Дело №2а-1447/2019 (10RS0011-01-2019-000706-09)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21.02.2019 г.Петрозаводск

ПЕТРОЗАВОДСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ

в составе судьи

Е.В. Лазаревой

при секретаре

ФИО1

с участием:

административного истца 

представителя административного истца

представителя административного ответчика

ФИО2

адвоката Шогина М.И., действующего на основании удостоверения №439 и ордера № 015 от 24.01.2019

ФИО3, действующей на основании доверенности от 06.06.2017

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия» о признании незаконным постановления о наложении дисциплинарного взыскания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – административный истец, заявитель, осужденный) обратился в суд с требованием к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия» (далее – административный ответчик, Учреждение) о признании незаконным постановления о наложении дисциплинарного взыскания от 24.10.2018 о водворении осужденного в штрафной изолятор сроком на 15 суток (далее – постановление от 24.10.2018, оспариваемое постановление), полагая его необоснованным, нарушающим его права и законные интересы.

Заявитель, его представитель на требованиях настаивали.

Представитель Учреждения полагал требования не подлежащими удовлетворению.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, обозрев медицинскую карту осужденного, суд приходит к следующим выводам.

Административный истец осужден приговором Верховного Суда Республики Дагестан от 29.07.2015 по ч. 1 ст. 210, п. «а» ч. 3 ст. 163, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с исчислением срока наказания с 27.06.2013 и с 13.04.2016 отбывает наказание в Учреждении.

ФИО2 28.04.2016 был ознакомлен с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста России от 03.11.2005 № 205, а 25.01.2017 – с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказ Минюста России от 16.12.2016 № 295 (далее – Правила № 295).

Осужденный 7 раз (22.08.2015, 04.02.2016, 21.04.2016, 13.09.2016, 15.09.2016, 24.10.2018, 28.11.2018) привлекался к дисциплинарной ответственности. При этом по состоянию на 24.10.2018 с учетом ч. 8 ст. 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) считался не имеющим взыскания.

Фельдшером учреждения здравоохранения уголовно-исполнительной системы 12.10.2018 было дано разрешение на пользование тростью по медицинским показаниям.

Административный истец по состоянию на 24.10.2018 находился под динамическим наблюдением в медицинском учреждении по поводу следующих заболеваний: мочекаменная болезнь; хронический пиелонефрит, хронический простатит, дегенеративно-дистрофическое заболевание позвоночника (ДДЗП), остеохондроз поясничного отдела позвоночника, деформирующий артроз коленных суставов, данных об обострении которых не имелось.

По результатам осмотра, проведенного 24.10.2018 фельдшером учреждения здравоохранения уголовно-исполнительной системы, выдана медицинская справка, в которой, помимо сведений о наблюдении осужденного в данном учреждении здравоохранения с указанными выше диагнозами, дано заключение об отсутствии по состоянию на 24.10.2018 противопоказаний к его трудоустройству на должность уборщика, а также содержится информация об отсутствии обращений заявителя 24.10.2018 за медицинской помощью.

Начальником Учреждения в присутствии двух его заместителей (ФИО7 и ФИО8) 24.10.2018 осужденному было предложено трудоустройство на должность уборщика, на замещение которой он не согласился.

После заявления отказа занять указанную должность, заявителю было предложено дать письменные объяснения. Акт об отказе от дачи объяснений не составлялся.

Утверждение административного истца относительно того обстоятельства, что в момент заявления отказа занять должность уборщика он сообщал об имеющемся у него заболевании ног, с учетом рапортов ФИО7 и ФИО8, суд относится критически и не принимает во внимание при принятии настоящего решения.

С участием трех сотрудников Учреждения 24.10.2018 был составлен акт просмотра записи с носимого видеорегистратора, согласно которому 24.10.2018 просмотрена запись от этого же числа за временной интервал с 14:10 час. до 14:15 час. был подтвержден факт нарушения установленного порядка отбывания наказания ФИО2 без указания конкретного нарушения, но содержащего ссылку на номер материала (816), соответствующий номеру материала на рапорте заместителя начальника Учреждения ФИО7 и в заключении по материалам проверки.

В дальнейшем 24.10.2018 в отношении осужденного было оформлено постановление от 24.10.2018, которое представлено в двух вариантах:

а) вариант 1, направленный в Карельскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (далее – прокуратура) в связи с проверкой, проводимой по жалобе представителя заявителя (далее – вариант 1 постановления от 24.10.2018), согласно которому абзац третий описательно-мотивировочной его части содержит констатацию совершения осужденным нарушение установленного порядка отбывания наказания, предусмотренного разделом 3 п. 16 Правил № 295 (осужденные обязаны: давать письменные объяснения по фактам нарушения установленного порядка отбывания наказания), ст. 116 ч. 1 УИК РФ: злостным нарушением осужденными к лишению свободы установленного порядка отбывания наказания являются отказ от работы или прекращение работы без уважительных причин (в указанной последовательности);

б) вариант 2, содержащийся в личном деле осужденного (далее – вариант 2 постановления от 24.10.2018), согласно которому абзац третий описательно-мотивировочной его части содержит констатацию совершения осужденным злостного нарушения установленного порядка отбывания наказания, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УИК РФ, а именно отказался от работы, а также совершение нарушения, предусмотренного разделом 3 п. 16 Правил № 295 (осужденные обязаны: давать письменные объяснения по фактам нарушения установленного порядка отбывания наказания) (в указанной последовательности).

По каждому из вариантов постановления от 24.10.2018 принято решение о водворении осужденного в штрафной изолятор сроком на 15 суток без вывода на работу.

На оборотной стороне каждого варианта указанного постановления содержатся совпадающие по содержанию, но не совпадающие по написанию отметки об их объявлении, отказе ФИО2 от подписания об ознакомлении с ним, отметки медицинского работника о том, что осужденный может содержаться в ШИЗО, времени помещения и освобождении из ШИЗО 08.11.2018, принятии у заявителя на хранение вещей и возврате их административному истцу после освобождения из ШИЗО, в получении которых содержится его подпись в обоих вариантах постановления от 24.10.2018.

Представитель административного истца 27.11.2018 направил в прокуратуру с жалобой в связи с привлечением 24.10.2018 к дисциплинарной ответственности, по которой проводилась проверка, в рамках которой в Учреждении были получены копии материалов дисциплинарного производства, а также объяснения сотрудников административного ответчика и 09.01.2019 дан ответ об отсутствии оснований для принятия мер прокурорского реагирования.

Заявитель обратился с настоящим административным иском 24.01.2019.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, пояснениями сторон и не оспариваются ими.

В силу п. 2 ч. 2 ст. 1, пп. 1 и 2 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ по жалобам на действия должностного лица административный истец должен доказать, нарушены ли оспариваемым решением, действием (бездействием) его права, свободы и законные интересы, соблюден ли срок обращения в суд, а административный ответчик обязан доказать, что им при вынесении оспариваемого решения, совершения действия (бездействия) соблюдены требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами, а также соответствие содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемых действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ основанием для удовлетворения полностью или частично заявленных требований является признание оспариваемых решения, действия (бездействия) не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Суд, с учетом характера заявленных требований, не усматривает оснований для выхода за пределы предмета административного искового заявления, в связи с чем, разрешая настоящее дело, проверяет исключительно законность постановления от 24.10.2018, не будучи связанным указанными административным истцом основаниями и доводами (ч. 3 ст. 62, чч. 1 и 2 ст. 178, ч. 8 ст. 226 КАС РФ), но не проверяя законность иных решений, действий (бездействия) Учреждения и его сотрудников, в том числе, являющихся производными от оспариваемого постановления.

При этом исходит из недопустимости признания законным постановления от 24.10.2018 со ссылкой на обстоятельства, не являвшиеся предметом рассмотрения при его принятии, изменяя таким образом основания принятого решения (п. 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2016 № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации»).

Проверяя соблюдения сроков обращения в суд, имея ввиду характер спорных правоотношений, приходит к выводу, что установленный ч. 1 ст. 219 КАС РФ срок не пропущен.

При этом также учитывается, что в защиту осужденного по факту вынесения оспариваемого постановления 27.11.2018 имело место обращение к прокурору, который с учетом ст. 22 УИК РФ, абз. 6 п. 1 ст. 33 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» при осуществлении прокурорского надзора за соблюдением законов администрацией учреждений и органов, исполняющих наказания вправе отменять дисциплинарные взыскания, наложенные в нарушение закона на осужденных, ответ на который был дан только 09.01.2019.

Уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (ч. 2 ст. 2 УИК РФ), к которым относится и общественно полезный труд, являющийся одним из основных средств исправления осужденных (ч. 2 ст. 9 УИК РФ).

Каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений; администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест, осужденным запрещается прекращать работу для разрешения трудовых конфликтов; отказ от работы или прекращение работы являются злостным нарушением установленного порядка отбывания наказания и могут повлечь применение мер взыскания и материальную ответственность (чч. 1 и 6 ст. 103 УИК РФ).

Согласно пп. 2 п. 71 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными (утверждены Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30.08.1955) все осужденные заключенные обязаны трудиться в соответствии с их физическими и психическими способностями, удостоверенными врачом.

В соответствие с п. 24 Правил № 295 осужденные обязаны трудиться в местах и на работах, определенных администрацией исправительных учреждений, с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и прохождения ими обучения по специальности, требующей соответствующей квалификации, а также исходя из наличия рабочих мест.

Воспитательная работа с осужденными к лишению свободы (включая нравственное, правовое, трудовое, физическое и иное воспитание осужденных к лишению свободы, способствующее их исправлению) направлена на их исправление, формирование у осужденных уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития, на повышение их образовательного и культурного уровня, участие осужденных в проводимых воспитательных мероприятиях учитывается при определении степени их исправления, а также при применении к ним мер поощрения и взыскания (чч. 1 и 2 ст. 109, ч. 1 ст. 110 УИК РФ).

Согласно п. «в» ч. 1 ст. 115 УИК РФ за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы может применяться взыскание в виде водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях, в штрафной изолятор на срок до 15 суток;

При этом в силу ч. 1 ст. 116 УИК РФ злостным нарушением осужденными к лишению свободы установленного порядка отбывания наказания является отказ от работы или прекращение работы без уважительных причин.

С учетом изложенного, установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что заявителем, отказавшимся от работы в должности уборщика, было допущено злостное нарушение установленного порядка отбывания наказания.

Поскольку осужденный был осмотрен медицинским работником и по состоянию своего здоровья 24.10.2018 мог исполнять обязанности уборщика, суд отклоняет доводы административного истца о наличии у него по состоянию на указанную дату медицинских противопоказаний относительно возможности трудиться по указанной должности.

Само по себе ранее выданное разрешение на использование трости, равно как и наличие иных фактов обращения за медицинской помощью в связи болезненным состоянием опорно-двигательного аппарата, не свидетельствует о наличии медицинских противопоказаний, препятствовавших исполнению обязанностей уборщика именно по состоянию на 24.10.2018.

В связи с тем, что осужденный 25.01.2017 был ознакомлен с Правилами № 295, он знал об установленной п. 24 указанных Правил обязанности трудиться, в связи с чем умышлено допустил указанное нарушение.

Вместе с тем, наличие оснований для привлечения к дисциплинарному взысканию за отказ от работы без уважительных причин, не свидетельствует о законности постановления от 24.10.2018 в случае нарушения порядка его принятия, в том числе, в контексте пп. «б» п. 3 ч. 9, ч. 11 ст. 226 КАС РФ.

Порядок применения меры взыскания в виде водворения в штрафной изолятор к осужденным к лишению свободы, содержащимся в исправительных колониях (п. «в» ч. 1 ст. 115 УИК РФ), регламентируется ст. 117 УИК РФ, согласно которой:

– при применении мер взыскания к осужденному к лишению свободы учитываются обстоятельства совершения нарушения, личность осужденного и его предыдущее поведение; налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести и характеру нарушения; до наложения взыскания у осужденного берется письменное объяснение, а в случае отказа осужденного от дачи объяснения составляется соответствующий акт; взыскание налагается не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка – со дня ее окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения; запрещается за одно нарушение налагать несколько взысканий (ч. 1);

– взыскание в виде водворения в штрафной изолятор налагается постановлением начальника исправительного учреждения, принимаемом в письменной форме (ч. 2).

Наличие двух вариантов одного постановления, имеющих различия в содержании, не позволяет установить, по какому именно постановлению было наложено дисциплинарное взыскание и, как следствие, проверить его законность, а, кроме того, нарушает императивный запрет на наложение нескольких взысканий за одно нарушение.

У суда нет оснований ставить под сомнение как вариант 1 постановления от 24.10.2018, полученный непосредственно от прокурора, которому он, в свою очередь, был передан самим Учреждением в связи с проводимой проверкой по жалобе на его законность, так и вариант 2 оспариваемого постановления, полученного из материалов личного дела осужденного.

При этом суд приходит к выводу, что различия обоих вариантов имеют сущностное значение, исходя из следующего.

В варианте 1 постановления от 24.10.2018 в качестве первого (и, очевидно, основного) нарушения, указано нарушение заявителем установленного порядка отбывания наказания, предусмотренного разделом 3 п. 16 Правил № 295, а вторым – указано нарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 116 УИК РФ, при этом из содержащейся в данном варианте квалификации не усматривается какое именно нарушение было допущено осужденным: отказ от работы или прекращение работы без уважительных причин.

При этом в варианте 2 постановления от 24.10.2018 в качестве первого нарушения указано злостное нарушение установленного порядка отбывания наказания, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УИК РФ, а именно отказался от работы (без указания на то, что данный отказ не был обусловлен уважительными причинами), а также совершение нарушения, предусмотренного разделом 3 п. 16 Правил № 295.

Соответственно, вариант 1 постановления от 24.10.2018 содержит неопределенность относительно квалификации содеянного осужденным (он отказался от выполнения работ без уважительной причины или прекратил ее выполнение без уважительной причины), а вариант 2 постановления от 24.10.2018 не содержит указания на отсутствие уважительных причин отказа от работы.

Кроме того, суд учитывает, что буквальное содержание третьего, четвертого и пятого предложений части 1 ст. 117 УИК РФ требует составление акта об отказе осужденного от дачи письменных объяснений по факту нарушения. Использование конструкции «составляется соответствующий акт» с очевидностью свидетельствует о том, что данный акт должен быть составлен в письменной форме, однако таковой не составлялся, что следует, в том числе, из рапортов ФИО4 и ФИО5, в материалах личного дела, а также в ранее направленных прокурору материалах, не содержится,

Указанное в своей совокупности с учетом пп. «б» п. 3 ч. 9 ст. 226 КАС РФ свидетельствует о незаконности постановления от 24.10.2018, в связи с нарушением установленного порядка его принятия.

Помимо этого, суд приходит к выводу о необоснованности вменения осужденному в качестве наказуемого нарушения установленного порядка отбывания наказания нарушение, предусмотренное разделом 3 п. 16 Правил № 295 (осужденные обязаны: давать письменные объяснения по фактам нарушения установленного порядка отбывания наказания).

Действительно, в силу абз. 5 п. 16 Правил № 295 (а не раздела 3 этого же пункта, как указано в обоих вариантах постановления от 24.10.2018) осужденные обязаны являться по вызову администрации исправительного учреждения и давать объяснения по вопросам исполнения приговора, а также давать письменные объяснения по фактам нарушения установленного порядка отбывания наказания (в случае неявки осужденный может быть подвергнут принудительному приводу).

Указанному нормативному предписанию корреспондирует ч. 5 ст. 11 УИК РФ, согласно которой осужденные обязаны являться по вызову администрации учреждений и давать объяснения по вопросам исполнения требований приговора, а в случае неявки осужденный может быть подвергнут принудительному приводу.

Истолковывая указанное нормативное предписание, Конституционный Суд РФ в определении от 10.10.2013 № 1555-О сформулировал следующую правовую позицию. Осужденный в силу ч. 5 ст. 11 УИК РФ обязан представлять объяснения по вопросам, связанным с исполнением приговора, т.е. с такими обстоятельствами, которые непосредственно касаются соблюдения порядка и условий отбывания назначенного ему наказания (требований режима), реализации возложенных на осужденного обязанностей и соблюдения им правоограничений, в связи с чем при наличии сведений о нарушении осужденным режима отбывания наказания, совершении противоправных действий им самим или в отношении него сотрудники учреждений и органов, исполняющих наказания, – в целях реализации его прав и законных интересов, обеспечения личной безопасности других осужденных и персонала – вправе и обязаны потребовать у осужденного объяснений по этим вопросам, как имеющим отношение к реальным условиям и обстоятельствам, в которых осуществляется исполнение приговора.

Вместе с тем, в силу ч. 1 ст. 51 Конституции РФ каждый имеет право не свидетельствовать против самого себя, что предполагает возможность отказа лица от обязанности давать показания, которые могут способствовать привлечению его к ответственности, а также быть иным образом использованы вопреки его законным интересам. При этом смысл права не свидетельствовать против самого себя состоит в защите обвиняемого от злонамеренного принуждения со стороны властей, что помогает избежать судебных ошибок и добиться целей справедливого судебного разбирательства. В частности, это право способствует тому, чтобы обвинение не прибегало к доказательствам, добытым вопреки воле обвиняемого с помощью давления или принуждения (п. 68 постановления Европейского Суда по правам человека от 17.12.1996 по делу «Саундерс (Saunders) против Соединенного Королевства»).

Таким образом, праву и обязанности сотрудников Учреждение потребовать объяснений у осужденного в связи с инициированным в отношении него дисциплинарным производством, корреспондирует его конституционное право отказаться от дачи каких-либо объяснений по вопросу вменяемых ему действий, который не может быть наказуем.

При этом также учитывается, что в данном случае, помимо конституционной нормы прямого действия (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ), из совокупности предписаний ч. 5 ст. 11, ч. 1 ст. 117 УИК РФ, абз. 5 п. 16 Правил № 295 следует, что осужденному должно быть предложено и предоставлена возможность (в том числе, при содействии администрации исправительного учреждения) дать письменные объяснения, для чего обеспечивается непосредственное присутствие осужденного, включая возможность применения к нему принудительного привода (являющегося самостоятельной мерой принуждения, применяемой в целях обеспечения реализации права на дачу письменных объяснений), однако осужденный вправе отказаться от дачи письменных объяснений, что фиксируется актом.

Какой либо самостоятельной ответственности за отказ от дачи письменных объяснений в связи с совершением вменяемого нарушения установленного порядка отбывания наказания, помимо составления акта об отказе осужденного от дачи письменных объяснений, ч. 1 ст. 117 УИК РФ, являющаяся специальной нормой, не предусмотрено.

Обратный подход, по сути, позволяет неограниченное число раз инициировать дисциплинарное производство в связи с отказом осужденного от дачи письменных объяснений по ранее заявленному отказу давать письменные объяснения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в постановлении от 24.10.2018 заявителю излишне вменено именно в качестве нарушения отказ от дачи письменных нарушений по разделу 3 п. 16 Правил № 295 (соответствующий абзацу 5 этого же пункта).

Содержание обоих вариантов указанного постановления с очевидностью свидетельствует, что данный отказ учтен именно в качестве нарушения установленного порядка отбывания наказания и в том числе, в связи с заявлением данного отказа (поскольку в контексте ч. 1 ст. 117 УИК РФ данное нарушение не могло не учитываться при применении мер взыскания к осужденному, включая определение вида и размера наказания) применены меры взыскания, при этом из варианта 1 постановления от 24.10.2018 следует, что данное нарушение, будучи указанным первым, является основным.

При этом также учитывается, что постановлением от 24.10.2018 заявителю назначен максимальный размер наказания, предусмотренный п. «в» ч. 1 ст. 115 УИК РФ. Однако в силу ч. 8 ст. 117 УИК РФ он считается не имеющим взыскание.

Указанное в силу пп. «в» п. 3 ч. 9 ст. 226 КАС РФ является самостоятельным основанием для признания незаконным постановления от 24.10.2018 в части указания в качестве нарушения установленного порядка отбывания наказания отказ осужденного от дачи письменных объяснений и учета данного нарушения при определении вида и размера назначенного наказания.

Суд также обращает внимание, что время отказа от работы, указанное в постановлении от 24.10.2018 (около 16:10 час.), не соответствует времени совершения деяния, зафиксированного актом просмотра записи с носимого видеорегистратора от 24.10.2018, согласно которому просмотрена запись за временной интервал с 14:10 час. до 14:15 час. При этом указание данного временного интервала очевидно не относится к времени просмотра записи и составления названного акта.

Поскольку нарушение прав заявителя принятием постановления от 24.10.2018, на основании которого он был помещен в штрафной изолятор и отбыл определенный им срок дисциплинарного взыскания, является очевидным, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований о признании незаконным и отмене оспариваемого постановления.

В силу ч. 1 ст. 111 КАС РФ издержки, понесенные административным истцом следует отнести на административного ответчика.

Настоящее решение не требует опубликования в официальном печатном издании.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 228, 295-298 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административный иск удовлетворить.

Признать незаконным и отменить постановление о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде водворения в штрафной изолятор на срок 15 суток в отношении ФИО2, вынесенное 24.10.2018 начальником ФКУ «ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия».

Взыскать в пользу ФИО2 с федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Петрозаводский городской суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Лазарева

Решение в окончательной форме изготовлено 26.02.2019

Срок подачи апелляционной жалобы – до 26.03.2019 включительно.