64RS0007-01-2020-001967-51

2-1-717/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

9 сентября 2020 года город Балашов

Балашовский районный суд Саратовской области в составе 

председательствующего судьи Ерохиной И.В. 

при секретаре судебного заседания Неретиной Е.Г.,

с участием старшего помощника прокурора г. ФИО6 Бурминова Д.В., 

представителя истца администрации Балашовского муниципального района Саратовской области по доверенности ФИО1,

представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску и.о. прокурора города ФИО6 в интересах Балашовского муниципального района в лице администрации Балашовского муниципального района к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи, прекращении зарегистрированного права собственности, истребовании имущества из незаконного владения, 

установил:

И.о. прокурора г. ФИО6 в интересах Балашовского муниципального района в лице администрации Балашовского муниципального района обратился в суд с иском, в котором после изменения в порядке ст.39 ГПК РФ требований просит признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи жилого помещения, общей площадью 46 кв.м., по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО3, прекратить зарегистрированное право собственности ФИО2 на данную недвижимость с погашением записи о государственной регистрации права собственности, и истребовать из ее незаконного владения указанное жилое помещение в пользу муниципального образования город Балашов в лице администрации Балашовского муниципального района Саратовской области.

Требования иска обоснованы проведенной прокуратурой г.ФИО6 проверкой исполнения законодательства о муниципальной собственности, в ходе которой установлено, что на основании решения мирового судьи судебного участка №1 Балашовского района от ДД.ММ.ГГГГ признано за ФИО5 и зарегистрировано право собственности на приведенную выше квартиру, являвшуюся собственностью Балашовского муниципального района и исключенную из реестра муниципальной собственности в связи с регистрации на нее прав ФИО5 Находит автор иска решение мирового судьи судебного участка №1 Балашовского района Саратовской области, датированное ДД.ММ.ГГГГ, незаконным, вынесенным вопреки требованиям подсудности, без возбуждения в установленном порядке гражданского дела, без извещения сторон и других лиц, а потому последующую регистрацию ФИО5 на спорную недвижимость считает незаконной, нарушающей права Балашовского муниципального района, как собственника заявленного в споре жилого помещения. По данным прокурорской проверки, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 распорядился имуществом путем ее продажи ФИО3, сделку между которыми процессуальный истец находит ничтожной, нарушающей требования закона. 

Старший помощник прокурора г.ФИО6 Бурминов Д.В. в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования, по его объяснениям, данным в ходе судебного разбирательства, не считает ФИО7 добросовестным приобретателем, находит срок для обращения в суд с настоящим иском не пропущенным.

Представитель истца администрации Балашовского муниципального района Саратовской области по доверенности ФИО1 пояснил в судебном заседании, что представляемый им орган местного самоуправления не обладал информацией о смерти квартиросъемщика ФИО8, платежи по найму за жилье поступали вплоть до 2014 года, из реестра муниципального жилья квартира выбыла на основании решения суда, о незаконности которого стало известно в ДД.ММ.ГГГГ года при его допросе следователем.

Ответчик ФИО3 на разбирательство дела не явилась, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования не признавала, по ее объяснениям, ФИО5 ей доводится отцом, с ним она не общалась длительное время после его ухода из семьи в 1995 году, хотя брак с матерью он не расторгал. Как-то в 2014 году случайно с ним встретилась, он обмолвился, что продает квартиру, доставшуюся ему по суду. Посоветовавшись с семьей, решила ее приобрести. Решение суда, в силу которого отец стал собственником, не читала, однако знала, что в квартире проживала ФИО8, с кем какое-то время сожительствовал отец, также ей было известно о смерти ФИО8 в 2011 году. По договору купли-продажи квартиры с отцом расплачивалась наличными деньгами в сумме 

<

данные изъяты> руб., после приобретения недвижимости сменила замки на входной двери, отец стал проживать у дочери ФИО3, то есть у внучки.

В настоящем судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО4 истолковала озвученные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ объяснения своей доверительницы, указывая на то, что ФИО5 ушел из семьи в 1995 году к ФИО8 К ним дошла информация, где и с кем он проживает, на каких правах, не знали. С отцом ФИО3 не общалась, ФИО5 пытался с ней связаться после смерти ФИО8, она не проявила желание к общению, лишь внучка без каких-либо претензий к деду поддерживала с ним отношения, через нее ФИО3 узнала о продаже отцом квартиры, та захотела ее купить, чтобы доказать ему, что без него они смогли выжить. 

Другой ответчик ФИО5, будучи надлежаще извещенным о дне и времени судебного заседания, не явился, в ранее представленных письменных объяснениях суду привел обстоятельства того, что в 1995-1996 годах ушел от жены, брак с ней не расторгал, проживал с ФИО8 около 15 лет. После смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 нотариус посоветовал обратиться к юристу, который сможет помочь в вопросе по оформлению квартиры, этим юристом была ФИО10, оформление шло очень долго, потом юрист сказала о выигранном мной суде, в связи с ухудшением здоровья переехал проживать к внучке, за квартиру от ФИО3 получил денежные средства в день подписания договора. Никого не просил вынести незаконное решение. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В ч. 2 ст. 8 Конституции РФ закреплено, что в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности.

На основании ст.301 ГК РФ правом истребования имущества из чужого незаконного владения обладает только собственник, либо лицо, хотя и не являющееся собственником, но владеющее имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором (ст.305 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует, что лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (абз.1 п.36); право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (абз.2 п.36).

Защита жилищных прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения (п.2 ч.3 ст.11 ЖК РФ).

Судом установлено, что на основании акта приема-передачи жилого фонда с баланса МУП ОМО «Балашовского района «Балашов-Жилье» в казну объединенного муниципального образования Балашовского района от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема-передачи объектов муниципальной собственности Балашовского муниципального района в муниципальную собственность муниципального образования г.Балашов от ДД.ММ.ГГГГ по решению Собрания депутатов Балашовского муниципального района № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> являлась муниципальной собственностью, числилась таковой в реестре муниципального жилого фонда по выписке, представленной в материалы дела за № от ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на 2013 год.

При этом отсутствие регистрации права собственности муниципального образования в ЕГРН не имеет правового значения, поскольку в силу ч.2 ст. 69 Федерального закона от 13 июля 2015 года №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», а также ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 21 июля 1997 года №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Закона №122-ФЗ, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН. Государственная регистрация таких прав в ЕГРН проводится по желанию их обладателей.

Дом, в котором располагается спорная квартира, 1972 года постройки.

В соответствии с п. 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в РФ на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе РФ, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» объекты государственной собственности, указанные в Приложении № 3 к настоящему Постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, передаются в муниципальную собственность городов (кроме городов районного подчинения) и районов (кроме районов в городах). Данным Приложением (п.1) к указанному Постановлению жилищный фонд отнесен к муниципальной собственности. Пунктом 5 названного Постановления предусматривалось, что оформление передачи объектов, указанных в пункте 2, в муниципальную собственность осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Кроме того, как следует из материалов дела, последним владельцем и пользователем жилого помещения, кто имел регистрацию по месту жительства на 2003 год и соответственно на день смерти – ДД.ММ.ГГГГ была ФИО8 (копия формы №, запись акта № от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации смерти).

Временно по спорному адресу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован ФИО5, имеющий с ДД.ММ.ГГГГ постоянную регистрацию по адресу: 

<

адрес> (карточка регистрации, адресная справка от ДД.ММ.ГГГГ).

Исходя из содержания решения мирового судьи судебного участка №1 Балашовского района Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 принимал участие в судебном заседании по рассмотрению его иска к комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Балашовского муниципального района о признании права собственности на 

<

адрес> по тем обстоятельствам, что между ним и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи данной квартиры, в связи со смертью последней не представляется возможным осуществить регистрацию права, дословно по тексту, данного договора.

В резолютивной части судебного акта постановлено признать за ФИО5 право собственности на жилое помещение (квартиру), общей площадью 46 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Однако в производстве мирового судьи судебного участка №1 Балашовского района Саратовской области означенного гражданского дела не имелось (сообщение мирового судьи судебного участка №1 Балашовского района Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ), исковое заявление ФИО5 на судебный участок №1 Балашовского района Саратовской области не поступало, не рассматривалось, к подсудности судебного участка №1 Балашвского района не относится, случаев утраты гражданских дел на судебном участке не было (сообщение председателя комитета по обеспечению деятельности мировых судей Саратовской области от ДД.ММ.ГГГГ). 

По данным материалов регистрационного дела судебное решение от ДД.ММ.ГГГГ явилось основанием для регистрации ДД.ММ.ГГГГ права собственности ФИО5 на 

<

адрес>. 

После проведения государственной регистрации, о чем выданы доверенному ФИО5 лицу ФИО11 документы ДД.ММ.ГГГГ, в этот же день - ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обращается с заявлением о регистрации перехода права собственности на квартиру, прилагая к нему договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный с ФИО3 Право собственности за ФИО3 зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело, в том числе по факту изготовления решения, имеющего форму и реквизиты подлинного и обязательного для исполнения, о признании за ФИО5 право собственности объекта недвижимости, расположенного на территории г.ФИО6, потерпевшим по которому признана ДД.ММ.ГГГГ администрация Балашовского муниципального района Саратовской области.

Требования рассматриваемого искового заявления обоснованы выбытием из владения администрации Балашовского муниципального района Саратовской области спорной недвижимости в результате регистрации права собственности ФИО5 в отношении такого имущества по порочному документу, последующее отчуждение ФИО5 искомой недвижимости находит процессуальный истец незаконным.

Согласно п.1 ст.302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

21 апреля 2003 года Конституционным Судом Российской Федерации принято постановление № 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО15», в котором указано, что в случае, если по возмездному договору имущество приобретено у лица, не имевшего права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке статьи 302 ГК РФ с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Поскольку добросовестное приобретение в смысле ст.302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, то последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

Если жилое помещение выбыло из владения, в частности, муниципального образования в результате действий лица, которое не имело права его отчуждать, и уполномоченный собственником жилищного фонда орган непосредственно не совершал каких-либо действий, направленных на отчуждение данного недвижимого имущества, собственник вправе истребовать его из чужого незаконного владения, в том числе от добросовестного приобретателя.

Как разъяснено в п.39 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22, по смыслу п.1 ст.302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. В связи с этим судам необходимо устанавливать наличие или отсутствие воли собственника на передачу владения иному лицу.

В ситуации, когда муниципальное образование в лице уполномоченного органа не являлись участником договора передачи жилого помещения в собственность гражданина (далее - договор передачи), однако право собственности на это жилое помещение было зарегистрировано за другим лицом (например, в результате предоставления в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, фиктивных документов или на основании впоследствии отмененного решения суда), которое в дальнейшем произвело его отчуждение, суды принимают решение об истребовании жилого помещения, в том числе от добросовестного приобретателя, поскольку в указанном случае выбытие имущества из владения собственника происходило помимо его воли.

Вышеприведенная правовая позиция изложена Верховным Судом РФ в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 01 октября 2014 года.

При рассмотрении дела судом установлено, что в спорной, принадлежащей муниципальному образованию г.Балашов квартире по день смерти ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована одна ФИО8, с кем уполномоченный орган местного самоуправления договор на приватизацию жилого помещения по адресу: 

<

адрес> не заключал.

Соответственно сведения, изложенные в решении мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ, о состоявшейся сделке между продавцом ФИО8 и покупателем ФИО5 являются очевидной ложью.

Допрошенный следователем ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО5 показал, что с 1995-1996 годы по 2014 год проживал в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, сожительствовал с ФИО8, с ней договора купли-продажи квартиры не заключал. После смерти ФИО8 обращался к нотариусу по вопросу оформления в свою собственность квартиры, нотариус подсказал обратиться к юристу, к юристу ФИО10 обратился в июне 2012 года, свидетельство о праве собственности на квартиру и заверенную копию решения мирового судьи получил в ДД.ММ.ГГГГ года. 

Не соответствует действительности изложенный в показаниях ФИО5 факт о временной его регистрации на протяжении 15 лет по спорному адресу (был там временно зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). 

Впоследствии приобретенная ФИО5 

<

адрес> в результате предоставления в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, фиктивного документа – решения мирового судьи судебного участка №1 Балашовского района от ДД.ММ.ГГГГ, была им отчуждена ДД.ММ.ГГГГ дочери ФИО3

Как следует из справки МУП БМР «

<

данные изъяты>», вплоть до октября 2014 года обеспечивается оплата найма спорного жилого помещения, в 2014 года в ЕГРН появляется запись о регистрации права собственности за физическим лицом, что явилось следствием исключения из реестра муниципального жилищного фонда сведений о 

<

адрес> 

<

адрес>.

Суд в приведенном случае и обстоятельствах того, что собственник в лице органа местного самоуправления непосредственно не совершал каких-либо действий, направленных на отчуждение данного недвижимого имущества, не усматривает волеизъявления муниципального образования г.Балашов как собственника жилищного фонда на отчуждение 

<

адрес>.

Выбытие имущества из владения собственника происходило помимо его воли, что является достаточным условием об истребовании жилого помещения, в том числе от добросовестного приобретателя, к каким к тому же отнести ответчика ФИО3 у суда нет правовых оснований. 

Несмотря на то, что свою позицию ФИО3 с представителем по доверенности строили на отсутствии общения с отцом с момента его ухода из семьи в 1995 году, однако к указанному времени при ее рождении в 1968 году она была уже вполне взрослым человеком, достоверно знала, где ФИО5 проживал с ФИО8 без регистрации брака, поскольку родители между собой брак не расторгали, владела она информацией о смерти ФИО8 в 2011 году, со слов ответчика ФИО3, помогла отцу найти кафе для поминок.

И в случайности встречи с отцом по весне 2014 года, с кем фактически не общалась с 1995 года, в их случайном разговоре, по ходу которого отец вдруг обмолвился, что продает доставшуюся ему по суду квартиру, где жил с ФИО8, о чем было поведано ФИО3 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, суд усматривает надуманность с целью быть признанной добросовестным приобретателем.

Опровергается версия ФИО3 показаниями ФИО5, данными следователю, о том, что свидетельство о государственной регистрации права и решение суда он получил одномоментно в апреле 2014 года, то есть решения суда от 2012 года у него не было на руках вплоть до подписания договора купли-продажи с ФИО3 Из его же письменных объяснений, поступивших в суд ДД.ММ.ГГГГ, следовало, что в связи с ухудшением здоровья внучка ФИО17 – дочь ФИО3 забрала его к себе; после переезда договорился с дочерью ФИО3 о продаже квартиры.

Как следует из материалов регистрационного дела, регистрация права собственности ФИО5 на основании фиктивного решения от ДД.ММ.ГГГГ состоялась ДД.ММ.ГГГГ, уже на следующий день были поданы документы на регистрацию перехода права собственности от ФИО16 к дочери ФИО3 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. 

Поясняла в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3, что решение суда, которым за ФИО5 признано право собственности на квартиру, в которой тот стал проживать с ФИО8 после ухода из семьи, она не читала, не знала, по каким основаниям он при условии его сожительствования с женщиной был признан собственником. 

Однако, как отмечено в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01 октября 2014 года, не проявление гражданином разумной осмотрительности при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество, и т.д. указывают на отсутствие добросовестности со стороны покупателя. О добросовестности приобретателя может, в частности, свидетельствовать ознакомление его со всеми правоустанавливающими документами на недвижимость, выяснение оснований возникновения у продавца недвижимого имущества права собственности, непосредственный осмотр приобретаемого имущества. Если же совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя жилого помещения сомнения в отношении права продавца на его отчуждение, то такому приобретателю может быть отказано в признании его добросовестным.

Такие сомнения должны были возникнуть у ФИО3, осведомленной об обстоятельствах проживания отца в спорной квартире.

Как предусмотрено п.1 ст.549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст.130).

Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании ч.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Разрешая заявленные исковые требования в порядке п. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, применительно к положениям ст. 168 ГК РФ приходит к выводу о том, что имеются основания для признания договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ года, заключенного между ФИО18 и ФИО3, недействительным, поскольку установлено, что в нарушение п.1 ст.160 ГК РФ договор купли-продажи истцом – администрацией Балашовского муниципального района Саратовской области не подписывался, волеизъявления на совершение данной сделки администрация не выражала, расчет с ней не производился, спорное недвижимое имущество выбыло из владения собственника муниципального образования г.Балашов помимо его воли, а покупатель добросовестным не признан судом.

Согласно п.34, п.35 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22 спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ. Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Таким образом, последствиями недействительности сделки (договора купли-продажи жилого помещения квартиры по адресу: 

<

адрес>), совершенной между ФИО5 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, будет являться не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация) в пользу муниципального образования г.Балашов в лице администрации Балашовского муниципального района Саратовской области, поскольку по акту от ДД.ММ.ГГГГ жилой фонд передан в собственность муниципального образования г.Балашов, а в соответствии с п.1 ст.33, подп.6 п.1. п.1.1 ст.34 Устава Балашовского муниципального района администрация Балашовского муниципального района Саратовской области исполняет полномочия администрации муниципального образования г.Балашов, являющегося административным центром Балашовского муниципального района, полномочна распоряжаться и управлять муниципальным имуществом.. 

В п.55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что судебный акт по спору о правах на недвижимое имущество, является основанием для внесения записи в ЕГРП только в том случае, когда об этом указано в его резолютивной части.

Согласно материалам дела, в ЕГРН содержится запись № от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации права собственности ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Поскольку исковые требования о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворены, квартира истребована из незаконного владения у ФИО3, вышеуказанная запись подлежит погашению.

Отвергает суд доводы стороны ответчика об истечении срока исковой давности.

К искам об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения применяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст.196 ГК РФ, составляющий три года.

Течение срока исковой давности по искам об истребовании недвижимого имущества (жилых помещений) из чужого незаконного владения начинается со дня, когда уполномоченный собственником жилищного фонда орган узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Как разъяснено в п.57 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года №10/22, течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП.

Эти положения применимы и при рассмотрении дел по искам об истребовании из чужого незаконного владения недвижимого имущества.

Вместе с тем, поскольку сама по себе запись в ЕГРН о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРН лицо знало или должно было знать о нарушении права, постольку момент начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям может определяться исходя из обстоятельств конкретного дела.

Прокуратура г.ФИО6 в интересах администрации Балашовского муниципального района Саратовской области ДД.ММ.ГГГГ предъявила иск к ФИО5 и ФИО3 об истребовании квартиры из чужого незаконного владения.

Судом установлено, что спорную квартиру по порочному документу ФИО5 оформил в собственность ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ продал ее, регистрация права собственности за новым собственником состоялась ДД.ММ.ГГГГ.

Истцу стало известно о выбытии из его владения имущества, когда по уголовному делу, возбужденному председателем Следственного комитета РФ ДД.ММ.ГГГГ, в том числе по эпизоду изготовления решения, имеющего форму и реквизиты подлинного и обязательного для исполнения о признании за ФИО5 права собственности на спорную квартиру, в качестве потерпевшей стороны ДД.ММ.ГГГГ привлечена администрация Балашовского муниципального района, с которой произведены первые следственные действия - допрос ДД.ММ.ГГГГ.

Исчисляя с указанной даты срок исковой давности, суд приходит к выводу, что на день подачи иска он не истек.

Находит суд несостоятельной ссылку представителя ответчика на ст.12 Федерального закона от 15 ноября 1997 года №143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» как на возможность органа местного самоуправления узнать от органа ЗАГСа сведения о смерти ответственного квартиросъемщика ФИО8 с целью дальнейшего определения судьбы квартиры, предоставленной на условиях социального найма.

Пунктом 2 ст.12 Федерального закона от 15 ноября 1997 года №143-ФЗ «Об актах гражданского состояния», действовавшей на момент регистрации смерти ФИО8, предусматривалось, что руководитель органа записи актов гражданского состояния сообщает в орган социальной защиты населения, налоговый орган, орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, орган Пенсионного фонда Российской Федерации, орган Фонда социального страхования Российской Федерации и территориальный фонд обязательного медицинского страхования в порядке, установленном нормативными правовыми актами Российской Федерации, сведения о государственной регистрации смерти.

Как видно из приведенной статьи, среди органов, до которых доводится информация о смерти человека, администрация муниципального района не поименована.

К тому же, как установлено судом плата за наем жилого помещения производилась и на момент внесения сведений в ЕГРН о появления частной собственности на квартиру.

Отвергает суд ссылку представителя ответчиков на ч. 4 ст. 302 ГК РФ, согласно которой суд отказывает в удовлетворении требования, в том числе муниципального образования об истребовании жилого помещения от гражданина, являющегося добросовестным приобретателем, если после выбытия жилого помещения из владения истца истекло три года со дня внесения в ЕГРН записи о праве собственности первого добросовестного приобретателя этого помещения, поскольку судом не установлено добросовестность приобретения спорной недвижимости ни ФИО5, ни ФИО3

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

Исковое заявление и.о. прокурора города ФИО6 в интересах Балашовского муниципального района в лице администрации Балашовского муниципального района к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи, прекращении зарегистрированного права собственности, истребовании имущества из незаконного владения удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи недвижимости по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО3.

Истребовать из незаконного владения ФИО3 жилое помещение по адресу: 

<

адрес> пользу муниципального образования город Балашов в лице администрации Балашовского муниципального района Саратовской области.

Настоящее решение является основанием для погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме (14 сентября 2020 года) путем подачи апелляционной жалобы через Балашовский районный суд Саратовской области.

Председательствующий И.В.Ерохина