УИД 34RS0015-01-2025-000643-64 дело 2а-337/2025

Судья Диденко С.А. дело № 33а-2527/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Волгоград 26 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по административным делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Балашовой И.Б.,

судей Рогозиной В.А., Левочкиной О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Тороповой Т.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 7 по Волгоградской области о признании незаконным требования о предоставлении декларации о доходах и уплате налога

по апелляционной жалобе административного ответчика Межрайонной ИФНС России № 7 по Волгоградской области

на решение Еланского районного суда Волгоградской области от 21ноября2025 г., которым требования ФИО2 Г,И. удовлетворены.

Заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Балашовой И.Б., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с административным иском к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 7 по Волгоградской области (далее – МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области) о признании незаконным требования о предоставлении декларации о доходах и уплате налога, указав, что 3 марта 2025 г. в ее адрес поступило письмо административного ответчика № 

<

...> с разъяснением о необходимости предоставления декларации в отношении отчужденных ею объектов недвижимости, на которое ею был дан ответ о несогласии с изложенными в письме доводами.

4 июня 2025 г. в ее адрес поступило уведомление МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области № 

<

...> от 29 мая 2025 г. о предоставлении декларации о доходах, на которое ею также был дан ответ о несогласии с доводами, приведенными в решении.

После получения ответов административного ответчика, игнорирующих ее доводы, ею была направлена жалоба в Управление ФНС России по Волгоградской области, на которую был дан ответ, содержащий согласие с МИФНС России № 7 по Волгоградской области.

Административный истец полагала незаконным и необоснованным решение МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области о необходимости предоставления ею декларации о доходах и уплате налога в связи с отчуждением в 2024 г. следующего недвижимого имущества:

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для обслуживания склада с кадастровым № 

<

...> расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на здание склада с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для производственных целей с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на изолированную часть здания склада с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для торговли и общественного питания с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес>

- 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание с подвалом с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на земельный участок под магазин с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на магазин с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на здание магазина с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для эксплуатации нежилого здания с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на здание магазина промышленных товаров повседневного спроса с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>

• 1/2 (одной второй) доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым № 

<

...>, расположенный по 

<

адрес>, поскольку административным ответчиком не учтены следующие обстоятельства: ДД.ММ.ГГГГ умер ее муж - ФИО. Наследниками по закону являются: она и сыновья: ФИО, ФИО. В рамках наследственного дела она получила также свидетельства о праве собственности на имущество, приобретенное супругами в период брака, как пережившая супруга. После оформления наследственных прав они, наследники, решили разделить наследственное имущество, в связи с чем, ими был заключен договор мены имущества, удостоверенный нотариусом Еланского района Волгоградской области ФИО3 16 мая 2024 г. за реестровым № 

<

...>

Впоследствии, когда она поняла, что договор мены не отражает ее истинных намерений - раздела наследственного имущества, договор мены, удостоверенный нотариусом Еланского района Волгоградской области ФИО3 16мая2024г. за реестровым № 

<

...>, был признан Еланским районным судом Волгоградской области недействительным (решение от 19августа2024 г. вынесено по иску ФИО1 к ФИО о признании недействительным договора мены, гражданское дело № 

<

...>). После признания недействительным договора мены, они заключили соглашение о разделе наследственного имущества, удостоверенное 5 декабря 2024 г. нотариусом Еланского района Волгоградской области ФИО3 за реестровым № 

<

...>, а также заключены договоры купли-продажи долей в объектах недвижимости, право собственности на которые возникли у нее в момент приобретения объектов ее мужем. В уведомлении налоговым органом верно указано, что недвижимое имущество использовалось в коммерческих целях мужем административного истца - С.Ф.. Однако непосредственно ею никакая коммерческая деятельность не осуществлялась и не осуществляется. Пунктом 17.1 статьи 217.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) предусмотрено, что положения настоящего пункта не распространяются на доходы, получаемые физическими лицами от реализации ценных бумаг, цифровой валюты, а также на доходы, получаемые физическими лицами от продажи имущества (за исключением жилых домов, квартир, комнат, включая приватизированные жилые помещения, садовых домов или доли (долей) в них, а также транспортных средств), непосредственно используемого в предпринимательской деятельности. Данная статья не распространяется на супругов предпринимателей, использовавших имущество в коммерческих целях. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что по смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с ее статьями 1 (часть 1), 15 (части 2 и 3) и 19 (части 1 и 2) в Российской Федерации как правовом государстве законы о налогах должны содержать четкие и понятные нормы. Поэтому Налоговый кодекс Российской Федерации предписывает, что необходимые элементы налогообложения (налоговых обязательств) должны быть сформулированы таким образом, чтобы каждый точно знал, какие налоги, когда и в каком порядке он обязан платить (пункт 6 статьи 3), а все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах следует толковать в пользу налогоплательщика (пункт 7 статьи 3). Именно соблюдение конституционных предписаний относительно формальной определенности и полноты элементов налогового обязательства при формировании структуры налога и учет объективных характеристик экономико-правового содержания налога обеспечивают эффективность налогообложения, и реальность его целей и позволяют налогоплательщикам своевременно уплатить налог, а налоговым органам - осуществлять контроль за действиями налогоплательщиков по уплате налоговых сумм в бюджет (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 мая 2013 г. № 11-П и 1 июля 2015 г. № 19-П). Анализ приведенных нормативных положений в их взаимной связи позволяет сделать вывод, что любое экономическое приращение (как в денежной, так и в натуральной форме), которое возникло у физического лица вследствие наследования, не формирует у него обязанности по уплате налога, и налоговая льгота в виде освобождения от уплаты НДФЛ распространяется и на выдаваемые супругу-наследнику свидетельства о праве собственности, поскольку данное действие неразрывно связано с самим наследованием, обусловлено существующим нормативным регулированием в области наследования. Иное означало бы нарушение конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (статья 19 Конституции Российской Федерации). До заключения договора купли-продажи ею через своего представителя сделан запрос в налоговую инспекцию, чтобы убедиться в том, что доход от продажи этих объектов не будет облагаться налогом (запрос и ответ прилагается). Квалификация сделок по отчуждению товаров, работ, услуг и имущественных прав как хозяйственных операций, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности возможна в силу длительности, систематичности и массовости действий, направленных на их приобретение и продажу. В данном случае, она, как супруга, лишь реализовала свои гражданские права в рамках наследования, в ее действиях нет признаков намерения извлечения прибыли, дохода и т.д. Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 6 марта 2018 г. № 308-КГ17-14457 по делу № А53-18839/2016 направленность действий гражданина на систематическое получение прибыли состоит в активных действиях - вовлечении соответствующих ресурсов (оборудования, рабочей силы, технологии, сырья, материалов, энергии, информационных ресурсов и т.д.), нацеленности произведенных затрат на получение положительного финансового результата. Как следует из письма № СА-4-7/8614 от 7 мая 2019 г. «О направлении обзора судебной практики по спорам, связанным с квалификацией деятельности физических лиц в качестве предпринимательской в целях налогообложения»: «В каждом конкретном случае, оценивая обстоятельства дела в совокупности и взаимосвязи, налоговым органам необходимо выяснять использовалось ли имущество в предпринимательской деятельности и определять занимается физическое лицо предпринимательской деятельностью или реализует свое право на осуществление гражданско-правовых сделок. При этом бремя доказывания обстоятельств, указывающих на фактическое вступление гражданина в оборот в качестве субъекта предпринимательской деятельности и дающих основания для квалификации полученного физическим лицом дохода как связанного с предпринимательской деятельностью, лежит на налоговом органе». На основании пункта 4 статьи 217.1 НК РФ минимальный предельный срок владения объектом недвижимого имущества составляет пять лет, за исключением случаев, указанных в пункте 3 статьи 217.1 НК РФ. Пунктом 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) постановлено, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. Согласно пункту 1 статьи 256 ГК РФ и пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. В соответствии с пунктом 1 статьи 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. В этой связи, поскольку недвижимое имущество приобретено в период брака в совместную собственность супругов, то минимальный предельный срок владения объектом движимого имущества, приобретенным в совместную собственность супругов, исчисляется с даты возникновения права собственности на такое недвижимое имущество супруга - фио, то есть превышает пять лет на дату заключения ею договоров купли-продажи. Таким образом, полученный ею доход от продажи супружеской доли в собственности на недвижимое имущество освобождается от обложения налогом на доходы физических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1165 ГК РФ наследственное имущество, которое находится в общей долевой собственности двух или нескольких наследников, может быть разделено по соглашению между ними. К соглашению о разделе наследства применяются правила настоящего Кодекса о форме сделок и форме договоров. То есть соглашение о разделе наследства определяет порядок владения именно наследственным имуществом, т.е. лица, которые увеличили свою долю в имуществе по соглашению о разделе наследства, получили эту долю в порядке именно наследования универсального правопреемства), а не в результате отчуждения/приобретения, следовательно, на эту часть имущества (доли) распространяется пункт 18 статьи 217 НК РФ. Данная позиция изложена в письме Министерства финансов Российской Федерации от августа 2019 г. N 03-04-05/59097.

Как отмечено административным ответчиком, по форме 3-НДФЛ за 2024 г. до 30 апреля 2025 г. обязаны предоставить лица, получившие доход от продажи недвижимого имущества, находившегося в собственности менее минимального предельного срока владения, и непопадающего под освобождение от налогообложения, а также получившие доход от реализации имущественных прав (переуступка права требования.

Учитывая, что обязанности по уплате налога на наследуемое имущество не возникает, соглашение о разделе наследства не влечет обязанности по уплате налогов, поскольку не является отчуждением недвижимого имущества, а является универсальным правопреемством, обязанность по предоставлению ею декларации о доходах и уплате налога на доход не возникает.

Сославшись на указанные обстоятельства, административный истец просил признать незаконным требование административного ответчика о предоставлении административным истцом декларации о доходах и уплате налога.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель МИФНС России № 7 по Волгоградской области оспаривает законность и обоснованность решения суда, просит его отменить, в удовлетворении административных исковых требований отказать, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В возражениях на апелляционную жалобу административный истец ФИО1 просит решение суда оставить без изменения апелляционную жалобу административного ответчика – без удовлетворения.

Выслушав представителя Межрайонной ИФНС России № 7 по Волгоградской области ФИО4, поддержавшего доводы жалобы, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со статьей 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) в полном объеме, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, в соответствии со сведениями, полученными МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области от ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» в рамках статьи 85 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), установлена реализация ФИО1 объектов недвижимого имущества по договорам купли-продажи от 5 декабря 2024 г. ФИО5 (далее – ФИО5) и ФИО6 (далее – ФИО6), а именно:

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для обслуживания здания склада с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рублей;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на здание склада с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рублей;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для производственных целей с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> 2 – цена предмета по договору 

<

.......> рублей;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на изолированную часть здания склада с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес>, 2 – цена предмета по договору 

<

.......> рубля;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для торговли и общественного питания с кадастровым № 

<

...> расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рубль;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание с подвалом с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рубль;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок под магазин с кадастровым № 

<

...> расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рубля;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на магазин с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рублей;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на здание магазина с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рублей;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок для эксплуатации нежилого здания с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цента предмета по договору 

<

.......>;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на здание магазина промышленных товаров повседневного спроса с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рублей;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рубль;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым № 

<

...>, расположенной по 

<

адрес> – цена предмета по договору 

<

.......> рублей.

В соответствии с договором купли-продажи от 5 декабря 2024 г. ФИО1 реализовала ФИО5 и ФИО6 по 4(четыре) объекта нежилого имущества и 4 (четыре) земельных участка, предназначенных для размещения нежилых объектов.

Вышеуказанное имущество зарегистрировано на ФИО1 5ноября2023 г. на основании свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу.

Ранее указанное выше имущество принадлежало покойному супругу ФИО7, период владения более пяти лет.

В этой связи, 3 марта 2025 г. МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области направила в адрес ФИО1 письмо № 

<

...>, в котором сообщено о получении от регистрирующих органов сведений об отчуждении ею в 2024 г. объектов имущества, принадлежащих их ей на праве собственности, с разъяснением положений статей 228, 229 НК РФ, в силу которых налогоплательщик, получивший доход от продажи имущества, находившегося в собственности менее минимального предельного срока, обязан представить налоговую декларацию, документы, подтверждающие отсутствие обязанности по предоставлению налоговой декларации по форме 3-НДФЛ в соответствии со статей 217.1, статьей 229 НК РФ.

В письме указаны сроки представления налоговой декларации и уплаты налога за 2024 г., а также алгоритм действий при подаче налоговой декларации в электронном виде.

8 апреля 2025 г. ФИО1 в адрес МИФНС России № 7 по Волгоградской области направлен ответ о несогласии с изложенной в письме позиции налогового органа о необходимости предоставления декларации 3-НДФЛ за 2024 г. в связи с отчуждением принадлежащих ей объектов недвижимости.

4 июня 2025 г. в адрес ФИО1 поступило письмо МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области № 

<

...> от 29 мая 2025 г., в котором вновь указано о получении от регистрирующих органов сведений об отчуждении ею в 2024 г. вышеуказанных объектов имущества, принадлежащих ей на праве собственности. Приведя положения статей 207 - 210, подпункта 2 пункта 1 статьи 228, пункта 17.1 статьи 217, подпункта 1 пункта 3, пункта 4 статьи 217.1 НК РФ, положения пункта 2 статьи 8.1, пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, налоговый орган указал, что срок владения вышеуказанных объектов составляет более предельного срока 5 лет, вместе с тем, налоговый орган предложил административному истцу в течение 5 рабочих дней с момента получения письма исчислить налог на доходы физических лиц за 2024 г., полученного от реализации вышеуказанного имущества посредством представления налоговой декларации по форме 3-НДФЛ и уплатить соответствующую сумму налога в бюджет, указав, что правило о минимальном сроке владения недвижимым имуществе в целях налогообложения в ее случае не действуют, поскольку реализованное имущество заведомо приобреталось для последующего извлечения прибыли от использования в коммерческих целях.

На указанное письмо 16 июня 2025 г. ФИО1 в адрес МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области был дан ответ о несогласии с изложенными в письме доводами о необходимости предоставления декларации 3-НДФЛ за 2024 г. в отношении отчужденных объектов недвижимости.

10 июля 2025 г. ФИО1 направила в ФНС России и в УФНС России по Волгоградской области жалобу на действия МИ ФНС России №7 по Волгоградской области о необходимости предоставления декларации 3-НДФЛ за 2024 г.

Ее жалобы оставлены вышестоящим налоговым органом без удовлетворения, что явилось поводом для обращения административного истца с настоящим иском в суд.

Удовлетворяя требования административного истца, суд пришел к выводу о том, что обжалуемое решение МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области о предоставлении декларации о доходах и уплате налога на имущество физических лиц не основано на действующем законодательстве, поскольку доказательств тому, что административным истцом спорные объекты недвижимости использовались в предпринимательской деятельности административным ответчиком суду не представлены и материалы дела не содержат обратного, как и не представлено то, что административный истец является индивидуальным предпринимателем.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении настоящего административного дела по существу, суд первой инстанции неправильно определил характер спорных правоотношений и юридически значимые обстоятельства и дал им оценку, несоответствующую фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующих возникшие правоотношения, в результате чего постановлено незаконное и необоснованное решение.

Свои выводы судебная коллегия основывает на следующем.

Согласно части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с частью 9 статьи 226 КАС РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В силу части 2 статьи 227 КАС РФ суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемого решения, действий (бездействия) незаконными, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 21 НК РФ налогоплательщики имеют право получать по месту своего учета от налоговых органов бесплатную информацию (в том числе в письменной форме) о действующих налогах и сборах, законодательстве о налогах и сборах и принятых в соответствии с ним нормативных правовых актах, порядке исчисления и уплаты налогов и сборов, правах и обязанностях налогоплательщиков, полномочиях налоговых органов и их должностных лиц, а также получать формы налоговых деклараций (расчетов) и разъяснения о порядке их заполнения.

Исходя из положений подпункта 1 пункта 1 статьи 31 НК РФ, налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 32 НК РФ налоговые органы обязаны осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, а также принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов (подпункт2); бесплатно информировать (в том числе в письменной форме) налогоплательщиков, плательщиков сборов и налоговых агентов о действующих налогах и сборах, законодательстве о налогах и сборах и о принятых в соответствии с ним нормативных правовых актах, порядке исчисления и уплаты налогов и сборов, правах и обязанностях налогоплательщиков, плательщиков сборов и налоговых агентов, полномочиях налоговых органов и их должностных лиц, а также представлять формы налоговых деклараций (расчетов) и разъяснять порядок их заполнения (подпункт 4).

Проанализировав содержание направленных в адрес административного истца писем, судебная коллегия приходит к выводу о том, что требованиям законодательства о налогах они не противоречат, поскольку содержат разъяснения положений Налогового кодекса Российской Федерации, регламентирующих порядок и сроки подачи налоговых деклараций формы 3-НДФЛ и уплаты налога на доходы физических лиц, и фиксируют факт получения административным истцом в 2024 г. дохода от продажи недвижимого имущества, используемого ее супругом в коммерческой деятельности.

Указанные письма МИ ФНС России № 7 по Волгоградской области носят исключительно информационный характер и направлены в адрес административного истца во исполнение обязанности налогового органа по бесплатному информированию налогоплательщика о действующих налогах, законодательстве о налогах, порядке исчисления и уплаты налогов, правах и обязанностях налогоплательщика, вытекающей из права налогоплательщика на получение такой информации, сами по себе каких-либо обязанностей на нее не возлагают и требованием об уплате налога на доходы физических лиц, неисполнение которого порождает для налогоплательщика определенные правовые последствия, не являются. Налогоплательщику фактически направлена информация о порядке действий в целях соблюдения налогового законодательства и исполнения предусмотренных налоговым законодательством обязанностей налогоплательщика.

В рассматриваемом случае направление в адрес административного истца писем, носящих информационный, предупредительный характер, согласуется с положениями налогового законодательства, предусматривающем бесплатное информирование (в том числе в письменной форме) налогоплательщиков, в частности, об обязанностях налогоплательщиков (подпункт 4 пункта 1 статьи 32 НК РФ).

Квалификация ФИО1 указанных писем как требований по обязыванию представить налоговую декларацию не соответствуют их содержанию.

Административный истец ФИО1, обратившись в суд с административным исковым заявлением, не представила доказательств, подтверждающих факт нарушения ее прав и законных интересов этими письмами налогового органа.

Доводы административного иска об отсутствии обязанности по уплате налога на доходы физических лиц, исходя из предмета спора и требований части 9 статьи 226 КАС РФ, не подлежали проверке судом первой инстанции, так как уместны лишь при разрешении спора об оспаривании решения налогового органа в случае привлечения к налоговой ответственности ввиду непредставления налоговой декларации и неуплатой налога на доходы физических лиц за 2024 г. в связи с реализацией вышеуказанных объектов недвижимости либо при разрешении спора о взыскании соответствующей задолженности.

Таким образом, совокупность условий, позволяющих суду принять решение об удовлетворении требований ФИО1, по настоящему делу отсутствует.

Поскольку, принимая оспариваемое решение, суд первой инстанции не учел вышеприведенные нормы права и обстоятельства дела, судебная коллегия считает необходимым решение суда отменить на основании пунктов 1, 4 части 2 статьи 310 КАС РФ и принять новое решение об отказе в удовлетворении административного искового заявления ФИО1

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 308-311 КАС РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Еланского районного суда Волгоградской области от 21ноября2025г. отменить, принять новое решение

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 7 по Волгоградской области о признании незаконным требования о предоставлении декларации о доходах и уплате налога – отказать.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий судья /подпись/

Судьи /подписи/