Председательствующий – Зрелкина Е.Ю. дело № 33-97/2026 (№ 33-1119/2025)

номер производства в суде первой инстанции 2-15/2025

УИД 02RS0003-01-2023-002647-15

строка статистической отчетности 2.151

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года г. Горно-Алтайск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи – Чертков С.Н.,

судей – Пустогачевой С.Н., Плотниковой М.В.,

при секретаре – Каишевой Т.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 ФИО7 на решение Майминского районного суда Республики Алтай от 20 октября 2025 года, которым

удовлетворено исковое заявление сельской администрации Манжерокского сельского поселения.

Признано незаконным размещение:

трех строений, расположенных в пределах координат характерных (поворотных) точек наземного контура:

№

№

3 - 1 (№), на земельном участке с кадастровым номером №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, с видом разрешенного использования для сельскохозяйственного производства, с местоположением 

<

адрес>;

пяти строений, расположенных в пределах координат характерных (поворотных) точек наземного контура:

№

№

№

№

№), на земельном участке с кадастровым номером №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, с видом разрешенного использования для сельскохозяйственного производства, с местоположением 

<

адрес>;

одного строения, расположенного в пределах координат характерных (поворотных) точек наземного контура №), на земельных участках с кадастровыми номерами № и №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, с видом разрешенного использования для сельскохозяйственного производства, с местоположением 

<

адрес>.

На ФИО2, ФИО1 возложена обязанность в течение 3 (трех) месяцев со дня вступления решения суда в законную силу освободить земельные участки с кадастровыми номерами № от указанных объектов, путем демонтажа и вывоза с земельного участка.

Установлено, что в случае неисполнения решения суда ответчиками ФИО2, ФИО1 предоставить истцу - сельской администрации Манжерокского сельского поселения право демонтировать указанные объекты за свой счет и привести земельный участок в пригодное для использование состояние, со взысканием с ответчиков ФИО2, ФИО1 понесенных расходов.

Взыскана с ФИО2, ФИО1 в бюджет МО «Майминский район» государственная пошлина в размере 600 рублей в равных долях, то есть по 300 рублей с каждого.

Заслушав доклад судьи Черткова С.Н., судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Сельская администрация Манжерокского сельского поселения обратилась в суд с иском к ФИО1 о признании самовольными постройками четырех объектов, расположенных на земельном участке с кадастровым номером №, возложении обязанности их снести в течение 30 дней со дня вступления решения в законную силу с приведением земельного участка в пригодное для дальнейшего использования состояние, указывая, что на земельном участке с к.н. № площадью 1000+/-11 кв.м., категория – земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, расположенном по адресу: 

<

адрес>, Манжерокское сельское поселение выявлены сооружения: 4 объекта (1 этажные каркасные строения, 1 скатные кровли), назначение которых не соответствует разрешенному виду использования земельного участка. Собственником земельного участка является ответчик ФИО1 Поскольку постройки возведены без разрешения на строительство и их назначение не соответствует категории и виду разрешенного использования земельного участка, указанные постройки подлежат сносу.

Сельская администрация Манжерокского сельского поселения обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании самовольными постройками четырех объектов, расположенных на земельном участке с кадастровым номером №, возложении обязанности их снести в течение 30 дней со дня вступления решения в законную силу с приведением земельного участка в пригодное для дальнейшего использования состояние, указывая, что на земельном участке с к.н. № площадью 1002+/-11 кв.м., категория – земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, расположенном по адресу: 

<

адрес>, Манжерокское сельское поселение выявлены сооружения: 4 объекта (1 этажные каркасные строения, 1 скатные кровли), назначение которых не соответствует разрешенному виду использования земельного участка. Собственником земельного участка является ответчик ФИО2 Поскольку постройки возведены без разрешения на строительство и их назначение не соответствует категории и виду разрешенного использования земельного участка, указанные постройки подлежат сносу.

Протокольным определением от 30 ноября 2023 года указанные исковые заявления объединены в одно производство.

При рассмотрении дела истец уточнил требования, просил признать незаконным, как не соответствующее категории земель сельскохозяйственного назначения и виду разрешенного использования, размещение девяти строений на земельных участках с кадастровыми номерами 04№, возложить на ответчиков обязанность освободить земельные участки от указанных объектов путем демонтажа и вывоза в течение 3 месяцев с даты вступления решения суда в законную силу.

Суд вынес вышеуказанное решение, об отмене которого просит представитель ФИО1 ФИО8, считая принятое судом решение незаконным. В обоснование жалобы указывает, что вывод суда о несоблюдении ответчиком порядка проектирования, согласования и получения разрешения на строительство спорных объектов, не являющихся объектами капитального строительства, не соответствует п. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ. Заключение эксперта ФБУ Сибирский РЦЭС Минюста России от 15 сентября 2025 г. дает основание относить спорные объекты к объектам некапитального строительства, не являющимся недвижимым имуществом. Суд первой инстанции, ссылаясь на экспертное заключение, делает вывод о нецелевом использовании ФИО2 и ФИО1 земельных участков ввиду размещения на них строений, не связанных с производством сельскохозяйственной продукции. Суд не принял каких-либо мер для устранения имеющихся противоречий в тексе экспертного заключения, в частности, почему эксперт посчитал спорные временные объекты «жилыми», а также почему сделал вывод об использовании земельных участков под спорными объектами как «базы отдыха», что привело к принятию незаконного решения. Судом не выяснено, почему спорные строения в дальнейшем не могут быть использованы как объекты для деятельности по производству, переработке сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, учитывая то, что действующее законодательство РФ не содержит запретов и ограничений по занятию деятельностью по производству, переработке сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в спорных нестационарных объектах, не несущих угрозы жизни и здоровью граждан и не нарушающих чьи-либо интересы. При этом эксперт также пояснил, что ничто не ограничивает и не запрещает использовать спорные строения для деятельности по производству, переработке сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия. Доказательств включения земельного участка, на котором расположены нестационарные объекты, в состав земель особо ценных продуктивных сельскохозяйственных угодий истцом не представлено. Земельный участок согласно сведениям ЕГРН отнесен к землям сельскохозяйственного назначения с видом разрешенного использования – для сельскохозяйственного производства. ФИО2 и ФИО1 на земельном участке осуществляется переработка и хранение пчеловодческой продукции, что включает осуществление хозяйственной деятельности, в том числе на сельскохозяйственных угодьях, размещению сооружений, используемых для хранения и первичной переработки продукции пчеловодства. Указанный факт истцом не опровергнут, экспертом не исследовался. Из заключения эксперта следует, что спорные объекты используются как база отдыха, однако каких-либо доказательств наличия базы отдыха эксперт не приводит. Суд не стал выяснять, не занимался ли в прошлом ответчик на спорном участке деятельностью внешне схожей с базой отдыха, но соответствующей разрешенному использованию участка – сельским туризмом. Сельскохозяйственные товаропроизводители наряду с сельскохозяйственным производством могут осуществлять деятельность по оказанию услуг в сфере сельского туризма и другие виды деятельности, не связанные с сельскохозяйственным производством, обеспечивающие устойчивое развитие сельских территорий. Суд не выяснил, какие права истца нарушает факт расположения сборно-разборных временных сооружений на земельном участке, принадлежащем ответчику на праве собственности. Не доказано наличие публичных интересов, нарушенных ответчиком и подлежащих восстановлению лишь заявленным истцом способом. Вывод суда о существовании прямого законодательного запрета на строительство жилых объектов на землях сельскохозяйственного назначения, сам по себе не основан на законе, так как п. 2 статьи 77 Земельного кодекса РФ устанавливает то, что в составе земель сельскохозяйственного назначения выделяются сельскохозяйственные угодья – земли, занятые кроме прочего жилыми домами, строительство, реконструкция и эксплуатация которых допускается на земельных участках, используемых крестьянскими (фермерскими) хозяйствами для осуществления своей деятельности. Спорные объекты не относятся и не могут относиться к жилым объектам. Решение суда о демонтаже и вывозе временных сооружений находится за пределами необходимого, разумного и допустимого, с точки зрения необходимости соблюдения баланса интересов сторон, требований безопасности и принципа добросовестности участников гражданских правоотношений, так как согласно Заключению эксперта все выявленные нарушения, в том числе нарушения противопожарной безопасности являются устранимыми.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Майминского района и представитель сельской администрации Манжерокского сельского поселения ФИО5 просят оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Алтай.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в жалобе, обсудив доводы жалобы, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции ФИО2 является собственником земельного участка общей площадью 1002 кв.м с кадастровым номером №, ФИО1 является собственником земельного участка общей площадью 1000 кв.м с кадастровым номером №. Земельные участки расположены по адресу: 

<

адрес>, Манжерокское сельское поселение, отнесены к категории земли сельскохозяйственного назначения, с видом разрешенного использования – для сельскохозяйственного производства, что подтверждается представленными выписками из ЕГРН.

Администрацией МО «Майминский район», как органом, уполномоченным на осуществление муниципального земельного контроля, произведены обследования земельных участков с кадастровыми номерами №, в ходе которых установлено, что на земельном участке, принадлежащем ФИО1, возведено четыре объекта (1-этажные каркасные строения, 1-скатные кровли), на земельном участке, принадлежащем ФИО2, возведено четыре объекта (1-этажные каркасные строения, 1-скатные кровли), не предусмотренные установленным видом разрешенного использования земельных участков. Объекты, возведены без разрешительных документов, земельные участки используются не по целевому назначению, о чем комиссией в составе: начальника отдела архитектуры и градостроительства администрации МО «Майминский район» – ФИО6, заместителя начальника отдела архитектуры и градостроительства администрации МО «Майминский район» – ФИО4, составлены: акт обследования земельных участков, выданы уведомления № и № от 

<

дата> о выявлении самовольных построек.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд Сельской администрации Манжерокского сельского поселения с требованиями по настоящему делу.

В целях определения юридически значимых обстоятельств определением от 20 марта 2024 года по делу назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Сибирский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Согласно заключению экспертов ФБУ Сибирского РЦСЭ Минюста России от 15 сентября 2025 года №2493, 2494/9-2-24 строения, расположенные на земельных участках с кадастровыми номерами №, №, не являются объектами капитального строительства, их перемещение без несоразмерного ущерба их назначению возможно.

Месторасположение объектов недвижимости, расположенных на земельных участках с кадастровыми номерами №, № соответствует строительно-техническим, градостроительным и санитарно-эпидемиологическим нормам и правилам, и не соответствует противопожарным требованиям. Фактическое использование строений, расположенных на земельном участке не соответствует его виду разрешенного использования, указанному в ЕГРН, следовательно, их целевое использование не соответствует виду разрешенного использования земельного участка.

Строения на земельных участках с кадастровыми номерами №, № по адресу: 

<

адрес> поселение используются как база отдыха, не могут быть использованы как объекты для деятельности по производству, переработке сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, оказания соответствующих услуг, поскольку их текущее функциональное назначение – объекты некапитального строительства база отдыха.

Безопасность для здоровья и жизни не обеспечена. В связи с этим дельнейшая эксплуатация строений на земельных участках с кадастровыми номерами № в соответствии с нормативными требованиями невозможна.

Земельные участки с кадастровыми номерами №, № и постройки на них расположены в границах придорожной полосы федеральной трассы «Чуйский тракт Р-256» Новосибирск – Барнаул, Горно-Алтайск – граница с Монголией.

Из исследовательской части заключения также следует, что на земельных участках с кадастровыми номерами № расположены 9 строений. Все сооружения имеют малозаглубленный комбинированный фундамент (столбчатый, бетонный и на винтовых сваях фундамент) который не обеспечивает неразрывную связь с землёй и не являются объектами капитального строительства. Сооружения включают в себя помещения для кратковременного пребывания. Придомовая территория отсыпана щебнем и имеет ограждение, используется как база отдыха.

Вышеуказанное экспертное заключение, принято судом в качестве допустимого доказательства по делу.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО3 выводы судебной экспертизы подтвердил, указал, что на земельных участках с кадастровыми номерами № расположены 9 строений, земельный участок не огорожен, в связи с чем при визуальном осмотре администрацией МО «Майминский район» ошибочно могло быть установлено 8 объектов, поскольку на соседнем земельном участке расположены аналогичные объекты.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 7, 8, 42, 77, 79, 85 Земельного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 24 июля 2002 г. №101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», принимая во внимание экспертное заключение, установив, что на земельных участках ответчиков располагаются 9 строений, не являющихся объектами капитального строительства, использующихся в качестве жилых, земельный участок по целевому назначению не используется, а используется как база отдыха, пришел к выводу, что размещение строений на земельных участках незаконно, земельные участки подлежат освобождению, определив срок для выполнения действий по демонтажу строений в течение 3 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

Судебная коллегия соглашается с изложенными выводами суда и не находит оснований для отмены принятого судом решения по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, исходе из следующего.

Согласно Конституции Российской Федерации земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории; они могут находиться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности (статья 9); владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц; условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона (части 2 и 3 статьи 36).

Согласно пункту 2 статьи 8 Земельного кодекса Российской Федерации категория земель указывается в актах федеральных органов исполнительной власти, актах органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и актах органов местного самоуправления о предоставлении земельных участков, договорах, предметом которых являются земельные участки, государственном кадастре недвижимости, документах о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, иных документах в случаях, установленных федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации земли используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов.

Разрешенное использование земельного участка представляет собой установление конкретной цели (целей) использования участка земли и определение объема прав и обязанностей лица, которому принадлежит земельный участок.

В соответствии со статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации одной из обязанностей собственников земельных участков является использование земельных участков в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту.

Согласно статье 77 Земельного кодекса Российской Федерации землями сельскохозяйственного назначения признаются земли, находящиеся за границами населенного пункта и предоставленные для нужд сельского хозяйства, а также предназначенные для этих целей (пункт 1). В составе земель сельскохозяйственного назначения выделяются сельскохозяйственные угодья, земли, занятые внутрихозяйственными дорогами, коммуникациями, лесными насаждениями, предназначенными для обеспечения защиты земель от негативного воздействия, водными объектами, а также зданиями, сооружениями, используемыми для производства, хранения и первичной переработки сельскохозяйственной продукции (пункт 2).

Земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей, а также для целей аквакультуры (рыбоводства): крестьянскими (фермерскими) хозяйствами для осуществления их деятельности, гражданами, ведущими личные подсобные хозяйства, садоводство, животноводство, огородничество; хозяйственными товариществами и обществами, производственными кооперативами, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, иными коммерческими организациями; некоммерческими организациями, в том числе потребительскими кооперативами, религиозными организациями; казачьими обществами; опытно-производственными, учебными, учебно-опытными и учебно-производственными подразделениями научных организаций, образовательных организаций, осуществляющих подготовку кадров в области сельского хозяйства, и общеобразовательных организаций; общинами коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации для сохранения и развития их традиционных образа жизни, хозяйственной деятельности и промыслов (пункт 1 статьи 78 Земельного кодекса Российской Федерации).

Оборот земель сельскохозяйственного назначения основывается на принципе сохранения целевого использования земельных участков, что закреплено подпунктом 1 пункта 3 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения».

Статья 79 Земельного кодекса Российской Федерации определяет особенности использования сельскохозяйственных угодий и устанавливает, что сельскохозяйственные угодья - пашни, сенокосы, пастбища, залежи, земли, занятые многолетними насаждениями (садами, виноградниками и другими), - в составе земель сельскохозяйственного назначения имеют приоритет в использовании и подлежат особой охране (пункт 1). Сельскохозяйственные угодья не могут включаться в границы территории ведения гражданами садоводства для собственных нужд, а также использоваться для строительства садовых домов, жилых домов, хозяйственных построек и гаражей на садовом земельном участке (пункт 6).

Согласно части 6 статьи 36 Градостроительного кодекса Российской Федерации градостроительные регламенты не устанавливаются для земель сельскохозяйственных угодий в составе земель сельскохозяйственного назначения.

Запрет на установление градостроительного регламента исключает возможность использования указанных земель для застройки и последующей эксплуатации объектов строительства.

Из изложенного следует, что на землях сельскохозяйственного назначения возможно строительство зданий, сооружений и строений, необходимых для производства, хранения и переработки сельскохозяйственной продукции. При этом для размещения зданий и сооружений для переработки и хранения сельскохозяйственной продукции возможно использовать лишь земельный участок сельскохозяйственного назначения, не являющийся сельскохозяйственными угодьями.

Как указывалось выше, земельные участки с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: 

<

адрес> Манжерокское сельское поселение, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, имеют вид разрешенного использования – для сельскохозяйственного производства.

Из ответа филиала ППК «Роскадастра» по Республике Алтай от 21 января 2026 года №исх-00165/26 следует, что объекты недвижимости (земельные участки) с кадастровыми номерами № образованы в результате неоднократного раздела из земельного участка с кадастровым номером №, который образован путем раздела из земельного участка с кадастровым номером №, обособленного участка единого землепользования с кадастровым номером №.

Указанные земельные участки формировались в соответствии с положениями Федерального закона от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», а также Закона Республики Алтай № 12-РЗ от 14 мая 2007 года «Об особенностях регулирования правоотношений в области оборота земель сельскохозяйственного назначения в Республике Алтай», а по общему правилу к сельскохозяйственным угодьям относятся все земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, на которые распространяется действие Федеральный закон от 24 июля 2002 года № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», в том числе образованные в порядке, установленном указанным законом.

Кроме того по сведениям Государственного фонда данных, полученных в результате проведения землеустройства на обособленном земельном участке с кадастровым номером №, входящий в состав единого землепользования с кадастровым номером № расположены сельскохозяйственные угодья – пашни, сенокосы, лес, кустарники (ответ ППК «Роскадастр» от 20 января 2026 года №ИСХ-00143/26).

Изложенное также подтверждается, представленным по запросу суда, картографическим материалом и поконтурной ведомостью.

Согласно части 3 статьи 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации целевым назначением и разрешенным использованием образуемых земельных участков признаются целевое назначение и разрешенное использование земельных участков, из которых при разделе, объединении, перераспределении или выделе образуются земельные участки, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что земельные участки с кадастровым номером № вопреки доводам апелляционной жалобы относятся к сельскохозяйственным угодьям в составе земель сельскохозяйственного назначения, поскольку именно такое целевое назначение и разрешенное использование имел первоначальный земельный участок с кадастровым номером №.

Сведений об изменении вида разрешенного использования для соответствующих сельскохозяйственных угодий в составе земель сельскохозяйственного назначения посредством перевода названного земельного участка в другую категорию в материалах дела не имеется, суду не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства» под сельскохозяйственным производством признается совокупность видов экономической деятельности по выращиванию, производству и переработке соответственно сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, в том числе оказание соответствующих услуг.

Согласно ч. 2 ст. 3 Закона № 264-ФЗ указанную деятельность вправе осуществлять также граждане, ведущие личное подсобное хозяйство, в соответствии с Федеральным законом от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве». Между тем данный закон не позволяет осуществлять застройку полевых земельных участков (расположенных за пределами земель населенных пунктов).

В соответствии с Правилами землепользования и застройки муниципального образования «Манжерокское сельское поселение», утвержденными Решением сельского совета депутатов муниципального образования «Манжерокское сельское поселение» четвертого созыва Майминского района Республики Алтай от 16 ноября 2018 г. №12-9 основными видами разрешенного использования земельных участков с кадастровыми номерами № является: растениеводство (1.1), животноводство (1.7), пчеловодство (1.12), хранение и переработка сельскохозяйственной продукции (1.15), ведение личного подсобного хозяйства на полевых участках (1.16), обеспечение сельскохозяйственного производства (1.18).

Возражая против предъявленных исковых требований, ответчики указывают, что на земельном участке ими осуществляется переработка и хранение пчеловодческой продукции, что включает осуществление хозяйственной деятельности, в том числе на сельскохозяйственных угодьях.

Согласно п. 1 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2020 года № 490-ФЗ пчеловодство – определенная на основании Общероссийского классификатора видов экономической деятельности совокупность видов экономической деятельности, относящихся к разведению, содержанию и использованию пчел, в том числе для опыления сельскохозяйственных культур, производству и переработке продукции пчеловодства, включая оказание услуг.

При этом первичная обработка продукции пчеловодства заключается в очистке, сортировке, сушке и фасовки продуктов непосредственно после отбора из ульев для сохранения их качества.

Судом установлено и не отрицается ответчиком, что на территории земельных участков ответчиками возведены 9 строений, не являющихся объектами капитального строительства.

Однако данные строения вопреки доводам ответчиков не могут использоваться для первичной обработки продукции пчеловодства, поскольку доказательств, свидетельствующих об осуществлении деятельности по разведению пчел (наличие ульев, сведений о регистрации пасеки), материалы дела не содержат, что исключает осуществление первичной обработки продукции пчеловодства.

Более того, деятельность по разведению пчел на указанных земельных участках невозможна в силу положений Приказа Минстроя Республики Алтай от 01 апреля 2025 года № П-07-01/0180 (п. 167, 168), как и ранее действовавших Приказа Минрегионразвития Республики Алтай от 26 марта 2019 года № 145-Д (п. 2.2.58, 2.2.59), Приказа Минрегионразвития Республики Алтай от 15 июня 2016 № 292-Д (п. 102, 103), Ветеринарных правил содержания медоносных пчел в целях их воспроизводства, разведения, реализации и использования для опыления сельскохозяйственных энтомофильных растений и получения продукции пчеловодства, утв. Приказом Минсельхоза России от 23 сентября 2021 года № 645, а также Методических рекомендаций по технологическому проектированию объектов пчеловодства (утв. и введены в действие Минсельхозом России 26 сентября 2024 года).

Вопреки доводам жалобы исследуемыми доказательствами, в том числе экспертным заключением подтверждено, что фактически спорные земельные участки используются как база отдыха.

Так, согласно экспертному заключению все здания имеют централизованное электроснабжение, водоснабжение из скважины, отвод канализационных стоков. Сооружения включают в себя помещения для кратковременного пребывания. Одно из сооружений используется в качестве бани. Придомовая территория отсыпана щебнем, организована зона отдыха. Экспертом сделан вывод, что спорные земельные участки используются как база отдыха с проведением занятий по обучению пчеловодству, строения не могут быть использованы как объекты деятельности по производству, переработке сельскохозяйственной продукции, оказания соответствующих услуг, в том числе для занятия пчеловодством.

Оснований не доверять указанному экспертному заключению судебная коллегия не находит, поскольку заключение составлено экспертом, обладающим необходимой квалификацией и опытом, подробно мотивировано, содержит описание проведенного исследования, по форме и содержанию отвечает требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности».

Каких-либо заслуживающих внимания доводов о недостатках проведенного исследования, свидетельствующих о его неправильности либо необоснованности, сторонами в суде апелляционной инстанции не приведено. Заключение составлено экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, доказательств личной заинтересованности эксперта в исходе рассмотрения дела суду апелляционной инстанции не приведено.

Более того, факт осуществления деятельности по оказанию туристических услуг и использование данных объектов в качестве жилых помещений также подтверждается информацией, размещенной в сети Интернет, на информационном сервисе 2ГИС, где размещены, в том числе фотографии, отзывы.

При отсутствии доказательств осуществления ответчиками деятельности по сельскохозяйственному производству доводы об осуществлении деятельности по оказанию услуг в сфере сельского туризма судебная коллегия находит не состоятельными, поскольку, исходя из положений статьей 1 Федерального закона от 24 ноября 1996 года №32-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений) деятельность по оказанию услуг в сфере сельского туризма осуществляется исключительно сельхозтоваропроизводителями.

Учитывая вышеуказанные нормы права, регулирующие спорные правоотношения, исходя из установленных обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что земельные участки с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: 

<

адрес>, Манжерокское сельское поселение, за границами населенного пункта, относятся к сельскохозяйственным угодьям и могут использоваться исключительно для производства сельскохозяйственной продукции без права возведения на нем зданий и строений, а также то, что возведенные ответчиками строения представляют собой единый комплекс в виде базы отдыха, приведение строений в соответствие с установленными правилами землепользования и застройки без их полной разборки невозможно, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что объекты подлежат демонтажу.

Судебной коллегией также учитывается, что вступившим в законную силу решением Майминского районного суда Республики Алтай от 

<

дата>, в том числе, признано отсутствующим право собственности ответчиков ФИО2 ФИО1 на земельные участки с кадастровыми номерами №.

Рассматривая доводы о недоказанности наличия публичных интересов истца, подлежащих восстановлению лишь заявленным способом, судебная коллегия исходит из следующего.

По общему правилу, ответчиком является лицо, к которому могут быть применены меры материально-правового и процессуального характера, направленные на защиту и восстановление нарушенных прав истца.

Право органа местного самоуправления в границах муниципального образования независимо от форм собственности и целевого назначения земель осуществлять контроль за размещением движимых и недвижимых объектов закреплено статьей 11 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 8 Градостроительного кодекса РФ, подпунктом 20 пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».

В порядке подпункта 20 пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» администрация признается надлежащим истцом по требованию о сносе самовольных построек. Органы местного самоуправления обращаются в суд с иском о сносе самовольных строений, расположенных в границах муниципального образования, в силу полномочий по осуществлению земельного контроля и выдаче разрешений на строительство объектов недвижимости.

По смыслу названных норм в целях защиты интересов муниципального образования, населения городского округа, сельского поселения администрация при выявлении самовольно возведенной постройки вправе обратиться в суд с иском о сносе такой постройки (пункт 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14 ноября 2018 года).

В силу пункта 1 статьи 72 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент возникновения спорных отношений) муниципальный земельный контроль осуществляется уполномоченными органами местного самоуправления в соответствии с положением, утверждаемым представительным органом муниципального образования.

Решением Майминского районного Совета депутатов от 29 марта 2024 года №8-5 утверждено Положение о муниципальном и земельном контроле на территории муниципального образования «Майминский район».

Согласно п.п.6,8 п.3 указанного положения муниципальный земельный контроль на территории муниципального образования «Майминский район» в лице отдела земельных и имущественных отношений администрации муниципального образования «Майминский район» осуществляется за соблюдением обязательных требований по использованию земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, оборот которых регулируется Федеральным законом от 24 июля 2002 г. №101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», для ведения сельскохозяйственного производства или осуществления иной связанной с сельскохозяйственным производством деятельности; обязательных требований по приведению земель в состояние, пригодное для использования по целевому назначению.

Статьей 125 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что от имени муниципальных образований в суде могут выступать органы местного самоуправления в соответствии с их компетенцией.

В соответствии с ст. 1 Закона Республики Алтай от 07 июля 2015 года № 32-РЗ «О закреплении отдельных вопросов местного значения за сельскими поселениями в Республике Алтай» за сельскими поселениями закрепляются вопросы местного значения, к которым относятся, в том числе осуществление сноса самовольной постройки или ее приведения в соответствие с установленными требованиями в случаях, предусмотренных Градостроительным кодексом Российской Федерации.

В случае возведения объектов на земельном участке не соответствующим целям его использования имеет место нарушение правомочий органа местного самоуправления по регулированию и планированию застройки территории муниципального образования, что дает истцу право предъявить настоящий иск.

Определяя способ защиты прав истца, суд первой инстанции обоснованно, реализуя свои дискретные полномочия, установил, что заявленные исковые требования направлены на приведение спорных земельных участков в состояние, существовавшее до возведения спорных объектов, районный суд также установил, что спорные объекты не относятся к капитальным, в связи с чем, к ним не подлежат применению положения статьи 222 Гражданского кодекса РФ, в связи с чем, обоснованно применил к ответчику такой способ восстановления прав истца, как демонтаж спорных строений.

Судебная коллегия соглашается с таким способом защиты права, поскольку он соразмерен допущенному ответчиком нарушению, приведет к восстановлению и защите нарушенных прав истца, и будет соответствовать балансу интересов сторон.

Оставляя без изменения решение районного суда, судебная коллегия также принимает во внимание, что ссылка апеллянта, на не подлежащие применению статьи законов, которыми истец мотивировал заявленные требования, не является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Учитывая изложенное, оценив иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они по своей сути, сводятся к несогласию с принятым решением суда, не содержат обстоятельств, которые бы не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на его обоснованность и законность, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены правильного судебного акта.

Процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены решения, при рассмотрении настоящего дела, судом первой инстанции допущены не были.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что решение суда, постановленное с соблюдением норм действующего законодательства, отвечающее требованиям законности и обоснованности, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Майминского районного суда Республики Алтай от 20 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО7 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления в окончательной форме судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции только резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения в пределах десятидневного срока для соответствующей категории дел не изменяют дату его вступления в законную силу.

Председательствующий судья С.Н. Чертков

Судьи С.Н. Пустогачева

М.В. Плотникова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 

<

дата>