Дело № 2 - 318/2017 15 декабря 2017 года

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

Виноградовский районный суд Архангельской области в составе председательствующего судьи Хохрякова Н.А., при секретаре Мухряковой И.С., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Шенкурске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО1, ФИО2 о взыскании стоимости имущества и упущенной выгоды,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО1 и ФИО2 о взыскании стоимости имущества и упущенной выгоды. Требования обосновывает тем, что до 2011 года совместно со своим братом - ответчиком ФИО1 занимался заготовкой и переработкой древесины. В совместной работе использовали, принадлежащий ему деревообрабатывающий станок 

<

данные изъяты>. После произошедшей ссоры совместный бизнес прекратился. В 2015 году узнал, что станок самоуправно распорядившись брат продал ответчику ФИО2

В настоящее время станок находится на ответственном хранении у ответчика ФИО2 в разукомплектованном нерабочем состоянии. С учётом износа за период работы с братом до 2011 года оценивает станок в 105 тысяч рублей, но в таком состоянии станок ему не нужен.

Указывает, что после самоуправных действий ответчика ФИО1 в апреле 2016 года вынужден был прекратить предпринимательскую деятельность по заготовке и переработке древесины и соответственно не получал доход в виде упущенной выгоды, а ответчики неосновательно обогащались, используя принадлежащий ему станок.

Так, ответчик ФИО2 в январе 2014 года после приобретения станка у брата, продолжил им пользоваться и незаконно обогащаться, а после прекращения уголовного дела, возбужденного по факту хищения станка, достоверно зная, что станок принадлежит ему, продолжает пользоваться им, получая неосновательное обогащение, и удерживает его у себя до сих пор.

Являясь предпринимателем, подавал декларации и платил налоги, которые составили в 2012 году - 

<

данные изъяты> рублей; в 2013 году- 

<

данные изъяты> рублей; в 2014 году 

<

данные изъяты> рубля; в 2015 году - 

<

данные изъяты> рубля. В общей сложности за период предпринимательской деятельности получил доход 

<

данные изъяты> рублей и заплатил с этой суммы соответствующие налоги. В апреле 2016 года снялся с регистрационного учёта как индивидуальный предприниматель и по вине ответчиков не получает доходов от бывшей совместной деятельности с братом по сей день, т.е. по август 2017 года или за 16 месяцев, а по вине ответчика ФИО2 за 18 месяцев. Считает, что оба ответчика виновны в том, что лишили его неполученного дохода от использования своего станка по прямому назначению. 

Просит суд взыскать с ответчика ФИО1 в его пользу неполученный доход в сумме 1 004 129 рублей 30 копеек.

Взыскать с ответчика ФИО2 неполученный доход в сумме 1 247 284 рубля, а также стоимость станка в сумме 105 тысяч рублей всего 1 352 284 рубля.

Истец на судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен, просит рассмотреть дело без его участия.

Представитель истца ФИО3 в ходе судебных заседаний исковые требования уточнил, поддержал уточненные исковые требования, просит суд взыскать с ФИО1 в пользу истца стоимость станка в размере 105 000 рублей, упущенную выгоду - 2 368 448, 80 руб. С ответчика ФИО2- 2 934 100,40 руб.

Ответчики на судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены.

На судебных заседаниях от 23.10.2017 ответчик ФИО1 исковые требования не признал, суду пояснил, что совместную деятельность с братом прекратили в декабре 2010 года. Переработка древесины на станке была одним из видов деятельности. Станок был размещен в принадлежащем ему гараже. Истец сразу после прекращения совместной деятельности отключил электролинию, от которой запитывался станок и с января 2011 года станком никто не пользовался. Не отрицает, что самоуправно, без согласования с братом в начале 2014 года продал станок ФИО2, но при этом полагал, что станок является их совместной собственностью. Станок, по его мнению, находится в прежнем, рабочем состоянии и он готов возвратить его истцу. Препятствий в пользовании станком брату не чинил и при желании он мог забрать его в любое время.

Ранее в представленных суду возражениях, заявил о пропуске истцом срока исковой давности. 

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО4 исковые требования к своему доверителю не признает. Мотивируя тем, что в период с декабря 2010 г. по 2014 г. деревообрабатывающий станок 

<

данные изъяты> оставался на своем месте.

Истцу было известно о месте нахождения принадлежавшего ему имущества, каких-либо препятствий со стороны ответчика забрать станок не чинилось. Истец мог в любой момент прийти в гараж, где находился станок, который был постоянно открыт и в свободном доступе для истца. Но при этом Истец не выражал никакого желания и никогда не обращался к ее доверителю и не выражал желания забрать станок.

Ее доверитель в 2004 году был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, а в 2011 года в связи с тем, что дела не пошли, снялся с регистрационного учета. 

В период с 2011 г. по сегодняшний день ФИО1 не являлся индивидуальным предпринимателем, работал по найму в должности кочегара, тракториста, сегодня он работает в 

<

данные изъяты>, не пользовался станком и не извлекал, какого-либо дохода. Также не имел никаких договоренностей с истцом об осуществлении совместной деятельности. Станок находился в гараже и не использовался по назначению.

В январе 2014 г. ответчик заключил договор купли-продажи с ФИО2, согласно которому продал деревообрабатывающий станок 

<

данные изъяты>, за цену в размере 105 000 руб.

На сегодняшний день, а именно 15 октября 2017 года договор купли-продажи расторгнут. Стоимость станка, в размере 105 000 рублей, по договору купли-продажи возвращена покупателю. 

Деревообрабатывающий станок 

<

данные изъяты> находится на ответственном хранении у ФИО2 Ответчик готов передать имущество в натуре. Оно находится в том же состоянии, в той же комплектации, что и на декабрь 2010 года. Станок не разукомплектован. 

Не согласна с представленным истцом расчетом упущенной выгоды, так как полагает, что приведенный расчет носит вероятностный характер: расчет построен на предположениях без учета фактических обстоятельств, способных существенно повлиять на размер предполагаемого дохода. Из представленных доказательств (деклараций) не понятно имел ли истец реальную возможность получить доход в заявленной сумме, расчет убытков не подтвержден документально.

Полагает также, что истцом суду не предоставлено каких-либо бесспорных доказательств того, что на сегодняшний день нельзя вернуть имущество в натуре. 

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5 исковые требования не признает. Суду пояснил, что его доверитель покупая станок у ФИО1, не знал, что станок последнему не принадлежит. Каких либо требований от ФИО1 к ФИО2 не предъявлялось. В ходе процессуальной проверки и после возбуждения уголовного дела станок находился также у ФИО2, но он им не использовался, узнав ситуацию. ФИО2 купил новые станки и необходимость в использовании этого станка уже не возникала. В материалах уголовного дела имеется расписка, что данный станок был оставлен ФИО2 на ответственное хранение и даже после этого истец ФИО1 не обращался к ФИО2 с целью передачи ему этого станка. Также в постановлении о прекращении производства по делу, в связи с актом об амнистии, указано, что станок оставлен ФИО2 на ответственное хранение в связи нетранспортабельностью. После этого ФИО1 также не обращался к ФИО2 за возвращением станка. ФИО2 не препятствовал тому, что бы станок был возвращен. Какого либо спора по передаче имущества к истцу не имело место. Просит в иске отказать.

Выслушав лиц участвующих в судебном разбирательстве, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 2 указанной нормы под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

При этом абзац 2 п. 2 ст. 15 ГК РФ подлежит применению только в том случае, если истцом доказан сам факт наличия у него неполученных доходов (упущенной выгоды), поскольку данный абзац устанавливает порядок определения размера таких доходов.

Согласно ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Как следует из материалов дела и установлено судом ФИО1 в период с 2007 по 2016 года занимался предпринимательской деятельностью. Основной вид деятельности лесозаготовки. Дополнительные виды деятельности: распиловка и строгание древесины, услуги по пропитке древесины, торговля оптовая древесным сырьем и необработанными лесоматериалами, торговля оптовая и розничная пиломатериалами. 

Истец ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи приобрел у В.А.В. промышленный станок 

<

данные изъяты> (1971 года) стоимостью 

<

данные изъяты> рублей, который совместно использовался им и ответчиком ФИО1 до декабря 2010 года. 

В ходе расследования уголовного дела № возбужденного на основании заявления ФИО1 о хищении у него станка 

<

данные изъяты> от 29.06.2015 свидетель П.И.П. показал, что приобрел станок у ФИО1 в январе -феврале 2014 года за 

<

данные изъяты> рублей. О том, что станок принадлежит его брату А., не знал.

Из постановления о прекращении уголовного преследования и уголовного дела в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ вследствие акта об амнистии от 28.06.2015 следует, что упомянутый выше станок был продан ответчиком ИП ФИО2 за 

<

данные изъяты> рублей, о том, что станок принадлежит его брату ФИО2 не знал.

Из объяснений ФИО1 данных им в ходе судебного разбирательства следует, что совместная предпринимательская деятельность с истцом была прекращена в декабре 2010 года. Переработка древесины на станке была одним из их видов деятельности. Станок был размещен в принадлежащем ему ангаре. Истец сразу после прекращения совместной деятельности отключил электролинию, от которой запитывался станок и с января 2011 года до начала 2014 года станком никто не пользовался. Препятствий в пользовании станком брату не чинил и при желании он мог забрать его в любое время. В 2014 году продал станок ФИО2 

Показания свидетелей К.В.А. и Ш.А.В. подтверждают обстоятельства на которые ссылается ответчик ФИО1

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. п. 10, 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 01 июля 1996 года N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено; бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только неправомерные действия ответчика стали единственной причиной, лишившей его возможности их получить.

Исходя из смысла вышеприведенных норм права и разъяснений, следует вывод о том, что лицо, предъявляющее требование о возмещении убытков в виде упущенной выгоды, должно доказать факт нарушения своего права, наличие и размер убытков, наличие причинной связи между поведением лица, к которому предъявляется такое требование, и наступившими убытками, а также то, что возможность получения прибыли существовала реально, то есть при определении упущенной выгоды должны учитываться предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. При этом основанием для возмещения таких убытков является доказанность стороной по делу всей совокупности перечисленных условий.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании упущенной выгоды.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом или сделкой оснований приобрело за счет другого лица имущество, обязано возвратить неосновательно приобретенное имущество.

В силу пункта 1 статьи 1107 Гражданского кодекса РФ приобретатель обязан возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые он извлек или должен был извлечь из этого имущества с того времени, когда узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения.

Доказательств противоправности поведения ответчика ФИО2 в ходе судебного разбирательства не представлено и судом не добыто.

Доказательств получения ответчиком ФИО2 доходов от использования станка 

<

данные изъяты>, после июня 2015 года истцом суду также не представлено.

Представленный уточненный расчет не содержит в себе доказательств реальной возможности получения выгоды в заявленных истцом размерах.

Сведений о размере своих доходов за период с апреля 2016 год истец не представил, налоговые декларации за 2012 - 2015 годы сформированы не по месяцам, в связи с чем сравнение объема финансовых поступлений в определенном периоде 2016 -2017 годах с предшествующими годами не может быть произведено.

Также не доказано наличие причинной следственной связи между действиями ответчиков по уменьшениям доходов истца, поскольку отсутствуют доказательства того обстоятельства, что предпринимательская деятельность ФИО1 была прекращена только в связи с хищением принадлежащего ему станка.

После декабря 2010 года и до июня 2015 года истец не предпринимал попыток использовать станок для осуществления предпринимательской деятельности, хотя помех в этом ему не создавалось. Также не предпринимал попыток истребовать станок из чужого незаконного владения и после того как ему стало известно о его хищении. 

Кроме того суд отмечает и тот факт, что распиловка древесины являлась дополнительным, а не основным видом предпринимательской деятельности истца. 

Таким образом, наличие только противоправного поведения ответчика ФИО1 для взыскания упущенной выгоды является недостаточным.

Статьей 1082 ГК РФ установлено, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Суд находит подлежащими удовлетворению требования истца в возмещении реального ущерба, причиненного хищением станка путем возмещения убытков в размере 105 000 рублей, поскольку, как установлено на судебном заседании, станок самоуправно проданный ответчиком ФИО1 в настоящее время находится в ненадлежащем рабочем состоянии, что подтверждается показаниями свидетелей К.Н.Ю. и П.М.В., и не является вещью того же качества, что и прежде. Исправить станок в настоящее время не представляется возможным, в связи с отсутствием запчастей. Доказательств обратного стороной ответчика суду не представлено.

Справка о стоимости станка, представленная стороной ответчика, судом не принимается, поскольку реальный ущерб ответчику был причинен именно в размере 105 000 рублей, а не в размере предполагаемой стоимости станка в настоящее время.

Доводы ответчика ФИО1 о пропуске истцом срока исковой давности, суд считает несостоятельными в силу следующего.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 Гражданского кодекса РФ установлен общий срок исковой давности, который составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу п.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из искового заявления, о самоуправной продаже ответчиком принадлежащего истцу станка ему стало известно весной 2015 года, о чем свидетельствует и его обращение в полицию в июне 2015 года, соответственно трехлетний срок обращения в суд с иском ФИО1 не пропущен.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика ФИО1 подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 3 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО1 о взыскании стоимости имущества и упущенной выгоды удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО1 стоимость промышленного станка 

<

данные изъяты> (1971 года) в размере 105 000 (сто пять) рублей.

В остальной части иска ФИО1 к ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании стоимости имущества и упущенной выгоды отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Виноградовский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 20 декабря 2017 года. 

Председательствующий: Н.А. Хохряков