Уникальный идентификатор дела **RS0**-76

Дело **

Поступило в суд 23.07.2019

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ Р. Ф.

*** 29 ноября 2019 года 

Железнодорожный районный суд *** в составе 

председательствующего судьи Смолиной А.А.

при секретарях судебного заседания Семашко А.О., Шаманской О.И., Мясищевой Н.А. 

с участием государственных обвинителей - помощников прокурора *** ФИО1, ФИО2, 

потерпевшей С., 

подсудимого Б., 

его защитника - адвоката М., представившей удостоверение и ордер, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Б., **** года рождения, уроженца ***, гражданина РФ, с неполным средним общим образованием, холостого, неработающего, зарегистрированного в ***, проживавшего в ***, судимого 

- **** Чановским районным судом *** по п.п.«а, в, г» ч.2 ст.161 УК РФ к 3 года 3 месяцам лишения свободы; **** освобождённого по отбытию наказания; 

- **** мировым судьёй 2-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** по ч.1 ст.119 УК РФ к 11 месяцам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ, условно с испытательным сроком на 11 месяцев; 

содержащегося под стражей с ****; 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Б. совершил грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. 

Преступление совершено им на территории *** при следующих обстоятельствах. 

**** в период с 16 часов 00 минут по 18 часов 00 минут, более точное время не установлено, Б. находился на расстоянии десяти метров от киоска * расположенного по адресу: ***, на остановке общественного транспорта * с ранее ему знакомой С., где у него возник преступный умысел, направленный на совершение грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, а именно - мобильного телефона марки * и денежных средств в сумме 2000 рублей, принадлежащих С., с применением в отношении последней насилия, не опасного для жизни и здоровья. 

Реализуя указанный преступный умысел в тот же период времени и в том же месте, Б., действуя последовательно и целенаправленно, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих преступных действий, предвидя неизбежность и желая наступления общественно опасных последствий в виде причинения материального ущерба собственнику, выхватил из рук С. мобильный телефон марки * стоимостью 10000 рублей, чему последняя попыталась воспрепятствовать и забрать данный телефон обратно, после чего Б. с целью удержания похищенного имущества применил к С. насилие, не опасное для жизни и здоровья, путём выкручивания пальцев руки на её левой кисти, однако последняя, продолжая попытки вернуть свой мобильный телефон, смогла выхватить его из рук Б. 

В результате указанных преступных действий Б. С., согласно заключению эксперта ** от ****, были причинены телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей 2-го пальца левой кисти в виде отёка, болезненности при пальпации и ограничения движения, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. 

В продолжение реализации своего преступного умысла Б. резко залез рукой в наружный левый боковой карман курки, надетой на С., откуда открыто похитил принадлежащие ей денежные средства в сумме 2000 рублей, с которыми после этого с места преступления скрылся, распорядившись похищенным в дальнейшем по своему усмотрению и тем самым причинив С. материальный ущерб в данном размере. 

В судебном заседании подсудимый Б. свою вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, пояснив, что **** он позвонил своей бывшей супруге С., попросив её занять ему 2000 рублей и договорившись с нею подъехать на железнодорожный вокзал ***. В связи с отсутствием у него денежных средств за такси должна была рассчитаться С. Когда он приехал на вокзал, то отошёл к зданию, а вернувшись обратно, обнаружил, что его бывшей супруги нет, а таксист уехал с его мобильным телефоном. На следующий день **** ему на другой мобильный телефон позвонила С., которая сообщила, что накануне не смогла до него дозвониться и ожидает его на вокзале. Поскольку у него по-прежнему не было денег, с *** он направился к своему знакомому Н объяснив ему ситуацию, после чего тот вызвал такси, однако пояснил, что денег у него тоже нет. Тогда он, Л. А. с девушкой сели в такси и приехали на вокзал, где С. ожидала его возле киоска «* Выйдя из такси, он попросил свою бывшую супругу рассчитаться с водителем, на что С. согласилась перевести последнему денежные средства через свой мобильный телефон в счёт оплаты за такси. После этого А. с девушкой ушли, он и его бывшая супруга остались рядом с киоском и разговаривали, а Н. стоял рядом и курил. При этом С. предложила ему купить билеты на поезд за её счёт, чтобы он смог уехать домой к родителям в ***, а он пояснил ей, что никуда не поедет, так как у него не собраны вещи. Затем его бывшая супруга достала 2000 рублей и бросила их ему, заявив, что он «разгулялся». Данные деньги он получил взаймы и собирался вернуть их С. за счёт будущих заработков в * где работал грузчиком. Денежные средства у бывшей супруги он увидел после того, как та сама открыла внутренний карман своей куртки, достав оттуда купюры, которые он не похищал. Сначала она бросила ему одну купюру достоинством 1000 рублей, которую он поднял с земли и вернул ей, после чего С. убрала данную купюру к себе, крича, чтобы он ехал домой. Однако затем его бывшая супруга успокоилась, передав ему 2000 рублей в количестве двух купюр достоинством 1000 рублей каждая, которые принесла, чтобы занять ему. Также, по его просьбе, она добровольно передала ему свой мобильный телефон, чтобы позвонить, и после звонка он сразу же вернул его ей обратно, пошутив, что оставит телефон себе. Далее к ним подошла дочь С. - Л. которая забрала у матери сумку и ушла. Потом он проследовал к киоску * а его бывшая супруга, сев в автобус, поехала домой. В дальнейшем от сотрудников полиции ему стало известно о том, что он находится в розыске. В период их совместного проживания со С. он регулярно отмечался и нарушений не допускал, а также всегда был на связи и от правоохранительных органов не скрывался. В данном преступлении он также не виноват, поскольку умысла на хищение мобильного телефона и денежных средств С. у него не было, телефон с применением физической силы он у последней не забирал, а деньги занял впервые с момента их расставания. Кроме того, в ходе указанной встречи насилие к своей бывшей супруге он не применял. Первоначально, когда она увидела девушку в такси, то стала вести себя эмоционально, возможно, из-за ревности, и махать руками, поэтому он был вынужден взять её за руки, чтобы они могли разговаривать спокойно. На тот момент телесных повреждений у С. он не видел, а жалобы на боль последняя при встрече ему не высказывала. По его мнению, указанный в медицинском заключении ушиб мягких тканей его бывшая супруга могла получить, когда размахивала рукой, ударив ею по кожаной куртке об замок. Ранее он действительно привлекался к уголовной ответственности за высказанную им угрозу жизни и побои в отношении С., в чём свою вину признавал полностью. В настоящее время их брак расторгнут официально, никаких отношений между ними нет, но какая-либо неприязнь отсутствует. Как он предполагает, показания его бывшей супруги вызваны ревностью или даны под давлением её матери, которая плохо к нему относится. В момент инкриминируемых событий он находился в состоянии алкогольного опьянения лёгкой степени, но вёл себя адекватно и понимал, что происходит. Также он страдает тяжёлым заболеванием (ВИЧ-инфекцией), помогает материально по дому своим родителям, в том числе матери, которой 56 лет. 

Из основных и дополнительных показаний Б. в качестве обвиняемого, полученных в ходе предварительного расследования и оглашённых в суде в порядке ст.276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями, установлено, что свою вину по предъявленному ему обвинению по п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ он не признаёт. **** он позвонил С., попросив у последней денежные средства на билет, чтобы уехать домой в ***, но конкретную сумму с ней не оговаривал. При этом С. велела приехать на железнодорожный вокзал ***, пообещав купить ему билет, а также оплатить такси, на которое у него не было денег. Когда он приехал на вокзал, то попросил водителя такси подождать его, пока он сходит за денежными средствами для расчёта, оставив в залог, по просьбе последнего, свой мобильный телефон марки * При себе у него имелся ещё один мобильный телефон марки * с которого он безуспешно пытался дозвониться до С., не встретив её на вокзале. Вернувшись к автомобилю, он обнаружил, что водителя уже нет, поэтому на маршрутном такси уехал домой. **** ему позвонила С. и сказала приехать на железнодорожный вокзал, где она, по её словам, ожидала его со своей дочерью Лизой, чтобы купить ему билет. Далее он на такси подъехал на вокзал к остановке напротив гостиницы, куда подошла С., которая находилась без Л., поскольку та стояла в очереди у кассы за билетом. После того, как С. рассчиталась с водителем за такси, переведя ему деньги через мобильный телефон, они стали разговаривать возле киоска * в ходе чего он (Б.) попросил у неё телефон, чтобы позвонить родителям. Когда С. дала ему свой мобильный телефон марки * он позвонил своей матери на номер ** который был не доступен, после чего вернул телефон С. При этом руки он ей не выворачивал и ударов не наносил. В процессе разговора между ними произошла словесная ссора на почве ревности С., которую он просил дать ему денег на билет, чтобы уехать домой на следующий день, так как нужно было ещё собрать вещи. Когда С. передала ему 1000 рублей, он ей пояснил, что этой суммы для приобретения билета не хватит, и тогда она достала из кармана своей куртки ещё 1000 рублей, швырнув в него 2000 рублей, которые упали на землю. Подняв купюры, он отдал их С., сказав, что ему не нужны деньги, полученные таким образом. Около 16 часов С. успокоилась и уже спокойно передала ему 2000 рублей, сказав, чтобы он сам купил себе билет и уехал домой на следующий день, после чего они ещё немного поговорили и разошлись. В процессе их общения также приходила Л. которая при нём С. не звонила и которую последняя отправила домой. Со своего мобильного телефона марки * он позвонить родителям не мог из-за того, что тот был заблокирован. На вокзал он приехал со своим знакомым О., который во время его общения со С. находился недалеко от них, курил и видел, как С. сама передала ему деньги. Кроме того, его и О. сопровождали парень по имени А или А. и девушка, которые зашли в киоск * и также могли видеть произошедшее. Полученные от С. денежные средства он потратил на покупку билета в ***, куда уехал на следующий день. В ходе ссоры со С. он не дрался, за руки её не хватал и пальцы ей не выкручивал. Имелись ли у С. на момент их встречи телесные повреждения он внимание не обратил и внешних травм у последней не заметил. Почему С. написала заявление в отдел полиции, обвинив его в совершении преступления, он не знает, но допускает, что из-за ревности и обиды на то, что он долго ехал к ней на вокзал (л.д.114-116, 224-227 т.1). 

Аналогичные показания были даны обвиняемым на стадии предварительного следствия при проведении очной ставки со С., которые в судебном заседании он подтвердил полностью, уточнив, что в ходе встречи **** мобильный телефон у потерпевшей попросил с целью осуществления звонка своей матери и держал его в руках только один раз (л.д.79-81 т.1). 

Вышеприведённые показания в суде Б. подтвердил частично, настаивая на том, что изначально он позвонил С. по мобильному телефону ****, попросив её занять ему денег, что та и сделала ****, приехав на железнодорожный вокзал ***, а на следующий день он уехал в ***; при этом о том, что потерпевшая собирается купить для него билет на поезд, а её дочь Л. стоит за ним в очереди, потерпевшая по телефону ему не сообщила; после того, как С. достала из кармана куртки и бросила в него 1000 рублей, которую он поднял с земли и вернул ей, последняя, успокоившись, передала ему 2000 рублей, а также позвонила дочери, велев той уйти из очереди и не покупать ему билет; в тот же день он не приобрёл билет в кассе вокзала, поскольку поехал домой за своими вещами. 

Суд, изучив показания подсудимого, выслушав стороны обвинения и зашиты, находит вину Б. в совершении преступления установленной и доказанной показаниями потерпевшей С., свидетеля Свидетель №1 и несовершеннолетнего свидетеля С., данными в ходе судебного разбирательства и при производстве предварительного расследования, которые были исследованы судом на основании ст.281 УПК РФ, а также полностью подтверждённой письменными материалами уголовного дела. 

Так, допрошенная в судебном заседании потерпевшая С. показала о том, что Б. является её бывшим супругом, который **** позвонил ей на мобильный телефон, попросив дать ему денег, чтобы уехать домой в ***. Она пояснила Б., что денежных средств у неё нет, пообещав ему, по возможности, занять их у кого-нибудь из знакомых. При этом Б. часто занимал у неё деньги и никогда их не возвращал, на что она соглашалась, в том числе, по просьбе его матери, в связи с тем, что они прожили в браке два года, поэтому Б. для неё не чужой. В тот день она вместе с дочерью приехала на железнодорожный вокзал ***, чтобы купить Б. билет домой. Пока они стояли в очереди у кассы за билетом, в течение часа на вокзал подъехал Б., который, позвонив ей на телефон, попросил рассчитаться за такси. Когда она вышла к нему на остановку возле киоска * то рассчиталась с водителем, держа в руках свой мобильный телефон, с помощью которого перевела деньги на счёт телефона таксиста. В это время из автомобиля такси вышли парень и девушка, а Б., увидев у неё в руках телефон, попросил её позвонить его матери, после чего выхватил телефон из её рук и положил его к себе в карман брюк, применив к ней физическую силу. Она пыталась забрать свой телефон у Б. и просила вернуть его ей, однако на её неоднократные просьбы тот не реагировал и продолжал держать его у себя в кармане, заявив, что у неё хороший телефон, а у него - плохой. Увидев в какой-то момент полицейских, Б. побежал через дорогу к гостинице. Тогда она попыталась достать свой телефон из его кармана, но Б. схватил её за руки и вывернул пальцы на её левой руке, в результате чего она почувствовала сильную физическую боль. Затем на её телефон позвонила дочь, поэтому она снова попросила Б. отдать его ей, чтобы ответить на звонок, однако тот опять отказался. Воспользовавшись тем, что в этот момент её телефон находился у Б. в руках, она выхватила его и ответила дочери, велев последней подойти к ней и сообщив своё местонахождение. При этом Б. вновь схватил её за запястье, отчего ей стало больно и она просила его отпустить её руку, но свой мобильный телефон ему не отдавала, а когда к ним подошла её дочь, передала той свои сумку и телефон. Тогда Б. ринулся вслед за её дочерью, однако она его задержала, видя его нетрезвое состояние, пока дочь не скрылась из виду. Когда они остались вдвоём, Б. сообщил ей, что ему нужны денежные средства в размере 4000 рублей. Она ответила ему, что такой суммы у неё нет, а имеются только деньги на банковской карте для покупки ему билета в ***. При себе у неё также были наличные денежные средства в сумме 2000 рублей, которые она собиралась вернуть в счёт погашения долга, образовавшегося в ходе совместной жизни с Б. В итоге, пока они стояли возле гостиницы, Б. забрал данные деньги из левого кармана её куртки. Сначала она даже не поняла, как это произошло, почувствовав лишь резкое движение в области своего кармана, который был открыт, где находились денежные купюры, ключи и мелочь. Затем они с Б. дошли до киоска * рядом с которым стояли его друзья, после чего она села в маршрутку и уехала домой. По её мнению, кроме Б., никто выхватить из кармана её куртки и похитить у неё денежные средства не мог. В сумке или кошельке она две тысячные купюры не хранила, добровольно данные деньги Б. не передавала, обратно их у него не требовала, понимая, что это бесполезно, а также не желая, чтобы он беспокоил их с дочерью. От покупки ею билета Б. отказался, так как ему нужны были именно её мобильный телефон и денежные средства. Когда Б. забирал у неё деньги, то крепко держал её за руку, чтобы она не ушла, причинив ей несильную физическую боль без каких-либо повреждений. После данного происшествия она в тот же день обратилась за медицинской помощью в травмпункт, где у неё было зафиксировано телесное повреждение в виде ушиба пальца на левой руке. Меру наказания для Б. она оставляет на усмотрение суда и от заявленного ею ранее гражданского иска отказывается. 

Из основных и дополнительных показаний С., полученных на предварительном следствии, в том числе при проведении очной ставки с обвиняемым, которые были оглашены в суде по ходатайству государственного обвинителя в связи с противоречиями и неполнотой, известно, что **** около 15 часов она, по просьбе своего бывшего супруга Б., вместе со своей несовершеннолетней дочерью С. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, пришла на железнодорожный вокзал станции * чтобы купить ему билет на поезд до ***, куда тот собирался уехать к себе домой. По прибытии на железнодорожный вокзал она ожидала Б. в помещении вокзала в течение одного часа. Около 16 часов Б. позвонил ей, сказав, что он подъехал на такси к киоску * расположенному на остановке общественного транспорта * по ***, и попросив её подойти рассчитаться с водителем, так как у него не было денег. Когда она подошла к указанной остановке, то примерно в десяти метрах от киоска * увидела Б., стоявшего возле автомобиля такси. Подойдя к нему, она спросила у таксиста, можно ли рассчитаться с ним путём безналичного перевода денежных средств с её банковской карты на номер его мобильного телефона, поскольку думала, что у неё при себе нет наличных денег, а за приобретение билета для Б. также собиралась рассчитаться своей картой. После получения согласия водителя такси она достала свой мобильный телефон марки * в корпусе белого цвета с золотистым отливом, с помощью которого перевела 250 рублей на указанный таксистом номер телефона. При этом заплатить за такси она согласилась сама, а Б. ей не угрожал и насилие к ней не применял. Далее Б. стал просить у неё денежные средства в сумме 4000 рублей, пояснив, что ему необходимо выкупить свой мобильный телефон и паспорт, однако она отказала ему, сославшись на отсутствие у неё наличных денег. Тогда Б. заявил, что не верит ей, и продолжал настаивать, чтобы она заняла ему денег или помогла найти их в другом месте. Она ответила, что у неё нет возможности помочь ему, а также не обязана делать это, так как они расстались. В этот момент около 16 часов 20 минут Б., видя у неё в правой руке мобильный телефон, выхватил его, сказав, что её телефон лучше, чем у него, и нужен ему, положив его в левый боковой карман своих брюк. На её просьбы вернуть ей телефон Б. ответил, что его не отдаст и чтобы она о нём забыла. Тогда она решила забрать свой телефон у Б. сама, попытавшись достать его из кармана последнего, чему тот начал препятствовать, схватив её за кисть правой руки и удерживая, а также схватил её за кисть левой руки, выворачивая ей пальцы, а именно - стал выгибать средний и указательный пальцы левой руки в сторону, отчего она испытала физическую боль, закричав, что её грабят, и позвав на помощь прохожих, которые никак не отреагировали. Видя, что звать на помощь бесполезно и ей в одиночку не справиться с Б., который продолжал удерживать её за руку и причинять физическую боль, выкручивая пальцы, она прекратила попытки забрать у него свой телефон. В этот момент её телефон стал звонить, поэтому, по её просьбе, Б. достал телефон из кармана и сообщил, что звонит её дочь Л., но передать ей телефон вновь отказался. Примерно в 17 часов ей удалось выхватить телефон из руки Б. и ответить на звонок дочери, которую она попросила подойти к ней на остановку, поскольку, когда захотела уйти сама, Б. схватил её за запястье левой руки и стал удерживать, сильно сдавив ей руку, в результате чего она почувствовала физическую боль. Об этом она сказала Б., который, видя, что она перестала пытаться уйти, отпустил её руку. В дальнейшем её дочь Л. говорила ей, что слышала данные слова до того, как подошла к ним на остановку, пока она была с ней на связи и не отключила телефон. Когда Л. подошла к ним, она сразу отдала ей свои телефон и сумку, чтобы Б. их не похитил, и велела дочери бежать домой. Взяв её вещи, Л. побежала в сторону дома на *** куда Б. собирался последовать за ней, сделав движение в ту же сторону, однако она преградила ему путь, встав перед ним. Затем около 17 часов 30 минут, находясь там же, примерно в десяти метрах от киоска * Б. снова стал требовать у неё передать ему 4000 рублей для выкупа его мобильного телефона, на что она ответила, что готова только купить ему билет до дома на деньги, которые находятся на её банковской карте. При этом в тот день она была одета в синтепоновую куртку сиреневого цвета с наружными боковыми карманами, которые были открыты. В левом кармане у неё лежали деньги в сумме 2000 рублей, двумя купюрами по 1000 рублей, о наличии которых она первоначально забыла. Данные денежные средства, видимо, увидел Б. и выхватил их из кармана её куртки. Она просила его вернуть деньги, но он отказался, пояснив, что ему необходимы ещё 2000 рублей, однако ей не угрожал и никакого насилия к ней не применял. После того, как она сказала, что больше денег у неё нет, Б. отвлёкся, увидев своих знакомых в киоске * и направился к ним, чем она воспользовалась, понимая, что всё равно не сможет забрать у него свои денежные средства, а возвращать их ей сам тот не намерен, села в маршрутку и уехала. Примерно в 18 часов она приехала домой, где в подъезде дома её ожидала Л., у которой не было ключей от квартиры, и сообщила ей, что она позвонила её брату А., рассказав ему о случившемся. Взяв у дочери свой телефон, она также дозвонилась до А. и сообщила ему о совершённом в отношении неё преступлении. В связи с тем, что в результате применённого к ней Б. насилия у неё сильно болела рука, она в тот же вечер обратилась в травмпункт, расположенный в поликлинике ** ***, где её осмотрел врач и назначил ей пройти рентген, от которого она отказалась из-за большой очереди, уехав домой. Больше за медицинской помощью она никуда не обращалась и не лечилась, хотя средний и указательный пальцы на её левой руке болели ещё около двух недель. Мобильный телефон марки * который Б. пытался у неё похитить и в настоящее время находится при ней с копией кассового чека, она покупала **** за 13890 рублей и, с учётом его износа, оценивает в 10000 рублей. В данном телефоне находилась сим-карта с абонентским номером ** которая материальной ценности для неё не представляет. Фактически действиями Б., которого она желает привлечь к уголовной ответственности за содеянное, ей был причинён материальный ущерб в размере 2000 рублей, который на данный момент не возмещён (л.д.34-35, 76-78, 79-81, 202-205 т.1). 

Вышеприведённые показания в судебном заседании потерпевшая подтвердила в полном объёме, уточнив, что перед тем, как Б. выхватил мобильный телефон у неё из рук и положил его к себе в карман брюк, насилие он к ней не применял, а физическую боль она ощутила, лишь когда попыталась забрать у него телефон обратно; при этом карманы её куртки подсудимый не обшаривал, был настроен и вёл себя агрессивно, поскольку после того, как она вернула свой телефон себе, он удерживал её за руку, чтобы она не ушла; при себе у Б. находился кнопочный мобильный телефон; в процессе хищения её телефона и денежных средств очевидцев не было, несмотря на её неоднократные просьбы, подсудимый возвращать их ей отказался; кроме того, после проведения её допроса в суде она обратилась с заявлением в отдел полиции ** «Железнодорожный» Управления МВД по *** по факту поступающих от Б. по телефону угроз, связанных с рассмотрением настоящего уголовного дела, в ходе которых подсудимый требовал от неё забрать своё заявление и изменить данные ею показания, угрожая ей и её дочери. 

Свидетель Свидетель №1 на стадии предварительного расследования и в суде сообщил, что он проживает совместно со своей родной сестрой С. и её несовершеннолетней дочерью С. **** примерно в ****, когда он отсутствовал дома, ему на мобильный телефон позвонила его племянница Е., которая рассказала о том, что бывший супруг её матери (его сестры Н. Б. совершил в отношении последней какие-то противоправные действия. При этом Е. была очень взволнована и плакала, поэтому многое из её рассказа ему было не понятно. Насколько он понял, Б. хотел забрать у Н. мобильный телефон, толкал её и наносил ей удары, находясь в районе железнодорожного вокзала ***, пока Е. стояла в очереди у кассы вокзала, а затем подошла к матери, которая передала ей свои сумку и мобильный телефон, о чём также в дальнейшем ему рассказывала сама Н.. Когда он приехал домой к сестре и племяннице, то увидел, что у Н. ногти на руках поломаны, пальцы опухшие, а сама она взволнована и расстроена. Со слов Н., Б. забрал у неё денежные средства, а также хотел забрать её телефон, который она отдала Е., и та убежала с ним. Кроме того, его сестра жаловалась на боль в руке и решила обратиться за медицинской помощью, в тот же день поехав в поликлинику **. Также ему известно, что ранее Б. был судим за причинение побоев С., которые наносил последней в присутствии её дочери (л.д.82-84 т.1). 

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля С., данных в ходе предварительного следствия в присутствии её законного представителя и педагога, а также исследованных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон, следует, что она проживает со своими мамой С., дядей Свидетель №1 и бабушкой. **** около 16-17 часов они с мамой на автомобиле приехали на железнодорожный вокзал «Новосибирск-Главный». При этом мама объяснила ей, что необходимо купить билет на поезд её бывшему мужу Б., который неоднократно звонил маме и требовал деньги, чтобы уехать из ***. Поставив машину на стоянку, они зашли в здание вокзала, после чего мама ушла, а она осталась её ждать. Через некоторое время мама позвонила ей и попросила подойти к остановке общественного транспорта, расположенной рядом с гостиницей * В этот момент она услышала по телефону, как мама кому-то говорит отпустить её руку и не трогать её, а также что ей больно. Когда она пришла на остановку, то увидела там маму, которая была взволнована, и Б., пытавшегося схватить её за руки. При этом мама уворачивалась от Б., отталкивала его руки и просила не трогать её или отпустить. Какого-либо другого насилия Б. в отношении её мамы при ней не применял, ничего не говорил, а также никаких угроз и требований той не высказывал. У мамы в руках находились женская сумка и телефон, которые та, увидев её, передала ей и велела идти домой. Тогда она поняла, что у мамы с Б. произошёл конфликт, направилась домой, как ей сказала мама, и по дороге позвонила своему дяде Свидетель №1, рассказав ему о случившемся. В связи с отсутствием у неё ключей от квартиры, придя домой, она стала ждать маму в подъезде. Ранее во время совместного проживания Б. с ними последний избивал её маму, поэтому она очень переживала за неё. Примерно через 30 минут, когда мама пришла домой, она слышала, как та по телефону разговаривала с дядей о том, что Б. хотел забрать у неё мобильный телефон, но не смог, поскольку мама передала его ей (С.), после чего тот забрал у мамы деньги. Кроме того, она видела, что у мамы были сломаны ногти на руках, а также болела левая рука, в связи с чем они с мамой поехали в больницу (л.д.72-75 т.1). 

Помимо вышеприведённых показаний потерпевшей и свидетелей, факт совершения Б. противоправных действий в отношении С. объективно подтверждается следующими письменными материалами: 

- заявлением о преступлении, зарегистрированным в КУСП за ** от ****, где С. сообщила о том, что она проживает со своими матерью и малолетней дочерью Е. (13 лет); ранее она состояла в браке с Б., **** года рождения, который они расторгли **** в связи с тем, что Б. причинял ей побои в присутствии её дочери, а также угрожал ей убийством; около трёх дней назад Б. позвонил ей на мобильный телефон и попросил у неё денежные средства, чтобы уехать домой, на что она ответила отказом, пояснив, что денег у неё нет и занимать их она ни у кого не будет; однако Б. продолжал звонить ей неоднократно и просить у неё деньги на билет, в том числе **** в 15 часов, сказав, что будет находиться в её подъезде до тех пор, пока она не даст ему денег, в связи с чем она, опасаясь совершения с его стороны противоправных действий в отношении себя и своей малолетней дочери, согласилась купить Б. билет, договорившись встретиться с ним в районе железнодорожного вокзала ***; придя на остановку общественного транспорта * вместе с дочерью, где уже находился Б., она, по его просьбе, согласилась оплатить услуги такси, пояснив, что наличных денежных средств у неё нет, поэтому она может перевести деньги водителю такси со своей банковской карты; когда она взяла в руки свой мобильный телефон, Б., увидев его, заявил, что он ему нужен и выхватил телефон у неё из рук; она неоднократно требовала у Б. вернуть ей телефон, но тот не отдавал его, в результате чего между ними возник конфликт, в ходе которого Б. хватал её за руки, спрятав телефон к себе в карман, однако в какой-то момент она смогла вырвать его обратно; в связи с тем, что Б. был настроен очень агрессивно и мог забрать всё, что находилось при ней, она попросила Е. бежать домой, не желая, чтобы та присутствовала при их конфликте, а также отдала ей свою сумку с телефоном, удерживая в это время Б., который каким-то образом причинил ей побои в виде ушиба пальца на левой руке; когда её дочь убежала, Б. стал просить её отойти подальше, опасаясь, что его могут заметить сотрудники полиции, на что она ответила отказом; затем Б. потребовал у неё деньги, сообщив, что должен кому-то их отдать, на её пояснения об отсутствии у неё денежных средств не реагировал, после чего резко залез рукой в карман её куртки, где находились две купюры достоинством 1000 рублей, забрав их себе; она просила его вернуть деньги, но он их не отдал, а когда отвлёкся на разговор с каким-то молодым человеком, она быстро села в маршрутное такси и уехала домой, где находилась её дочь Е., которая из-за отсутствия ключей не могла попасть в квартиру; впоследствии, в связи с тем, что боль в её левой руке не проходила, она обратилась за оказанием медицинской помощи в поликлинику ** ***; просит провести проверку по данному факту и привлечь Б. к уголовной ответственности (л.д.3-4 т.1); 

- рапортом старшего УУП ОУУП и ПДН ОП ** «Железнодорожный» УМВД России по *** Т. от ****, согласно которому материал по факту обращения С. за оказанием медицинской помощи (КУСП ** от ****) приобщен к ранее зарегистрированному материалу по заявлению С. о совершении в отношении неё противоправных действий (КУСП ** от ****) (л.д.10 т.1); 

- сообщением из медучреждения от ****, из которого следует, что по результатам осмотра С. в ГКП ** поставлен диагноз – ушиб второго пальца левой кисти (л.д.15 т.1); 

- заключением эксперта ** от ****, из выводов которого следует, что у С. имелись телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей 2-го пальца левой кисти в виде отёка, болезненности при пальпации и ограничения движения, которые образовались в срок, возможно, ****, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (л.д.88-89 т.1); 

- протоколом выемки от ****, в ходе которого в кабинете ** отдела полиции ** «Железнодорожный» Управления МВД России по ***, расположенного по адресу: ***, у потерпевшей С. были изъяты мобильный телефон марки * копия кассового чека (л.д.95-98 т.1); 

- протоколом осмотра предметов от ****, а именно - мобильного телефона марки * в корпусе белого цвета и копии кассового чека от **** о приобретении указанного телефона за 13890 рублей (л.д.99-101 т.1); 

- протоколом осмотра места происшествия от **** с прилагаемой фототаблицей, согласно которому с участием потерпевшей С. был осмотрен участок местности у остановки общественного транспорта «*» ***; при этом установлено, что остановочный павильон расположен вдоль проезжей части ***; слева от остановочного павильона находится киоск * расположенный по адресу: ***; справа расположен киоск по продаже мороженого; в процессе осмотра места происшествия потерпевшая указала на место, расположенное примерно в десяти метрах от остановочного павильона, где Б. забрал у неё денежные средства и мобильный телефон (л.д.105-108 т.1); 

- справкой из ГАУЗ НСО «ГКП **» **/Б-1, согласно которой медицинская помощь, оказанная С., была оплачена ГАУЗ НСО «ГКП **» страховой медицинской организацией в размере 859 рублей 54 копеек (л.д.208 т.1). 

Анализ и сопоставление собранных по делу доказательств позволяет суду прийти к выводу о виновности подсудимого в совершении инкриминируемого преступления. 

При этом суд находит несостоятельными и обусловленными избранным законным способом защиты от предъявленного обвинения показания Б. в той части, где он, отрицая факт совершения им открытого хищения мобильного телефона и денежных средств его бывшей супруги С. с применением к последней физической силы, утверждал о том, что в ходе встречи и разговора на железнодорожном вокзале ***, с разрешения потерпевшей, взял её телефон для осуществления звонка своим родителям и после этого вернул его обратно, а затем С. добровольно передала ему обещанные ранее 2000 рублей для приобретения проездного билета до его дома, поскольку такие утверждения полностью опровергаются вышеперечисленными доказательствами стороны обвинения и противоречат фактически установленным обстоятельствам дела. 

В свою очередь суд считает достоверными и кладёт в основу приговора показания потерпевшей С., которая на стадии досудебного и судебного производства, как при проведении её допроса, так и в ходе очной ставки с обвиняемым, последовательно и категорично поясняла о неоднократных звонках её бывшего супруга Б. с просьбой занять ему денег, которые тот прежде никогда ей не возвращал; о её вынужденном согласии встретиться с ним на остановке общественного транспорта * оплатив услуги его такси и купив ему билет на поезд; для чего она и её дочь С. вместе приехали на вокзал, где подсудимый, потребовав у потерпевшей денег и получив отказ, сначала выхватил из её рук мобильный телефон, положив его к себе в карман брюк и отказавшись возвращать обратно, а при попытке последней забрать телефон схватил её за левую руку и стал выгибать указательный и средний пальцы, причиняя ей сильную физическую боль; после того, как ей удалось выхватить свой телефон из его рук и передать сумку с телефоном своей дочери, которая уехала домой, продолжил требовать у неё денежные средства, а затем вытащил из наружного бокового кармана её куртки 2000 рублей и забрал их себе, игнорируя её просьбы вернуть деньги обратно; в связи с чем в тот же день вечером она обратилась в травмпункт за медицинской помощью и в течение двух недель испытывала болезненные ощущения в пальцах. 

Факт встречи Б. со С. в конкретном месте, в ходе которой подсудимый хватал потерпевшую за руки, та его отталкивала и просила её отпустить, подтвердила несовершеннолетний свидетель С., которая после возвращения С. домой сопровождала её в поликлинику, а также о попытке Б. забрать мобильный телефон и хищении им денежных средств потерпевшей узнала из телефонного разговора последней со Свидетель №1, чьи показания относительно эмоционального состояния его сестры и племянницы непосредственно после совершения преступления и наличия у С. травмы в области пальцев руки в результате противоправных действий именно Б. в целом согласуются с пояснениями вышеназванных лиц, заслуживают доверия и сомнений у суда не вызывают. 

Оценивая показания потерпевшей и свидетелей, суд признаёт их правдивыми и убедительными, взаимно дополняющими друг друга и не противоречащими исследованным письменным материалам дела, в частности: заключению судебно-медицинского эксперта относительно характера, локализации и срока образования имевшегося у С. телесного повреждения, рапортам и справкам сотрудников полиции, заявлению пострадавшей о преступлении и медицинским документам, результатам осмотра места происшествия, выемки и осмотра вещественных доказательств, где зафиксированы факты и обстоятельства, аналогичные изложенным в показаниях допрошенных лиц. 

Каких-либо существенных противоречий, способных повлиять на выводы суда о юридически значимых обстоятельствах дела и доказанность вины Б. в содеянном, вышеприведённые показания потерпевшей и свидетелей не содержат. 

По убеждению суда, разница в объёме показаний потерпевшей С. и свидетеля Свидетель №1 на предварительном следствии и в судебном разбирательстве вызвана достаточно продолжительным (свыше четырёх месяцев) периодом времени, прошедшим с момента событий преступления до дня допроса конкретных лиц в судебном заседании, что не могло не отразиться на воспроизведении ими отдельных подробностей случившегося, с учётом индивидуальных особенностей восприятия и запоминания окружающей обстановки каждым человеком. 

Что касается некоторых расхождений в первоначальных показаниях потерпевшей, которые в рамках предварительного расследования уточнялись и дополнялись в процессе её последующего допроса в части описания и последовательности действий подсудимого, связанных с завладением имущества С. и применением в отношении неё конкретного насилия, то данное обстоятельство требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит и о ложности основополагающих показаний потерпевшей не свидетельствует. 

Доводы стороны защиты об обратном со ссылкой на пассивное поведение потерпевшей во время и после совершения в отношении неё преступления высказаны вопреки её собственным пояснениям относительно безуспешных попыток позвать на помощь и уйти, пока Б. удерживал её за руку и вёл себя агрессивно, которые ничем не опровергнуты и оснований которым не доверять у суда нет. Факт обращения С. с соответствующим заявлением в правоохранительные органы только через два дня с момента содеянного, равно как и отсутствие в сообщении из медучреждения, поступившем в отдел полиции, указания на получение ею травмы в результате хищения имущества, правового значения не имеет, а также представляется оправданным в условиях эмоционального и физического состояния потерпевшей. 

То, что свидетель Свидетель №1 не являлся очевидцем совершённого преступления, пояснив об известных ему обстоятельствах произошедшего со слов других лиц - С. и несовершеннолетней С., которые состоят с ним в родственных отношениях, само по себе не исключает возможности использования данных им показаний в качестве доказательств по настоящему уголовному делу, учитывая, что указанный свидетель назвал источник своей осведомлённости о конкретных фактах, которые на слухах или предположениях не основаны, а также в установленном порядке предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и в осуждении Б. не заинтересован. 

Аналогичным образом суд не усматривает оснований для оговора подсудимого потерпевшей по мотиву личных неприязненных отношений между ними, которые при отсутствии убедительных доказательств не могут служить достаточной причиной для заведомо ложного обвинения лица в совершении тяжкого преступления, тогда как утверждение Б. о ревности и обиде со стороны С., на которую якобы могла оказать влияние её мать, является надуманным и голословным. 

Помимо этого, судом по ходатайству стороны защиты был допрошен свидетель О., который показал, что с Б. он знаком около трёх месяцев и ранее общался с ним в одной компании, а также один раз встречал его бывшую супругу С. **** в дневное время он вместе с Б. и ещё двумя их знакомыми на такси приехал на железнодорожный вокзал * При этом Б. попросил его вызвать такси и поехать с ним на вокзал, чтобы занять деньги у своей бывшей жены, пообещав вернуть ему (О.) денежный долг в размере 300 рублей. Пока они сидели в машине, Б. встретился со С., которая рассчиталась с водителем такси безналичным способом через мобильный телефон, после чего все вышли из автомобиля. Двое их знакомых зашли в киоск * он стоял на улице и курил, а Б. и С. разговаривали возле киоска на повышенных тонах и ругались. В ходе разговора, которого он не слышал, возможно, что Б. и С. что-то друг другу передавали, совершая какие-то движения руками, однако точно он их не разглядел, так как находился далеко от них, на расстоянии примерно 10-15 метров, был в состоянии похмелья и особо не присматривался. Требований о передаче мобильного телефона и денег со стороны Б. он также не слышал; не видел, чтобы тот вырывал их из рук либо забирал из одежды С., применяя к ней насилие; равно как и то, что последняя швыряла в Б. денежные купюры, а тот поднимал их с земли и возвращал ей. Момента прихода несовершеннолетней С. он также не помнит. В процессе общения, которое продолжалось в течение 30 минут, Б. и С. не стояли на одном месте и периодически перемещались. После того, как они поговорили, Б. подошёл к нему и вернул ему долг, передав три купюры по 100 рублей, поэтому он предположил, что тот занял деньги у бывшей жены, хотя сам Б. ничего ему ни об этом, ни о мобильном телефоне С. не пояснял. Далее кто-то из их знакомых (А вызвал такси, на котором он и Б. уехали с вокзала вместе, разойдясь на Западном жилмассиве. По дороге они с Б. не разговаривали. Был ли у Б. при себе в тот день мобильный телефон, он не помнит. Насколько часто ранее Б. занимал денежные средства у своей бывшей жены, ему не известно. 

Оценивая показания вышеназванного свидетеля, а также показания подсудимого, данные им на стадии судебного разбирательства и предварительного расследования, суд руководствуется правилами ст.ст.17 и 88 УПК РФ, по смыслу которых никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, поэтому вопрос о наличии события преступления и виновности в нём конкретного лица разрешается исходя из установленных фактических обстоятельств дела на основании совокупности всех собранных по делу доказательств, а не в зависимости от мнения того или иного участника процесса. 

При таком положении суд признаёт достоверными и соответствующими действительности лишь те показания Б. и О., которые наиболее согласуются с другими исследованными доказательствами и не противоречат объективно установленным по делу фактам, а именно - где указанные лица подтвердили обстоятельства встречи подсудимого в связи с его нуждаемостью в деньгах со С. в конкретном месте и период времени, в процессе которой между ними произошёл словесный конфликт, после чего у Б. появились наличные денежные средства; однако учитывает, что О., хотя и присутствовал на месте происшествия, в непосредственной близости от подсудимого и потерпевшей не находился, полноценно инкриминируемые события не наблюдал и противоправных действий Б. в отношении С. категорично не исключил, в связи с чем определяющего доказательственного значения показания этого свидетеля не имеют; в то время как к версии подсудимого, приводимой им в свою защиту и касающейся добровольной передачи ему потерпевшей денежных средств и мобильного телефона, относится критически и связывает её со стремлением Б. избежать уголовной ответственности и наказания за совершение тяжкого преступления. 

Одновременно, полагая данную версию несостоятельной, суд принимает во внимание, что она не только опровергается совокупностью вышеприведённых доказательств стороны обвинения, но и противоречит отдельным пояснениям самого подсудимого в ходе досудебного и судебного производства в части обстоятельств его договорённости и цели встречи со С., способа получения им от последней денежных средств, её поведения и причин его отказа от приобретения проездного билета в тот же день.

Так, в судебном заседании Б. утверждал о том, что он изначально по телефону договаривался с потерпевшей о займе в размере 2000 рублей, которые та согласилась одолжить ему, однако предложила приобрести для него проездной билет, лишь когда они встретились на железнодорожном вокзале и при нём отсутствовали собранные вещи; хотя на предварительном следствии подсудимый пояснял, что в ходе телефонного разговора со С., попросив у неё деньги на билет до дома, конкретную сумму он не оговаривал, а последняя, позвонив ему перед встречей на вокзале, сообщила о своём намерении купить для него билет на поезд, поэтому условия согласия потерпевшей на встречу и предназначение имевшихся при ней денежных средств Б. были известны. 

Из первоначальных показаний подсудимого следует, что при встрече с ним С. добровольно передала ему сначала 1000 рублей, а после его слов о недостаточности данной суммы достала из кармана своей куртки ещё 1000 рублей, бросив в него денежные купюры, которые он ей вернул, а затем, когда потерпевшая успокоилась, принял от неё 2000 рублей, чтобы купить проездной билет самому и уехать домой на следующий день; согласно же последующим показаниям Б., С. сперва швырнула в него денежную купюру достоинством 1000 рублей, которую он передал ей обратно, после чего, успокоившись, добровольно отдала ему 2000 рублей.

В ходе судебного разбирательства подсудимый также настаивал на том, что указанное в заключении эксперта телесное повреждение могло быть получено потерпевшей в результате размахивания ею руками и удара об замок его куртки, в связи с чем он пытался успокоить её, взяв за руки, о чём ранее, признавая факт ссоры и разговора со С. на повышенных тонах при отсутствии с его стороны какого-либо физического воздействия, не пояснял. 

Все необходимые следственные действия по настоящему уголовному делу осуществлялись в рамках уголовно-процессуального закона, оформлялись документально уполномоченными должностными лицами и проводились в условиях соблюдения законности и конституционных прав участников при производстве соответствующих действий, которые в установленном порядке заинтересованными лицами не обжаловались. 

В соответствии с действующим законодательством, органы предварительного расследования самостоятельны в определении объёма проводимых следственных действий и перечня истребуемых доказательств, подтверждающих, по их мнению, причастность конкретного лица к совершению преступления и обоснованность предъявленного ему обвинения. 

В связи с этим отсутствие в материалах дела записей с камер видеонаблюдения, установленных на месте происшествия и зафиксировавших противоправные действия Б. в отношении С., ходатайств об истребовании которых стороной защиты ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании не заявлялось, во всяком случае не свидетельствует о неполноте досудебного производства при наличии достаточной совокупности иных доказательств виновности подсудимого в содеянном. 

Ссылка же подсудимого на непроведение допроса других, помимо свидетеля О., возможных очевидцев его встречи и разговора с потерпевшей, в частности, П. и девушки по имени Анастасия, полные анкетные данные которых следственным органам и суду не предоставлены, а явка в судебное заседание не обеспечена, на доказанность вины Б. в инкриминируемом преступлении также не влияет. 

Таким образом, все представленные стороной обвинения доказательства являются относимыми, допустимыми и достоверными, признаками, перечисленными в ч.2 ст.75 УПК РФ, не обладают, а их совокупность признаётся судом достаточной для разрешения настоящего уголовного дела и постановления в отношении Б. обвинительного приговора. 

Давая правовую оценку содеянному подсудимым, суд исходит из совокупности проанализированных доказательств и объективно установленных фактических обстоятельств дела, согласно которым **** в период с **** Б., находясь на остановке общественного транспорта * по адресу: ***, действуя умышленно и противоправно, из корыстных побуждений и с целью материального обогащения, открыто и безвозмездно, не имея на то законного права, вопреки желанию и воле собственника, выхватил из рук С. принадлежащий ей мобильный телефон, который стал удерживать при себе, после попытки потерпевшей вернуть похищенное имущество схватил её за левую руку и начал выкручивать ей пальцы, тем самым причинив последней телесное повреждение в виде ушиба мягких тканей, а затем, когда С. удалось забрать свой мобильный телефон обратно, открыто похитил, вытащив из наружного кармана куртки потерпевшей, принадлежащие ей денежные средства в сумме 2000 рублей. 

При этом суд полагает необходимым при описании инкриминируемых событий уточнить последовательность совершения подсудимым противоправных действий, так как в судебном заседании из показаний потерпевшей достоверно установлено, что насилие, не опасное для жизни и здоровья, путём выкручивания пальцев руки на левой кисти осуществлялось Б. в отношении С. уже после завладения принадлежащим ей мобильным телефоном в процессе удержания виновным похищенного имущества, что требованиям ч.2 ст.252 УПК РФ не противоречит, положения подсудимого не ухудшает, не влияя на юридическую квалификацию содеянного им, а равно не нарушает принадлежащее ему право на защиту.

В свою очередь Б. действовал в присутствии С., в полной мере осознавая, что его противоправные действия носят очевидный характер для потерпевшей, чьи законные требования и попытки вернуть похищенный мобильный телефон и денежные средства проигнорировал, а в ходе воспрепятствования последней совершению преступления применил к ней физическую силу в форме насилия, не опасного для её жизни и здоровья; несмотря на то, что С. удалось пресечь хищение подсудимым части принадлежащего ей имущества (мобильного телефона), последний неправомерно завладел деньгами потерпевшей и скрылся с ними с места происшествия, получив реальную возможность пользоваться и распоряжаться похищенным по своему усмотрению.

Кроме того, по делу установлено, что единый преступный умысел Б., направленный на изъятие чужого имущества путём совершения тождественных преступных действий из одного и того же источника, то есть принадлежащего одной и той же потерпевшей, в одном месте и в течение короткого промежутка времени, был реализован виновным до конца, что в рамках продолжаемого хищения образует оконченный состав преступления. 

По мнению суда, корыстная цель в действиях подсудимого также нашла своё объективное подтверждение, поскольку он завладел денежными средствами, которыми в дальнейшем распорядился по своему усмотрению, потратив их, с его слов, на приобретение проездного билета железнодорожным транспортом до ***. 

Что касается наименования и стоимости мобильного телефона С., которым пытался завладеть Б., а также суммы похищенных им денежных средств, которая соответствует размеру материального ущерба, причинённого в результате совершения преступления, то данные факты полностью доказаны показаниями потерпевшей, которые признаны судом достоверными, согласуются с представленной ею копией кассового чека о покупке конкретного телефона, с учётом сведений о его износе на момент хищения, и в соответствующей части подсудимым не оспариваются, в связи с чем сомнений у суда не вызывают. 

Ссылка стороны защиты на отсутствие в предъявленном обвинении и тексте обвинительного заключения указания на причинение Б. физической боли С. не опровергает применение подсудимым в процессе хищения мобильного телефона потерпевшей с целью его удержания насилия, не опасного для жизни и здоровья, а соответственно, наличие в действиях виновного указанного квалифицирующего признака. 

С доводами Б. относительно противоречия заключения судебно-медицинской экспертизы в части способа образования у С. конкретной травмы обстоятельствам её получения, на которые ссылается сама потерпевшая, согласиться нельзя ввиду того, что выводов, исключающих возможность причинения ушиба мягких тканей путём выкручивания подсудимым пальцев руки на левой кисти пострадавшей, результаты экспертного исследования не содержат. 

Причастность же каких-либо других лиц, помимо Б., к причинению телесного повреждения С., равно как и получение его последней при иных, а не установленных обстоятельствах, не доказана.

Вместе с тем факт перемещения подсудимого в ходе разговора с потерпевшей, о котором поясняли С. и О., достаточным основанием для иного вывода суда о месте совершения преступления не является, поскольку из содержания показаний допрошенных лиц и процессуальных документов, в том числе протокола осмотра места происшествия, достоверно установлено, что и мобильным телефоном, и денежными средствами потерпевшей Б. завладел на остановке общественного транспорта * а именно - на участке местности, расположенном в десяти метрах от киоска * по адресу: ***. 

Принимая во внимание данные о состоянии здоровья подсудимого, его последовательные и целенаправленные действия до, во время и после совершения преступления, а также адекватное поведение в судебном заседании, суд считает Б. вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное. 

Действия подсудимого Б. суд квалифицирует по п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ как грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. 

При определении вида и размера наказания Б. суд учитывает требования ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, а именно - характер и степень общественной опасности совершённого преступления, которое отнесено уголовным законом к категории тяжких и направлено против собственности; данные о личности виновного, которые ранее судим, привлекался к уголовной ответственности за аналогичное корыстное имущественное преступление и преступление против личности; по месту регистрации участковым отдела полиции характеризуется отрицательно как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками, склонное к агрессивному поведению и состоящее под административным надзором * администрацией следственного изолятора - удовлетворительно; на учётах у нарколога и психиатра не состоит; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

К обстоятельствам, смягчающим наказание Б., суд, в соответствии со ст.61 УК РФ, относит состояние его здоровья в связи с наличием у него тяжёлого заболевания, о чём свидетельствует исследованная медицинская справка, а также пожилой возраст его родителей, которым подсудимый, с его слов, оказывает материальную помощь и поддержку. 

Отягчающим вину обстоятельством, в силу п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ, является наличие в действиях подсудимого рецидива преступлений, который, на основании п.«б» ч.2 ст.18 УК РФ, признаётся опасным. 

Исходя из категории тяжести и повышенной общественной опасности преступления, совершённого Б. в условиях непогашенной судимости за тяжкое преступление по приговору от **** и в период испытательного срока за умышленное преступление по приговору от ****; всех известных данных, характеризующих его личность, которые представлены ИЦ ГУ МВД России по *** и указывают на криминальную направленность подсудимого, его нежелание становиться на путь исправления и недостаточное исправительное воздействие на него предыдущего осуждения; фактических обстоятельств содеянного, а также совокупности смягчающих и отягчающего вину обстоятельств; суд считает возможным достижение целей наказания лишь при назначении виновному наказания в виде реального лишения свободы, которое, по убеждению суда, способствует его перевоспитанию, восстановлению социальной справедливости и предупреждению совершения им новых преступлений. 

К тому же, согласно п.п.«б» и «в» ч.1 ст.73 УК РФ, условное осуждение не назначается лицу в случае совершения им тяжкого преступления в течение испытательного срока при условном осуждении, назначенном за совершение умышленного преступления, а также при опасном рецидиве, наличие которых установлено в действиях Б. 

Оснований для назначения подсудимому иного, альтернативного лишению свободы, наказания в виде принудительных работ, предусмотренного санкцией ч.2 ст.161 УК РФ, а также изменения категории совершённого им преступления на менее тяжкую в порядке ч.6 ст.15 УК РФ, учитывая характер его преступных действий, их направленность, корыстную мотивацию содеянного и наличие отягчающего обстоятельства по делу при отсутствии обязательных условий, перечисленных в ч.ч.1 и 2 ст.53.1 УК РФ, судом не установлено. 

Аналогичным образом по настоящему делу отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного и его поведением, а равно другие обстоятельства, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного им, поэтому суд не находит возможным определить Б. более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией уголовного закона, с применением правил ст.64 УК РФ. 

Между тем, принимая во внимание конкретные данные о личности подсудимого, его материальное и семейное положение, а также совокупность установленных смягчающих обстоятельств, суд полагает целесообразным не назначать Б. дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы. 

Разрешая вопрос о сроке наказания подсудимого, суд руководствуется нормами ч.2 ст.68 УК РФ, в силу которых при рецидиве преступлений назначенное наказание не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершённое преступление, в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Оснований для применения в отношении Б. положений ч.3 ст.68 УК РФ, допускающих назначение наказания без учёта правил рецидива, не имеется. 

В силу ч.2 ст.81 УПК РФ, лицо, заболевшее после совершения преступления иной тяжёлой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, может быть судом освобождено от отбывания наказания. 

В свою очередь перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, а также правила медицинского освидетельствования осуждённых, представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью, утверждены Постановлением Правительства РФ от **** **, которое предусматривает обязательное оформление по результатам освидетельствования лица заключения медицинской комиссии о наличии или отсутствии у осуждённого соответствующего заболевания. 

В настоящее время медицинское заключение установленной формы, подтверждающее невозможность отбывания Б. наказания в местах лишения свободы, в материалах уголовного дела отсутствует и суду не представлено, что не позволяет при постановлении приговора разрешить вопрос об освобождении от наказания в порядке ст.81 УК РФ.

Одновременно суд исходит из того, что каждое лицо, содержащееся под стражей и в местах лишения свободы, обеспечивается гарантированной государством квалифицированной медицинской помощью, которая Б. на данный момент в условиях лечебно-исправительного учреждения оказывается.

Действующим же уголовно-процессуальным законодательством предусмотрен самостоятельный порядок освобождения от отбывания наказания в местах лишения свободы в связи с тяжёлой болезнью на основании ходатайства осуждённого либо исправительного учреждения, которое подлежит рассмотрению судом в рамках разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. 

При решении вопроса об отмене условного осуждения по приговору мирового судьи 2-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от **** суд исходит из того, что Б., являясь условно осуждённым за преступление небольшой тяжести, совершил новое умышленное преступление, которое относится к категории тяжких, поэтому приходит к выводу о необходимости отмены подсудимому условного осуждения в порядке ч.5 ст.74 УК РФ и назначении ему окончательного наказания по правилам ст.70 УК РФ.

Согласно п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ, с учётом наличия в действиях Б. опасного рецидива преступлений, наказание в виде лишения свободы ему следует отбывать в исправительной колонии строгого режима. 

В связи с отказом потерпевшей С. от заявленного ею в ходе предварительного расследования гражданского иска о взыскании с подсудимого Б. денежных средств в размере 2000 рублей в счёт возмещения причинённого материального ущерба, данное обстоятельство влечёт прекращение производства по указанному иску (ч.5 ст.44 УПК РФ). 

Принимая решение о судьбе вещественных доказательств по делу суд учитывает взаимосвязанные положения ст.ст.81 и 82 УПК РФ, в соответствии с которыми мобильный телефон марки * в корпусе белого цвета возвращён потерпевшей С. и подлежит оставлению в распоряжении последней; копию кассового чека от **** о приобретении указанного телефона за 13890 рублей необходимо хранить при настоящем уголовном деле постоянно. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.302-304, 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать Б. виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 4 месяца. 

На основании ч.5 ст.74 УК РФ отменить Б. условное осуждение, назначенное приговором мирового судьи 2-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от ****.

В соответствии со ст.70 УК РФ к назначенному наказанию по настоящему приговору частично присоединить не отбытое Б. наказание по приговору от **** и по совокупности приговоров окончательно определить ему к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания Б. исчислять с ****.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в ред. Федерального закона от **** № 186-ФЗ) время содержания под стражей Б. с **** до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении Б. оставить без изменения до вступления приговора суда в законную силу. 

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: 

- мобильный телефон марки «Самсунг * переданный потерпевшей, - оставить в распоряжении законного владельца С.; 

- копию кассового чека от ****- хранить в материалах уголовного дела. 

Производство по гражданскому иску потерпевшей С. прекратить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд путём подачи апелляционной жалобы, принесения апелляционного представления через Железнодорожный районный суд *** в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения им копии приговора. 

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём ему следует указать в его апелляционной жалобе на приговор либо в возражениях на жалобы, представление, поданные или принесённые другими участниками процесса. 

Председательствующий А.А. Смолина