Дело №1-46(2017)

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

О ВОЗВРАЩЕНИИ УГОЛОВНОГО ДЕЛА ПРОКУРОРУ

Г. Киржач 26 апреля 2017 года

Киржачский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Трусковской Н.С.

при секретаре Срибной Т.А.

с участием заместителя прокурора Киржачского района Владимирской области Шишкина В.С.

обвиняемых ФИО1 и ФИО4

адвоката Михеевой О.Д., представившей удостоверение №317 и ордер №095863, выданный 25 апреля 2017 года,

адвоката Злобиной М.А., представившей удостоверение №1068 и ордер №106725, выданный 26 апреля 2017 года,

рассмотрев на предварительном слушании в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО4, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.180 УК РФ, п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО4 обвиняются в незаконном использовании чужого товарного знака, причинившем крупный ущерб, совершенном неоднократно, группой лиц по предварительному сговору.

Кроме этого, ФИО1 и ФИО4 обвиняются в приобретении, хранении, перевозке в целях сбыта и продажи немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, совершенных в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

Изучив материалы уголовного дела, судья усмотрел, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, в связи с чем назначил по делу предварительное слушание.

В ходе обсуждения данного вопроса заместитель прокурора Шишкин В.С. возражал против возвращения уголовного дела прокурору. В обоснование своей позиции он указал, что в полномочия старшего оперуполномоченного ОЭБ и ПК Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО2 в период с 01 января 2016 года по 30 марта 2017 года осуществление предварительного расследования в форме дознания, а также иные полномочия, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации не входили, что он проводил ОРМ в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и вследствие этого он не подпадает под ст.61 УПК РФ, которая содержит исчерпывающий перечень лиц, подлежащих отводу.

Представитель потерпевшего ФИО6 в судебное заседание не явился, в телефонограмме от 25 апреля 2017 года просил провести предварительное слушание в свое отсутствие, разрешение вопроса о возвращении уголовного дела прокурору оставил на усмотрение суда. В телефонограмме от 26 апреля 2017 года он полностью поддержал позицию представителя потерпевшего ФИО12, изложенную в факсограмме последнего.

Представитель потерпевшего по доверенности ФИО12 в факсограмме от 25 апреля 2017 года не возражал против проведения предварительного слушания в свое отсутствие, не возражал против возвращения уголовного дела прокурору.

Представитель потерпевшего ФИО17в судебное заседание не явился, в телефонограммах от 25 и от 26 апреля 2017 года сообщил о своем согласии проведения предварительного слушания в его отсутствие. Разрешение вопроса по поводу возвращения уголовного дела прокурору оставил на усмотрение суда.

Обвиняемые ФИО1 и ФИО4, а также их адвокаты Михеева О.Д. и Злобина М.А. полагали необходимым возвратить уголовное дело прокурору.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, права и свободы человека провозглашаются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - являются обязанностью государства.

Гарантируя каждому государственную защиту прав и свобод и закрепляя принципы презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, Конституция Российской Федерации тем самым предусматривает возложение на соответствующих должностных лиц функции уголовного преследования от имени государства, в том числе функцию доказывания виновности обвиняемого в совершении преступления в предусмотренном федеральным законом порядке.

В постановлении от 28 ноября 1996 года №19-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что возбуждение уголовного преследования и поддержание обвинения перед судом является задачей специальных органов - дознания, предварительного следствия и прокуратуры, тогда как суд, на который не может быть возложено выполнение каких бы то ни было функций, не согласующихся с его положением органа правосудия, обязан объективно оценивать законность и обоснованность выдвигаемого против лица обвинения, проверяя результаты их деятельности, а также рассматривая жалобы на действия и решения должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство на досудебных стадиях.

Уголовное преследование по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения представляет собой охранительную деятельность государства, которая осуществляется органами дознания, следственными органами и органами прокуратуры. 

Согласно п. 55 ст. 5 УПК РФ уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 2 июня 2004 года №13-П, следователь, как и иные должностные лица, выступающие на стороне обвинения, осуществляя от имени государства уголовное преследование по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения, должен подчиняться установленному Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации порядку уголовного судопроизводства, следуя назначению и принципам уголовного судопроизводства, закрепленным данным Кодексом. Каких-либо положений, допускающих освобождение следователя или иных должностных лиц от выполнения этих обязанностей, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не содержит.

При этом публичный характер исполняемых им обязанностей предполагает его независимость и беспристрастность, несовместимый с наличием у него личной заинтересованности в исходе уголовного дела, которая может отразиться на оценке имеющихся в деле доказательств, поставить под сомнение его беспристрастность и объективность при принятии решений по делу.

Таким образом, все процессуальные действия и решения следователя, связанные с осуществлением уголовного преследования от имени государства, в силу ч.4 ст.7 УПК РФ должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

По смыслу статьи 220 УПК РФ обвинительное заключение как итоговый документ следствия, выносимый по его окончанию, составляется, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для его составления. Из этого вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, то обвинительное заключение не может считаться составленными в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 8 декабря 2003 года N 18-П ч.1 ст.237 УПК РФ не исключает правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, которые не представляется возможным устранить в ходе судебного производства, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия.

Суд считает, что на стадии досудебного производства по настоящему уголовному делу следователем СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 допущены существенные нарушения уголовно - процессуального закона, которые не представляется возможным устранить в ходе судебного производства по уголовному делу.

К такому выводу суд пришел, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 62 УПК РФ при наличии оснований для отвода, предусмотренных главой 9 УПК РФ, судья, прокурор, следователь, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель, секретарь судебного заседания, переводчик, эксперт, специалист, защитник, а также представители потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика обязаны устраниться от участия в производстве по уголовному делу. 

Кроме того, не исключается заявление отвода лицу, осуществлявшему производство предварительного расследования, или ходатайств об исключении полученных им доказательств в связи с недопустимостью его участия в деле как лица, имеющего личную заинтересованность в исходе дела или выполнявшего не свойственную ему функцию, - такие заявления и ходатайства подлежат обязательному рассмотрению.

В ходе предварительного слушания по уголовному делу, установлено, что поводом для вынесения 26 января 2017 года постановлений о возбуждении уголовных дел № (т.1 л.д.1) и № (т.1 л.д.3) в отношении ФИО1 и ФИО4, по признакам составов преступлений, предусмотренных ч.3 ст.180 УК РФ, п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ и принятии их к производству года следователем СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО14, послужили материалы проверок по рапортам старшего оперуполномоченного ОЭБ и ПК Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО2 зарегистрированным в КУСП за № и № от 25 января 2017 года (т.1 л.д.9, 232).

Постановлением начальника СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО15 от 27 января 2017 года уголовное дело № соединено в одно производство с уголовным делом №; соединенному уголовному делу присвоен №, производство предварительного следствия по которому поручено следователю СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 (т.1 л.д.5).

Постановлением от 27 января 2017 года следователь СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 приняла уголовное дело № к своему производств (т.1 л.д.6)и в дальнейшем выполнила по нему следственные действия, в том числе, вынесла постановления о привлечении ФИО1 и ФИО4 в качестве обвиняемых (т.2 л.д. 171-177; 181-187), допросила названных лиц в данном процессуальном статусе (т.2 178-179; 188-190), а также составила обвинительное заключение (т.3 л.д.1-134), в котором в числе доказательств приведены рассекреченные материалы результатов оперативно-розыскных мероприятий, проведенных старшим оперуполномоченным ОЭБ и ПК Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО2 (т.1 л.д.7; 20; 9; 32; 33-34; 35; 38-39; 40-41; 47-48; 52-57; 109-120; т.2 л.д.5; 6-7; 8; 9; 11-17; 18-19; 25-26;)

На основании запроса суда, начальником Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО16 дан ответ № от 21 апреля 2017 года, согласно которому старший оперуполномоченный ОЭБ и ПК Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО2 и следователь СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 состоят в браке с ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.148).

Данный факт также подтверждается копией свидетельства о заключении брака между ФИО2 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного * отделом ЗАГС Главного управления ЗАГС Московской области (т.3 л.д.153).

Таким образом, в ходе предварительного слушания по уголовному делу установлено, что старший оперуполномоченный ОЭБ и ПК Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО2 и следователь СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 состоят между собой в брачных отношениях.

На предварительном слушании обвиняемые ФИО1 и ФИО4, а также их защитники - адвокаты Михеева О.Д. и Злобина М.А. пояснили о том, что ранее не располагали информацией о том, что названные должностные лица состоят между собой в брачных отношениях. Заявили, что данное обстоятельство, по их мнению, и в силу требований закона исключало участие следователя СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 в досудебном производстве по делу. 

В соответствии со ст. 62 УПК РФ участие в производстве по уголовному делу лиц, подлежащих отводу, недопустимо.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 61 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следователь не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является близким родственником любого из участников производства по данному уголовному делу.

Согласно п.4 ст.5 УПК РФ к числу близких родственников относятся, в том числе, супруги.

По мнению суда, факт брачных отношений между ФИО2 и ФИО13, свидетельствует о наличии между названными лицами особых, выходящих за рамки их служебной деятельности, личных отношений, что, в свою очередь, по мнению суда, является достаточным основанием полагать о проявлении заинтересованности или необъективности, то есть отсутствия беспристрастности со стороны следователя СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13, которой, как пояснили на предварительном слушании обвиняемые ФИО1 и ФИО4 заявили бы отвод, если бы располагали информацией о наличии ее родственных отношений со старшим оперуполномоченным ФИО2 Позиция обвиняемых полностью совпадает с позицией их адвокатов - Михеевой О.Д. и Злобиной М.А., считавших что следователь ФИО13 прямо нарушила ст.61 УПК РФ, что она должна была устраниться от расследования данного уголовного дела. 

Отступления от данных требований уголовно-процессуального законодательства, допущенные следователем СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13, являются очевидными.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что проведенное следователем СО Отд. МВД России по Киржачскому району ФИО13 с существенным нарушением уголовно-процессуального закона предварительное расследование по уголовному делу и последующее составление ею по нему обвинительного заключения исключает возможность постановления по нему какого-либо законного, обоснованного и справедливого судебного решения, а потому являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению.

Постановлением следователя от 16 марта 2017 года ФИО4 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.2 л.д.122-123). 

Постановлением следователя от 18 марта 2017 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащепм поведении (т.2 л.д.135-136).

В соответствии с ч.1 ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадет необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются обстоятельства послужившие основаниями для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст.97 и 99 УПК РФ.

Данных о том, что в настоящее время отпала необходимость в избранной в отношении обвиняемых ФИО1 и ФИО4 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также о том, что изменились основания, предусмотренные ст.ст.97 и 99 УПК РФ, которые учитывались органом предварительного следствия при избрании им данной меры пресечения, из материалов дела не усматриваются.

При таких обстоятельствах избранную в отношении обвиняемых ФИО1 и ФИО4 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении следует оставить без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ

П О С Т А Н О В И Л:

Уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО4, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.180 УК РФ, п. «а» ч.6 ст.171.1 УК РФ, возвратить прокурору Киржачского района Владимирской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО4 оставить прежнюю - подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановление может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Киржачский районный суд в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья: Н.С. Трусковская