<

.....>

Дело № 2 – 170/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 ноября 2020 года г. Пермь

Орджоникидзевский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Макашиной Е.Е.,

при секретаре Тихоновой А.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от (дата)

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующая на основании доверенности от (дата).,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обосновании иска указав, что (дата) она (истец) приобрела однокомнатную квартиру общей площадью 24,6 кв.м., из которых 12,7 кв.м. – жилая площадь по адресу: 

<

АДРЕС>. По прежнему месту работы (Гайвинский дом-интернат для ветеранов труда) она познакомилась с ФИО5 и её дочерью ФИО3 С момента приобретения ей однокомнатной квартиры, ответчик ФИО3 и ФИО5 стали уговаривать её подарить ответчику данное жилое помещение. С такой просьбой ответчик обращалась неоднократно, уверяя, что квартира по-прежнему будет принадлежать ей, и она останется ее собственником, будет проживать в ней, а ответчик ФИО3 станет собственником квартиры после ее смерти. С начала августа по (дата) она (истец) находилась на лечении в хирургическом отделении МСЧ №7 Орджоникидзевского района г. Перми по поводу перелома ребер. После выписки из стационара ответчик ФИО3 забрала ее к себе домой по адресу: 

<

АДРЕС>, объяснив это тем, что поскольку она одинока, оказывать помощь ей некому, ФИО3 будет за ней ухаживать, оказывать первую медицинскую помощь. У ФИО3 она (истец) проживала более месяца, с (дата) по начало (дата) г. Ответчик и ее мать ФИО5 до (дата) ухаживали за ней, помогали мыться в ванной и покупали медикаменты. В течении указанного периода времени ответчик ФИО3 продолжала уговаривать подарить ей квартиру, при этом, убеждая о сохранении права собственности за ней. Будучи уверенной, что останется собственником однокомнатной квартиры, и ее права как собственника не будут ущемлены. (дата). она (истец) подписала договор дарения квартиры ответчику. Готовый текст договора подписать не могла, так как плохо видела, было заболевание глаз – глаукома. Когда она задумалась о правильности своих действий, ответчик закричала на нее и потребовала немедленного подписания договора. После подписания договора дарения, ответчик изменила свое отношение, перестала ухаживать, оказывать медицинскую помощь, забрала против ее воли денежные средства в размере 23 000 рублей, как она сказала за «уход». В начале (дата) года ответчик перевезла ее (истца) в принадлежащую ей (истцу) квартиру по 

<

АДРЕС>. Она (истец) по-прежнему была уверенна, что квартира принадлежит ей на праве собственности, кроме того, все счета по оплате коммунальных услуг приходили на ее имя – ФИО1. После переезда ответчик перестала навещать ее и помогать. Уход за ней стали осуществлять работники социальной службы. В настоящее время состояние ее крайне тяжелое, не может самостоятельно передвигаться, нуждается в постоянном постороннем уходе. В (дата) года она узнала, что ФИО3 перестала помогать ей, так как в этом нет необходимости и квартира теперь принадлежит ей. На ее (истца) запрос в Федеральную кадастровую палату Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии об объекте недвижимости: 

<

АДРЕС> стало известно, что собственником указанного жилого помещения является ФИО3 Полагает, что сделка (договор дарения) была совершена ей в результате заблуждения, просит признать договор дарения от (дата). недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Истец - ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, о дате и времени рассмотрения дела.

Ранее в предварительном судебном заседании доводы иска поддержала в полном объеме, привела суду объяснения, аналогичные доводам иска. Дополнительно указав, что при подписании договора полагала, что это является завещанием. До составления договора, говорила ответчице о том, что хочет составить завещание, дарить квартиру не хотела. Ответчик заставила ее (истца) подписать договор дарения. Договор она (истец) подписала в слепую, не читая, не понимала, какой документ подписывает. Полагала, что после подписания договора она (истец) останется собственником квартиры. После подписания договора, ответчик перестала ее навещать, оказывать помощь. Просит заявленные требования удовлетворить, поскольку квартира является ее единственным жильем.

Представитель истца - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме. Указав, что при подписании договора дарения истец не знакомилась с его содержанием, полагала, что подписывает завещание. Юридические последствия договора дарения истцу были непонятны и неизвестны. В момент заключения договора не понимала его содержания. Полагала, что после подписания договора останется собственником жилого помещения. Кроме того, истец ввиду наличия у нее заболевания, связанного с психической деятельностью, а также индивидуальных особенностей состояния здоровья в виду ее возраста, в момент заключения договора дарения не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, что подтверждается медицинскими документами, заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы. До получения выписки из ЕГРН и копии договора дарения в (дата). истец полагала, что является собственником жилого помещения. Квитанции по оплате жилищно-коммунальных услуг приходили на ее (истца) имя.

Ответчик - ФИО3 в судебном заседании по доводам иска возражала в полном объеме. Пояснив, что ФИО1 знает с детства, воспринимает как близкую родственницу. Истец является инвалидом с детства, ДЦП. После получения травмы в (дата)., истец стала говорить о том, что желает подарить ей (ответчику) квартиру. В (дата). между истцом и ней (ответчиком) заключен договор дарения, согласно которому истец подарила жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: 

<

АДРЕС>. Она (ответчик) до (дата) осуществляла уход за истцом. Сейчас истца не навещает, отношения с истцом испортились. Полагает, что в момент заключения договора истец понимала, что заключает договор дарения и его последствия, а также понимала значение своих действий и могла руководить ими. Также просила применить срок исковой давности к возникшим правоотношениям, о чем представила соответствующее заявление (л.д. 28-29 Том.2). 

Ранее в предварительное судебное заседание представлены письменные возражения по доводам иска, приобщенные к материалам дела (л.д.56-59 Том.1).

Представитель ответчика – ФИО4, действующая на основании доверенности, до удаления из зала судебных заседаний, по доводам иска возражала в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснил, что является братом супруга ФИО3 С истцом ФИО1 знаком более 15 лет. Ответчик ФИО3 и ее мать ФИО5 находились с ФИО1 в дружеских отношениях, осуществляли уход за ней. Известно, что между ФИО1 и ФИО3 заключен договор дарения жилого помещения, принадлежащего ФИО1 Отношения между ФИО1 и ФИО3 испортились (дата).

Аналогичные пояснения были даны свидетелями ФИО7, ФИО8, допрошенными в ходе рассмотрения дела (л.д. 206-207 Том.1).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО9 пояснила, что на период с (дата). по (дата) исполняла обязанности выездного сотрудника 

Управления Росреестра по Пермскому краю при осуществлении сделок. В (дата). выезжала по адресу: 

<

АДРЕС> для приема документов. Какая совершалась сделка в тот период времени по данному адресу, не помнит. Обычно при приеме документов, она (свидетель) разъясняет гражданам, что является сотрудником Управления Росреестра по Пермскому краю, выясняет у граждан цель ее приезда и их желание по оформлению какой-либо сделки. По обстоятельствам заключения сделки между ФИО3 и ФИО1 пояснить ничего не может.

Суд, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, обозрев медицинские документы в отношении ФИО1, приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 153-154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

По смыслу ст. ст. 420, 421 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Согласно ч.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона ( Даритель ) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (Одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

На основании положений ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п.1 ст.178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Исходя из приведенных положений п.1 ст.178 ГК РФ, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Оценку является ли заблуждение существенным или нет, должен дать суд с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки. Вместе с тем, заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки помимо своей воли составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. Таким образом, заблуждение способствует искаженному формированию воли участника сделки.

Характер заблуждения в случае спора оценивает суд с учетом всех обстоятельств дела.

Согласно ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 178 ГК РФ, возложено законом на истца.

Как следует из представленных в материалы дела документов, ФИО1, (дата) года рождения, является инвалидом 1 группы с детства, бессрочно (л.д. 11,14 Том.1).

На основании договора купли-продажи от (дата). ФИО1 на праве собственности принадлежала 1-комнатная квартира, общей площадью 24,6 кв.м., расположенная по адресу: 

<

АДРЕС>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права Управления Федеральной регистрационной службы по Пермскому краю от (дата). (л.д. 12,13 Том.1).

(дата). между ФИО1 (Даритель) и ФИО3 (Одаряемый) заключен договор дарения, согласно условиям которого Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемому объект недвижимости – квартиру, кадастровый №..., находящуюся по адресу: 

<

АДРЕС> (л.д.15 Том.1).

Согласно п. 1.4 данного договора, ФИО1 сохраняет право проживания в данной квартире. Иных лиц, сохраняющих право пользования и проживания указанным жилым помещением, не имеется.

На основании данного договора дарения Управлением Федеральной регистрационной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю произведена регистрация права собственности ФИО3 на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

АДРЕС>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от (дата). (л.д. 16-19).

Из справки ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница» от (дата). следует, что ФИО1 оказывалась консультативно-лечебная помощь с (дата). по (дата) с диагнозом: «Умеренная умственная отсталость». (дата). обращалась на прием за справкой о психическом здоровье, жалоб не предъявляла (л.д. 75 Том.1).

В обосновании заявленных требований истец ФИО1 ссылается на то обстоятельство, что о содержании договора дарения ей стало известно (дата). после получения его копии и выписки ЕГРН в МФЦ. При подписании договора полагала, что подписывает завещание, и принадлежащее ей на праве собственности жилое помещение перейдет в собственность ФИО3 только после ее смерти. В силу престарелого возраста и плохого состояния здоровья, подписала договор под влиянием заблуждения, не читая, поскольку имеет плохое зрение, ввиду заболевания глаз.Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В материалах дела имеются медицинские документы, касающиеся состояния здоровья ФИО1, согласно которым ФИО1 оказывалась консультативно-лечебная помощь в ГБУЗ ПК «Пермская клиническая психиатрическая больница» в диспансерном отделении с (дата). по (дата). с диагнозом «Умеренная умственная отсталость» (л.д.75 Том.1). До (дата). ФИО1 признавалась инвалидом 2 группы с диагнозом «Последствия, энцефаломиелита. Легкий спастический тетрапорез. Дизартрия», наряду с указанным диагнозом также имелась «Олегофрения в степени умеренной дебильности» (л.д. ).

В (дата). на 2 недели для купирования болевого синдрома, обусловленного патологией опорно-двигательного аппарата, проведения курса сосудистой - метаболической, противовоспалительной терапии помещалась в ГБУЗ ПК «МСЧ №7» (л.д. ). Помимо этого, в (дата) у ФИО1 были диагностированы «Гипертоническая болезнь II ст.», «Дисметаболической миокардиодистрофией» (л.д. ). В период (дата). по (дата). ей оказывалась специализированная медицинская помощь в отделении травматологии ГБУЗ ПК «МСЧ №7». 

В связи с выявленными «стойкими, значительно выраженными нарушениями (4 степени) статодинамических функций», « ограничениями способности к самообслуживанию, передвижению, трудовой деятельности третей степени» и «необходимостью в мерах социальной защиты, реабилитации» ФИО1 была признана инвалидом первой группы бессрочно. В (дата). в связи с резким снижением остроты зрения на левый глаз, обусловленного «зрелой катарактой» находилась на лечении в офтальмологическом отделении ГБУЗ «ГКБ №2 им. Ф.Х. Граля» (л.д. ).

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Перми от (дата) по гражданскому делу назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ Пермского края «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница» (л.д.226-231 Том.1).

Согласно заключению комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы № 988 от (дата). у ФИО1 на (дата). имелось органическое психическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями (отдаленные последствия раннего органического поражения головного мозга, сосудистая патология) с умеренно-выраженными когнитивными нарушениями, изменениями личности, со стойкими выраженными эмоционально-волевыми нарушениями, сопутствующей патологией органа зрения (со значительным снижением остроты видения), грубыми стойкими нарушениями опорно-двигательного аппарата с болевым синдромом и неспособностью самостоятельно осуществлять жизнедеятельность. Об это свидетельствуют отмечавшиеся у нее с детства на фоне признаков органического поражения центральной нервной системы отставание в физическом и психическом развитии в сочетании с грубой неврологической симптоматикой, обусловившее невозможность обучения и приобретения полноценных знаний, навыков и практического опыта («некоторое интеллектуальное снижение», «очень легкий олигофренический дефект», «слабость, нарушение координации движений, трудности при выполнении любой работы»), что долгое время расценивалось как «Олегофрения». На фоне присоединившейся сосудистой патологии, изначально имевшиеся у ФИО1, нарушения со стороны психики неуклонно прогрессировали, в (дата). психологом МСЭК у нее выявилось «значительное снижение интеллектуально - мнестической функции» в виде «слабой способности к обобщению и абстрагированию», «низкой динамики запоминания с элементами персервации», «неустойчивости и истощаемости психических процессов» и изменения личности в виде «эмоциональной неустойчивости с пониженным фоном настроения («чередование слез со смехом»), «замкнутости», «трудности в установлении нормальных отношений с людьми», «частым уходом в себя и в свой замкнутый, недоступный окружающим людям внутренний мир». В последующем состояние экспериментальной характеризовалось стойкой социальной дезадаптацией в силу нарастающего когнитивного дефицита, наличия грубого сенсорного дефекта, соматического неблагополучия, физической немощи, утраты способности к самообслуживанию. Психологический анализ материалов гражданского дела, данные настоящего экспериментально - психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что при подписании договора дарения (дата). и на дату регистрации данного у подэкспертной имелись выраженные нарушения эмоционально-волевой сферы, на фоне умеренно выраженного снижения познавательных процессов органического генеза, что в совокупности с физической беспомощностью, болевым синдромом, после полученной травмы, потребностью в уходе и помощи, способствовали формированию зависимости от близкого окружения не только в физическом плане, но и в психологическом. Подэкспертная не имеет четкого понимания разницы между договором дарения и завещанием, поскольку не ориентирована в вопросах юридического характера, ее решение известным образом распорядиться имуществом не являлось свободным, целенаправленным, не соответствовало ее намерениям. Таким образом, при подписании договора дарения (дата). имевшиеся у ФИО1 нарушения со стороны психики в совокупности с индивидуально-психологическими особенностями, грубой соматической и неврологической патологией, физической беспомощностью, зависимостью от окружения сопровождались неспособностью к смысловой оценки ситуации, осознанию юридических особенностей сделки и прогноза ее последствий, нарушением критических функций, целенаправленности и регуляции своих действий. Поэтому при подписании договора дарения (дата). и на дату регистрации данного договора ФИО1 находилась в таком состоянии, которое лишало ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 1-8 Том.2).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО пояснила, что приходится ФИО3 матерью. С (дата) она (свидетель) находилась в дружеских отношениях с ФИО1 У истца с детства диагноз ДЦП. Истец была близким другом их семьи. При ухудшении состояния здоровья истца она (свидетель) и ее дочь ФИО3 осуществляли уход за истцом, во всем ей помогали. После получения травмы в (дата). ФИО1 стала говорить, что все имущество переведет на Н.. Совместно с дочерью решили, что нужно оформить договор дарения квартиры, принадлежащей ФИО1, поскольку боялись, что завещание может быть оспорено родственниками ФИО1 Думали, что при заключении договора дарения, квартира точно достанется ответчику. ФИО1 слышала, что они с ФИО3 обсуждали возможность заключения договора дарения. Инициатив заключения договора дарения исходила от нее (свидетеля) и ответчика ФИО3 Самостоятельно ФИО1 не изъявляла волю на заключение договора дарения. При заключении договора дарения она (свидетель) не присутствовала.

Показания свидетеля ФИО. согласуются с пояснениями истца ФИО1 в части того, что истец не имела намерение на отчуждение принадлежавшего ей жилого помещения при ее жизни, т.е на заключение договора дарения.

Таким образом, исследованными доказательствами, а именно, показаниями свидетеля, медицинской документацией, заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы подтверждается, что с учетом состояния здоровья истца, характеристик личности и характера взаимоотношений между сторонами, при совершении договора дарения от (дата)г. воля ФИО1 не была направлена на отказ от своего права собственности на жилое помещение, такая воля отсутствовала, сделка совершена вследствие заблуждения истца в отношении природы сделки. Кроме того, суд также учитывает и то обстоятельство, что при подписании договора дарения (дата). и на дату регистрации данного договора ФИО1 находилась в таком состоянии, которое лишало ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими

При таких обстоятельствах, требования истца о признании недействительным договора дарения от (дата)г., суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, суд особо обращает внимание то, что оспариваемый договор заключался в простой письменной форме, не удостоверенной нотариусом, который имел бы возможность разъяснить правовые последствия данной сделки. Согласно материалам реестрового дела, заявление истца в Управление Росреестра по Пермскому краю о регистрации оспариваемого договора дарения не содержит разъяснения последствий принятого решения, текст заявления носит формальный характер, при этом добровольность принятого истцом решения никем не выяснялась. 

Доводы ответчика ФИО3 относительного того, что перед заключением договора дарения от (дата). ФИО1 была освидетельствована врачом психиатром ГБУЗ «Пермская краевая клиническая психиатрическая больница», что подтверждается справкой от (дата). (л.д. 55 Том.1), суд находит несостоятельными. 

Согласно ч. 2 ст. 178 ГК РФ при признании сделки договора дарения недействительной применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 167 ГК РФ, т.е. каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Разрешая ходатайство ответчика о применении срока исковой давности, суд исходит из следующего, в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Разрешая в данной части заявление ответчика ФИО3 о применении срока исковой давности и, определяя момент начала течения срока исковой давности, суд учитывает, что подписанный ФИО1 договор дарения от (дата). ей не вручался, она с ним не знакомилась. Кроме того, как свидетельствуют приведенные выше доказательства, состояние ее здоровья в период совершения сделки дарения могло сформировать у нее неправильное мнение относительно существа данной сделки, что свидетельствует о ее заблуждении. 

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что о нарушении своего права ФИО1 узнала, когда получила из МФЦ выписку из ЕГРН на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

АДРЕС> – (дата). (л.д.16 Том.1) и с указанного времени следует исчислять срок исковой давности, в связи с чем, срок исковой давности ФИО1 не пропущен.

Частью 1 статьи 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

По смыслу приведенных норм права при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек, в случае, когда денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, предварительно внесена стороной на счет суда в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 96 ГПК РФ, не была, денежную сумму, причитающуюся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу, надлежит взыскивать со стороны, проигравшей гражданско-правовой спор.

Определением суда от (дата). была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, с возложением обязанности по оплате на истца, судебная экспертиза была проведена и положена в основу решения, стоимость экспертизы составила 47 900 рублей, сторона истца оплату экспертизы не произвела, в связи с чем, ГБУЗ ПК «Краевая клиническая психиатрическая больница» обратилось с заявлением о взыскании расходов с надлежащей стороны (л.д. 9-11 Том.2).

Поскольку исковые требования истца удовлетворены с ответчика ФИО3 в пользу ГБУЗ ПК «Краевая клиническая психиатрическая больница» подлежат взысканию расходы за проведение судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в размере 47 900 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки, - удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого помещения – 

<

АДРЕС>, расположенной по адресу: 

<

АДРЕС>, заключенный между ФИО1 и ФИО3 от (дата).

Применить последствия недействительности сделки путем признания за ФИО1, (дата) года рождения, уроженкой 

<

АДРЕС>, права собственности на жилое помещение – 

<

АДРЕС>, расположенную по адресу: 

<

АДРЕС>.

Прекратить право собственности ФИО3, (дата) года рождения, уроженки 

<

АДРЕС>, на жилое помещение 

<

АДРЕС>, расположенную по адресу: 

<

АДРЕС>.

Решение суда, вступившее в законную силу, является основанием для внесения изменений в сведения Единого государственного реестра недвижимости.

Взыскать с ФИО3, (дата) года рождения, уроженки 

<

АДРЕС>, в пользу ГБУЗ 

<

АДРЕС> « Краевая клиническая психиатрическая больница» расходы за проведение судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в размере 47 900 рублей.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Орджоникидзевский районный суд г. Перми в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме ((дата).).

Судья 

<

.....> Е.Е. Макашина

<

.....>