Судья Курахтанова А.А Дело № 22-1870/2021

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 11 мая 2021 года

Новосибирский областной суд в составе:

Председательствующего судьи Богдановой А.Г.,

при секретаре Суховой К.А.,

с участием: 

государственного обвинителя Раковой Н.С.,

осужденного ФИО1,

адвоката Шокирова Б.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Дегенгард М.Ю. в интересах осужденного ФИО1 на приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым: 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>,

осужден по ч. 1 ст. 222 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание считается условным, с испытательным сроком 1 год, с возложением на осужденного обязанности не реже одного раза в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного.

Изучив материалы дела, выслушав осужденного ФИО1 и адвоката Шокирова Б.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение государственного обвинителя Раковой Н.С., полагавшей апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, суд апелляционной инстанции,

установил:

Приговором 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным и осужден за незаконное хранение боеприпасов.

Преступление совершено на территории 

<

адрес>, в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Дегенгардт М.Ю. находит приговор подлежащим отмене в связи с его незаконностью, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Просит вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Ссылаясь на показания ФИО1, адвокат указывает, что изъятые в ходе обыска по месту жительства осужденного боеприпасы ему не принадлежат, они могли быть оставлены у него в доме кем-то из гостей-охотников, которые часто к нему приезжают. 

Адвокат полагает, что имеющиеся в материалах уголовного дела доказательства не свидетельствуют о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Анализируя показания свидетелей, автор апелляционной жалобы считает, что они не могли быть положены в основу обвинительного приговора. Так, у свидетеля Б.В.Л. с ФИО1 сложились неприязненные отношения, в связи с чем данный свидетель имеет основания для оговора ФИО1 

Свидетели К.В.А., Ш.И.В., С.А.С., Г.И.Н., М.Н.А. являются сотрудниками полиции, в том числе проводившими обыск в жилище ФИО1, следовательно, они заинтересованы в исходе дела.

Не следовало доверять, по мнению адвоката, и показаниям свидетелей А.А.В. и П.С.В., поскольку они были понятыми в ходе обыска, не были допрошены в суде, их показания оглашались в порядке ст. 281 УПК РФ. Обращает внимание, что показания данных лиц абсолютно идентичны. Данные понятые были привезены сотрудниками полиции с собой. Адвокат считает, что их показания должны быть признаны недопустимыми доказательствами по делу. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката прокурор 

<

адрес> П.В.Ю. находит приговор законным, обоснованным и справедливым, предлагает оставить его без изменения, отказав в удовлетворении апелляционной жалобы. 

Заслушав мнения участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции находит выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, основанными на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Все представленные и исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Из материалов дела видно, что изложенные в апелляционной жалобе доводы были предметом исследования в ходе судебного разбирательства по делу, тщательно проверены и оценены судом в совокупности со всеми доказательствами, обоснованно отвергнуты. Несогласие стороны защиты с той оценкой, которую суд дал исследованным доказательствам субъективно, и основанием для отмены приговора не является. 

Суд первой инстанции в соответствии с требованиями закона подробно проанализировал показания осужденного ФИО1, привел мотивы, по которым признал их не соответствующими фактически имевшим место обстоятельствам и расценил как защитную позицию, избранную ФИО1 по уголовному делу с целью избежать уголовной ответственности и наказания за совершенное преступление.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены верно.

В обоснование вины осужденного суд правильно сослался в приговоре на последовательные показания свидетелей, письменные доказательства.

Так, из показаний свидетеля К.В.А. – руководителя отделения разрешительно-лицензионной работы Управления федеральной службы войск национальной гвардии по 

<

адрес> следует, что продажа боевых патронов на территории Российской Федерации запрещена, разрешение на их приобретение не выдается, использовать их нельзя, о чем знает каждый владелец оружия, который имеет на него разрешение. Кроме этого, ФИО1, являющийся владельцем пяти видов оружия, не имеет права на хранение боеприпасов – патронов 223 Рем, так как это патроны для огнестрельного нарезного оружия, в наличии которого у ФИО1 нет. В соответствии с показаниями свидетеля Б.В.Л., он проживал по соседству с ФИО1, ему известно, что тот владеет оружием. Как сосед ФИО1 он знает, что к тому приезжали гости, с которыми они вместе производи выстрелы. ФИО1 в свое отсутствие всегда закрывает свой дом, без ведома ФИО1 к нему домой никто не заходит.

Свидетели С.А.С., Ш.И.В., Г.И.Н., М.Н.А. указали, что являются оперативными сотрудниками полиции. ДД.ММ.ГГГГ на основании судебного решения по месту проживания ФИО1 проводился обыск в присутствии понятых. Проживающие в доме ФИО1 и Н.Е.В. присутствовали при обыске. В доме было обнаружено и изъято большое количество боеприпасов - патронов различного калибра, находившихся в разных местах. ФИО1 пояснил, что часть из этих патронов принадлежит ему, а часть оставили в доме его гости-охотники, и он их хранит. Впоследствии стало известно, что 56 патронов, находившихся в доме в холодильнике относятся к категории боеприпасов для боевого нарезного огнестрельного оружия, а 12 патронов калибра 223 Рем, изъятых из шкафа, предназначаются для нарезного оружия, разрешения на которое у ФИО1 нет. 

Свидетели А.А.В. и П.С.В. подтвердили, что присутствовали ДД.ММ.ГГГГ при обыске в жилище ФИО1, в ходе которого сотрудниками полиции было обнаружено и изъято большое количество боеприпасов, хранящихся в доме в различных местах, в том числе в холодильнике, оборудованном под хранилище, и в шкафу. ФИО1 пояснил, что ему удобно хранить патроны в холодильнике. Относительно патронов в шкафу ФИО1 также сказал, что они принадлежат ему.

Их показаний свидетеля Н.Е.В. следует, что она проживает совместно с ФИО1, живут вдвоем. ФИО1 имеет в собственности огнестрельное оружие, также хранит в доме боеприпасы, которые хранятся в том числе в холодильнике, переделанном под сейф, который оборудован кодовым замком, и код от которого знает только ФИО1 Все, что лежит в сейфе, принадлежит ФИО1 Приезжающие к ним охотники в данный сейф не заглядывают. 

Показания свидетелей в свою очередь подтверждаются приведенными в приговоре письменными доказательствами, которые были исследованы в судебном заседании:

- протоколом обыска в жилище ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в присутствии понятых обнаружены и изъяты в том числе: в шкафу – патроны 5,56 * 45 (223 Рем), калибра 5,56 мм, в холодильнике – патроны 7,62*54 калибра 7,62 мм;

- справкой об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой представленные 56 патронов относятся к категории боеприпасов для боевого нарезного огнестрельного оружия и предназначены для стрельбы в боевом нарезном огнестрельном оружии – пулеметах ПК, снайперских винтовках СВД, авиационных пулеметах ГШГ-7,62, также могут быть стреляны в охотничьих карабинах «Тигр», «КО-44», и других, имеющих калибр 7,62;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому 12 патронов являются охотничьими патронами 5,56 * 45 (223 Рем), калибра 5,56 мм, относятся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия, изготовлены промышленным способом и предназначены для стрельбы из карабинов соответствующего калибра. В связи с большим количеством изъятых патронов вопрос о пригодности решался относительно пяти патронов каждого типа. Пять патронов 5,56 * 45 (223 Рем) калибра 5,56 мм пригодны для стрельбы;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому патроны 7,62*54 калибра 7,62 мм относятся к категории боеприпасов для боевого нарезного огнестрельного оружия и предназначены для стрельбы в боевом нарезном огнестрельном оружии. Патроны 5,56 * 45 (223 Рем), калибра 5,56 мм относятся к категории боеприпасов для нарезного охотничьего огнестрельного оружия соответствующего калибра. Представленные на исследование патроны изготовлены промышленным способом, пригодны для стрельбы.

Также вина ФИО1 подтверждается и иными доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре.

Доводы жалобы защитника о том, что приведенные в приговоре показания свидетелей обвинения не могут являться объективными доказательствами, высказаны вопреки материалам дела, поскольку существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного, эти показания не содержат, были получены в установленном законом порядке, согласуются как между собой, так и с иными доказательствами, исследованными судом. Оснований полагать, что указанные лица оговорили ФИО1 не имеется. Все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Доводы жалобы о том, что показания свидетелей А.А.В. и П.С.В. идентичны друг другу, как и о том, что свидетели С.А.С., Ш.И.В., Г.И.Н., М.Н.А. как оперативные сотрудники полиции, и К.В.А. как сотрудник войск национальной гвардии, заинтересованы в исходе данного уголовного дела, являются надуманными. 

Тот факт, что свидетели С.А.С., Ш.И.В., Г.И.Н., М.Н.А. осуществляют законную деятельность в сфере пресечения совершения преступлений, а свидетель К.В.А. руководит отделением разрешительно-лицензионной работы Управления федеральной службы войск национальной гвардии по 

<

адрес>, не свидетельствует об оговоре ими осужденного, либо об их заинтересованности в исходе дела. Свидетели А.А.В. и П.С.В. дали показания об известных лично им обстоятельствах данного уголовного дела, а именно о проведении обыска, при котором они оба одновременно присутствовали, в связи с чем их показания схожи. Тот факт, что понятых к месту производства следственного действия привезли сотрудники полиции, не свидетельствует о недостоверности их показаний. Кроме этого, показания свидетелей объективно подтверждаются и приведенными в приговоре письменными доказательствами, и частично – показаниями самого ФИО1, который не отрицал, что в ходе обыска в его жилище действительно были обнаружены указанные выше боеприпасы.

Наличие в настоящее время неприязненных отношений между ФИО1 и свидетелем Б.В.Л. на ставит под сомнение показания Б.В.Л. об обстоятельствах, ставших ему известными ранее. 

Версия ФИО1 о том, что патроны 223 Рем ему не принадлежат и их происхождение ему не известно, а на патроны 7,62*54 калибра 7,62 мм у него имеются разрешения, в связи с чем он хранит их легально, проверялись судом первой инстанции, и были отвергнуты с приведением убедительных мотивов, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции, поскольку совокупностью исследованных доказательств бесспорно установлено, что патроны 7,62*54 калибра 7,62 мм относятся к категории боеприпасов для боевого нарезного огнестрельного оружия, хранение которых в силу закона запрещено. Патроны 5,56 * 45 (223 Рем) калибра 5,56 мм предназначены для оружия, разрешение на которое у ФИО1 отсутствует.

Указанные обстоятельства в суде апелляционной инстанции подтвердил свидетель К.В.А.

Кроме этого, установлено, что ФИО1 проживает вдвоем с Н.Е.В., которая огнестрельным оружием не интересуется, его собственником не является, при допросе пояснила, что доступа к хранящимся в доме оружию и боеприпасам не имеет. Также из исследованных доказательств следует, что посторонние лица в отсутствие ФИО1 в его дом не входят, при производстве обыска сам ФИО1 не отрицал, что действительно хранит патроны 5,56 * 45 (223 Рем) калибра 5,56 мм и патроны 7,62*54 калибра 7,62 мм. В частности, осужденный указал, что хранящиеся в шкафу боеприпасы принадлежат ему, холодильник, переделанный в хранилище, в котором также находились изъятые патроны, оборудован кодовым замком, и доступ к нему имел только ФИО1 

Способ приобретения ФИО1 боеприпасов, которые он впоследствии незаконно хранил, в данном случае юридического значения не имеет. 

В материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции не добыто данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась какая-либо необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. Доводы осужденного о том, что уголовное дело в отношении него сфабриковано следователем Т.О.А., которая испытывает к нему неприязнь в связи с его религиозными убеждениями, являются ничем не обоснованными предположениями, поскольку вина ФИО1 объективно подтверждается исследованными доказательствами. 

Обыск в жилище ФИО1 был проведен в соответствии с требованиями УПК РФ, на основании судебного решения, с участием понятых и в присутствии проживающих в доме лиц: ФИО1 и Н.Е.В. Согласно протоколу обыска, перед его производством участвующим лицам разъяснялись права, обязанности, порядок проведения следственного действия. Каких-либо замечаний к протоколу обыска никто из участвующих лиц не высказал, в том числе, не заявляли ФИО1 и Н.Е.В. о том, что понятые находятся в состоянии алкогольного опьянения. Данная версия возникла только в суде апелляционной инстанции, и поскольку она не находит своего объективного подтверждения материалами дела, суд считает, что она обусловлена стремлением ФИО1 опорочить доказательство, свидетельствующее о совершении им преступления, в то время как свидетель Н.Е.В. поддерживает позицию ФИО1, направленную на избежание уголовной ответственности за содеянное, поскольку проживает совместно с ФИО1, согласно ее пояснениям в судебном заседании, ведет с осужденным совместный бизнес. 

Оснований полагать, что к ФИО1 в ходе проведения следственного действия сотрудниками полиции применялось какое-либо незаконное воздействие, не имеется. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит, в связи с чем признает доводы жалобы о том, что ФИО1 осужден при отсутствии достоверных и объективных доказательств виновности, несостоятельными.

Исходя из фактических обстоятельств, установленных при рассмотрении уголовного дела, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия осужденного по ч.1 ст.222 УК РФ, как незаконное хранение боеприпасов. 

Основания для иной юридической квалификации содеянного отсутствуют.

При этом, приговор подлежит изменению, поскольку судом допущены противоречия в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора. Так, суд пришел к обоснованному выводу о едином умысле ФИО1 на хранение боеприпасов - патронов 5,56 * 45 (223 Рем), калибра 5,56 мм, и патронов 7,62*54 калибра 7,62 мм, и квалифицировал в связи с этим действия осужденного как одно преступление - по ч.1 ст.222 УК РФ. В то же время, в описательно-мотивировочной части приговора судом указано об установлении вины ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях, не установлении причастности к совершенным преступлениям иных лиц (лист 14 приговора). В резолютивной части приговора суд указал о признании ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222 УК РФ. По мнению суда апелляционной инстанции, в данной части судом первой инстанции допущены технические ошибки, которые не влияют на законность и обоснованность приговора и подлежат исправлению. 

Органами предварительного расследования уголовное дело расследовано, а судом рассмотрено полно, всесторонне и объективно. 

Доводы стороны защиты о нарушении прав ФИО1, не ознакомлении его с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ несостоятельны. Как видно из материалов уголовного дела, ФИО1 ознакомлен с ними в полном объеме с участием адвоката, что адвокат удостоверил в протоколе своими подписями в протоколе выполнения требований ст. 217 УПК РФ (том 1, л.д. 196-197). Непосредственно в судебном заседании с участием ФИО1 исследованы представленные стороной обвинения доказательства. В суде апелляционной инстанции осужденный давал развернутые пояснения, ссылался на материалы уголовного дела, с которыми ФИО1 знаком.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов равноправия и состязательности сторон. 

Положения ч.1 ст.281 УПК РФ судом не нарушены, показания неявившихся в суд по вызову свидетелей оглашены с согласия стороны зашиты, по ходатайству государственного обвинителя. 

При назначении осужденному наказания, суд первой инстанции, исходя из положений ст. ст. 60, 61 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности, совершенного преступления, которое относится к категории преступления средней тяжести, данные о личности осужденного, который не судим, на специализированных учетах не состоит, по месту жительства характеризуется посредственно, все конкретные обстоятельства дела.

Как смягчающих, так и отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

Ссылки осужденного на наличие у него несовершеннолетних детей являются несостоятельными, поскольку его отцовство не подтверждено документально. Данных о том, что у ФИО1 есть несовершеннолетние дети, воспитанием и содержанием которых он занимается, в материалах дела не имеется, суду апелляционной инстанции также не представлено. 

Выводы суда о возможности достижения целей наказания только при назначении осужденному наказания в виде лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ, с установлением испытательного срока, в течение которого осужденный должен будет доказать свое исправление, мотивированы в приговоре, равно как и отсутствие оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, и для назначения дополнительного вида наказания, и суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, полностью отвечающим целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, оснований для его смягчения не усматривает. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора или внесение в него иных изменений, из материалов дела не усматривается. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить. 

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на установление вины ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях, не установление причастности к совершенным преступлениям иных лиц и признание ФИО1 виновным в совершении преступлений. 

Считать правильным указание в описательно-мотивировочной части приговора об установлении вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, отсутствии данных о причастности к совершенному преступлению иных лиц, а в резолютивной части приговора - о признании ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ. 

В остальном этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Дегенгард М.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а лицом, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции, и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья А.Г. Богданова

Новосибирского областного суда