№ 1-357/2019

УИД 74RS0029-01-2019-001493-41

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

15 ноября 2019 года г.Магнитогорск

Ленинский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в составе: председательствующего судьи Кульбаковой Н.В. 

при секретарях Ткачевой О.В., Нелюбиной Л.В. 

с участием государственного обвинителя Торопченова А.А. 

подсудимого ФИО1 

защитников адвокатов Иваншиной О.А., Плескачевой Е.Е., 

а также потерпевшего К.В.В. 

представителя потерпевшего К.Т.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело по обвинению 

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимого, 

под стражей по настоящему делу не содержащегося, 

в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем злоупотребления доверием, в крупном размере, при следующих обстоятельствах. 

В один из дней в начале апреля 2014 года ФИО1 находился в квартире по 

<

адрес>, когда ему позвонил его отец К.В.В. и сообщил о том, что развелся с женой, проживает один, приобрел себе однокомнатную квартиру по 

<

адрес>. Тогда ФИО1 из личных корыстных побуждений, решил злоупотребить имевшимися между ним и отцом доверительными отношениями, сообщив отцу, что искренне желает оказать ему заботу и уход, для чего К.В.В. следует переехать на постоянное место жительства в г.Магнитогорск; уговорить продать свою квартиру; получить вырученные от продажи квартиры денежные средства, дав К.В.В. заведомо ложные обещания приобрести отдельное жилье в г.Магнитогорске, но в последующем свои обещания не исполнить, а полученные от отца денежные средства потратить по своему усмотрению на личные цели, таким образом похитить.

Реализуя задуманное, ФИО1 в период с апреля 2014 года по 06 июня 2014 года, неоднократно, находясь в г.Магнитогорске, умышленно, действуя из личных корыстных побуждений, путем ведения с отцом телефонных переговоров и видеозвонков посредством интернет-приложения «Скайп», злоупотребляя доверительными отношениями отец-сын, убеждал отца переехать на постоянное место жительства в г.Магнитогорск, для чего продать свою однокомнатную квартиру по 

<

адрес> вырученные денежные средства от продажи квартиры, под предлогом последующей покупки в собственность К.В.В. однокомнатной квартиры в г.Магнитогорске, перечислить на счет своей супруги П.Л.С., не осведомленной об истинных преступных намерениях ФИО1

К.В.В., введенный таким образом ФИО1 в заблуждение, продал принадлежавшую ему на основании договора купли-продажи от 28 февраля 2014 года, в соответствии со свидетельством о государственной регистрации права № от 17.03.2014 однокомнатную квартиру по 

<

адрес> Большую часть вырученных с продажи денег, а именно 1000000 рублей, он, доверяя ФИО1, придерживаясь достигнутых с ним договоренностей 06 июня 2014 года перечислил на счет П.Л.С. № в структурном подразделении ОАО «Сбербанк России» № по пр. К.Маркса, 18 в Ленинском районе г.Магнитогорска. 

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил потерпевшему К.В.В. материальный ущерб в крупном размере. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании с предъявленным обвинением не согласился. Пояснил, что никогда не имел умысла об обмане своего отца К.В.В. Показал, что в 2000 году проживал в г.Рязань, рядом с г.Тула, и часто приезжал к отцу. С 2005 года проживает в г.Магнитогорске, общался с отцом по телефону, позже по сети Интернет, отец приезжал в гости. Отец знал его семью, ему нравился г.Магнитогорск. В начале 2014 года, разговаривая с отцом по скайпу, увидел, что отец выглядит больным, находится в какой-то квартире. Со слов отца, узнал, что он развелся со второй супругой, оформил кредиты, купил квартиру в Тульской области. Живет один, денег хватает только на погашение кредитов, питается плохо, перенес инсульт. Боится второго инсульта. Чтобы погашать кредит, ему приходится работать. Таких разговоров было несколько. Обсудив с женой ситуацию, он пригласил отца жить к себе. Отец согласился, и они договорились, что для совместного проживания купят трехкомнатную квартиру. Желания приобрести отдельное жилье и проживать отдельно, отец не высказывал. Через 2 месяца отец продал свою квартиру, при этом пояснил, что все деньги он отдает сыновьям - его брату Сергею и ему, чтобы помочь приобрести квартиру, спрашивал как везти деньги. Он посоветовал перечислить деньги на счет его жены, открытый в Сбербанке, так как у него счета в нем не было. Он неоднократно говорил отцу частично погасить имеющиеся кредиты. Отец отвечал, что со своими кредитами он справится, и что он дает деньги ему, и он может тратить их по своему усмотрению, потому что будет жить у них, кушать, нужно будет платить за коммунальные услуги, сказал, что приедет в июне. Рассматривали варианты приобретения трехкомнатной квартиры, в связи с проживанием с ними отца. У супруги в трехкомнатной квартире ее родителей была в собственности 1/3 доли, и они решили выкупить оставшиеся 2/3 доли, принадлежавших в 1/3 доли теще, и 1/3 доля - сестре жены. Он рассказал об этом отцу. В конце июня 2014 года отец приехал в г.Магнитогорск. Отцу показывали чеки, отчитываясь как были потрачены деньги. Частично деньги тратились при отце, на приобретение бытовой техники, стройматериалов для ремонта квартиры. 

07 августа 2014 года умерла его мать в г.Кустанай, на похороны отец тоже ездил. На похоронах было много родственников. Отец всем рассказывал, как ему было плохо в г. Туле, и что сейчас он живет хорошо. За отцом они ухаживали, одевали его, отец не нуждался в бытовых вещах, жил на всем готовом, питались вместе. Поскольку они с супругой работали, отец находился дома один. Через некоторое время отец сказал, что дома ему скучно одному, и он устроился сторожем в садах. Зарплату тратил на себя. В сентябре 2014 года он с женой уезжали отдыхать, отец остался один. После отпуска заметили, что отец стал нелюдим, стал высказывать бытовые претензии, был недоволен едой. После постановки водомеров и замечания что тратит много воды, отец обиделся, заплатил за коммунальные услуги один раз. В конце октября, в их отсутствие, отец съехал от них, не отвечал на звонки. Позже отец сообщил, что не хочет с ними жить, просил вернуть его 1000000 рублей. Он ответил, что деньги потрачены, вернуть миллион рублей не может. Отец предложил ему погашать один из кредитов. Он отказался, поскольку такой возможности не имеют. В дальнейшем отец обратился с иском в суд, в марте 2015 года требования о взыскании миллиона рублей были удовлетворены. Кроме того, отец взыскал с него алименты. Дополнил о том, что не обещал отцу помогать в приобретении квартиры в г.Магнитогорске на перечисленные им денежные средства. В регистрационную палату с отцом не ездили. До настоящего времени отец прописан в их квартире. Исковые требования К.В.В. о компенсации морального вреда не признает. 

В ходе предварительного следствия ФИО1 показал, что общаясь по скайпу с отцом, увидев его болезненное состояние, предложил переехать в г.Магнитогорск, продать квартиру в д.Обидимо, а на вырученные деньги предложил либо приобрести ему отдельную квартиру в г.Магнитогорске, либо приобрести квартиру большей площадью и тогда отец будет проживать вместе с его семьей. Предложил отцу продать квартиру, так как иначе он не стал бы звать отца в г.Магнитогорск, поскольку на тот момент он с семьей проживал в съемной квартире, это было его условием. Через некоторое время отец согласился продать свою квартиру, а вырученные деньги передать ему для приобретения квартиры. Он спрашивал у отца по поводу оформления доли в квартире, которую они бы приобрели, но отец от доли отказался. Тогда же он сообщил отцу, что они собираются купить 2/3 доли в квартире, в которой супруга уже имела 1/3. Отец не возражал. В июне 2014 года отец продал свою квартиру, деньги от продажи в размере 1000000 рублей, по его просьбе, перевел на банковский счет, открытый на имя его жены, так как только у нее был открыт счет в ПАО «Сбербанк», это банк, который не требует комиссии при переводе. Тогда отцу ничего не было известно о том, какую квартиру и у кого они будут приобретать. В конце июня 2014 года отец переехал в г.Магнитогорск. Деньги, которые отец перевел на счет его супруги, предназначенные на покупку квартиры, он потратил на погашение автокредита и ремонт в квартире, которую собирались приобрести. Отцу об этом решении было известно, когда его квартира еще не была продана, отец не возражал. В июле 2014 года выкупили 2/3 доли указанной квартиры по 

<

адрес>. При оформлении документов, с супругой решили, что единоличным собственником квартиры будет супруга. Оформили ипотеку в размере 1200000 рублей. После ремонта, он с супругой и отцом переехали в квартиру. Все условия для отца – отдельную комнату, питание, были достойные. В ноябре 2014 года отец, ничего не говоря, съехал от них в съемное жилье и стал требовать вернуть ему 1000000 рублей. Деньги не вернули. Он настаивал, чтобы отец вернулся к ним, том 2 л.д. 225-228.

В ходе очной ставки между ФИО1 и потерпевшим К.В.В., ФИО1 показал, что денежные средства, которые его отец перевел на счет его жены, это подарок, на котором отец настаивал. Отец хотел, чтобы деньги от продажи его квартиры были получены им и братом, но брат отказался, так как на тот момент получил наследство матери. Когда отец проживал с ними, отца все устраивало, претензий он не высказывал, уехал без причины, том 3 л.д. 42-48.

Допрошенный в качестве подозреваемого ФИО1 от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ, том 3 л.д. 102-104. 

Допрошенный в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что в 2014 году он предложил отцу переехать в г.Магнитогорск, так как захотел обрести отца, когда последний позвонил и сообщил, что развелся с женой, проживает один, перенес инсульт. Ему показалось, что отец изменился, что решил вернуться к нему и брату, решил восстановить отношения, сблизиться. С братом они договорились, что он унаследовал имущество, оставшееся от их матери, а он (обвиняемый) унаследует имущество от отца. Поэтому, сообщив отцу это, тот перечислил 1000000 рублей ему в дар. Отец сам говорил, что будет проживать с ними. В последующем отцу предоставили отдельную комнату в их квартире. Никаких разговоров о приобретении отцу отдельной квартиры не было, том 3 л.д. 128-131.

После оглашения показаний подсудимый ФИО1 полностью их подтвердил. Отвечая на вопросы участников процесса, показал, что все разговоры были о совместном проживании с отцом. С отцом он общался часто, отец скрывал от своих родственников о своем разводе и о болезни. 

Вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления нашла свое подтверждение на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Потерпевший К.В.В. суду показал, что подсудимый ФИО1 - его сын от первого брака. Более 20 лет они не общались. С 1999 года он со второй женой К.Н.С. проживал в г.Тула, где построил дом. В связи с перенесенным в 2012 году инсультом, имеет инвалидность. 25 марта 2014 года брак был расторгнут. Дом продали, 2/3 от стоимости дома он передал бывшей жене, 1/3 в размере 800000 рублей осталась ему. Денег на приобретение жилья ему не хватило, в связи с чем устроился на работу, оформил три кредита, приобрел однокомнатную квартиру. О покупке квартиры в п.Обидимо он сообщил братьям, сыновьям. Сыну Евгению сообщил, что развелся, и тот может приезжать к нему в гости, так как до его развода, между его женой и подсудимым был конфликт. Через несколько дней ему позвонил Евгений, сообщил что к нему не приедет, что он должен продать свою квартиру и переехать к ним в г.Магнитогорск для совместного проживания. Он отказался, но обещал подумать. Через несколько дней Евгений вновь ему позвонил, настойчиво требовал продать квартиру и переехать к ним в г.Магнитогорск. Он сказал, что не готов к этому. Звонки ФИО2 продолжались, они общались по скайпу, общался он и с супругой сына и его тещей, которые вместе уговаривали продать квартиру и переехать в г.Магнитогорск, при этом обещали хороший уход и питание. Он решил, что для него будет лучше переехать к сыну, так как за ним будет уход, хорошее лечение, и согласился, но с условием, что сам себе купит отдельную однокомнатную квартиру в г.Магнитогорске. Сын просил никому об их разговоре не говорить. Но он позвонил сыну Сергею, рассказал о том, что ему предлагает Евгений. Сергей сказал, что знает об этом и что Евгений предлагает хороший вариант. После разговора с Сергеем, он позвонил Евгению и согласился на переезд. Евгений торопил его с продажей квартиры, поэтому продал квартиру всего за 1085 000 рублей. Перед сделкой, сын попросил перечислить деньги от продажи квартиры на счет его супруги, и выслал номер счета. В день сделки, 06 июня 2014 года, 1 000 000 рублей был перечислен на счет супруги ФИО2. На следующий день позвонил Евгению, последний сообщил о поступлении денег, и сказал, что они приняли решение не покупать ему однокомнатную квартиру, а купить большую трехкомнатную квартиру, в которой жить вместе. Он согласился, но с условием, чтобы 1/3 доли в квартире была оформлена в его собственность, был уверен, что так и будет. Переехал в г.Магнитогорск. Его встретил Евгений с супругой, привезли в съемную квартиру, где они на тот момент проживали. Через несколько дней его отвезли на дачу. В дальнейшем супруга ФИО2 упрекала его, что он много съел сосисок. На просьбу купить ему лекарства, Евгений купил дешевые лекарства, пояснив, что дорогие лекарства покупать не будет, что он здоров, а справки о заболевании и инвалидности купил. Он предложил Евгению, пусть трехкомнатная квартира принадлежит семье ФИО2, а он снимет себе жилье, но Евгений с женой возьмут на себя обязательства по погашению одного из его кредитов. Евгений отказался. Вынужден был устроился работать сторожем в садовом кооперативе. Через одну - две недели ему сказали, что поедут оформлять сделку по покупке квартиры. Его привезли в регистрационную палату, оставили в фойе. Через час Евгений с женой вышли, и Евгений сообщил, что сделка состоялась, квартира оформлена на его жену, что он сделал то, чего добивался. Квартира оформлена и теперь он может звонить кому угодно, потому что никогда никому ничего доказать не сможет, будет жить с ними в трехкомнатной квартире. Через некоторое время они переехали в трехкомнатную квартиру, ему выделили маленькую комнату, без ремонта, несмотря на то, что в остальной квартире был сделан ремонт и поставили условие – он не должен им мешать, не должен выходить из комнаты, смотреть телевизор в наушниках. Затем были постоянные упреки, что он не так постирал, не так ходит, не так убрался и т.д. Каждый день были провокации на скандал, он сидел в своей комнате. Затем Евгений сказал, чтобы он оплачивал коммунальные услуги, 1/3 счетов за свое проживание, он заплатил. Как-то в ходе разговора со снохой П.Л.С. последняя сказала, что его проживание злит их, мирного урегулирования вопроса не может быть, чтобы он жил, сколько проживет. Когда вечером пришел Евгений, сноха жаловалась, что он (К.В.В.) ее оскорблял, угрожал ей и унижал. Евгений схватил его, стал трясти и угрожать отправкой в психбольницу. Тогда он понял, что жить так нельзя, и когда сын с женой были на работе, собрал вещи и съехал от них. Сначала его приютил напарник по работе, затем уехал в г.Челябинск, где работал сторожем. Когда почувствовал себя плохо, уехал к своему брату, жил у него и лечился. Евгений звонил и просил вернуться. Его брат разговаривал с Евгением, спрашивал того, почему он так поступил с отцом. Евгений говорил, что у него (К.В.В.) никаких денег не было, что деньги он пропил, приехал к ним без денег, они пожалели его, а также то, что он не сможет ничего доказать и его нужно оформить в психбольницу. Неоднократно требовал у ФИО2 вернуть деньги или купить ему жилье в г.Магнитогорске. Сын сказал, что он ничего не докажет и что может обращаться куда угодно. В ноябре 2014 года он обратился в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1 000 000 рублей с П.Л.С. Иск был удовлетворен. На сегодняшний день взыскано 540000 рублей. На деньги, которые он получил от продажи квартиры, изначально хотел приобрести себе квартиру. Дарить сыновьям денежные средства он не собирался. 

Пояснил, что свидетеля защиты Г.Л.И. он, возможно, 30 лет назад видел. Но на похоронах первой жены с ней не встречался. На похоронах общался с племянником Выплавень, с родителями жены сына Сергея. На тот момент отношения с Евгением были испорчены, потому что он требовал выплатить деньги. Сын с женой уехали на похороны, при этом ему ничего не сказали. Узнав от своего брата, что его первая жена находится в плохом состоянии, он сам приехал. Евгений и П.Л.С. были удивлены его приездом. 

Им заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей. 

В ходе предварительного следствия потерпевший К.В.В. дал аналогичные показания, уточнил, что в ходе сделки, 2/3 доли трехкомнатной квартиры по 

<

адрес> П.Л.С. купила у своей матери П.Е.А.., а 1/3 доли была в собственности П.Л.С. еще до сделки. 

Когда он обратился в суд с иском о взыскании денежных средств, ему стало известно, что Евгений без его согласия полученные от него деньги, переведенные с целью приобретения ему квартиры в г.Магнитогорске, потратил на ремонт в приобретенной квартире, а также для погашения кредита за автомобиль. Распоряжаться принадлежащими ему денежными средствами согласия он не давал. Уточнил, что по решению суда сын выплачивает ему алименты, произведена частичная выплата по возвращению долга в размере около 600000 рублей. Ему причинен материальный ущерб на сумму 1000000 рублей, который является для него крупным, так как ежемесячный доход составляет 20886,80 рублей, из которых он платит кредит в размере 2780 рублей и оплачивает съемную квартиру в размере 5000 рублей. У ФИО2 была возможность вернуть часть денег в счет погашения долга, так как летом 2015 года на счет ФИО1 поступило 446000 рублей, которые перечислены его братом – К.С.В., так как он продал квартиру, оставшуюся после смерти матери, и половину суммы перечислил брату. Со слов Сергея он перечислил деньги Евгению по требованию последнего, так как тот сообщил, что хочет эти деньги вернуть ему (К.В.В.) в счет погашения долга, том № 2 л.д.189-195, 198-208. 

В ходе очной ставки между потерпевшим К.В.В. и ФИО1, потерпевший К.В.В. дал аналогичные показания, том 3 л.д. 42-48. 

В ходе очной ставки между потерпевшим К.В.В. и свидетелем П.Л.С., потерпевший К.В.В. дал аналогичные показания, дополнил, что когда проживал в д. Обидимо, ни в чем не нуждался. Съехал с квартиры сына, так как были неприязненные отношения и была угроза отправить его в психбольницу. Он требовал возврата денег, еще когда проживал с сыном на съемной квартире. Ему в грубой форме отказали. Затем он предложил сыну оплачивать один из его кредитов, а он будет жить на съемной квартире, но сын отказал, том 3 л.д. 49-57. 

После оглашения показаний потерпевший К.В.В. полностью их подтвердил. 

В ходе предварительного следствия свидетель К.Н.С., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, показала, что ранее состояла в браке с К.В.В. В марте 2014 года они расторгли брак, продали совместное имущество и К.В.В. получил 800000 рублей, взял кредит и за миллион рублей приобрел себе квартиру в 

<

адрес>. Летом 2014 года К.В.В. сообщил ей, что его зовет к себе проживать в г. Магнитогорск сын Евгений. Она его отговаривала. Через некоторое время К.В.В. снова позвонил и сообщил, что согласился переехать к сыну, собирается продавать квартиру. Через несколько месяцев позвонил К.В.В. и рассказал, что сын с невесткой его обманули, деньги от продажи квартиры в сумме 1000000 рублей присвоили себе, рассказал, что продав квартиру, деньги он перевел на счет своей невестки, и приехал к ним. Через некоторое время сын с женой на его деньги купили себе квартиру, а ему предложили жить с ними. Пожив некоторое время с ними, последние для него создали невыносимые условия, и К.В.В. ушел от них, устроился на работу, снимал комнату в коммунальной квартире, том 2 л.д. 217-219.

В ходе предварительного следствия свидетель К.Г.В., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст.281 УПК РФ, показал, что он является братом потерпевшего К.В.В. После развода со своей женой К.В.В. проживал один в своей однокомнатной квартире в пос. Обидимо около г.Тула. Примерно в апреле 2014 года от К.В.В. узнал, что он продал свою квартиру в пос. Обидимо за 1000000 рублей, основным условием его переезда в г.Магнитогорск, было приобретение для его проживания отдельной квартиры за денежные средства, полученные от продажи квартиры в пос. Обидимо. Деньги от продажи квартиры ФИО1 просил перевести на счет его супруги П.Л.С., чтобы приобрести квартиру для него в г.Магнитогорске до его переезда. После переезда выяснилось, что ФИО1 не собирался приобретать жилье для К.В.В., а хотел использовать полученные обманным путем деньги для приобретения 2/3 доли от квартиры, 1/3 часть которой уже принадлежала П.Л.С. При оформлении сделки по покупке доли в квартире, К.В.В. в право собственности не включили. В результате у К.В.В. не осталось ни собственности, ни денег на приобретение собственного жилья, том 2 л.д. 222-224.

В ходе предварительного следствия свидетель А.Т.Ю., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, показала, что 23 июня 2014 года она приобрела у ранее не знакомого К.В.В. однокомнатную квартиру по 

<

адрес> Тогда же ей от К.В.В. стало известно, что он по предложению своего сына продает эту квартиру, переезжает жить в г.Магнитогорск, где на вырученные деньги намерен приобрести себе отдельное жилье, а пока не купит жилье будет проживать с сыном. К.В.В. сам понимал, что проживая длительное время вдали от сына, вести с ним совместное хозяйство ему будет сложно. О том, что деньги от продажи квартиры К.В.В. собирается подарить сыну, потерпевший никогда ей не говорил. К.В.В. торопился продать квартиру. 990000 рублей она перечислила на его счет, том 3 л.д. 29-33, 78-82. 

В ходе предварительного следствия свидетель Л.И.В., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, показала, что в феврале 2014 года в ООО Агентство недвижимости «Город» в г. Тула, где она работала риэлтором, обратился К.В.В. с целью приобретения квартиры. Они оказали риэлтерские услуги, в результате чего 28 февраля 2014 года был заключен договор купли-продажи квартиры по 

<

адрес> и оформлен полный пакет документов. Через несколько месяцев к ним опять обратился К.В.В., который хотел продать указанную квартиру. К.В.В. сообщил, что наладил общение с сыном и сын настаивал на его переезде и продаже квартиры. На протяжении всей сделки сын торопил К.В.В. с оформлением документов и переводом денег. Полученные от продажи своей квартиры денежные средства К.В.В. перечислил на счет своего сына или его супруги. О том, что деньги от продажи квартиры К.В.В. собирается подарить сыну, К.В.В. ей не говорил, том 3 л.д. 35, 70-73. 

В ходе предварительного следствия свидетель Р.Н.Е., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, дала показания, аналогичные показаниям свидетеля Л.И.В., том 3 л.д. 36, 74-77. 

В ходе предварительного следствия свидетель Т.Н.А., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, показала, что с К.В.В. она с супругом ранее работали. После выхода на пенсию часто созванивались, К.В.В. приезжал к ним в гости. Им известно, что К.В.В. после развода с женой приобрел квартиру в пос.Обидимо Тульской области. У К.В.В. в г.Магнитогорске живет сын, с которым он длительное время не общался. Весной 2014 года сын пригласил К.В.В. на постоянное место жительства в г. Магнитогорск. К.В.В. согласился, продал свою квартиру с условием, что сын купит ему квартиру в г.Магнитогорске, и деньги от продажи квартиры перевел сыну, чтобы тот купил ему отдельную квартиру в г.Магнитогорске. Летом 2014 года К.В.В. переехал в г.Магнитогорск. В последующем от К.В.В. узнала, что квартиру сын ему не купил, а купил трехкомнатную квартиру и выделил К.В.В. комнату. В 2015-2016 г стало известно, что К.В.В. съехал от сына, так как сын и сноха обижали его, были конфликты по ведению совместного хозяйства, и он проживает на съемных квартирах, сын не выделил отцу долю в квартире. К.В.В. деньги от продажи квартиры дарить никому не собирался, том 3 л.д. 61-64. 

В ходе предварительного следствия свидетель Т.А.Н., чьи показания были оглашены в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ, дал показания, аналогичные показаниям свидетеля Т.Н.А., дополнил, что К.В.В. проживать с сыном не собирался. Все деньги от продажи своей квартиры, К.В.В. передал своему сыну, том 3 л.д. 66-69. 

Свидетель защиты К.С.В. суду показал, что подсудимый его брат, потерпевший – отец. У них большая и дружная семья, общаются семьями. Он проживает в Республике Казахстан, поэтому у него не было возможности приезжать к отцу, но они часто общались по скайпу и телефону. Отец неоднократно приезжал к нему в гости. С 2014 года он перестал общаться с отцом, так как постоянно ухаживал за тяжело больной матерью. В марте 2014 года отец связался с ним по скайпу, и рассказал, что развелся, живет один, о чем скрывал. В ходе следующего разговора с отцом по скайпу, за его спиной увидел голые стены и спросил, где он находится и что случилось. Отец сказал, что находится в г.Тула, остался один, перенес инсульт, ему нужна помощь, что нет средств жить, нет средств на лекарства. Необходимо выплачивать три кредита, нужны деньги, поэтому он устроился на работу сторожем. Так как у него не было возможности помогать отцу, он ухаживал за матерью, сказал, что ему надо переехать в г.Магнитогорск, ближе к Евгению. Позже по телефону отец сообщил, что продаст все свое имущество и переедет в г.Магнитогорск, что нужно позвонить Евгению. После разговора с отцом, он позвонил брату Евгению, сказал, что он ухаживает за мамой, а тому придется взять на себя уход за отцом, попросил его с отцом созвониться. Евгений согласился. В марте-апреле 2014 года отец сообщил о переезде в г.Магнитогорск, что будет жить у ФИО2, свою квартиру продаст, деньги отдаст ему и Жене. Он отказался от денег отца, пояснив, что после смерти матери ему останется ее квартира, и чтобы деньги он отдал брату, перечислил на счет. Они часто об этом разговаривали. Речи о самостоятельном проживании отца не было, потому что отец чувствовал себя плохо, что было видно. Отец с Евгением договаривались как отец передаст деньги, куда переезжает отец и в какой комнате будет жить. В конце июня 2014 года отец приехал в г.Магнитогорск. Отец с вокзала сообщил, что его встретили. После приезда в г.Магнитогорск он общался с отцом и видел, что у отца все хорошо, имеется своя комната с ремонтом. В августе 2014 года умерла мать. Отец и Евгений приезжали на похороны, вместе уехали домой. После смерти матери он продал ее квартиру, и полагающуюся сумму по завещанию матери, перечислил брату. В сентябре или в октябре 2014 года отец приезжал к нему в гости, рассказал, что имеются мелкие бытовые проблемы. Потом уехал. Как-то общаясь по скайпу, он увидел, что отец был не бритый, и удивился этому. Через какое-то время ему позвонил Евгений, сообщил, что отец ушел, не хочет с ними жить и просит вернуть деньги. Потом звонил отец, тоже говорил что не хочет жить с Евгением, и просил возвратить деньги. Евгений говорил, что денег нет, деньги потрачены на благоустройство квартиры, чтобы отцу было жить хорошо. О том, что отец переводит денежные средства подсудимому для приобретения ему квартиры, отец никогда не говорил. Говорил, что переводит деньги, чтобы не быть обузой. 

В ходе предварительного следствия свидетель К.С.В., чьи показания были оглашены в силу ч.3 ст.281 УПК РФ, дал аналогичные показания, дополнил, что отец не сообщал ему, что собирается покупать квартиру, говорил только, что едет к Евгению. Он понял, что отцу важно быть не одному, что с ним будет кто-то жить, так как он боялся один оставаться дома из-за своего болезненного состояния. Когда отец переехал в г.Магнитогорск, от отца и брата ему известно, что они вместе проживают в квартире, где ранее жила жена брата и ее близкие. Когда он общался по скайпу с братом и отцом, видел, что обстановка в комнате отца была лучше, чем обстановка в его квартире в г.Тула. Когда брат с отцом приезжали на похороны, он в поведении отца и брата ничего не заметил, они общались между собой, никаких претензий в адрес друг друга не высказывали, не говорили ему о том, что им вместе жить сложно. В сентябре 2014 года отец приезжал на поминки, сказал, что не хочет жить вместе с Евгением, хочет чтобы Евгений вернул ему деньги. Он расценил это так, что отец стал чувствовать себя лучше и решил жить один. От брата ему известно, что все деньги были потрачены, с согласия отца, в том числе, и на ремонт квартиры. Когда отец съехал от брата, ему стало известно, что отец хотел быть собственником доли в квартире, где они проживали. 

После смерти матери, согласно завещания, он получил в наследство ее долю в квартире, в которой собственниками были он, мама и подсудимый. Когда квартиру продали, часть денежных средств, частями, он перевел Евгению, которая была соизмерима его доли в квартире матери. Между ним и братом не было договоренности о том, что он получает от отца в дар денежные средства, вырученные от продажи его квартиры, а он полностью получает наследство от матери, том 3 л.д. 92-95. 

После оглашения показаний свидетель К.С.В. полностью их подтвердил. 

Свидетель защиты Т.Л.Н. суду показала, что подсудимый - ее сосед. Ранее в квартире по 

<

адрес> проживала теща подсудимого. В 2014-2015 гг в указанную квартиру переехал подсудимый с семьей, а его теща переехала на съемную квартиру. Она общается с семьей подсудимого. От жены подсудимого ей известно, что к ним жить собирался переезжать отец подсудимого. Она спросила, купили ли они квартиру, та ответила, что помог сват. Она видела, как потерпевший выходил из указанной квартиры, гулял с собакой, сказал, что приехал в гости. Конфликтов между потерпевшим и подсудимым, она никогда не слышала, потерпевший на сына не жаловался. Затем потерпевший уехал. В настоящее время с подсудимым в квартире проживает теща, помогает с маленьким ребенком. 

Свидетель защиты В.А.П. суду показал, что подсудимый его двоюродный брат, потерпевший - дядя. Дядя ему говорил, что переехал жить в г.Магнитогорск к сыну, так как хотел жить с сыном, чтобы была опора. Когда они проживали вместе, конфликтов между ними не было. Затем дядя перестал жить с сыном в квартире, и между ними начались разногласия, судебные тяжбы. Когда приезжали на похороны матери подсудимого, он общался с дядей, который еще проживал с сыном, дядя ни на что не жаловался, рассказал, что когда он жил в г.Туле, у него было два инсульта, и ему страшно было оставаться одному, он изъявил желание проживать с сыном, они договорились, что будут проживать совместно. У дяди в г.Туле была своя квартира, он ее продал, чтобы приобрести совместную квартиру с сыном. От подсудимого ему известно, что деньги от продажи квартиры в г.Туле были потрачены на приобретение совместного жилья, что дядя добровольно отдал ему деньги, и они с отцом намерены проживать в одной квартире. 

Свидетель защиты П.Л.С. суду показала, что подсудимый ее супруг, потерпевший – свекор. Супруг общался с отцом постоянно, последний приезжал к ним в 2011 году, когда они поженились, знакомился с ее семьей. В 2012 году от мужа узнала, что у К.В.В. был инсульт, с ним постоянно общались по скайпу. В 2014 году свекор разошелся с женой и стал жить один. Общаясь по скайпу заметили, что К.В.В. плохо выглядит, принимает постоянно лекарства, что он нуждается в уходе. ФИО1 предложить отцу проживать совместно, ухаживать за ним. Потерпевший по поводу продажи квартиры советовался со своими братьями, через два дня с радостью согласился, решил продать свою квартиру, а деньги подарить сыновьям, купить большую квартиру в г.Магнитогорске для совместного проживания с ними. Брат подсудимого отказался от подарка, в пользу подсудимого. Покупать отдельную квартиру в г.Магнитогорске свекор не собирался, так как в г.Магнитогорске квартиры стоили намного дороже, чем в Тульской области и он не хотел проживать отдельно. Когда продал квартиру в г.Туле, они предложили перечислить деньги на ее счет в Сбербанке, так как потерпевший боялся ехать с большой суммой денег. Еще до продажи своей квартиры в г.Тула, потерпевший знал, что они покупают квартиру у ее матери и сестры, оформляют ипотеку, и что единственным собственником будет она. Претензий по этому поводу свекор не предъявлял. Они не обещали потерпевшему оформить на него долю в приобретаемой квартире, не обещали купить ему однокомнатную квартиру. Потерпевшего интересовала прописка, чтобы ходить в поликлинику, получать пенсию, лекарства. Когда потерпевший переехал в г.Магнитогорск, состояние его здоровья было плохое, потому что он работал, у него было 3 кредита. Около полутора месяцев они проживали вместе в съемной однокомнатной квартире. После переезда к ним, потерпевший поправился. Когда вселились в трехкомнатную квартиру, потерпевшему выделили маленькую комнату, поскольку планировали ребенка. Потерпевший не возражал. Ремонт был сделан только в одной спальне и кухне. Все расходы с супругом они взяли на себя – коммунальные услуги, питание, она готовила, был общий стол, общий холодильник. Конфликтов между ними не было, были споры на бытовой почве. Они не препятствовали его проживанию в квартире. Потерпевший один раз оплатил коммунальные услуги. В конце октября - ноябре 2014 года потерпевший съехал от них и больше на контакт не шел, написал заявление в полицию, подал иск в суд о взыскании миллиона рублей. Иск был удовлетворен, и с 2015 года она выплачивает потерпевшему 50% с заработной платы. В период совместного проживания потерпевший не предъявлял требования о возврате денежных средств. Деньги потерпевшего были потрачены на приобретение квартиры и оплаты кредита. 

Дополнила о том, что если бы потерпевший не стал продавать свою квартиру в г.Туле, то мог жить с ними в съемной квартире. Первое время он с ними и проживал, потому что, когда он приехал, квартира была в стадии оформления документов, без ремонта. Намерений обмануть потерпевшего не было, хотели помочь. Во время совместного проживания подсудимый не угрожал потерпевшему, что сдаст его в психиатрическую больницу. 

Пояснила, что в квартире матери в г.Кустанае собственниками были мать, ее муж и его брат. Брат мужа ухаживал за матерью, и после ее смерти получал долю квартиры матери, поэтому договорились, что так, как их отец проживает с ними, подсудимый отказывается от части доли матери, брат мужа отказывается от денег отца. После смерти матери и продажи ее квартиры, брат мужа перечислил им 446000 рублей – это деньги от 1/3 принадлежащей доли мужа в квартире матери.

В ходе предварительного следствия свидетель П.Л.С., чьи показания были оглашены в силу ч.3 ст.281 УПК РФ, показала, что подсудимый никогда не предъявлял отцу претензий по поводу того, что тот ушел из семьи. Евгений с отцом в основном общались по скайпу. В ходе одного из таких общений, весной 2014 года, отец мужа рассказал, что он развелся, после раздела имущества ему не хватило денег на приобретение жилья, в связи с чем оформил кредиты. Ему не хватало денег, чтобы выплачивать кредиты, и он стал работать сторожем. Муж предложил ей помочь отцу, пригласить его на постоянное место жительства в г.Магнитогорск. В то время они проживали на съемной квартире, и звать К.В.В. им было некуда, при этом они уже длительное время пытались продать квартиру, в которой она в собственности имела 1/3 доли, также собственниками указанной квартиры были ее мать и сестра. Совместно с матерью, сестрой и мужем решили, что она с мужем оформят ипотеку, и как им объяснили в банке, имеющуюся у нее в собственности 1/3 доли квартиры можно оформить залоговым имуществом и не вносить первоначальный взнос, а полученные денежные средства были бы достаточны, чтобы приобрести отдельную квартиру ее сестре. Мама на тот момент ухаживала за своей тяжело больной мамой и решила, что будет вместе со своей мамой проживать в съемной квартире, чтобы не доставлять им неудобства. Когда они приняли решение выкупить 2/3 доли квартиры у ее мамы и сестры, тогда Евгений уговорил ее перевезти его отца в г.Магнитогорск на постоянное место жительство. Тогда муж в очередном разговоре с отцом сообщил о своем желание, чтобы его отец переехал в г.Магнитогорск. От кого было предложение, чтобы К.В.В. продал свою квартиру, не помнит. К.В.В. согласился на предложение и стал заниматься продажей квартиры. Когда квартиру продал, К.В.В. перевел полученные от продажи деньги в сумме 1 млн. рублей на счет ПАО «Сбербанк», открытый на ее имя, у ФИО2 не было счета в указанном банке. Денежные средства было принято перевести на счет, чтобы отец ФИО2 не вез их с собой. Отец ФИО2 перед тем как перевел указанную сумму ей на счет, говорил, что эти деньги он им дарит. Не было никакого разговора о том, что деньги переводит для того, чтобы они купили на них квартиру в г.Магнитогорске. Они сами думали, чтобы купить ему квартиру в г.Магнитогорске. Этой суммы не было достаточно для покупки квартиры. Но так как они уже занимались оформлением документов для получения ипотеки и уже было принято решение о том, что они выкупают 2/3 доли квартиры, расположенной по 

<

адрес>, они решили, что раз отец подарил данную сумму, то можно ее потратить на закрытие автокредита и на ремонт в приобретаемой ими квартире. В конце июня 2014 года в г.Магнитогорск приехал К.В.В., прожил с ними до ноября 2014 года. Конфликтов между ними не было, но у потерпевшего были претензии, то его плохо покормили. В ноябре 2014 года К.В.В. ушел от них. Через несколько дней К.В.В. ответил на звонок и потребовал вернуть один миллион рублей. Цели обмануть потерпевшего, похитить его деньги, у них с мужем, не было. Если бы деньги у них были, они вернули бы их, том 2 л.д.233-237. 

В ходе очной ставки между потерпевшим К.В.В. и свидетелем П.Л.С., П.Л.С. дала аналогичные показания, том 3 л.д. 49-57. 

После оглашения показаний свидетель П.Л.С. полностью их подтвердила. Отвечая на вопросы участников процесса, пояснила, что они с мужем обсуждали вопрос о приобретении потерпевшему отдельной квартиры, не купили ему отдельное жилье из-за недостаточности средств на его приобретение, а также потому что при совместном проживании ухаживать за человеком проще. 

Свидетель защиты ФИО3 суду показала, что подсудимый ее зять, потерпевший – его отец. В 2011 году потерпевший приезжал в гости к своему сыну Евгению и ее дочери, так они познакомились. Дочь с мужем жили в съемном жилье. Общались с потерпевшим по скайпу, отношения были хорошие. Когда потерпевший развелся с женой, купил квартиру, взяв кредит, жил один. Общаясь с ним, у нее создалось впечатление, что он плохо себя чувствует в связи с перенесенным инсультом, квартира была в плохом состоянии, нужен был ремонт. К.В.В. говорил, что боится жить один, ему необходимо постоянно принимать лекарства, он платит кредиты, денег не остается, поэтому решил, что ему лучше проживать с сыном. Потерпевший продал свою квартиру, чтобы переехать в г.Магнитогорск и проживать с сыном и со снохой. Деньги от продажи квартиры он подарил сыну, перечислил на расчетный счет ее дочери П.Л.С., так как не хотел их везти с собой. О том, что он хочет приобрести в г.Магнитогорске отдельное жилье, потерпевший никогда не говорил, об оформлении доли в его собственность в приобретенной квартире также не говорил, претензий по поводу того, что на него не оформили долю, не выражал. Еще до его переезда в г.Магнитогорск потерпевший знал, что квартиру решили оформить на жену подсудимого. В приобретенной квартире потерпевшему предоставили комнату. Большая часть из одного миллиона рублей была потрачена на ремонт квартиры и на кредит за машину, потерпевший об этом знал. Они вели общее хозяйство, ее дочь готовила на всю семью, стирала, убирала. За время проживания потерпевшего в семье ее дочери, с потерпевшего деньги ни за что не брали, все хозяйство было на ее дочери и зяте. Потерпевший свое пенсией распоряжался сам, погашал кредиты, собирался подрабатывать. За время совместного проживания конфликтов между ними не было. Она с потерпевшим часто общалась по телефону. Когда потерпевший съехал от дочери, стал требовать вернуть один миллион рублей. В 2014 году К.В.В. подал иск о взыскании денежных средств, иск удовлетворили. Денежные средства потерпевшему выплачиваются до настоящего времени. Возможности вернуть сразу всю сумму у дочери с зятем не было. 

Пояснила, что зять и дочь не уговаривали потерпевшего продать квартиру, а деньги передать им, обговаривали вопрос, где потерпевшему будет лучше жить. Она лично не уговаривала К.В.В. переехать в г.Магнитогорск и ничего не обещала. Дочь решила выкупить 2/3 доли в квартире задолго до того, как потерпевший переехал в г.Магнитогорск. Первоначальным взносом при покупке квартиры послужила доля дочери П.Л.С. в этой же квартире. Деньги потерпевшего на приобретение квартиры не были вложены в покупку квартиры. После продажи долей в квартире, которую приобрели подсудимый с женой, после выплаты процентов по ипотеке, купили двухкомнатную квартиру по 

<

адрес>, за 1200000 рублей. В 2014 году невозможно было купить однокомнатную квартиру в г.Магнитогорске за 1000000 рублей.

Будучи допрошенной в ходе предварительного следствия свидетель П.Е.А. дала аналогичные показания. Показала, что от зятя и дочери знает, что К.В.В., продав квартиру в Тульской области, перевел 1000000 рублей на счет дочери для зятя, чтобы им помочь материально. О том, что К.В.В. переводил денежные средства ФИО1, чтобы тот ему приобрел квартиру в г. Магнитогорске, она сама от К.В.В. таких требований или пожеланий не слышала, также ничего не знает о том, что К.В.В. узнав, что дети собрались приобретать квартиру по 

<

адрес>, просил их оформить ему в собственность долю в указанной квартире. Если бы К.В.В. хотел переехать в г.Магнитогорск и проживать в отдельной квартире, приобретенной на денежные средства от продажи его квартиры, то мог бы приехать в г.Магнитогорск и лично приобрести себе квартиру. От зятя известно, что денежные средства К.В.В. перевел ему как помощь, так как он переезжал в г.Магнитогорск, чтобы проживать с сыном и ее дочерью, он хотел жить в семье. Куда были потрачены зятем денежные средства, которые он получил от отца, не знает. Когда К.В.В. переехал в г.Магнитогорск, он стал проживать с ФИО1 и ее дочерью, ему выделили комнату, но через некоторое время после совместного проживания у него с детьми стали происходить конфликты. Каких-либо умышленных действий со стороны детей в отношении К.В.В. не было, они не хотели, чтобы он от них съехал. К.В.В. прожив несколько месяцев с ее дочерью и своим сыном, ничего не говоря, съехал, позже обратился в суд, чтобы ФИО1 вернул ему 1000000 рублей. Со слов К.В.В. она знает, что он хотел, чтобы эти денежные средства достались детям, и он будет проживать с ними вместе, как одна семья, том 2 л.д. 229-232. 

После оглашения показаний свидетель П.Е.А. их подтвердила, за исключением наличия между зятем и ее дочерью и потерпевшим конфликтов, пояснила, что были бытовые разногласия.

После обозрения протокол допроса, свидетель П.Е.А. подтвердила, что подписи в протоколе выполнены ею. Протокол она читала.

Свидетель защиты Г.Л.И. суду показала, что она коллега по работе матери подсудимого и первой жены потерпевшего. Она знала жену потерпевшего, вместе работали, иногда она приходила к ним в гости. От матери подсудимого знает, что потерпевший К.В.В. приезжал в г.Кустанай к детям. Последний раз видела подсудимого и потерпевшего на похоронах матери подсудимого в 2014 году. Потерпевший был на похоронах и общался с сыновьями Сергеем и Евгением. Тогда же потерпевший ей рассказал, что он развелся со второй женой, перенес инсульт, переехал жить к Евгению в г.Магнитогорск на постоянное место жительство, говорил, что у него все хорошо, был счастлив. Он болел, поэтому добровольно отдал сыну деньги, чтобы вместе проживать, чтобы о нем заботились, он как бы внес свой вклад в совместное проживание. Потерпевший не говорил о том, что хочет приобрести отдельное жилье или оформить долю в квартире ФИО2. Не говорил ни о каких конфликтах. От брата подсудимого К.С.В. известно, что потерпевший продал квартиру в Тульской области, просился переехать к брату подсудимого, но так как у них мама была тяжело больна, и он за ней ухаживал, он обратился к ФИО1, чтобы он его забрал. 

Кроме того, виновность подсудимого в совершении инкриминируемого преступления нашла свое подтверждение в исследованных в судебном заседании материалах уголовного дела. Виновность подтверждается:

- заявлением К.В.В., в котором он просит привлечь к уголовной ответственности своего сына ФИО1 за совершение мошеннических действий в отношении него, том 1 л.д. 3-5; 

- протоколом осмотра документов от 11 мая 2019 года: копии свидетельства о государственной регистрации права 71-АД 106786 от 17 марта 2014 года; копии договора от 05 мая 2014 года, заключенного между ООО Агентство недвижимости «Город» в лице генерального директора Л.И.В. (исполнитель) и К.В.В. (заказчик); копии предварительного договора купли-продажи с условием обеспечительного взноса от 30 мая 2014 года, заключенного между К.В.В. (продавец) и М.Т.Ю. (А.Т.Ю.) (покупатель); копии распоряжения Ф № ПАО «Сбербанк России» от 06 июня 2014 года; копии свидетельства о государственной регистрации права 71-АД 155833 от 23 июня 2014 года, том 3 л.д. 111-119;

- копией свидетельства о государственной регистрации права 71-АД 106786 от 17 марта 2014 года, в соответствии с которым на основании договора купли-продажи от 28 февраля 2014 года К.В.В. приобрел право собственности на квартиру по 

<

адрес>, том 3 л.д. 113; 

- копией договора от 05 мая 2014 года, заключенного между ООО Агентство недвижимости «Город» в лице генерального директора Л.И.В. (исполнитель) и К.В.В. (заказчик), согласно которого исполнитель оказывает заказчику услуги по отчуждению квартиры по 

<

адрес>, том 3 л.д. 114-115;

- копией предварительного договора купли-продажи с условием обеспечительного взноса от 30 мая 2014 года, заключенного между К.В.В. (продавец) и М.Т.Ю. (А.Т.Ю.) (покупатель), согласно которого К.В.В. продает М.Т.Ю. (А.Т.Ю.) квартиру по 

<

адрес>, том 3 л.д. 116-117;

- копией распоряжения Ф № ПАО «Сбербанк России» от 06 июня 2014 года, согласно которого К.В.В. перечислил со своего счета № рублей на счет № клиента ПАО «Сбербанк России П.Л.С. том 3 л.д. 118;

- копией свидетельства о государственной регистрации права № от 23 июня 2014 года, согласно которого М.Т.Ю. (А.Т.Ю.) приобрела квартиру по 

<

адрес> на основании договора купли-продажи от 06 июня 2014 года, том 3 л.д. 118 оборот, 

которые осмотрены и признаны вещественными доказательствами, том 3 л.д. 119;

- сведениями из АИС ПТК «Розыск-Магистраль», которыми подтверждается убытие К.В.В. железнодорожным транспортом с Казанского вокзала г.Москвы в г.Магнитогорск 26 июня 2014 года, том 3 л.д. 121;

- выпиской по счету № на имя П.Л.С., согласно которой на указанный счет 06 июня 2014 года поступил 1000000 рублей, 09 июня 2014 года снято 450000 рублей, 18 июня 2014 года снято 50000 рублей, том 2 л.д. 136;

- решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 17 марта 2015 года, вступившем в законную силу 24 апреля 2015 года, исковые требования К.В.В. к П.Л.С. о взыскании неосновательного обогащения в размере 1000000 рублей удовлетворены. В своем решении суд сослался на то, что ответчиком П.Л.С. не представлено доказательств, свидетельствующих о предоставлении ей денежных средств со стороны К.В.В. в размере 1000 000 руб. бескорыстно в дар либо на благотворительной основе. Напротив, судом установлено, что К.В.В., перечисляя денежные средства на расчетный счет П.Л.С. намерен был на свое имя приобрести жилое помещение в г.Магнитогорске (либо право собственности на долю в квартире). К.В.В., являясь инвалидом, имея проблемы со здоровьем, не имея своего жилого помещения (на праве собственности), находясь в неприязненных отношениях с сыном и его супругой, в связи с отсутствием денежных средств не имеет возможности приобрести себе жилье, в силу чего вынужден скитаться по съемным квартирам, том 1 л.д. 144-146; 

- решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 23 июня 2016 года, вступившем в законную силу 27 сентября 2016 года (с учетом, изменений, внесенных апелляционным определением Челябинского областного суда от 27 сентября 2016 года), исковые требования К.В.В. к ФИО1, П.Л.С. об определении доли в общем имуществе, обращении взыскания на имущество, удовлетворены частично. Произведен раздел имущества супругов П.Л.С. и ФИО1, выделены в собственность ФИО1 земельный участок и садовый дом, в собственность П.Л.С. – автомобиль марка «Шкода Фабиа», том 3 л.д. 231-239;

- решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 20 февраля 2017 года, вступившем в законную силу 27 апреля 2017 года, в удовлетворении исковых требований К.В.В. к ФИО1, П.Л.С. о взыскании компенсации морального вреда, с ФИО1 - в размере 350000 рублей, с П.Л.С. - в размере 150000 рублей отказано. Апелляционным определением Челябинского областного суда от 27 апреля 2017 года решение оставлено без изменений, том 3 л.д.240-245; 

- решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 25 июля 2017 года, вступившем в законную силу 10 октября 2017 года, исковые требования К.В.В. к ФИО1, П. Л.С. о признании солидарными должниками, об обращении взыскания на имущество удовлетворены в части, по исполнительному производству, возбужденному 01 мая 2015 года, судебным приставом–исполнителем в отношении должника П.Л.С. в пользу К.В.В. признан солидарным должником ФИО1 Для погашения задолженности П.Л.С. по исполнительному производству, возбужденному 01 мая 2015 года судебным приставом–исполнителем обращено взыскание на принадлежащий ФИО1 земельный участок и расположенный на нем садовый дом, в удовлетворении остальной части иска, отказано. Апелляционным определением Челябинского областного суда от 10 октября 2017 года решение оставлено без изменений, том 3 л.д.246-253; 

- решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 26 января 2018 года, вступившем в законную силу 01 марта 2018 года, исковые требования К.В.В. к ФИО1, П.Л.С. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 87123,10 рублей, удовлетворены, том 4 л.д.1-6;

- решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 03 мая 2018 года, вступившем в законную силу 05 июня 2018 года, исковые требования К.В.В. к ФИО1, П.Л.С. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворены частично, в сумме 109099,59 рублей, том 4 л.д. 7-9. 

Все процессуальные документы органом предварительного следствия составлены в соответствии с требованиями закона, без нарушений норм УПК РФ, являются достоверными и допустимыми доказательствами по делу, в связи с чем учитываются судом в качестве доказательств виновности подсудимого и берутся за основу в приговоре.

В судебном заседании достоверно установлено, что в один из дней в начале апреля 2014 года потерпевший К.В.В. сообщил подсудимому, что развелся с супругой, купил себе однокомнатную квартиру в Тульской области и проживает в ней один. После чего подсудимый стал уговаривать его продать квартиру, под предлогом оказания ему заботы и ухода, переехать проживать в г.Магнитогорск, вырученные деньги перечислить ему, чтобы он для него приобрел жилье в г.Магнитогорске. Он поверил подсудимому, продал свою квартиру по 

<

адрес>, по просьбе подсудимого перечислил 1000000 рублей на счет супруги подсудимого и приехал в г.Магнитогорск. Однако, подсудимый свои обещания не выполнил, жилье потерпевшему не приобрел, а полученные от него денежные средства в сумме 1000000 рублей потратил по своему усмотрению на собственные нужды. 

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями потерпевшего К.В.В., из которых следует, что узнав, что в его собственности имеется квартира, сын стал настаивать на ее продаже и его переезде в г.Магнитогорск. Под натиском сына он согласился, но при условии покупки в свою собственность однокомнатной квартиры в г.Магнитогорске, после чего продал квартиру в г.Туле, по просьбе сына перечислил деньги от продажи квартиры в сумме 1000000 рублей на счет его жены, после чего сын сообщил ему, что они не будут покупать ему отдельную квартиру, а купят трехкомнатную квартиру для совместного проживания. Он согласился при условии, что будет являться собственником 1/3 доли в приобретенной трехкомнатной квартире. Однако, жилье потерпевшему так и не было приобретено, деньги возвращены частично по исполнительному производству. 

Обстоятельства, изложенные потерпевшим К.В.В. в своих показаниях объективно подтверждаются подробными, последовательными показаниями свидетелей обвинения К.Г.В., К.Н.С., А.Т.Ю., Т.Н.А., Т.А.Н., согласно которых обязательным условием потерпевшего его переезда в г.Магнитогорск было приобретение собственного отдельного жилья, показаниями свидетелей Л.И.В., Р.Н.Е., из которых следует, что в феврале 2014 года их агентство помогло приобрести К.В.В. в собственность однокомнатную квартиру в г.Туле, а через несколько месяцев помогло продать ту же квартиру, подтверждается материалами дела и прежде всего, копиями свидетельств о государственной регистрации права, согласно которых в собственности К.В.В. имелась квартира по 

<

адрес>, которую он продал М.Т.Ю. (А.Т.Ю.) на основании договора купли-продажи, копией распоряжения о перечислении 1000000 рублей на счет жены подсудимого. 

Оценивая приведенные показания потерпевшего К.В.В. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, свидетелей К.Г.В., К.Н.С., А.Т.Ю., Т.Н.А., Т.А.Н., Л.И.В., Р.Н.Е., данные ими в ходе предварительного следствия, следует отметить, что они подробны, последовательны, не содержат противоречий относительно обстоятельств совершенного подсудимым преступления, согласуются между собой и другими исследованными в судебном заседании доказательствами, дополняют друг друга. Поэтому у суда нет оснований сомневаться в достоверности показаний указанных свидетелей и показаний потерпевшего. В связи с чем показания указанных свидетелей и потерпевшего признаны судом допустимыми и достоверными доказательствами по делу, добытыми с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, положены в основу приговора. 

Подсудимый в судебном заседании показал, что отец не желал приобретать в г.Магнитогорске отдельную квартиру и проживать отдельно от него и его семьи, а он не обещал отцу приобрести отдельную квартиру в г.Магнитогорске, денежные средства в сумме 1000000 рублей отец ему подарил. Они договорились с отцом о том, что приобретут трехкомнатную квартиру, в которой будут совместно проживать. 

В ходе предварительного следствия и в судебном заседании подсудимый ФИО1 давал противоречивые и непоследовательные показания. 

Так, в ходе предварительного следствия в своих первоначальных показаниях ФИО1 показал, что предложил отцу переехать в г.Магнитогорск, продать свою квартиру в г.Туле, а на вырученные деньги предложил либо приобрести отдельную квартиру в г.Магнитогорске, либо купить квартиру большей площади и проживать вместе. Отец согласился, в случае приобретения квартиры большей площади, отказался от доли в квартире. Затем отец продал свою квартиру, деньги от продажи квартиры перечислил на счет его жены для приобретения квартиры. Получив деньги, он потратил их на погашение автокредита и на ремонт в приобретенной трехкомнатной квартире. 

В последующих показаниях, а также в ходе очной ставки с потерпевшим, ФИО1 показал, что деньги, перечисленные отцом от продажи его квартиры на счет его жены, тот перечислил в подарок. Разговоров о покупке отцу отдельной квартиры между ними не было. 

Однако показания подсудимого в данной части противоречат объективным доказательствам по делу. Суд критически оценивает данные показания подсудимого и приходит к выводу о том, что давая показания относительно обстоятельств произошедшего, подсудимый стремится избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. В своих показаниях подсудимый противоречит объективным доказательствам, показаниям потерпевшего, свидетелей по делу К.Г.В., К.Н.С., А.Т.Ю., Т.Н.А., Т.А.Н., изложенными выше, а также сведениями из АИС ПТК «Розыск-Магистраль», согласно которых К.В.В. убыл железнодорожным транспортом с Казанского вокзала г.Москвы в г. Магнитогорск 26 июня 2014 года, выпиской по счету на имя П.Л.С. согласно которой 06 июня 2014 года от К.В.В. на ее счет поступил 1000000 рублей, 09 июня 2014 года снято 450000 рублей, 18 июня 2014 года снято 50000 рублей, т.е. до приезда К.В.В. в г. Магнитогорск, что подтверждает доводы о том, что подсудимый не собирался приобретать отцу квартиру, другими материалами уголовного дела. 

Свидетели П.Л.С. – жена подсудимого, П.Е.А. – теща подсудимого, К.С.В. – брат подсудимого, Г.Л.И. – знакомая из Казахстана, показали, что отец подарил подсудимому 1000000 рублей, переехал в г.Магнитогорск, чтобы проживать совместно с подсудимым. Указанные свидетели пояснили, что потерпевший не говорил им о том, что желает приобрести в г.Магнитогорске отдельную квартиру и жить отдельно, не говорил о том, что желает быть собственником доли в приобретенной квартире. 

Свидетель В.А.П. – двоюродный брат подсудимого, свидетель Г.Л.И. показали, что от потерпевшего им известно о том, что потерпевший подарил подсудимому деньги, переехал в г.Магнитогорск, чтобы проживать совместно с подсудимым.

Суд критически относится к показаниям свидетелей П.Л.С.., П. Е.А., К.С.В., Г.Л.И., В.А.П., так как они опровергаются показаниями потерпевшего, свидетелей К.Г.В., К.Н.С., А.Т.Ю., Т.Н.А., Т.А.Н., пояснившими обратное, материалами уголовного дела, не доверять которым у суда оснований не имеется. 

Свидетель Т.Л.Н. – соседка подсудимого, которая лишь несколько раз видела потерпевшего в подъезде купленной квартиры, по существу уголовного дела показаний не дала, в связи с чем суд не дает им оценку как доказательствам виновности либо невиновности подсудимого.

Доводы подсудимого и защитника об отсутствии умысла у ФИО1 на совершение мошенничества в отношении К.В.В., о том, что между подсудимым и потерпевшим имеет место гражданско-правовой спор, на что указывают многочисленные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, об отсутствии события преступления и необходимости постановления оправдательного приговора несостоятельны и опровергаются не только показаниями потерпевшего, но и показаниями свидетеля К.Г.В., К.Н.С., А.Т.Ю., Т., Л.И.В., Р.Н.Е., материалами уголовного дела, анализ которых приведен в приговоре.

Наличие судебных решений о взыскании с ФИО1, П.Л.С. в пользу К.В.В. денежных средств в размере одного миллиона рублей, не свидетельствует об отсутствии состава преступления в действиях подсудимого. 

Доводы стороны защиты об отсутствии возможности непосредственно допросить свидетелей обвинения являются неубедительными. В судебном заседании по ходатайству стороны обвинения, с согласия стороны защиты, в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетелей К.Г.В., К.Н.С., А.Т.Ю., Т., Л.И.В., Р.Н.Е. 

Совокупность добытых доказательств, полученных с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, допустимость и достоверность которых не вызывает сомнений, подтверждает вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния.

Органом предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы по ч.4 ст. 159 УК РФ, мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба, в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение. 

Анализируя представленные суду доказательства, суд считает необходимым исключить из обвинения, как излишне вмененный, квалифицирующий признак мошенничества совершения хищения чужого имущества - «путем обмана». 

В соответствии с требованиями закона, способ совершения мошенничества выражается альтернативно либо в обмане, либо в злоупотреблении доверием. В данном случае в действиях подсудимого имело место хищение имущества потерпевшего путем злоупотребления доверием, поскольку потерпевший является отцом подсудимого, то есть близким родственником, между которыми были личные отношения. 

Суд считает, что действовал ФИО1 при совершении мошенничества путем злоупотребления доверием, поскольку он сообщил потерпевшему заведомо ложные, не соответствующие действительности, сведения, а именно, под предлогом оказания потерпевшему заботы и ухода, настаивал на его переезде на постоянное место жительства в г.Магнитогорск, уговорил продать свою квартиру, а вырученные от продажи денежные средства, перечислить на банковский счет его супруги, дав К.В.В. заведомо ложные обещания на указанные денежные средства приобрести отдельное жилье в г.Магнитогорске, сообщал ему сведения не соответствующие действительности, поскольку никаких действий поприобретениюжилья для отца он не собирался совершать, и кроме того, какой – либо реальной финансовой возможности исполнить взятые на себя обязательства не имел. Как следует из показаний свидетелей П.Л.С., П.Л.С. стоимость однокомнатной квартиры в г.Магнитогорске была выше, чем размер перечисленных потерпевшим денежных средств, то есть семья подсудимого мониторила рынок недвижимости в г. Магнитогорске, на основании чего сделали вывод о том, что денежных средств на покупку квартиры потерпевшему не хватает. Таким образом, подсудимый осознавал, что не имеет реальной возможности исполнить обещание, и тем самым искажал фактические данные относительно исполнения обязательств, вследствие чего потерпевший и передал ему денежные средства. 

Квалифицирующий признак хищения «в крупном размере» нашел свое подтверждение в судебном заседании, поскольку причиненный потерпевшему ущерб значительно превышает размер его ежемесячного дохода, в соответствие с п. 4 примечания к ст.158 УК РФ, крупным размером в статьях главы 21 УК РФ признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч. Сведения о размереперечисленных подсудимому потерпевшим денежных средств подтверждены соответствующими документами, показаниями всех допрошенных по делу лиц, не оспариваются самимподсудимым.

При этом, квалифицирующий признак мошенничества «с причинением значительного ущерба гражданину», суд считает необходимым исключить из обвинения, как излишне вмененный, поскольку, как установлено судом, хищение денежных средств было совершено К. Е.В. в крупном размере.

Квалифицирующий признак мошенничества «повлекшеелишение правагражданинанажилое помещение» не нашел свое подтверждение в судебном заседании. Как установлено в судебном заседании, потерпевший непосредственно как собственник, добровольно и самостоятельно продал свою квартиру в пос.Обидимо Тульской области и по своей воле добровольно распорядился денежными средствами после продажи по своему усмотрению - перевел их на банковский счет супруги для подсудимого. Умысел подсудимого был направлен на хищение путем мошенничества денежных средств потерпевшего. 

На основании изложенного, давая правовую оценку действиям ФИО1, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.3 ст.159 УК РФ, мошенничество, т.е. хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, в крупном размере. 

Умысел, направленныйнаполучениеденежныхсредств путем злоупот-ребления доверием, возник уподсудимогодо полученияденежныхсредств. 

Как установлено в судебном заседании, у подсудимого изначально не было умысла исполнять взятые на себя обязательства – покупки отцу отдельного жилья, что подтверждается показаниями свидетелей П.Л.С. и П.Л.С., из которых следует, что еще до приезда в г.Магнитогорск подсудимый с женой решили приобрести трехкомнатную квартиру, и занимались оформлением соответствующих документов, выпиской по счету на имя П.Л.С. о снятии денежных средств. 

Корыстная цель преступления заключалась в том, что ФИО1 распорядился похищенными денежными средствами потерпевшего по своему усмотрению – оплатил автокредит, потратил на ремонт в приобретенной квартире. 

Мошенничество является оконченным, посколькуденежныесредства поступили в незаконное владениеподсудимого, и он распорядился ими по своему усмотрению.

При назначении наказания подсудимому суд, руководствуясь ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное подсудимым, в соответствии с ч.4 ст.15 УК РФ, относится к тяжким преступлениям, Оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории на меняя тяжкую, с учетом личности подсудимого и обстоятельств совершенного преступления, судом не установлено. 

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого, 

<

данные изъяты> а в силу ч.2 ст.61 УК РФ - совершение преступления впервые, 

<

данные изъяты> (том 3 л.д. 146), средний возраст и 

<

данные изъяты>. 

Оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством – частичное возмещение материального ущерба в виде выплаченных подсудимым денежных средств по решению суда, у суда не имеется. Денежные средства выплачиваются подсудимым не в добровольном порядке, а принудительно в соответствии с решениями судов о их взыскании. 

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено.

К данным о личности подсудимого суд относит наличие у него места жительства и места регистрации, наличие места работы, положительные характеристики с места жительства и работы, наличие грамоты за многолетний и безупречный труд. Подсудимый социально адаптирован, состоит в зарегистрированном браке. На специализированных учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит. 

На основании вышеизложенного, с учетом наличия смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих, личности подсудимого, обстоятельств совершения им преступления, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы. 

При этом суд полагает, что исправление подсудимого возможно без реального отбывания наказания, и назначает наказание с применением положений ст.73 УК РФ. 

По мнению суда, наказание в виде условного осуждения к лишению свободы будет соответствовать тяжести совершенного ФИО1 преступления, личности подсудимого, обстоятельствам совершения преступления, будет способствовать исправлению осужденного, предупреждению совершения им повторных преступлений, позволит достичь целей наказания.

Учитывая данные о семейном и имущественном положении подсудимого, обстоятельства совершенного им преступления, дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы суд считает возможным не назначать. 

Суд не находит оснований для применения положений ст.64 УК РФ при назначении наказания, поскольку не установлены какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенного преступления.

Потерпевшим К.В.В. заявлены исковые требования о взыскании с ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, ссылаясь на то, что в результате преступных действий подсудимого потерпевшему были причинены нравственные страдания, выразившиеся в испытываемом страхе, унижении, обиды, переживании сильного эмоционального потрясения, в связи с завладением подсудимым его денежными средствами, лишением его единственного собственного жилья, продажей квартиры по заниженной цене, во время совместного проживания поселением в маленькой комнате со старой мебелью, установлением различных запретов, угрозами сдать в психиатрическую больницу, проживанием длительное время в съемном жилье, а также и физические страдания, выразившиеся в отсутствии полноценного питания, ухудшением состояния здоровья в связи с потерей жилья. 

Подсудимый ФИО1 иск потерпевшего о компенсации морального вреда не признал. 

Всилуст.ст.151,1100 ГК РФ, компенсацияморальноговреда производится, если гражданину причиненморальныйвред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

По смыслу закона под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, может быть связан с потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таких обстоятельств в отношении К.В.В., признанным потерпевшим в связи с хищением его денежных средств путем злоупотребления доверием, судом не установлено. 

При таких данных суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований К.В.В. о компенсации морального вреда следует отказать.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд руководствуется требованиями ст.ст. 81, 82 УПК РФ, учитывая их значение для уголовного дела. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы сроком 3 ( три ) года. 

На основании ст.73 УК РФ, назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 3 ( три ) года. 

Возложить на условно осужденного ФИО1 обязанности на период испытательного срока: 

- являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных один раз в месяц; 

- не менять место жительства и место работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных. 

Испытательный срок исчислять с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлении приговора в законную силу, отменить.

В удовлетворении исковых требований потерпевшего К.В.В. к ФИО1 о компенсации морального вреда отказать.

По вступлению приговора в законную силу вещественное доказательство: 

копию свидетельства о государственной регистрации права № от 17.03.2014, копию договора от 05.05.2014, копию предварительного договора купли-продажи от 30.05.2014, копию документа Ф № ОАО «Сбербанк России», копию свидетельства о государственной регистрации права № от 23.06.2014, хранить в материалах уголовного дела весь срок хранения уголовного дела. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда через Ленинский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в течение 10 суток со дня его провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано им в апелляционной жалобе или отдельном заявлении.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих интересы осужденного другими участниками судопроизводства, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подается осужденным в течение 10 суток с момента вручения апелляционного представления либо апелляционных жалоб.

Председательствующий: Н.В. Кульбакова