Дело № 2-1380/2024

УИД №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

п. Чишмы 12 декабря 2024 года

Чишминский районный суд Республики Башкортостан в составе: 

председательствующего судьи Хисматуллина Р.З., 

при секретаре Маликовой Л.С.,

при участии истцов ФИО1, ФИО2, законного представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ФИО3, ФИО3 о взыскании компенсации за пользование долей в домовладении,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО3 о взыскании компенсации за пользование долей, мотивируя его тем, что они являются собственниками по ? доли жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: 

<

адрес>, однако возможность пользования своими долями у них по вине ответчиков отсутствует. Указывают, что апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (№) суд присудил ФИО4, 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО3 компенсацию в размере 52800 рублей ФИО2 и 52800 рублей ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Ссылаются на результаты судебной оценочной экспертизы, проведенной Верховным Судом Республики Башкортостан, в рамках дела №, заключение которой истцы взяли за основу для расчета компенсации при предъявлении настоящего иска. С учетом заключения эксперта, вышеуказанных обстоятельств и положений норм ст. 247 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) полагают, что они имеют право на выплату им компенсации за пользование ответчиками их долями за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 45000 рублей, просят суд взыскать с ответчиков указанную сумму в пользу каждого из истцов.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 исковые требования поддержали, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 на судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

ФИО4, 

<

данные изъяты> ФИО3, возражала против искового заявления истцов, просила в иске отказать. В письменных возражениях ФИО4 указала, что дом старый, 1975 года постройки, нужно делать реконструкцию. В 2024 году очень сильно подорожали строительные материалы и услуги. По судебному решению от ДД.ММ.ГГГГ суд возложил затраты на ремонт на всех. Истцы это знают, но вкладываться в дом не хотят, нужны большие деньги. Истцы никогда в доме не проживали и имеют иное жилье, они не нуждаются в жилье, хотят только легких денег. Ссылается, что ее родители в 1975-1976 г.г. строили этот дом, сами все делали. Она родилась в этом доме, здесь родились ее дети, это их единственное жилье, другого жилья нет. Дочь – ребенок-инвалид с рождения. Муж – инвалид 2 группы, сын – студент, живут только на пособия. У истцов нет никаких имущественных потерь, они обеспечены жильем.

Третье лицо представитель органа опеки и попечительства Чишминского района Республики Башкортостан на судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в отсутствие их представителя.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) принято решение о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела в совокупности с представленными доказательствами, приходит к следующему.

В соответствии ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации (далее – ЖК РФ), другими федеральными законами (ч. 4 ст. 3 ЖК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (жилым помещением).

В силу ст. 304 ГК РФ собственник вправе требовать устранение всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Согласно ч. 1 ст. 17 ЖК РФ, п. 2 ст. 288 ГК РФ жилые помещения предназначены для проживания граждан.

В соответствии со ст. 128 ГК РФ вещи, иное имущество, в том числе имущественные права, являются объектами гражданских прав.

При этом необходимо различать жилое помещение (вещь) и доля в праве собственности на него (вещное право), которые являются разными объектами гражданских прав.

Согласно абз. 3 п. 1 ст. 130 ГК РФ жилые помещения относятся к недвижимым вещам.

Из пунктов 1 и 2 ст. 244 ГК РФ следует, что право общей долевой собственности возникает на имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

При наличии нескольких собственников жилого помещения положения ст. 30 ЖК РФ о правомочиях собственника владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением подлежат применению в нормативном единстве с положениями ст. 247 ГК РФ о владении и пользовании имуществом, находящимся в долевой собственности.

Пунктом 1 ст. 247 ГК РФ установлено, что владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации (пункт 2).

Таким образом, определение порядка владения и пользования имуществом, находящимся в долевой собственности, предполагает конкретизацию части общего имущества, приходящейся на долю каждого участника в праве общей собственности, которая может осуществляться как по соглашению между ними, так и в судебном порядке, в отсутствие такового.

Поскольку право на долю в общей собственности, являясь вещным правом, само по себе принадлежащую каждому из долевых собственников часть общего имущества не индивидуализирует, отсутствие конкретизации части объекта долевой собственности делает невозможным как определение порядка владения и пользования общим имуществом между его собственниками, так и взыскание предусмотренной п. 2 ст. 247 ГК РФ компенсации одним из долевых собственников, полагающим, что приходящейся на его долю в праве частью общего имущества неправомерно владеют и пользуются другие участники общей собственности, так как без определения конкретного объекта, соответствующего доле в праве, невозможно определить и неправомерное владение и пользование ею.

Иное означало бы отождествление двух самостоятельных объектов гражданских прав: вещного права и вещи (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 июля 2023 г. № 16-КГ23-26-К4).

Таким образом, компенсация является, по своей сути, возмещением понесенных одним сособственником имущественных потерь, которые возникают при объективной невозможности осуществления им полномочий по владению и пользованию имуществом, приходящимся на его долю, вследствие действий другого сособственника, в том числе тогда, когда этот другой сособственник за счет потерпевшего использует больше, чем ему причитается.

Именно в этом случае ограниченный в осуществлении правомочий участник общей долевой собственности вправе ставить вопрос о выплате ему компенсации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18 июля 2023 г. № 45-КГ23-8-К7).

Значимым для разрешения данного спора является установление факта пользования ответчиками принадлежащей истцам доли жилого дома, невозможность предоставления во владение и пользование истцам доли дома по вине ответчиков, а также учитывая, что ст. 247 ГК РФ установлено только право участника долевой собственности требовать соответствующей компенсации, а не безусловная обязанность суда присуждения соответствующей компенсации, то по смыслу закона вопрос о возможности взыскания компенсации разрешается судом лишь по итогам рассмотрения гражданского дела с учетом совокупности всех собранных по делу доказательств, при этом при разрешении данного спора должна быть учтена реальная возможность истцов использования принадлежащей им доли и их нуждаемость в пользовании данной жилой площади либо получение взамен денежной компенсации с целью компенсирования расходов на аренду другого жилья.

Из разъяснений, изложенных в абз. 3 п. 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что вопрос о том, имеет ли участник долевой собственности существенный интерес в использовании общего имущества, решается судом в каждом конкретном случае на основании исследования и оценки в совокупности представленных сторонами доказательств, подтверждающих, в частности, нуждаемость в использовании этого имущества в силу возраста, состояния здоровья, профессиональной деятельности, наличия детей, других членов семьи, в том числе нетрудоспособных, и т.д.

Как указал Верховный Суд РФ в п. 27 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2020), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, право собственников помещений - участников общей долевой собственности владеть, пользоваться и распоряжаться общим имуществом не может быть истолковано как позволяющее одному собственнику нарушать те же самые права других собственников, а интерес одного собственника противопоставлять интересам остальных собственников.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, регулирование прав на жилое помещение должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении иных лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, то есть не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (Постановления от 21 апреля 2003 г. № 6-П, от 8 июня 2010 г. № 13-П и Определение от 3 ноября 2006 г. № 455-О).

В связи с изложенным, суд считает, что для правильного разрешения спора необходимо установить реальный размер убытков или финансовых потерь, понесенных истцами, противоправность виновного поведения ответчиков как лиц их причинивших, причинно-следственную связь между возникшими убытками и поведением виновной стороны. Недоказанность одного из данных обстоятельств является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства. 

Как следует из материалов дела, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (№) отменено решение Чишминского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, частично удовлетворен иск ФИО5, ФИО1, ФИО2 к ФИО4, администрации городского поселения Чишминский поссовет муниципального района Республики Башкортостан, администрации муниципального района Чишминский район Республики Башкортостан об узаконении самовольной постройки, с включении в наследственную массу, установлении факта родственных отношений, о признании права собственности на домовладение и земельный участок за наследниками в равных долях. Установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является родной дочерью ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ. Установлено, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ. Включен в наследственную массу жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Признано право собственности на ? долю дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, за:

- ФИО5;

- ФИО1;

- ФИО2;

- ФИО4. 

Судом установлено, что согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 передала свои ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок в дар 

<

данные изъяты> ФИО3, ФИО3, по 1/8 доле каждому. От имени детей в сделке участвовал их законный представитель – отец ФИО7

Договор удостоверен нотариусом нотариального округа Чишминский район Республики Башкортостан ФИО8 При удостоверении сделки нотариусом ФИО8 установлено отсутствие каких-либо обременений, либо ограничений на отчуждаемую ? долю ФИО4 в праве общей долевой собственности на указанные земельный участок и жилой дом, что отражено в п. 6 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ

Пунктом 5 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что согласно справке администрации городского поселения Чишминский поссовет муниципального район Чишминский район Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ № в жилом доме зарегистрированы ФИО4, ФИО3 и ФИО3, которые сохраняют за собой право проживания и пользования указанным жилым домом.

По договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 дарит принадлежащие ему 1/8 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и на земельный участок своей несовершеннолетней сестре ФИО3

Договор удостоверен нотариусом нотариального округа Чишминский район Республики Башкортостан ФИО8 При удостоверении сделки нотариусом ФИО8 установлено отсутствие каких-либо обременений, либо ограничений на отчуждаемую 1/8 долю ФИО3 в праве общей долевой собственности на указанные земельный участок и жилой дом, что отражено в п. 3.1 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 3.3. договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что согласно справке администрации городского поселения Чишминский поссовет муниципального район Чишминский район Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ № в жилом доме зарегистрированы ФИО4, ФИО3 и ФИО3, которые сохраняют за собой право проживания и пользования указанным жилым домом. 

Решением Чишминского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ и определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по гражданскому делу № по исковому заявлению ФИО5, ФИО2, ФИО1 к ФИО4, ФИО3, ФИО3, Управлению Росреестра по 

<

адрес>, нотариусу ФИО8, НКО «Нотариальная палата Республики Башкортостан», Федеральной нотариальной палате о признании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенных нотариусом ФИО8, недействительными, применении последствий недействительности сделки, признании незаконными действий Управления Росреестра по 

<

адрес> по регистрации в ЕГРН прав ФИО3 и ФИО3 на доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом, признании злоупотребления правом ФИО3 при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении исковых требований отказано.

Таким образом, судом установлено и подтверждается документально, что собственниками домовладения в период времени, за который взыскивается компенсация (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), являлись ФИО5, ФИО2, ФИО1 с долями по ? у каждого, ФИО3 с долей 1/8 (до ДД.ММ.ГГГГ), 

<

данные изъяты> ФИО3 с долей 1/8, а с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 – собственником ? доли в домовладении.

Решением Чишминского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворен иск ФИО5, ФИО2, ФИО1 к ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетних ФИО3 и ФИО3, о разделе жилого дома в натуре, надворных построек, определении порядка пользования земельным участком; произведен раздел в натуре жилого дома, принадлежащего на праве общей долевой собственности по 1/4 доле истцам и по 1/8 доле ФИО3 и ФИО3, на два изолированных жилых помещения (квартиры) в соответствии с их долями: истцам выделена 3/4 доля в праве собственности на жилой дом, общей площадью 50,4 кв. м, жилой площадью 28,6 кв. м, состоящая из жилой комнаты 17 кв. м, кухни 8 кв. м, коридора площадью 3,6 кв. м и веранды площадью (4,5 кв. м, 17,3 кв. м) 21,8 кв. м; ФИО3 и ФИО3 выделена 1/4 доля в праве собственности на жилой дом в виде 

<

адрес>, общей площадью 13,6 кв. м, жилой площадью 10,0 кв. м, состоящая из жилой комнаты, площадью 10,0 кв. м и санузла, площадью 3,6 кв. м.

Таким образом, указанным решением суда был произведен раздел спорного дома на два изолированных жилых помещения – 

<

адрес>.

Однако, указанное решение суда до настоящего времени не исполнено, раздел жилого дома в натуре не произведен, доказательств исполнения возложенной на стороны судом обязанности по разделу жилого дома на два объекта недвижимости в материалах дела не имеется, работы по реконструкции жилого дома с целью раздела жилого дома на 

<

адрес> № не выполнены. В этой связи, оснований полагать объекты недвижимости – 

<

адрес> – созданными у суда не имеется.

Как установлено судом и не отрицается сторонами, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, является отцом:

- ФИО5 (ФИО9, ФИО17) М.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ;

- ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- ФИО1 (ФИО9) Р.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Матерью ФИО5, ФИО2 и ФИО1 является ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ

Матерью ФИО4 является ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ

Ответчик ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО4

Ответчик ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является дочерью ФИО4

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (№) установлено, что после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, наследство было принято его детьми: ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО4 в предусмотренный законом шестимесячный срок. В связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ нотариусом на основании поданных ими заявлений выдано соответствующее свидетельство о праве на наследство по закону на денежный вклад.

При этом ФИО5, ФИО1, ФИО2 и ФИО4 нотариусом в выдаче свидетельства о праве на наследство в виде домовладения по адресу: 

<

адрес> отказано. Домовладение нотариусом исключено из наследственной массы, в связи с тем, что жилой дом имеет признаки самовольной постройки.

Суд апелляционной инстанции установил, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13, ФИО14 и ФИО15 был заключен договор купли-продажи домовладения, находящегося по адресу: 

<

адрес>. Указанный договор зарегистрирован в Чишминском поселковом Совете депутатов трудящихся БАССР.

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ Чишминского территориального округа Государственного предприятия Бюро технической инвентаризации домовладение, находящееся по адресу: 

<

адрес> зарегистрировано в собственность ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ.

Также судом апелляционной инстанции установлено, что впоследствии в 1978 году произведена реконструкция указанного дома на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес>, однако при жизни наследодатель на спорное домовладение право собственности не зарегистрировал, в связи с чем нотариус не включил его в наследственную массу.

В связи с тем, что исковыми требованиями затрагиваются права и законные интересы 

<

данные изъяты> ФИО3, к участию в деле привлечено третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – отдел опеки и попечительства администрации Чишминского района Республики Башкортостан.

Должностными лицами отдела опеки и попечительства администрации Чишминского района Республики Башкортостан ДД.ММ.ГГГГ составлен акт обследования условий жизни ФИО4, проживающей по адресу: 

<

адрес>. Согласно акту обследования общая площадь помещения составляет 42,2 кв. м., жилая, 25 кв. м. Жилой дом состоит из двух жилых комнат площадью 17 кв. м. и 8 кв. м. Дом одноэтажный, деревянный, обшитый досками. В доме проживают: ФИО4, ее супруг ФИО7 и ее дети: сын ФИО3, несовершеннолетняя дочь ФИО3

Согласно справке администрации городского поселения Чишминский поссовет муниципального район Чишминский район Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ № в жилом доме зарегистрированы ФИО4, ФИО3 и ФИО3

Согласно справке администрации городского поселения Чишминский поссовет муниципального район Чишминский район Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ № в жилом доме зарегистрированы ФИО4, ФИО3 и ФИО3

Как следует из регистрационного досье о регистрации граждан РФ, предоставленного МВД РФ по запросу суда путем СМЭВ (далее – регистрационное досье) и паспорта гражданина РФ, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. Согласно сведений из ЕГРН, ФИО4 в собственности жилых помещений не имеет. 

Как следует из регистрационного досье, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. Согласно сведений из ЕГРН, ФИО3 в собственности жилых помещений не имеет.

Как следует из регистрационного досье, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. Согласно сведений из ЕГРН, ФИО3 в собственности иных жилых помещений, помимо указанного жилого дома (с долей ?), не имеет.

Согласно записи акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ, при рождении ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ее родители – отец ФИО6 и мать ФИО12, проживали по адресу: 

<

адрес>.

Как следует из регистрационного досье и паспорта гражданина РФ, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. Согласно сведений из ЕГРН, указанное помещение площадью 32,2 кв. м. принадлежит ФИО1 на праве собственности с ДД.ММ.ГГГГ (документ основание - свидетельство о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверен нотариусом ФИО16). Также ФИО1 принадлежит на праве собственности помещение площадью 33,4 кв. м., расположенное по адресу: 

<

адрес> (документ – основание – договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ). 

Как следует из регистрационного досье и паспорта гражданина РФ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. Согласно сведений из ЕГРН, указанное помещение площадью 94,9 кв. м. принадлежит ФИО2 на праве собственности (доля в праве 1/5) с ДД.ММ.ГГГГ (документ основание - договор передачи жилых квартир в совместную собственность от ДД.ММ.ГГГГ).

Как следует из материалов наследственного дела государственного нотариуса Чишминской государственной нотариальной конторы Башкирской АССР ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ выдано свидетельство о праве на наследство по закону (зарегистрировано в реестре за №, наследственное дело №ДД.ММ.ГГГГ). Согласно указанному свидетельству нотариус удостоверила, что наследниками имущества гр. ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ являются в равных долях каждый

- его дочь ФИО17, проживающая в 

<

адрес> 

<

адрес>,

- его сын ФИО2, проживающий в 

<

адрес>,

- его дочь ФИО18, проживающая в 

<

адрес>,

- его несовершеннолетняя дочь ФИО18, проживающая в 

<

адрес> – ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО4 с момента своего рождения и до сегодняшнего дня проживала и проживает в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. Ее дети (ответчики по иску) сын, ФИО3 и дочь, ФИО3, также с момента своего рождения и до сегодняшнего дня проживали и проживают в указанном жилом доме. 

Для истцов ФИО1 и ФИО2, напротив, данное жилое помещение не являлось и не является постоянным местом жительства. На дату смерти их отца (ДД.ММ.ГГГГ), будучи совершеннолетними (в отличие от ФИО4, которой было всего 9 лет), они проживали по другим адресам, в собственности имеют иные жилые помещения, в улучшении которых они не нуждаются. 

Истцы ФИО1 и ФИО2 зарегистрировали свои права на вышеуказанный жилой дом и земельный участок в судебном порядке только ДД.ММ.ГГГГ, обратившись в суд ДД.ММ.ГГГГ. Между тем, как следует из материалов наследственного дела государственного нотариуса Чишминской государственной нотариальной конторы Башкирской АССР ФИО16 №ДД.ММ.ГГГГ год к имуществу умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, о существовании спорного домовладения знали с момента смерти их отца. Так, например, согласно их заявления от ДД.ММ.ГГГГ в адрес нотариуса, истцы выразили свое несогласие с их исключением на наследство спорного домовладения и указали на решение указанного вопроса через суд.

Доказательств реальной нуждаемости в использовании данной жилой площади истцами в материалы дела не представлено.

Суд критически относится к утверждениям истцов о наличии их желания в проживании в спорном домовладении, поскольку это ухудшит их жилищные условия, существующие в настоящее время. Суд также учитывает сложившиеся конфликтные отношения между сторонами и как следствие невозможность совместного пользования жилым домом (при неисполненном решения суда о разделе дома на две квартиры). 

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, проанализировав действия сторон, суд приходит к выводу, что последовательность и совокупность действий истцов, в том числе инициирование иска спустя 30 лет, не свидетельствует о том, что у них имеется реальная заинтересованность и нуждаемость в использовании спорного имущества. У истцов отсутствует существенный интерес в пользовании этим домовладением.

Из положений ст. 247 ГК РФ следует, что само по себе неиспользование части имущества, находящегося в общей долевой собственности одного из сособственников, не является достаточным основанием взыскания денежной компенсации с другого участника долевой собственности, использующего эту часть общего имущества по назначению. Неприязненные отношения между сторонами не являются основанием для удовлетворения исковых требований.

Также суд принимает во внимание отсутствие доказательств реального несения истцами убытков или финансовых потерь в результате невозможности использования принадлежащих им долей ввиду неправомерных действий ответчиков.

Сведений о том, что по адресам своего проживания истцы несут расходы по аренде помещения в связи с невозможностью использования спорного жилого помещения, материалы дела не содержат.

В свою очередь, исходя из смысла ст. 247 ГК РФ, компенсация является по своей сути возмещением понесенных одним собственником имущественных потерь (убытков). Таковых потерь в данном случае не установлено.

Таким образом, доводы иска о том, что достаточным условием удовлетворения исковых требований является установление факта невозможности предоставления в пользование истцов части общего имущества соразмерно их доли и фактическое использование указанного жилого помещения иными собственниками, основаны на неправильном применении нормы материального права.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что истцами не представлено доказательств реального несения убытков или финансовых потерь, связанных с невозможностью использования доли жилого помещения по вине ответчиков, а также нуждаемость в использовании спорного недвижимого имущества. 

Как до поступления жилого помещения в долевую собственность истцов, так и после, в нем они не проживали, невозможность пользования не повлекли на их стороне реального ущерба или иного умаления материального положения. Кроме того, в данном случае ответчики не сдают в наем иным лицам долю, находящуюся в собственности истцов, и не получает выгоду от их использования, то есть не имеют в связи с неравноценностью фактически занимаемой частью жилого дома, не ниже которых истцы (сособственники) вправе были бы требовать возмещения убытков (абз. 2 п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Таким образом, предусмотренная законом достаточная совокупность оснований для взыскания с фактического пользователя по иску другого сособственника денежных средств за использование части общего имущества, в данном случае отсутствует.

Кроме того, согласно Конституции Российской Федерации в целях создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, в Российской Федерации устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства (статья 7, часть 2); материнство и детство, семья находится под защитой государства, забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (статья 38 части 1, 2). 

Указанные Конституционные положения согласуются в полной мере с положениями ст. 27 Конвенции ООН «О правах ребенка», в соответствии с которыми государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка (пункт 1); родитель (и) или другие лица, воспитывающие ребенка, несут основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для развития ребенка (пункт 2). 

В силу положений ст. 3 Конвенции ООН «О правах ребенка» во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

Приведенным положениям корреспондирует закрепленный в пункте 3 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации принцип заботы о благосостоянии детей, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи.

В этой связи, суд отмечает, что при рассмотрении настоящего дела, также необходимо учитывать интересы 

<

данные изъяты> ФИО3, ее нуждаемость в использовании спорного жилого дома.

Суд считает, что удовлетворение исковых требований повлечет нарушение прав ответчиков, в т.ч. 

<

данные изъяты> ФИО3, длительное время проживающих в указанном доме, в результате чего будет нарушен баланс интересов участников общей собственности.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ФИО4 постоянно проживает в указанном жилом помещении с момента своего рождения, а в настоящее время совместно со своей семьей, в том числе с несовершеннолетней дочерью, для которой данный дом является постоянным местом жительства, принимая во внимание, технические характеристики объекта недвижимости, реальную невозможность пользования жилым помещением без нарушения прав ответчиков, исходя из положений приведенных выше норм права, у суда не имеется оснований для удовлетворения искового заявления.

Также суд отмечает, что поведение истцов не является разумным и оправданным с морально-этической точки зрения, отвечающим общепринятым нормам и принципам гражданского и наследственного права, которые не предполагает извлекать выгоду из противоправного и недобросовестного поведения, не учитывающего волю наследодателя. Суд полагает, что если бы в настоящее время был жив ФИО6, то он при тождественных правоотношениях при наличии иного благоустроенного жилья никогда не инициировал бы взыскание компенсации со своих внуков за проживание в старом деревянном доме, площадью 42 кв. м., а тем более не позволил бы своим детям – истцам, взыскивать такую компенсацию. 

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что со стороны истцов в нарушение норм ст. 10 ГК РФ имеется злоупотреблением правом, поскольку учитывая наличие крайне конфликтных отношений между сторонами и отсутствие реальной заинтересованности и нуждаемости в использовании спорного жилого помещения, что в свою очередь нарушает права иных сособственников (ответчиков) жилого помещения, и что в силу действующего законодательства является недопустимым.

Довод истцов об отчуждении ФИО4 имевшейся у нее в собственности комнаты, расположенной по адресу: 

<

адрес> общежитие, комната 18, площадью 15,8 кв. м. и тем самым, она ухудшила положение ее детей, не имеет правового значения для рассмотрения данного дела. Более того, указанная сделка была проведена с разрешения администрации муниципального района Чишминский район Республики Башкортостан, что подтверждается постановлением от ДД.ММ.ГГГГ №-П.

Утверждение истцов, что апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (№) была взыскана компенсация с ФИО4 за предшествующий период, и в связи с чем, их иск подлежит удовлетворению, судом отклоняется.

Согласно ч.ч. 1 - 3 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Поэтому суд считает, что деятельность по отправлению правосудия по своему определению не должна сводиться к механическому подбору наиболее близкой правовой позиции суда вышестоящей инстанции.

При таких обстоятельствах, учитывая всё вышеизложенное, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО2, поскольку отсутствует совокупность условий, необходимых в силу п. 2 ст. 247 ГК РФ для присуждения денежной компенсации ограниченному в осуществлении правомочий участнику общей долевой собственности, что согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации приведенной в определениях от ДД.ММ.ГГГГ № №, от ДД.ММ.ГГГГ №.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 к ФИО3, ФИО3 о взыскании компенсации в размере 45000 рублей каждому за пользование ? долей домовладения по адресу: 

<

адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Чишминский районный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья (подпись) Р.З. Хисматуллин 

Мотивированное решение изготовлено 25 декабря 2024 года. 

Копия верна.

Судья Р.З. Хисматуллин