№ 12-42/2019

РЕШЕНИЕ

г. Острогожск «05» ноября 2019 года

Судья Острогожского районного суда Воронежской области Горохов С.Ю., 

с участием лица, привлекаемого к административной ответственности – ФИО3, 

защитника лица, привлекаемого к административной ответственности, ФИО3–ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ, в отношении 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, гражданина РФ, не работающего, пенсионера,

по жалобеФИО3 на постановление и.о. мирового судьи судебного участка № 1 мирового судьи судебного участка № 3вОстрогожскомсудебном районе Воронежской области от 21.08.2019 г., 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка № 1 мирового судьи судебного участка № 3 в Острогожском судебном районе Воронежской области от 21.08.2019 г. ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год.

В жалобе, поданной в Острогожский районный суд Воронежской области, ФИО3 просит указанное постановление отменить, и прекратить производство по делу об административном правонарушении. 

В обоснование доводов заявитель указал, что мировым судьей неверно дана оценка представленным материалам, событие административного правонарушения не имело места, поскольку не установлено четкой причинно-следственной связи между повреждениями на автомобиле Лада Ларгус г/н № и автомобиле 

<

данные изъяты> г/н № вследствие ихсоприкосновения. В ходе производства по делу ФИО3 пояснял, что в момент, когда его автомобиль Лада Ларгус г/н № и автомобиль Лада Веста г/н № вошли в контакт, транспортное средство ФИО3 было статично, то есть не двигалось, после чего ФИО3 вышел из своего автомобиля, увидел, что из автомобиля Лада Веста вышел мальчик, который ни каких претензий не предъявлял, при этом сказал, что нечаянно снял автомобиль с ручного тормоза, в результате чего автомобиль покатился, и произошло столкновение; затем ФИО3, убедившись в том, что на обоих транспортных средствах отсутствуют повреждения, которые могли бы быть следствием заявленного ДТП, уехал. При таких обстоятельствах событие ДТП, по смыслу Правил дорожного движения РФ, не наступило. Повреждения на заднем бампере его автомобиля были получены ранее, при заезде в гараж, что подтвердила опрошенная супруга ФИО3 - ФИО5 

Кроме того, оценивая объяснения ФИО7 – собственника автомобиля 

<

данные изъяты> и ФИО9,мировой судья необоснованно нашел их последовательными и подробными, указав, что какой-либо заинтересованности в даче ложных показаний у данных свидетелей нет, в то время как они являются близкими родственниками. В то же время, оценивая показания ФИО5 суд указал, что она является супругой ФИО3, в связи с чем, могла иметь заинтересованность в исходе дела. Таким образом имел место избирательный подход мирового судьи к оценке показаний свидетелей.

Кроме того, собственник автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО7 пояснял, что непосредственно соприкосновения транспортных средств не наблюдал, о случившемся ему сообщил его сын ФИО8, которого ФИО3 принял за водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, который не предложил оформить какие-либо документы и вызвать полицию, в то время как ФИО3 осмотрел оба автомобиля на предмет наличия технических повреждений, которых не установил, что подтверждалось показаниямиФИО9 Обязанности до кого-либодозваниваться и устанавливать собственника транспортного средства Правила Дорожного Движения на водителя не возлагают, причем ФИО9 не пояснял ФИО3, что он не собственник и не водитель автомобиля Лада-Веста и дождаться своего отца не предлагал.

Кроме того, лицо, составлявшее протокол по делу -ИДПСОГИБДД РФ по 

<

адрес> ФИО10, опрошенный в судебном заседании пояснил, что при визуальном сопоставлении повреждений обоих автомобилей был сделан вывод о том, что они были получены при столкновении, однако визуальное сопоставление предполагает постановку автомобилей таким образом, в каком положении они контактировали в момент столкновения для выявления контактных пар деталей транспортных средств, следообразующих и следовоспринимающих объектов, но вместе с теминформации о каком-либо сопоставлении транспортных средств в материалах дела не имеется. Более того, для выполнения вышеуказанного комплекса действий необходимо наличие специальных познаний в области транспортной трасологии и автотехнической экспертизы, коими ни сотрудник ГИБДДФИО10,ни суд не обладают. 

Кроме того, при опросе в судебном заседании ФИО10 так и не смог ничего пояснить, каким образом выявлялись соответствия повреждений на автомобилях друг другу; сотрудник ГИБДД пояснил, что он видит повреждения, и ему этого достаточно.

В материалах дела об административном правонарушении отсутствуют какие-либо материалы, доказывающие наличие причинно-следственной связи между повреждениями на транспортных средствах, и якобы случившимся дорожно-транспортным происшествием;фотографии, имеющиеся в материалах дела неинформативны, фотографии поврежденного транспортного средства 

<

данные изъяты> г/н № в материалах дела вообще отсутствуют, фотосъемка проводилась лишьпри осмотре транспортного средства ФИО3, причем повреждения транспортного средства ФИО6 и с правой стороны заднего бампера не соответствуют обстоятельствам соприкосновения автомобилей, так как не подходят по высоте, одновременное их образование невозможно, и для того, чтобы они образовались при рассматриваемом событии, необходимо, чтобы автомобили соприкоснулись под острым углом. 

В протоколах осмотра не указаны общие и частные признаки следов, степень их выраженности, их локализация, протоколы не позволяют соотнести повреждения на транспортных средствах между собой, в связи с чем протоколы и схема ДТП не могутявляться надлежащими доказательствами по делу.

В судебном заседании представитель ФИО3 – защитник ФИО2 доводы жалобы поддержал по указанным основаниям, просил постановление мирового судьи отменить, а производство по делу прекратить. Пояснил, что факт соприкосновения транспортных средств ни им, ни его доверителем ФИО3 не отрицается, однако при этом оспаривается сам факт дорожно-транспортного происшествия по смыслу Правил дорожного движения РФ и действующего законодательства, поскольку автомобили фактически повреждений от их взаимного соприкосновения не получили, в связи с чем данный случай дорожно-транспортным происшествием не является.

Исследовав и проверив представленные материалы, выслушав участвующих в деле лиц, свидетелей ФИО10, ФИО7, ФИО9, судья пришел к следующему выводу. 

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях «являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом...». 

Согласно ст. 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежат все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

На основании ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона.

В соответствии с ч.2 ст. 12.27КоАП РФ оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Как усматривается из представленных материалов и следует из содержания обжалуемого постановления мирового судьи, мировой судья сделал вывод о наличии виновности ФИО3 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ на основании исследованной совокупности представленных доказательств, в том числе на основании протокола об административном правонарушении серии 

<

адрес> от 14.08.2019 г., копии схемы места совершения административного правонарушения от 29.07.2019 г., на которой зафиксировано положение поврежденного автомобиля «

<

данные изъяты>протокола осмотра места происшествия от 29.07.2019 г.,, в котором зафиксированы повреждения автомобиля «

<

данные изъяты> в виде вмятин на капоте и повреждения переднего бампера; протоколов осмотра транспортных средств от 29.07.2019 г., в которых отражены механические повреждения автомобиля 

<

данные изъяты>», находившегося под управлением ФИО3 и автомрбиля «Лада Веста». Принадлежащего ФИО7; рапорта начальника смены дежурной части ОМВД России по 

<

адрес> ФИО11 согласно которому ДД.ММ.ГГГГ, в дежурную часть ОМВД России по 

<

адрес> поступило сообщение от ФИО7, который сообщил о том, что автомобиль белого цвета совершил наезд на принадлежащий ему автомобиль «

<

данные изъяты>», в результате чего тот получил механические повреждения, при этом водитель белого автомобиля сместа ДТП скрылся; справки о ДТП 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в 9 часов 10 минут произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственный регистрационным знаком № под управлением ФИО1 и автомобиля «Лада Веста» с государственным регистрационным знаком №; и другими материалами.

Согласно пункту 2.5 Правил дорожного движения РФ, при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию.

Таким образом, с объективной стороны правонарушение, предусмотренное частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ, выражается в невыполнении обязанностей, возложенных на водителей транспортных средств п. 2.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090.

В соответствии с требованиями пункта 2.6.1 Правил дорожного движения РФв случае, если в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только имуществу, водитель, причастный к нему, обязан освободить проезжую часть, если движению других транспортных средств создается препятствие, предварительно зафиксировав любыми возможными способами, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и повреждения транспортных средств.

При этом, водители, причастные к такому дорожно-транспортному происшествию, не обязаны сообщать о случившемся в полицию и могут оставить место дорожно-транспортного происшествия, если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств оформление документов о дорожно-транспортном происшествии может осуществляться без участия уполномоченных на то сотрудников полиции. В случае, если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств документы о дорожно-транспортном происшествии не могут быть оформлены без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, водитель, причастный к нему, обязан записать фамилии и адреса очевидцев и сообщить о случившемся в полицию для получения указаний сотрудника полиции о месте оформления дорожно-транспортного происшествия.

Исходя из положений данной нормы, участие в таком дорожно-транспортном происшествии обязывает водителя выяснять наличие или отсутствие разногласий относительно обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в его результате, характер и перечень видимых повреждений транспортных средств. При этом в случае наличия таковых водителю, причастному к дорожно-транспортному происшествию, надлежит сообщить о случившемся в полицию и оформить его с учетом указаний уполномоченных на то сотрудников полиции, а в случае отсутствия - оформить документы о дорожно-транспортном происшествии на ближайшем посту дорожно-патрульной службы или в подразделении полиции, либо в соответствии с Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, без участия сотрудников полиции.

По смыслу приведенных Правил, в случае дорожно-транспортного происшествия с участием транспортного средства, водитель одного из которых не присутствует на месте дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем установить наличие или отсутствие разногласий на предмет характера, перечня и оценки полученных повреждений не представляется возможным, другой участник дорожно-транспортного происшествия обязан сообщить о произошедшем дорожно-транспортном происшествии в полицию и дождаться их прибытия, что, в соответствии с материалами дела об административном правонарушении, и было сделано водителем автомобиля 

<

данные изъяты> г/н № ФИО7

Также в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 N 18 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что действия водителя, оставившего в нарушение требований пункта 2.5 Правил дорожного движения место дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Исходя из изложенного, действующие Правила дорожного движения РФ запрещают водителю покидать место ДТП при каких бы то ни было ситуациях и лишь в экстренных случаях, при наличии потерпевшего и невозможности отправить его в медицинскую организацию на попутном транспорте, водитель вправе доставить потерпевшего туда на своем транспортном средстве, после чего он обязан вернуться на место ДТП.

Более того, в соответствии со статьей 11.1 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" устанавливающей порядок оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, порядок такого оформления допустим лишь в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом;

в) обстоятельства причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характер и перечень видимых повреждений транспортных средств не вызывают разногласий участников дорожно-транспортного происшествия (за исключением случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии для получения страхового возмещения в пределах 100 тысяч рублей в порядке, предусмотренном пунктом 6 настоящей статьи) и зафиксированы в извещении о дорожно-транспортном происшествии, заполненном водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств в соответствии с правилами обязательного страхования.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 25 апреля 2001 года N 6-П, установленная законом обязанность лица, управляющего транспортным средством, оставаться на месте дорожно-транспортного происшествия, связывает данную обязанность с интересами всех участников дорожного движения и необходимостью обеспечения выполнения ими взаимных обязательств, порождаемых фактом дорожно-транспортного происшествия.

В данном случае материалы дела свидетельствуют о том, что ФИО3 был определенно осведомлен о столкновении транспортных средств, одно из которых находилось под его управлением, не отрицал факта первично произведенного им осмотра автомобилей в целях обнаружения либо установления им факта отсутствия на них механических повреждений, после чего, не дождавшись собственника (водителя) второго автомобиля, посчитав, что на его взгляд, автомобили не получили механических повреждений, уехал с места ДТП, тем самым проигнорировав требования Правил дорожного движения РФ, заведомо пренебрегая мнением собственника (водителя) второго автомобиля, участвовавшего в ДТП и возможным возникновением разногласий относительно наличия (отсутствия) механических повреждений, чем нарушил также порядок процедуры оформления ДТП без участия уполномоченных на то лиц и фактически воспрепятствовал своевременному установлению и фиксации обстоятельств дорожно-транспортного происшествия.

По мнению суда второй инстанции, все приведенные доказательства и установленные обстоятельства, оцениваемые применительно к положениям п. 1.2 Правил дорожного движения РФ, содержащего понятие ДТП, позволили мировому судье сделать правильный вывод о том, что событие, имевшее место быть ДД.ММ.ГГГГ года с участием транспортных средств 

<

данные изъяты> г/н № и автомобиле 

<

данные изъяты> г/н № отвечает признакам именно дорожно-транспортногопроисшествия, что, во всяком случае, обязывало ФИО3 выполнить требования, установленные п. 2.5, п. 2.6.1 Правил дорожного движения РФ, в том числе, не трогать свое транспортное средство при условии отсутствия помех другим участникам движения, дождаться собственника (или водителя) второго транспортного средства в целях совместного определения степени ущерба и дальнейшего оформления ДТП в упрощенном порядке, либо вызвать сотрудников ГИБДД, тогда как ФИО3 данные требования не выполнил, покинув место происшествия, в связи с чем его действия образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Таким образом, исходя из смысла вышеприведенных норм, доводы жалобы о том, что событие дорожно-транспортного происшествия по смыслу Правил дорожного движения РФ и действующего законодательства не имело места, поскольку автомобили от их взаимного соприкосновения повреждений не получили, в связи с чем данный случай дорожно-транспортным происшествием не является, по мнению суда, являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании Закона.

Содержащаяся в жалобе заявителя ссылка на то обстоятельство, что мировой судья рассмотрел дело об административном правонарушении необъективно, на основании документов, полученных с нарушением административного законодательства и с позиции выраженного обвинительного уклона, с нарушением принципа презумпции невиновности, не соответствует действительности, поскольку представленные материалы свидетельствуют о том, что к выводу о виновности ФИО3 в совершении административного правонарушения и квалификации его действий по части 2 статьи 12.27 КоАП РФ мировой судья пришел на основании всесторонне, полно и объективно исследованных доказательств по делу в их совокупности, достоверность и допустимость которых проверены мировым судьей, им дана надлежащая и мотивированная оценка, сомневаться в правильности которой оснований не имеется.

Довод жалобы ФИО3 о том, что к показаниям свидетелей ФИО7 и ФИО9 следует отнестись критически, поскольку они являются близкими родственниками, является несостоятельным, поскольку в суде второй инстанции данные свидетели допрашивались, судом установлено, что близкими родственниками по смыслу действующего законодательства они не являются, ФИО7 является отчимом ФИО9 Более того, показания допрошенных названных лиц подтверждены совокупностью имеющихся в деле вышеперечисленных доказательств и согласуются с ними.

При таких обстоятельствах утверждение ФИО3 об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ, а также об отсутствии допустимых и достоверных доказательств факта совершения им дорожно-транспортного происшествия, является необоснованным и не служит основанием для отмены постановления мирового судьи.

Таким образом суд второй инстанции приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении мировым судьей были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ, в силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены наличие события административного правонарушения, лицо, оставившее в нарушение ПДД РФ место дорожно-транспортного происшествия, участником которого оно являлось, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Письменные доказательства оформлены сотрудниками ГИБДД в рамках выполнения ими своих служебных обязанностей, в соответствии с требованиями закона, поводом к их составлению послужило непосредственное выявление административного правонарушения, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, а поэтому обоснованно приняты мировым судьей в качестве относимых, достоверных и допустимых доказательств, и положены в основу обжалуемого постановления, которое мотивировано и отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ.

По мнению суда второй инстанции каких-либо неустранимых сомнений по делу не усматривается. Принцип презумпции невиновности при рассмотрении настоящего дела нарушен не был. 

Анализируя представленные материалы, суд второй инстанции установил, что все процессуальные документы были оформлены в соответствии с действующим законодательством и в строгой последовательности. Оснований, по которым можно судить о личной заинтересованности в исходе дела у должностных лиц, оформлявших процессуальные документы, ни мировым судьей при вынесении обжалуемого постановления, ни судом второй инстанции установлено не было. 

Доказательств обратного ФИО3 и его защитником суду апелляционной инстанции представлено так же не было.

Постановление о привлечении ФИО3 к административной ответственности в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ, было вынесено мировым судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, регулируемой частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что при производстве по делу юридически значимые обстоятельства мировым судьей были определены правильно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, мировым судьей учтены характер совершенного административного правонарушения, личность лица, привлекаемого к административной ответственности, мера наказания назначена ФИО3 в пределах санкции соответствующей статьи, с учетом обстоятельств, влияющих на степень ответственности правонарушителя, грубо нарушившего требования Правил дорожного движения РФ, связанные с обязанностями водителей в связи с дорожно-транспортным происшествием, учтены цели наказания, а также наличие инвалидности второй группы в качестве смягчающиего наказание обстоятельства, а также отсутствие отягчающих административную ответственность ФИО3 обстоятельств.

Доводы жалобы ФИО3, по мнению суда второй инстанции, сводятся к переоценке выводов мирового судьи, выражают его субъективное мнение относительно обстоятельств произошедшего и действий мирового судьи и не содержат правовых аргументов, влияющих на выводы мирового судьи по делу.

На основании изложенного, учитывая, что нарушений норм материального и процессуального права при составлении материалов и рассмотрении дела мировым судьей не усматривается, судья приходит к выводу об оставлении постановления и.о. мирового судьи судебного участка № 1 мирового судьи судебного участка № 3 в Острогожском судебном районе Воронежской области от 21.08.2019 г.без изменения, а апелляционной жалобы ФИО3 - без удовлетворения.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. 30.6, ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

РЕШИЛ:

Постановление и.о. мирового судьи судебного участка № 1 мирового судьи судебного участка № 3 вОстрогожском судебном районе Воронежской области от 21.08.2019 г.о привлечении к административной ответственности ФИО3 ч. 2 ст.12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - оставить без изменения, жалобу ФИО3 – без удовлетворения. 

Судья С.Ю. Горохов