УИД 66 RS0013-01-2025-000135-21

Дело № 33-16346/2025

Мотивированное 

определение

 составлено 22.12.2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17.12.2025

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Волошковой И.А.,

судей

Орловой Е.Г.,

Фефеловой З.С.,

при ведении протокола помощником судьи Соколовым М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительной сделкой (мнимой), исключении реестровых записей по апелляционной жалобе истца на решение Каменского районного суда Свердловской области от 16.09.2025,

заслушав доклад судьи Фефеловой З.С., пояснения истца ФИО1, его представителя ФИО3, ответчика ФИО2, ее представителя ФИО4, третьих лиц ФИО5, ФИО6,

установила:

ФИО1 обратился с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора дарения недействительной сделкой (мнимой), исключении реестровых записей, в обоснование указав, что 16.07.2022 между ФИО7, в интересах которого действовал ФИО6, действующий на основании доверенности, выданной 14.07.2022, и ФИО2 заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>

ФИО7 является отцом истца, ФИО6 его родной брат, ответчик является племянницей истца.

Жилой дом и земельный участок являются совместным имуществом супругов ФИО7 и ФИО5, право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке 22.08.2003 и 13.08.2004.

<

дата> умер ФИО7 Истец является наследником по закону первой очереди. Указывает, что договор дарения от 16.07.2022 является мнимой сделкой, так как ФИО7 и ФИО5, зная о том, что ФИО6, ФИО1, ФИО5 являются должниками по кредитным договорам, с целью сохранения спорного имущества от кредиторов заключили договор дарения, при этом в качестве одаряемой назначили ФИО2, дочь ФИО6 Ответчик обещала ФИО7, что спорное имущество будет разделено между ФИО1 и ФИО6 При таких обстоятельствах ФИО7 не имел намерения подарить спорное имущество, его воля была направлена на сохранение имущества от кредиторов. Ответчик также понимала, что жилой дом не является для нее подарком, а стороны сделки осуществили для вида ее формальное исполнение.

После совершения договора дарения ФИО8 и ФИО5 остались проживать в доме, заключение сделки по существу никак не изменило порядок владения и пользования спорным имуществом. Ответчик также ранее проживала с семьей в спорном жилом доме и проживает до настоящего времени.

На основании изложенного, с учетом уточнений, истец просил признать договор дарения, заключенный 16.07.2022 между ФИО6, действующим на основании доверенности и ФИО2, недействительной сделкой (мнимой), исключить из Единого государственного реестра недвижимости реестровую запись: 

<

№> от 20.07.2022, объект недвижимости – здание; 

<

№> от 20.07.2022, объект недвижимости – земельный участок, выполненную в отношении ФИО2

Решением Каменского районного суда Свердловской области от 16.09.2025 исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения, заключенного 16.06.2022, между ФИО6, действующим на основании доверенности, и ФИО2, недействительной сделкой (мнимой), исключении реестровых записей от 20.07.2022 - оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с принятым решением, истец представил в суд апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что судом первой инстанции неверно применены нормы материального и процессуального права. Кроме того, суд первой инстанции не дал надлежащей оценки пояснениям ответчика относительно обстоятельств заключения оспариваемой сделки. Между тем ответчик подтвердила наличие у ФИО6, ФИО1, ФИО5 существенных долгов. Ответчик понимала, что ФИО5 была заинтересована в решении долговой проблемы. Именно поэтому сначала было составлено завещание на ответчика, а потом и договор дарения, по причине того, что сын истца проживает и учится в г. Москве.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец и его представитель доводы апелляционной жалобы поддержали, полагали ее подлежащей удовлетворению, решение суда просили отменить.

В судебном заседании ответчик, ее представитель и третьи лица против доводов апелляционной жалобы возражали, решение суда полагали подлежащим оставлению без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав пояснения, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 16.07.2022 заключен договор дарения жилого дома и земельного участка между ФИО7, именуемый «Даритель», действующим через представителя ФИО6, и ФИО2, именуемой «Одаряемой». Согласно условиям договора даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому, а одаряемый принимает жилой дом и земельный участок с хозяйственными постройками, который находится по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер 

<

№>, кадастровый номер 

<

№>. Жилой дом и земельный участок принадлежат на праве собственности дарителю. На момент заключения договора в жилом доме зарегистрирован ФИО7, который сохраняет право пользования после его передачи одаряемому. Фактическая передача жилого дома и земельного участка дарителем и принятия его одаряемым осуществляется при подписании настоящего договора, который по соглашению сторон имеет силу акта приема-передачи. С этого момента обязательства сторон по настоящему договору считаются исполненными

На основании согласия от 14.07.2022, удостоверенного нотариусом нотариального округа города Каменск-Уральского и Каменского района Свердловской области 

<

...>., ФИО5 в соответствии со ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации дает согласие своему супругу ФИО7 подарить на его условиях и по его усмотрению ФИО2 нажитое ими в браке имущество, состоящее из: земельного участка и жилого дома, находящихся по адресу: 

<

адрес>

Кроме того, согласно завещанию от 01.12.2020, ФИО7 все свое имущество, какое на момент его смерти окажется ему принадлежащим, завещает ФИО2 Текст завещания записан с его слов нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью ему оглашено нотариусом в связи с тем, что не могло быть прочитано им лично ввиду того, что он болен. Ввиду болезни ФИО7 по его личной просьбе в присутствии нотариуса подписалась 

<

...> Завещание удостоверено нотариусом нотариального округа города Каменск-Уральский и Каменский район Свердловской области 

<

...>

ФИО7 умер 

<

дата>

Суд первой инстанции, разрешая спор по существу, руководствуясь положениями ст.ст. 572, 166, 167, 168, 170, 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», дав оценку представленным доказательствам, исходил из того, заключенная между сторонами сделка исполнена, регистрирующим органом произведена регистрация перехода права собственности на спорное имущество. Кроме того, ответчик пользовалась и продолжает пользоваться жилым домом и земельным участком, а именно производила ремонт, обрабатывала земельный участок, что подтверждается третьими лицами в судебном заседании, кроме того оплачивает налоги за спорное имущество, то есть несет расходы на содержание жилого дома и земельного участка, что исключает признание договора дарения недействительным по основаниям мнимости сделки. Кроме того, ФИО7 01.12.2020 составлено завещание, где все свое имущество, какое на момент его смерти окажется ему принадлежащим, завещает ФИО2, что также косвенно указывает на желание ФИО7 передать спорное имущество в собственность ФИО2 В связи с вышеуказанным суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы стороны истца, о том, что в отношении ФИО5 имеются исполнительные производства с 2012 года, что подтверждается решениями судов, в связи с чем, на часть спорного жилого дома судебными приставами мог быть наложен арест, судом первой инстанции отклонены как не имеющие юридического значения с учетом установленных обстоятельств, кроме того сам ФИО7 не являлся должником по кредитным обязательствам. Также судом учтено, что на момент совершения сделки по договору дарения отчуждаемое имущество не имело обременений в виде прав третьих лиц или наложенных ограничений, вследствие чего спорное имущество могло свободно выступать предметом любой гражданско-правовой сделки, препятствий для его отчуждения не имелось.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, так как они основаны на правильном применении норм материального права, соответствует обстоятельствам дела, представленным доказательствам, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для иной оценки представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Согласно положениям пункта 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. ст. 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из смысла правовой нормы пункта статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Между тем, таких обстоятельств в отношении оспариваемого договора дарения судом первой инстанции не было установлено, в нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, апеллянтом суду апелляционной инстанции не представлено.

Проверяя доводы истца о мнимости сделки, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что стороны, совершая оспариваемую сделку дарения, намеревались создать правовые последствия именно данных сделок, в частности осуществить безвозмездное отчуждение ФИО7 в пользу ответчика недвижимого имущества. По итогам совершения оспариваемой сделки наследодатель реализовал свою волю на отчуждение принадлежавшего ему имущества, что, соответственно, исключает мнимость данной сделки. Оспариваемый договор дарения соответствует установленным законом требованиям, составлен в письменной форме, подписан сторонами сделок, дар принят лично одаряемой, переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован. Волю ФИО7 на совершение действий по безвозмездной передачи имущества ответчику также подтверждает и факт составления им завещания, согласно которому все имущество, принадлежащее наследодателю, переходит ФИО2 Таким образом, даже при отсутствии оспариваемого договора дарения, спорное имущество полностью перешло бы в пользу ответчика на основании завещания.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам жалобы факт заключения оспариваемого договора дарения и его фактического исполнения свидетельствуют о порождении правовых последствий, намерении сторон исполнять обязательства, вытекающие из спорной сделки. Мотив совершения оспариваемой сделки, вопреки позиции заявителя жалобы, не имеет правового значения для квалификации сделок как мнимых.

У судебной коллегии, исходя из имеющихся в деле доказательств, отсутствуют основания для иных выводов, поскольку договор дарения наследодателем и ответчиком по настоящему делу исполнен, тогда как суд первой инстанции в полной мере обоснованно указал, что постоянное не проживание в спорном жилом доме ответчика обусловлено ее замужеством, поэтому она проживает совместно с мужем и детьми в квартире своего свекра, но при этом регулярно посещает жилой дом и земельный участок, также у ответчика отсутствует иное жилое помещение, кроме спорного жилого дома.

Доказательств, подтверждающих, что воля обеих сторон сделки была направлена на создание иных правовых последствий, чем дарение дома и земельного участка, прикрывают иную волю сторон, материалы дела не содержат.

При таком положении следует отсутствие порока воли обеих сторон (наследодателя ФИО7 и ФИО2) по договору дарения.

В рассматриваемом споре факт отчуждения квартиры по договору дарения не может свидетельствовать о совершении наследодателем ФИО7 сделки исключительно с целью уклонения от исполнения обязательств по судебным актам ФИО1, ФИО6, ФИО5, учитывая, что ФИО7 не являлся должником по каким-либо кредитным обязательствам. При этом судом обоснованно учтено, что спорные объекты недвижимости на момент дарения под арестом не находились, препятствий к их реализации не имелось.

Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на неправильное толкование действующего законодательства и переоценку доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению данного дела, судом не допущено.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 327, 327.1, частью 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Каменского районного суда Свердловской области от 16.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий И.А. Волошкова

Судьи Е.Г. Орлова

З.С. Фефелова

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>