Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12.12.2024 Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Мурашова А.С., при секретаре Ильиной И.П., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО5 - ФИО6, третьего лица ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1355/2024 по исковому заявлению ФИО8 ФИО13 к ФИО5 ФИО14 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка,

установил:

25.11.2017 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>-А. 

Согласно п. 6 Договора, отчуждаемое недвижимое имущество было продано за 500000 руб., из которых 200 000 руб. - земельный участок, 300 000 руб. - здание. 

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, указав в обоснование требований, что договор заключен для создания видимости заключения сделки, так как в период заключения сделки у истца имелись материальные трудности, имущество было переписано временно. В момент совершения сделки, данный дом и земельный участок не могли быть оценены за стоимость указанную в договоре купли-продажи. Денежные средства не передавались, дом и земельный участок по акту приема-передачи переданы не были.

Истец, заключая договор, не был намерен создать соответствующие правовые последствия, так как на протяжении всего времени после заключения договора, он проживал в нем, платил все коммунальные платежи, обслуживал дом и ухаживал за ним, что подтверждается приложенными квитанциями об оплате.

Ответчик, заключая договор, также не имела намерений создать соответствующие правовые последствия, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 выдана расписка о том, что она обязуется оформить в равных долях жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>-А, на третье лицо ФИО7 (сын истца) и ФИО9 (совместную дочь истца и ответчика), в любое удобное для них время или заключить договор купли-продажи после ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2, третье лицо ФИО7, ссылаясь на изложенные в исковом заявлении доводы, исковые требования поддержали, просили: Признать договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25.11.2017, заключенный между ФИО8 ФИО15 и ФИО5 ФИО16 недействительным (ничтожным).

Применить последствия недействительности сделки, путем возврата жилого дома и земельного участка, по адресу: 

<

адрес>-А, ФИО3.

Представитель ответчика ФИО5 - ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что истцом не предоставлено доказательств мнимости сделки, тогда как договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО5, является действительным. 

Истцом пропущен срок исковой давности, поскольку иск подан 14.03.2024. 

Кроме того, недобросовестное поведение истца является основанием для отказа в удовлетворения исковых требований.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестра) по Свердловской области, направил в суд заявление с просьбой о рассмотрении дела в его отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Правовой целью договора купли-продажи является переход права собственности на проданное имущество от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения имуществом.

Как установлено судом, 25.11.2017 между ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, согласно которому продавец передал, а покупатель купила в частную собственность недвижимое имущество в виде здания и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>-А.

Отчуждаемое недвижимое имущество продано за 500 000 руб., из которых 200 000 руб. - земельный участок, 300 000 руб. - здание, уплаченных покупателем продавцу полностью при подписании настоящего договора (п. 6 Договора) (том 1, л.д. 13).

28.11.2017 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области произведена государственная регистрация права указанного недвижимого имущества (том 1, л.д.72-77).

Из материалов дела также усматривается, что спорный дом с земельным участком были проданы в период наличия судебного спора между ФИО10 и К ФИО1 о взыскании денежных средств. Указанный иск был подан ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 135).

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона. 

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из объяснений ответчика ФИО5 при рассмотрении материала, зарегистрированного в КУСП №40817810604900317040 от 11.02.2024, с 2004 года до 2020 года она сожительствовала ФИО1, у них имеется общая дочь ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В период совместного проживания ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 взял в аренду у Администрации Арамильского городского округа земельный участок по адресу: 

<

адрес>А, на котором они совместно построили жилой дом площадью 197.8 кв м. (введен эксплуатацию в 2014 году). Они договорились, что дом с участком будет оформлен на него, а помещение аптеки, расположенной по адресу: 

<

адрес>А будет оформлено на нее, однако ФИО1 продал его ФИО12

Также из объяснений ФИО5 следует, что в 2017 году она купила у ФИО1 дом и участок по адресу: 

<

адрес>А, передав ему 500000 руб., они договорились, что впоследствии, когда помещение аптеки будет переоформлено на нее, то она перепишет дом и участок по адресу: 

<

адрес>А на детей: его сына ФИО7 и их совместную дочь ФИО9, о чем она написала расписку от 05.04.2021.

Оценивая поведение сторон при заключении оспариваемого договора купли-продажи недвижимости на предмет добросовестности поведения сторон, суд исходит из того, что ФИО5 приобретая недвижимое имущество в собственность, не могла не знать о наличии судебных споров.

Доводы ответчика о том, что она с достоверностью не могла знать о финансовых проблемах и о рассмотрении Арбитражным судом 

<

адрес> гражданского дела в отношении истца, судом отклоняются как несостоятельные, поскольку ФИО1 и ФИО5 состояли в фактических брачных отношениях с 2004 по 2020 год, имеют общего ребенка ФИО8 ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Ссылка ответчика на то, что между нею и истцом состоялась передача денежных средств за приобретенное имущество, а значит, сделка была завершена, по мнению суда, не могут опровергнуть доводы о том, что фактически жилое помещение и земельный участок ей продавцом, то есть ФИО3, не передавались, поскольку они вместе проживали в этот период в спорном доме. То есть реально сделка не была завершена.

В соответствии со ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, под мнимой сделкой понимается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу ч. 1 ст. 166, 167 и ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимые сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом и не порождают правовых последствий, кроме тех, которые связаны с их недействительностью. Следовательно, независимо от оценки обстоятельств подписания ФИО5 договора купли-продажи, данная сделка являлась ничтожной и не могла порождать возникновение у нее права собственности на дом и земельный участок.

Согласно заключению судебной экспертизы №40817810604900317040 от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом ФИО26 (ООО «Уральская палата судебной экспертизы»), рыночная стоимость жилого дома №40817810604900317040, и земельного участка №40817810604900317040 по адресу: 

<

адрес>-А, на 25.11.2017 составляет 10 939 083 руб. (том 2, л.д. 108-178).

В ходе судебного заседания истцом оспаривалась платежеспособность ответчика на приобретение спорного недвижимого имущества. Доказательств наличия такой способности суду предоставлено не было.

Также ФИО1 оспаривался факт передачи денежных средств от покупателя ФИО5, поскольку после составления договора он не приобрел в собственность иное жилое помещение, и продолжал проживать в спорном жилом доме, не меняя место жительства.

Доводы истца о том, что с момента составления договора купли-продажи недвижимости ФИО5 расходов по содержанию дома не несла, опровергнуты в суде не были, что подтверждается представленными суду квитанциями об оплате.

Кроме того, судом установлено, что несмотря переоформление документов на спорный дом с земельным участком на ФИО5, истец и ответчик остались проживать в нем, ФИО1 продолжал проживать в нем с 2020 года.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки (вывод денежных средств должника).

С учетом изложенного, заключение ФИО1 и ФИО5 оспариваемого договора имело своей целью не допустить обращение взыскания на указанное недвижимое имущество, что свидетельствует о заведомо недобросовестном осуществлении этими лицами гражданских прав - злоупотреблении правом, при том, что ответчиком не доказано, что сделка совершена по рыночной стоимости имущества, в интересах продавца, а не для причинения вреда кредиторам.

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, совокупность установленных обстоятельств позволяет прийти к выводу о том, что ФИО1 и ФИО5 при оформлении договора купли-продажи намерений его исполнять не имели, фактически совершали формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Поскольку такие действия нарушают запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор купли-продажи является недействительным по основанию, установленному ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, зарегистрированное по ничтожной сделке право собственности ФИО5 на спорные объекты недвижимости не может считаться возникшим, в связи с чем, суд на основании ч. 4 ст. 166, ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяет последствия недействительности сделки путем исключения записи государственной регистрации права собственности о праве собственности ФИО5 на спорный дом и земельный участок.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как установлено при рассмотрении дела, после регистрации договора 25.11.2017 ФИО1 и ФИО5 продолжали сообща пользоваться спорным имуществом до конца 2020 года, 05.04.2021 ФИО4 выдана расписка о том, что она обязуется оформить в равных долях жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>-А, на третье лицо ФИО11 (сын истца) и ФИО9 (совместную дочь истца и ответчика), в любое удобное для них время или заключить договор дарения или договор купли-продажи после 23.11.2023 (том 1, 16). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратилась с заявлением в дежурную часть ОеП №40817810604900317040 МО МВД Росси «Сысертский» с заявлением о том, что ФИО1 незаконно проживает в ее доме, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.02.2024 по материалу проверки, зарегистрированному в КУСП №40817810604900317040 от 16.02.2024.

Следовательно, ФИО1 беспрепятственно пользовался недвижимым имуществом, в том числе спорным жилым домом, до 16.02.2024. 

Таким образом, с учетом конкретных обстоятельств дела, срок исковой давности следует исчислять с того дня, когда ответчиком совершены действия, препятствующие истцу осуществлять свои права в отношении спорного имущества.

В связи с чем, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорциональные размеру удовлетворенных требований.

С ответчика подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 207 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 28 600 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО8 ФИО18 (паспорт №40817810604900317040) к ФИО5 ФИО19 (паспорт №40817810604900317040) о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25.11.2017, заключенный между ФИО8 ФИО20 и ФИО5 ФИО21 недействительным (ничтожным).

Применить последствия недействительности сделки, путем возврата жилого дома К№ №40817810604900317040, и земельного участка К№40817810604900317040, по адресу: 

<

адрес>«А» ФИО8 ФИО25.

Данное решение основанием для регистрации права собственности за ФИО8 ФИО24 на жилой дом К№ №40817810604900317040, и земельный участок К№ №40817810604900317040, по адресу: 

<

адрес>«А».

Взыскать с ФИО5 ФИО23 в пользу ФИО8 ФИО22 судебные расходы по оплате государственной пошлины 28 207 руб., расходы по оплате экспертизы 28 600 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Сысертский районный суд.

Судья Мурашов А.С.

Решение изготовлено 16.12.2024