что неустановленное следствие лицо, в чьи должностные обязанности входило обеспечение и контроль за соблюдением требований охраны труды, не в полной мере выполнило свои должностные обязанности, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Согласно заключению эксперта №-Э-Д от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО5 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы. Данная травма образовалась в результате воздействия тупого твердого предмета, индивидуальные признаки контактирующей поверхности которого в повреждениях не отобразились. Травма прижизненная, по данным предоставленной медицинской документации, травма образовалась около 16:30 ДД.ММ.ГГГГ, при падении из положения стоя, что не противоречит характеру выявленных повреждений и степени выраженности реактивных изменений; смерть ФИО5 наступила в стационаре в 11 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ. После получения данного комплекса черепно-мозговой травмы самостоятельно совершать целенаправленные действия ФИО5 мог ограниченный промежуток времени вплоть до развития угрожающего жизни состояния, в пределах считанных часов. Данная травма квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в соответствии с п.6.1.3 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО5

Следствие не было получено доказательств о получении травмы ФИО5 в результате несоблюдения правил техники безопасности в ходе выполнения работ по ремонту автомобилей.

Из полученных доказательств следует, что ФИО5 упал после выполнения работ на ровной поверхности самостоятельно.

Собранными в ходе расследования доказательствами опровергнуть или достоверно установить обстоятельства падения ФИО5, не представилось возможным, поскольку очевидцами падения никто не являлся.

Проанализировав собранные доказательства по уголовному делу, оценивая их с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности в достаточности, следствие пришло к выводу об отсутствии самого события преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ, в связи с чем уголовное дело № было прекращено.

Установив указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в данном случае уголовное дело было возбуждено именно по факту нарушения требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшего смерть работника. В рамках указанного уголовного дела исследовались действия и бездействие работодателя на предмет выявления наличия нарушений, повлекших столь тяжкие последствия, то есть устанавливалась его вина.

Поскольку уголовное дело прекращено по реабилитирующему основанию – за отсутствием события преступления – это означает, что уполномоченный государственный орган, проведя расследование, не усмотрел в действиях (бездействии) ответчика не только вины работодателя, которая находилась бы в причинной связи со смертью работника, но и вообще доказательств получения травмы ФИО5 в результате несоблюдения техники безопасности при выполнении работ у ответчика.

Постановление о прекращении уголовного дела по указанному основанию является безусловным доказательством отсутствия противоправных виновных действий (бездействия) ответчика, находящихся в причинной связи со смертью работника, что опровергает главный довод истца о наличии вины ответчика как основания для взыскания морального вреда.

Таким образом, вывод органа, производящего уголовное расследование об отсутствии вины ответчика в причинении смерти работника, свидетельствует об отсутствии предусмотренного законом основания (вины) для возложения на него обязанности по компенсации морального вреда по правилам статьи 1064 ГК РФ.

Однако факт причинения вреда здоровью ФИО5, а именно факт наступления его смерти, квалифицируется как несчастный случай, связанный с производством, что было отражено в акте о несчастном случае №1 от 19.01.2023 года, а также факт наступления указанного события не отрицается ответчиком, в связи с чем, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральны возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33 от 15 ноября 2022 г. "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, истцы имеют субъективное право требования компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, повлекшего смерть их родственника.

В обоснование исковых требований истцы указали, что в результате действий (бездействий) ответчика, а именно: не выполнения закона по обеспечению безопасности труда, имеется причинно-следственная наступивших последствий, приведших к смерти ФИО5, в связи с чем они испытывают сильные моральные страдания, эмоциональную боль, потерю кормильца и опору семьи, что повлекло для них тяжелые психоэмоциональные последствия. 

Учитывая то обстоятельство, что в рамках расследования несчастного случая заключением госинспектора труда по РО произошедший несчастный случай квалифицировано, как несчастный случай на производстве, учитывая, что в момент причинение вреда здоровью, приведшее к смерти, ФИО5 находился на территории работодателя, поскольку он произошел при исполнении погибшим трудовых обязанностей, суд приходит к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда истцам, поскольку они являются близкими родственником погибшего, смерть родственника причинила им нравственные страдания, повлекла невосполнимость утраты близкого родственника.

С учетом фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, при этом учитывая то обстоятельство, что данный несчастный случай произошел на производстве ответчика, учитывая отсутствия вины работодателя, определенной в установленном законом порядке, учитывая объяснения самого погибшего, из которых следует, что он шел по улице возле боксов, ему стало плохо и он упал, получив травму головы, а также учитывая, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, учитывая индивидуальные особенности истцов, их возраст, состояние здоровья, также принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, удовлетворив их частично, а именно по 100 000 руб. каждому. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, и расходы на оплату услуг представителя.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны, согласно правовой позиции, изложенной в п. 12, 13 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Судом установлено, что интересы истцов при рассмотрении настоящего гражданского дела в суде представляли: ФИО7 и ФИО8

Как следует из представленных квитанций к приходным кассовым ордерам от 11.10.2023 года №301, от 30.10.2023 года №313, от 21.08.2024 года №263, ФИО3 оплачены ФИО7 за представление интересов денежные средства в размере 45 000 рублей; согласно представленным квитанциям к приходным кассовым ордерам от 11.10.2023 года №302, от 30.10.2023 года №312, от 28.08.2024 года №268, ФИО3 оплачены ФИО8 за представление интересов денежные средства в размере 45 000 рублей.

При разрешении вопроса о взыскании расходов по оплате услуг представителя юридическое значение имеют обстоятельства осуществления представления интересов истца и оказания ему юридических услуг, на оплату которых им понесены расходы, в связи с рассмотрением дела. Указанные обстоятельства подтверждены истцом допустимыми и относимыми доказательствами.

При определении суммы, подлежащей взысканию в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд исходит из среднего уровня оплаты аналогичных услуг, объема выполненных представителем истца услуг, при этом суд учитывает сложность гражданского дела, характер рассматриваемого спора, объем доказательной базы по данному делу, количество судебных заседаний.

Учитывая, что истец представил в материалы дела достаточные доказательства в подтверждение факта несения им указанных расходов при рассмотрении настоящего дела, суд в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, определяет к возмещению сумму судебных расходов, подлежащих взысканию с ответчика, на оплату услуг представителей в размере 30 000 руб., что соответствует требованиям разумности и справедливости, с учетом конкретных обстоятельств дела, исходя из среднего уровня оплаты аналогичных услуг, объема выполненных услуг.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку судом были удовлетворены исковые требования неимущественного характера, то с ответчика ИП ФИО4 подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3 000 руб. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ИП ФИО4, третье лицо Государственная инспекция труда в РО о взыскании компенсации морального вреда -удовлетворить частично. 

Взыскать с ИП ФИО4 ( № в пользу ФИО1 (№ компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Взыскать с ИП ФИО4 № в пользу ФИО2 (№ компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Взыскать с ИП ФИО4 (№ в пользу ФИО3 № компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 рублей. 

Взыскать ИП ФИО4 в доход местного бюджета расходы по оплате госпошлины 3000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: 

Мотивированный текст решения изготовлен 27 июня 2025