дело № 2-356/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

21 июля 2023 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Илясовой Т.В., 

при секретаре Царевой Ю.А., 

с участием представителя ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от 28.12.2022 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к страховому акционерному обществу «ВСК», ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, 

и по встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании извещения о дорожно-транспортном происшествии недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

первоначально ФИО3 обратился в суд с иском к САО «ВСК» указав, что 01.04.2022 года в 

<

адрес> возле дома № произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ему автомобиля Hyunday Santa Fe, государственный регистрационный знак №, под его управлением и автомобиля Kia Sportage, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, в результате которого транспортные средства получили механические повреждения. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО1, риск гражданской ответственности которой на момент дорожно-транспортного происшествия был застрахован в ПАО «Группа Ренессанс Страхование» по полису серии ХХХ №. Риск его гражданской ответственности застрахован в САО «ВСК» по полису ОСАГО серии ХХХ №. Документы о дорожно-транспортном происшествии были оформлены его участниками путем заполнения извещения о ДТП, без вызова на место происшествия сотрудников ГИБДД. 07.04.2022 года он обратился в САО «ВСК» в рамках прямого урегулирования убытков, приложив необходимые документы, а также 07.04.2022 года заключил со страховщиком соглашение о замене натуральной формы возмещения на денежную. 12.04.2022 года страховщиком произведен осмотр поврежденного автомобиля, о чем составлен акт осмотра. Также страховщиком была организована независимая экспертиза. Согласно заключению №» № № стоимость восстановительного ремонта его автомобиля без учета износа заменяемых деталей составляет 1 255 рублей, с учетом износа - 957,38 рублей. 21.04.2022 года страховщиком произведена выплата страхового возмещения в размере 957,38 рублей. 

Поскольку указанной суммы было явно недостаточно для восстановления автомобиля, он обратился к независимому оценщику. Согласно отчету специалиста ФИО8 №-П стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля без учета износа составляет 67 610 рублей, с учетом износа - 52 057,76 рублей. 15.08.2022 года он обратился к страховщику с претензией об осуществлении страхового возмещения путем организации стоимости восстановительного ремонта, неустойки за нарушение срока организации ремонта, которая страховщиком оставлена без удовлетворения. Решением финансового уполномоченного от 26.10.2022 года № его требования к финансовой организации о взыскании страхового возмещения путем организации и оплаты стоимости восстановительного ремонта также оставлены без удовлетворения. При этом, оставляя без удовлетворения требования потребителя, финансовый уполномоченный принял во внимание, что потерпевший выразил свое согласие на замену натуральной формы возмещения на денежную, указав об этом в заявлении о наступлении страхового случая, а также подписав об этом соглашение со страховщиком.

Ссылаясь на положения Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) и нормы Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), а также выразив свое несогласие с решением финансового уполномоченного, истец просил суд взыскать с САО «ВСК» в его пользу недоплаченное страховое возмещение в размере 66 642,62 рублей, неустойку за нарушение сроков выплаты страхового возмещения за период с 27.04.2022 года по 18.11.2022 года в размере 134 616 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей. 

Впоследствии истцом неоднократно были уточены заявленные требования в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые также были предъявлены к непосредственному причинителю ущерба ФИО1, и ФИО3 окончательно просит суд взыскать с надлежащего ответчика в его пользу недоплаченную стоимость восстановительного ремонта в размере 26 341,92 рубля, расходы по независимой оценке в размере 8 500 рублей, почтовые расходы в размере 157,40 рублей, неустойку в размере 167 955 рублей, штраф в размере 50 % от взысканной суммы, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 45 450 рублей. Кроме того, истцом заявлялись требования о взыскании неустойки в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО1 в размере 4 772 рублей, от которых истец не отказался.

В свою очередь, ответчик ФИО1 обратилась со встречным исковым заявлением о признании извещения о дорожно-транспортном происшествии недействительным, ссылаясь на то, что на момент его составления она была введена в заблуждение относительно своей виновности в нарушении правил дорожного движения, в связи с чем оспаривала свою вину в произошедшем событии, полагая что фактически столкновения с автомобилем истца не допускала. 

Встречное исковое заявление ФИО1 принято судом для совместного рассмотрения с первоначально заявленными требованиями ФИО3 

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ПАО «Группа Ренессанс Страхование», а также финансовый уполномоченный по правам потребителей страховых услуг. 

Истец первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом. Ранее просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель ответчика САО «ВСК» в судебное заседание не явился, был надлежаще извещен о месте и времени рассмотрения дела. В представленных дополнительных возражениях просил в удовлетворении исковых требований отказать, указав, что согласно результатам судебной экспертизы размер стоимости восстановительного ремонта с учетом износа по Единой методике составил 16 600 рублей, в связи, с чем страховщиком произведена дополнительная выплата в размере 15 642,62 рублей, тем самым обязательства страховщика исполнены в полном размере, общий размер выплаченного страхового возмещения составил 16 600 рублей. При этом оснований для взыскания со страховщика стоимости восстановительного ремонта без учета износа не имеется, так как стороны заключили соглашение о смене формы страхового возмещения с натуральной на денежную. В части требований о взыскании неустойки, штрафа просили о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что размер заявленной неустойки 167 955 рублей явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства. Судебные расходы по оплате услуг представителя просили определить в порядке статей 98, 100 Гражданско процессуального кодекса Российской Федерации, в разумных пределах, при сравнимых обстоятельствах за аналогичные услуги. 

Ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена судом надлежащим образом. Ранее принимая участие в судебном заседании, возражала относительно предъявленных требований к ней о возмещении убытков, полагая, что ее вины в произошедшем событии не имеется, и на момент составления извещения о дорожно-транспортном происшествии ее ввели в заблуждение относительно виновности в произошедшем событии. 

Представитель ФИО1 - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала относительно заявленных требований ФИО3, указав, что действия истца являются недобросовестными, поскольку последний сам выбрал денежную форму, отказавшись от натуральной, заключив соглашение со страховщиком, что повлекло взыскание убытков. При этом встречные требования поддержала, пояснив, что на ФИО1 на момент произошедшего события оказывалось давление со стороны ФИО3 о ее виновности в произошедшем ДТП, в связи, с чем последняя была введена в заблуждение по факту события, полагают, что столкновения между автомобиля не было. Просила об удовлетворении встречных исковых требований. 

Представитель третьего лица ПАО «Группа Ренессанс Страхование», а также третье лицо ФИО4, финансовый уполномоченный по правам потребителей страховых услуг в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом. Направленный конверт с судебным извещением в адрес ФИО4 возвращен в суд с отметкой «истек срок хранения», что в силу положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является надлежащим извещением. 

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о дате и времени судебного заседания надлежащим образом. 

Заслушав пояснения представителя ответчика по первоначальному иску, исследовав материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами определяются Законом об ОСАГО). 

В силу пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков. В иных случаях, потерпевший вправе обратиться с заявлением о страховом возмещении к страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред. 

В силу статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству, может быть осуществлено в виде организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре) либо в виде страховой выплаты (денежная форма), с учетом ограничений, установленных данным законом. 

В то же время пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

При этом, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также методики не применяются. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что 01.04.2022 года в г. Оренбурге возле 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля Hyunday Santa Fe, государственный регистрационный знак №, под его управлением и автомобиля Kia Sportage, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, принадлежащего ФИО4

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения.

Факт дорожно-транспортного происшествия зафиксирован сторонами посредством заполнения бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии от 01.04.2022 года, без участия уполномоченных сотрудников полиции. 

На момент составления извещения водитель ФИО1 свою вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии признала, о чем указала собственноручно, подписав извещение. 

При этом водители достигли обоюдного соглашения, зафиксировали факт отсутствия у них разногласий по факту виновного лица в совершении дорожно-транспортного происшествия, а также зафиксировали обстоятельства, при которых произошло данное событие, как и ряд повреждений на автомобилях. 

Указание водителями в извещении обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, а также об отсутствии разногласий между водителями относительно этих обстоятельств явилось основанием для обращения ФИО3 к страховщику САО «ВСК» в рамках прямого урегулирования убытков с заявлением о наступлении страхового события, и признания страховщиком, ожидающим на основании пункта 3 статьи 1, пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации поведения, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, происшедшего события страховым случаем, определения размера страхового возмещения, его выплаты в соответствии с Законом об ОСАГО. 

Между тем в рамках рассмотрения дела ответчик ФИО1, оспаривая как свою вину в дорожно-транспортном происшествии, так и сам факт произошедшего события, обратилась со встречным исковым заявлением о признании извещения недействительным в соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на то, что указанное извещение было подписано ею под влиянием заблуждения относительно нарушения правил дорожного движения и под влиянием ФИО3 

Рассматривая требования ФИО1 о признании извещения о произошедшем дорожно-транспортном происшествии от 01.04.2023 года недействительным, суд исходит из следующего. 

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; вследствие причинения вреда другому лицу; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий. 

Статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании статьи 166 данного кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2).

Как указано в статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в том числе, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах. 

В соответствии со статьей 1 Закона об ОСАГО страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

Согласно статье 11.1 данного федерального закона допускается оформление документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции в порядке, установленном Банком России, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств: а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» настоящего пункта; б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом; в) обстоятельства причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характер и перечень видимых повреждений транспортных средств не вызывают разногласий участников дорожно-транспортного происшествия (за исключением случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии для получения страхового возмещения в пределах 100 тысяч рублей в порядке, предусмотренном пунктом 6 настоящей статьи) и зафиксированы в извещении о дорожно-транспортном происшествии, заполненном водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств в соответствии с правилами обязательного страхования. 

В случае оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции извещение о дорожно-транспортном происшествии, заполненное в двух экземплярах водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств, если иное не установлено настоящим пунктом, направляется этими водителями страховщикам, застраховавшим их гражданскую ответственность, в течение пяти рабочих дней со дня дорожно-транспортного происшествия. Потерпевший направляет страховщику, застраховавшему его гражданскую ответственность, свой экземпляр совместно заполненного извещения о дорожно-транспортном происшествии вместе с заявлением о прямом возмещении убытков.

В извещении о дорожно-транспортном происшествии указываются сведения об отсутствии разногласий участников дорожно-транспортного происшествия относительно обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характера и перечня видимых повреждений транспортных средств либо о наличии и сути таких разногласий.

В пункте 14 действующего на момент произошедшего события постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснялось, что, если при наступлении страхового случая между участниками дорожно-транспортного происшествия отсутствуют разногласия по поводу обстоятельств происшествия, степени вины каждого из них в дорожно-транспортном происшествии, характера и перечня видимых повреждений транспортных средств, причинителем вреда и потерпевшим может быть заключено соглашение о страховой выплате в пределах сумм и в соответствии со статьей 11.1 Закона об ОСАГО путем совместного заполнения бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 11.1 Закона об ОСАГО). 

Аналогичные положения нашли свое отражение в пунктах 23, 24 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 13.02.2018 года № 117-О, само по себе оформление документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции направлено на ускорение процесса оформления таких документов водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств и освобождения проезжей части для дальнейшего движения транспортных средств.

Оформляя документы о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции путем заполнения бланка извещения, причинитель вреда и потерпевший достигают тем самым имеющего обязательную силу соглашения по вопросам, необходимым для страхового возмещения, которое причитается потерпевшему при данном способе оформления документов о дорожно-транспортном происшествии. Соответственно, потерпевший, осуществляющий свои гражданские права своей волей и в своем интересе (пункт 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), заполняя бланк извещения о дорожно-транспортном происшествии, подтверждает отсутствие возражений относительно обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характера и перечня видимых повреждений и, следовательно, связанных с этим претензий к причинителю вреда. 

При наличии такого соглашения осуществление страховщиком страховой выплаты в соответствии со статьей 11.1 Закона об ОСАГО в упрощенном порядке прекращает его обязательство по конкретному страховому случаю (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из содержания извещения, составленного ФИО3 и ФИО1, последние указали, что дорожно-транспортное происшествие произошло 01.04.2022 года в 17:43, при управлении ФИО3 автомобилем Hyunday Santa Fe, государственный регистрационный знак №, и при управлении ФИО1, автомобилем Kia Sportage, государственный регистрационный знак № 56, при следующих обстоятельствах: автомобиль истца двигался по 

<

адрес> в общем потоке машин. В районе дома № он остановился, как и другие машины в потоке. Стоявший впереди него автомобиль под управлением ФИО1 начал катиться назад, в результате чего произошел наезд на его стоящий автомобиль Hyunday Santa Fe (истца). 

Указанные обстоятельства произошедшего события зафиксированы без каких-либо замечаний водителей, примечаний не содержат. 

В строке 18 извещения содержатся подписи водителей, в том числе ФИО1, удостоверяющих отсутствие разногласий по 14, 15, 16, 17, а именно: в отношении характера полученных видимых повреждений, обстоятельств произошедшего события, отражения схемы дорожно-транспортного происшествия. 

Свою вину в произошедшем событии ФИО1 признала, о чем собственноручно указала в строке 15 извещения. 

Таким образом, извещение от 01.04.2022 года содержит все необходимые реквизиты указанного документа, предусмотренные действующим законодательством.

В рамках рассмотрения дела истец ФИО3 по обстоятельствам произошедшего дорожно-транспортного происшествия пояснил, что 01.04.2022 года двигался по 

<

адрес> в плотном потоке машин. Впереди на расстоянии 2-3 метров на своем автомобиле двигался ответчик. Внезапно машина под управлением ФИО1 остановилась, стали загораться то стоп сигналы, то фары. Потом ее автомобиль покатился назад, так как был небольшой подъем. Он подал звуковой сигнал, но ответчик не реагировал. Он попытался отъехать назад, но сзади были машины и стали сигналить ему. Автомобиль ФИО5 продолжал медленно откатываться, он почувствовал толчок в переднюю часть автомобиля, машину качнуло. Он вышел из машины, сообщил ФИО5 о наезде. Она была напугана, сказала, что в такой ситуации первый раз и просила не вызывать сотрудников ГИБДД, так как из-за записи о дорожно-транспортном происшествии у нее вырастет стоимость оплаты страховки. Они вызвали аварийного комиссара, который помог им составить документы. При этом аварийный комиссар проверил запись видеорегистратора и убедился в том, что именно ФИО5 совершила наезд на его машину, скатившись вниз. После столкновения у него были видимые повреждения номерного знака, задет бампер. Впоследствии уже эксперт установил еще и скрытые повреждения. САО «ВСК» также проводили проверку обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, обращались в полицию, однако в возбуждении уголовного дела было отказано, с его стороны мошеннических действий не установлено. Ранее, до этого дорожно-транспортного происшествия, автомобиль имел повреждения номерной рамки, с одной стороны не имелось пластинки. Более автомобиль повреждений не имел. Все заявленные им повреждения были получены в данном дорожно-транспортном происшествии. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании по факту дорожно-транспортного происшествия дала пояснения, из которых следует, что 01.04.2022 года она двигалась на своем автомобиле в сторону дома в плотном потоке машин по 

<

адрес>. Ее автомобиль, оборудованный автоматической коробкой передач, заглох. Она пыталась его завести, но безрезультатно. Стоящие сзади автомобили стали подавать сигналы, но она не могла сдвинуть машину с места. Она не почувствовала, что автомобиль начал движение задним ходом, а также не почувствовала удара от столкновения автомобилей. К ней подошел водитель из автомобиля Hyunday Santa Fe и сообщил, что она задней частью своей машины наехала на его транспортное средство. Выйдя из своего автомобиля, она увидела, что номерной знак у машины истца был поврежден. Поскольку она впервые оказалась в дорожно-транспортном происшествии, то испугалась и не знала, как себя вести. Подписала все бумаги (извещение), однако свою вину в дорожно-транспортном происшествии не признает, поскольку полагает, что самого столкновения (удара) не было. 

В рамках рассмотрения дела судом также были опрошены свидетели ФИО11 (аварийный комиссар) и ФИО12 

Так, свидетель ФИО11 пояснил суду, что был направлен в качестве аварийного комиссара по месту дорожно-транспортного происшествия произошедшего на 

<

адрес> 01.04.2022 года. Прибыв на место, он обнаружил на месте происшествия два автомобиля Hyunday Santa Fe и Kia Sportage, которые столкнулись передней и задней частью, соответственно, в районе государственного знака и переднего бампера. Он подумал, что ситуация стандартная, и водитель автомобиля Hyunday Santa Fe не выдержал безопасный интервал до впереди движущегося автомобиля. Но оказалось все наоборот: водитель автомобиля Kia Sportage допустила наезд своей задней частью на автомобиль Hyunday Santa Fe при движении задним ходом. Данные обстоятельства он лично установил, просмотрев запись видеорегистратора на автомобиле потерпевшего. При этом водитель Kia Sportage приглашалась на просмотр записи, однако ее просматривать не стала и находилась в своей машине. Он помог водителям заполнить извещение о ДТП, они его подписали, вину в дорожно-транспортном происшествии девушка-водитель признала и не отрицала. Сомнений в произошедшем дорожно-транспортном происшествии у него не возникло, так как на видеорегистраторе четко было видно как машина Kia Sportage остановилась, у нее то загорались, то гасли стопфары. Затем автомобиль Kia Sportage стал откатываться назад. Звучали сигналы автомобилей. Водитель автомобиля Hyunday Santa Fe стал отъезжать назад, остановился, и произошел наезд автомобиля Kia Sportage на автомобиль Hyunday Santa Fe. Расстояние было достаточное между автомобилями, 2-3 метра, все событие хорошо просматривалось. 

Свидетель ФИО12 пояснил суду, что является знакомым ФИО3 01.04.2022 года ему позвонил ФИО3 и сообщил, что попал в дорожно-транспортное происшествие. Он подъехал на место события одновременно с аварийным комиссаром. Все вместе они просматривали запись видеорегистратора, из которой было видно, что автомобиль Kia Sportage, за рулем которого была девушка, наехал задней частью автомобиля на автомобиль ФИО3 Из видимых повреждений были заметны повреждения государственного знака, рамки, потертости на бампере, у автомобиля Kia Sportage была потертость снизу государственного знака на бампере.

Оснований не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей суд не усматривает, так как они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Свидетель ФИО11 является лицом не заинтересованным в исходе дела, обратного не доказано. На месте происшествия 01.04.2022 года выполнял свои обязанности в качестве аварийного комиссара, установив обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в том числе непосредственного при просмотре видеозаписи авторегистратора, данные которой изложил в своих показаниях. Его показания не расходятся с показаниями свидетеля ФИО12, который хоть и является знакомым ФИО3, однако, изложил обстоятельства аналогично показаниям свидетеля ФИО11 и объяснениям водителей, изложенным в извещении от 01.04.2022 года. 

Кроме того, показания данных свидетелей также согласуются с заключением судебной автотехнической экспертизы, согласно выводам которой часть повреждений на автомобиле истца могла образоваться при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия от 01.04.2022 года, следовательно, указанное событие, вопреки доводам ФИО1, имело место быть.

По факту возможных мошеннических действий со стороны ФИО3 по обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 03.08.2022 года, по заявлению САО «ВСК» СУ МУ МВД России «Оренбургское» следователем 2 отдела полиции проведена проверка, по результатам которой в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по факту совершения преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, части 2 статьи 159.5 Уголовного кодекса Российской Федерации, отказано. 

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьями 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе пояснения сторон и показания свидетелей по обстоятельствам произошедшего дорожно-транспортного происшествия от 01.04.2022 года, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате наезда автомобиля Kia Sportage, под управлением ФИО1, при движении задним ходом (откате) на автомобиль Hyunday Santa Fe, под управлением ФИО3 и правовых оснований для признания извещения о дорожно-транспортном происшествии от 01.04.2022 года, составленного ФИО3 и ФИО1, недействительным не имеется, поскольку воля ФИО1 на момент составления и подписания оспариваемого извещения о дорожно-транспортном происшествии была свободна и последняя имела возможность отказаться от оформления дорожно-транспортного происшествия в упрощенном порядке, уведомив о произошедшем сотрудников ГИБДД. При этом каких-либо доказательств того, что ее волеизъявление по оформлению события в упрощенном порядке ограничивалось или на нее оказывалось давление суду не представлено. Напротив, согласно пояснениям сторон, в том числе ФИО1, стороны обоюдно пришли к соглашению по оформлению дорожно-транспортного происшествия без сотрудников полиции, о чем имеются подписи каждой стороны. При несогласии с изложением обстоятельств дорожно-транспортного происшествия в извещении, ФИО1 могла указать свои комментарии, однако, этого не сделала, соглашаясь с ними и своей виной в дорожно-транспортном происшествии. 

При этом каких-либо достоверных доказательств, объективно свидетельствующих о заблуждении ФИО1 относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и о самом факте дорожно-транспортного происшествия от 01.04.2022 года, которые установлены судом на основании совокупности имеющихся в деле доказательств, в момент составления извещения о дорожно-транспортном происшествии, суду не представлено, как не представлено доказательств того, что она не могла разумно и объективно оценить ситуацию. 

К доводам ФИО1 о том, что истец ФИО3 в момент произошедшего события был с ней груб, высказывался на повышенных тонах, не могут безусловно свидетельствовать о том, что последней составлялось и подписывалось извещение о дорожно-транспортном происшествии по давлением истца, поскольку при составлении данного извещения присутствовали и иные лица, в том числе аварийный комиссар, подтвердивший достоверность изложенных в извещении данных. Кроме того, доказательств такого поведения со стороны истца в материалы дела ответчиком не представлено. 

Поскольку ФИО1, проявляя должную степень осмотрительности при оформлении извещения о дорожно-транспортном происшествии, могла отказаться от совершения данной сделки, вызвать для оформления дорожно-транспортного происшествия сотрудников ГИБДД, однако этого не сделала, согласившись со всеми изложенными в извещении сведениями, то суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения встречных требований ФИО1 о признании извещения о дорожно-транспортном происшествии недействительным не имеется. 

В соответствии с пунктом 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 8.12 Правил дорожного движения, движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Таким образом, с учетом вышеуказанных обстоятельств судом, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО1., которая при управлении транспортным средством в нарушение пункта 8.12 Правил дорожного движения при движении задним ходом не убедилась в безопасности своего маневра, создав помехи позади стоящему автомобилю, допустила наезд на автомобиль истца Hyunday Santa Fe, под управлением ФИО3 

Данное обстоятельство подтверждаются, пояснениями сторон, так и пояснениями свидетелей, извещением составленным сторонами о произошедшем дорожно-транспортном происшествии. 

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что между действиями ФИО1, допустившей нарушение Правил дорожного движения, и наступившими последствиями в виде дорожно-транспортного происшествия, повлекшего за собой причинение ущерба истцу, имеется прямая причинно-следственная связь.

Доводы ФИО1, что ее автомобиль не мог двигаться, поскольку заглох двигатель, не подтверждены какими-либо доказательствами по делу. Кроме того, истец ФИО3 и свидетель ФИО11 показали, что на видеозаписи было видно, что у автомобиля работают стопсигналы, следовательно, двигатель автомобиля работал.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца автомобиля Kia Sportage, государственный регистрационный знак № была застрахована в ПАО «Группа Ренессанс Страхование» по договору ОСАГО (полис серии ХХХ №) сроком действия с 07.06.2021 года по 06.06.2022 года).

Риск гражданской ответственности истца ФИО3 был застрахован в САО «ВСК» согласно полису ОСАГО серии ХХХ № сроком действия с 07.03.2022 года по 06.03.2023 года. 

07.04.2022 года ФИО3 обратился в САО «ВСК» с заявлением о наступлении события, являющегося страховым случаем, в рамках прямого урегулирования убытков, приложив все необходимые документы. 

Страховой компанией поврежденное транспортное средство было осмотрено, о чем составлен соответствующий акт, а также организовано проведение независимой экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства от повреждений, полученных в дорожно-транспортном происшествии 01.04.2022 года. 

Так, согласно экспертному заключению №» № № стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Hyunday Santa Fe, государственный регистрационный знак №, без учета износа составляет 1 255 рублей, с учетом износа - 957,38 рублей. 

Учитывая, что при обращении с заявлением о наступлении страхового случая 07.04.2022 года между ФИО3 и страховщиком достигнуто соглашение о замене натуральной формы возмещения на денежную, страховщиком 21.04.2022 года была произведена выплата страхового возмещения в размере 957,38 рублей (с учетом износа). 

Выразив свое несогласие с размером выплаченного страхового возмещения, истец 15.08.2022 года обратился с претензией к страховщику с требованием организовать восстановительный ремонт, а также требованием о выплате неустойки за нарушение сроков страховой выплаты. 

Направленная претензия страховщиком оставлена без удовлетворения. 

Решением финансового уполномоченного от 26.10.2022 года № требования потребителя ФИО3 о взыскании страхового возмещения путем организации и оплаты стоимости восстановительного ремонта оставлены без удовлетворения. При этом оставляя без удовлетворения требования потребителя, финансовый уполномоченный принял во внимание, что потерпевший выразил свое согласие на замену натуральной формы возмещения на денежную, указав об этом в заявлении, о наступлении страхового случая, путем указания банковских реквизитов, а также подписав соглашение со страховщиком об изменении натуральной формы страхового возмещения на денежную. 

Не согласившись с решением финансового уполномоченного, истец обратился в суд с исковым заявлением о взыскании недоплаченного страхового возмещения, а также убытков необходимых до полного восстановления поврежденного имущества, уточнив заявленные требования, предъявив их, в том числе к непосредственному виновнику ФИО1, и окончательно просил определить надлежащего ответчика. 

Таким образом, с учетом заявленных требований и определения надлежащего ответчика по возмещению причиненного ущерба потерпевшему, суду необходимо изначально установить, в полном ли размере страховщиком исполнены обязательства по страховому возмещению в рамках Закона об ОСАГО, которым предусмотрено восстановление поврежденного имущества потерпевшего путем организации восстановительного ремонта, и только после установления данного факта, определить имеет ли потерпевший право на полное возмещение ущерба со стороны причинителя вреда в виде разницы между выплаченным страховым возмещением и фактически причиненным размером ущерба. 

Проверяя обоснованность действий страховщика по урегулированию произошедшего события от 01.04.2022 года и выплате страхового возмещения в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, а также обоснованность решения финансового уполномоченного, суд приходит к следующему. 

В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 данной статьи.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего (пункт 15.1).

Если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты (пункт 15.2).

При наличии согласия страховщика в письменной форме потерпевший вправе самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта своего поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика на момент подачи потерпевшим заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта. В этом случае потерпевший в заявлении о страховом возмещении или прямом возмещении убытков указывает полное наименование выбранной станции технического обслуживания, ее адрес, место нахождения и платежные реквизиты, а страховщик выдает потерпевшему направление на ремонт и оплачивает проведенный восстановительный ремонт (пункт 15.3).

Таким образом, по общему правилу, в случае, если вред причинен транспортному средству, которое находится в собственности гражданина, страховщик обязан организовать или оплатить восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства. 

Перечень случаев, когда страховое возмещение вместо организации и оплаты страховщиком восстановительного ремонта по соглашению сторон, по выбору потерпевшего, по соглашению сторон или в силу объективных обстоятельств производится в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

В частности, подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем). 

При наличии таких исключений согласно пункту 19 статьи 12 указанного Закона размер расходов на запасные части (за исключением случаев возмещения причиненного вреда в порядке, предусмотренном пунктами 15.1 - 15.3 настоящей статьи) определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости. Размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Банком России.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснялось, что при заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере, порядке и сроках подлежащего выплате потерпевшему страхового возмещения. После осуществления страховщиком оговоренной страховой выплаты его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключение со страховщиком соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества является реализацией права потерпевшего на получение страхового возмещения, вследствие чего после исполнения страховщиком обязательства по страховой выплате в размере, согласованном сторонами, основания для взыскания каких-либо дополнительных убытков отсутствуют.

Таким образом, по соглашению страховщика и потерпевшего приоритетная для Закона об ОСАГО натуральная форма возмещения может быть заменена на денежную. При этом каких-либо ограничений для реализации такого права потерпевшего при наличии согласия страховщика действующее законодательство не содержит.

Согласно пункту 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В пункте 1 статьи 432 указанного кодекса установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Как установлено судом, после обращения ФИО3 с заявлением о наступлении страхового события в САО «ВСК», 07.04.2022 года между ФИО3 и САО «ВСК» заключено письменное соглашение №, по условиям которого стороны достигли согласия о том, что при признании страховщиком заявленного события страховым случаем по договору ОСАГО и оснований для осуществления страховой выплаты, то выплата страхового возмещения осуществляется в денежной форме в сроки и порядке, установленные Законом об ОСАГО. 

Из содержания данного соглашения следует, что указанное соглашение является добровольным, осознанным и свободным выбором заявителя на получение страхового возмещения в денежной форме. Заявитель, осуществляя такой выбор, проинформирован о своем праве на организацию восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания по направлению страховщика. 

Настоящее соглашение вступает в силу с момента подписания сторонами. 

Соглашение подписано сторонами 07.04.2022 года. 

Таким образом, анализируя действия сторон, в том числе потерпевшего, который на стадии обращения к страховщику выразил свое волеизъявление путем подписания соглашения об изменении натуральной формы страховой выплаты на денежную, суд приходит к выводу, что воля ФИО3 была направлена на изменение приоритетной формы возмещения на денежную, и последний добровольно сделал выбор в пользу получения страхового возмещения в денежной форме. 

При этом действия потерпевшего после выплаты в денежной форме страхового возмещения, и обращения к страховщику с претензией с требованием об организации восстановительного ремонта, противоречат условиям достигнутого ранее между сторонами соглашения от 07.04.2023 года. Кроме того, данное соглашение об изменении натуральной формы на денежную сторонами не изменялось, не расторгалось, недействительным не признавалось. 

Также суд учитывает, что при обращении с заявлением о выплате страхового возмещения, выбрав выплату в денежной форме, потерпевший предоставил страховщику банковские реквизиты для получения страховой выплаты. 

Как указано в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» о достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего. 

С учетом изложенных разъяснений, следует, что реализация потерпевшим данного права, то есть выбора выплаты страхового возмещения, в частности, в денежной форме, соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Нормы Закона об ОСАГО, позволяющие сторонам в отдельных, специально предусмотренных случаях отступить от установленных им общих условий страхового возмещения, не могут толковаться и применяться вопреки положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, которые относят к основным началам гражданского законодательства принцип добросовестности участников гражданских правоотношений, запрет извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1), и не допускают осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, как и действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом) (пункт 1 статьи 10).

С учетом вышеизложенного, оценивая действия истца, суд приходит к выводу, что ФИО3, подписав соглашение от 07.04.2022 года, а также указав в заявлении банковские реквизиты для его получения, недвусмысленно выразил свою волю на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты. Таким образом, изменение формы страхового возмещения с натуральной (организация ремонта) на денежную (в форме страховой выплаты) произошло с согласия потерпевшего и по его свободному выбору. 

В связи с чем суд находит обоснованными выводы финансового уполномоченного о том, что страховщиком произведена замена натуральной формы на денежную с согласия самого потерпевшего, в связи с чем оснований для организации восстановительного ремонта у страховщика не имелось. 

Следовательно, оснований согласиться с доводами истца о том, что страховщиком допущено нарушение его прав ввиду замены в одностороннем порядке формы страхового возмещения с натуральной на денежную, у суда не имеется. 

Вместе с тем, суд считает, что при определении суммы страхового возмещения ответчиком допущено нарушение прав истца, исходя из следующего. 

Как указано ранее, размер страховой выплаты страховщиком определен на основании оценки, подготовленной №, согласно которой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства, принадлежащего истцу, без учета износа составляет 1 255 рублей, с учетом износа – 957,38 рублей. 

Согласно заключению ООО «Окружная Экспертиза», подготовленному по поручению финансового уполномоченного, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 2 000 рублей, с учетом износа - 1 700 рублей. 

В обоснование заявленных требований о доплате страхового возмещения, истцом представлено заключение ИП ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ года №-П, согласно которому стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет 67 610 рублей, с учетом износа – 52 100 рублей. 

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

Каждая сторона согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В ходе судебного разбирательства в обоснование требований о доплате страхового возмещения, а также о возмещении убытков в полном объеме, при предъявлении требований, в том числе к непосредственному виновнику ФИО1, с целью проверки доводов о соответствии полученных повреждений на автомобиле истца заявленным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, а также определения стоимости восстановительного ремонта по Единой методики, и определения стоимости ремонта по Методики Минюста 2018 года, по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ФИО13 

Согласно экспертному заключению от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненному экспертом ФИО13 (с учетом сообщения об устранении технической описки) повреждения на автомобиле Hyunday Santa Fe государственный регистрационный знак №, в том числе: номерного знака переднего – деформации в левой части; кронштейн (рамка) переднего номерного знака – часть повреждений в виде деформации в левой части; площадка (кронштейн) переднего номерного знака –трещина в левой части; облицовка переднего бампера – часть повреждений в виде трещины в средней внутренней части в районе проушины крепления решетки облицовки радиатора и выступающего фиксатора энергопоглатителя (наполнителя) (напротив левой части площадки переднего номерного знака), соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 01.04.2022 года. При этом стоимость восстановительного ремонта автомобиля с применением Единой методики № 755-п, без учета износа составляет 20 507,55 рублей, с учетом износа - 16 500 рублей. 

Результаты судебной экспертизы стороны не оспаривали, напротив представитель истца уточнил заявленные требования, снизив размер недоплаченного страхового возмещения до 26 341,92 рубля, а страховщик, в свою очередь, добровольно произвел доплату страхового возмещения в размере 15 642,62 рублей. 

Оценив экспертное заключение, в том числе в совокупности с другими доказательствами, суд принимает заключение эксперта ФИО13 в подтверждение стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, рассчитанного как в соответствии с требованиями единой методики, так и исходя из среднерыночных цен в регионе эксплуатации автомобиля. Данное заключение мотивировано, содержит сведения о проведенных экспертом исследованиях. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями, предусмотренными действующим законодательством, с применением соответствующих методик. Эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

При этом, суд не может положить в основу судебного акта заключения эксперта ФИО14 №, а также заключение №», так как они противоречат установленным обстоятельствам дела. При проведении указанных экспертиз эксперты не обладали всей полнотой материалов гражданского дела, на основании которых проведена судебная экспертиза. При этом, в отличие от эксперта ФИО14 экспертом ФИО13 осматривался автомобиль истца, производилось построение модели контактировавших транспортных средств, учитывались фотографии с места дорожно-транспортного происшествия. 

Таким образом, проведенной по делу судебной экспертизой подтверждено то обстоятельство, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля Hyunday Santa Fe, государственный регистрационный знак №, с учетом износа составляет 16 500 рублей, в связи, с чем на страховщике САО «ВСК» лежит обязанность произвести выплату страхового возмещения в указанном размере. 

Учитывая, что ранее, до обращения в суд страховщиком произведена выплата страхового возмещения в размере 957,38 рублей, то размер недоплаченного страхового возмещения составляет 15 542,62 рубля.

При этом в рамках рассмотрения дела, согласно платежному поручению от 22.05.2023 года страховщиком произведена доплата страхового возмещения ФИО3 в размере 15 642,62 рублей (с переплатой в размере 100 рублей). 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации установление судом того факта, что в процессе рассмотрения дела до вынесения судом решения ответчик перечислил на счет истца требуемую им денежную сумму, не свидетельствует о необоснованности иска, а может служить основанием для указания суда о том, что решение суда в этой части не подлежит исполнению. 

Поскольку истец не отказался от исковых требований о взыскании доплаты страхового возмещения, а напротив заявил требование о взыскании убытков в полном размер, с надлежащего ответчика за их возмещение, то с учетом вышеуказанных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, при установлении судом того обстоятельства, что ответчиком САО «ВСК» не были надлежаще исполнены обязательства по полной выплате страхового возмещения при обращении к нему потерпевшего, с САО «ВСК» в пользу ФИО3 подлежит взысканию 15 642,62 рубля (с учетом произведенной страховой компанией добровольно выплатой). 

В связи с выплатой страхового возмещения в рамках рассмотрения спора, решение суда в этой части исполнению не подлежит.

Разрешая требования истца о взыскании неустойки в связи с нарушением страховщиком сроков выплаты страхового возмещения, суд исходит из следующего.

Надлежащее исполнение в силу пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации прекращает обязательство.

В пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего считаются исполненными страховщиком в полном объеме со дня получения потерпевшим отремонтированного транспортного средства. 

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

Согласно пункту 21 статьи 12 Закона об ОСАГО в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору.

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами то обстоятельство, что с заявлением о наступлении события, являющегося страховым случаем истец обратился 07.04.2022 года, следовательно, выплата страхового возмещения должна была быть осуществлена не позднее 27.04.2022 года. 

Страховщиком 21.04.2022 года произведена выплата страхового возмещения в размере 957,38 рублей. 

После обращения истца с претензией доплат страховщиком не производилось. 

Ранее судом установлено, что страховщиком обязательства по выплате страхового возмещения в полном размере не исполнены, размер недоплаченного страхового возмещения составляет 15 542,62 рубля. 

Доплата страхового возмещения произведена страховщиком в рамках рассмотрения дела только 22.05.2023 года. 

Таким образом, поскольку страховщик выплату страхового возмещения в предусмотренный 20-дневный срок в полном объеме не произвел, выплатив лишь его часть в размере 957,38 рублей (с учетом износа), то истец имеет право на взыскание неустойки (с учетом заявленного периода) с 28.04.2022 года по 22.05.2023 года, насчитанной на сумму недоплаченного страхового возмещения в размере 60 849,79 рублей из расчета: 15 542,62 рубля/100 *1%*389 дней. 

Между тем, при рассмотрении спора ответчиком заявлено ходатайство о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшении размера неустойки. 

Разрешая данное ходатайство, суд исходит из следующего. 

В силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной несоразмерности последствиям нарушенного обязательства. Снижение неустойки является в каждом конкретном случае одним из предусмотренных законом способов, которым законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушенного обязательства.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 года № 263-О), предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат не право, а обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Вопрос о наличии или отсутствии оснований для применения указанной нормы суд решает с учетом представленных доказательств и конкретных обстоятельств дела. 

При этом, как указано в пункте 20 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного 20.10.2021 года, при применении пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей, как указано в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17, возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В Постановлении Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 года № 7 разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое уменьшение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

При этом уменьшение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Таким образом, обстоятельства, которые могут служить основанием для уменьшения размера неустойки, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (часть 2 статьи 56, статья 195, часть 1 статьи 196, часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая обстоятельства рассматриваемого дела, а также принимая во внимание, что страховщиком обязательства по выплате страхового возмещения исполнены не в полном размере, размер страхового возмещения в необходимом размере страховщиком определен не был, что нашло свое подтверждение на основании результатов судебной экспертизы, при этом доказательств тому, что у страховщика отсутствовали основания для установления действительного размера страховой выплаты суду не представлено, как и не представлено доказательств, свидетельствующих об исключительности данного случая, и несоразмерности размера подлежащей взысканию неустойки, необоснованности выгод кредитора, при получении неустойки в полном размере, то суд не усматривает оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Кроме того, суд учитывает, что начисление неустойки, предусмотренной пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО является законной мерой ответственности для страховщика в случае нарушения сроков выплаты страхового возмещения потребителю, и установлен законодателем в повышенном размере в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке в целях предотвращения нарушения прав потребителей. 

При таких обстоятельствах, поскольку в установленный законом срок страховщик возложенные на него обязанности по выплате страхового возмещения не исполнил, доказательств того, что выплата страхового возмещения не произведена по вине потерпевшего, не представлено, как не представлено доказательств наличия исключительных обстоятельств, позволяющих установить несоразмерность начисленной неустойки последствиям неисполнения обязательства, принимая во внимание срок неисполнения страховой компанией обязательства по выплат страхового возмещения, а также размер довзысканного страхового возмещения, то суд считает обоснованным взыскать со САО «ВСК» в пользу ФИО3 неустойку за нарушение сроков выплаты страхового возмещения в размере 60849,79 рублей за период с 28.04.2022 года по 22.05.2023 года без применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Оснований для взыскания неустойки в большем размере, как об этом просит истец исходя из приведенном им в исковом заявлении расчета, у суда не имеется, так как данная неустойка насчитана ФИО3 на сумму ущерба в размере 41 984,54 рублей. 

Согласно статье 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке (пункт 3).

Поскольку судом удовлетворены требования истца о взыскании недоплаченного страхового возмещения с ответчика, то его требования о взыскании штрафа также являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. Размер подлежащего взысканию штрафа составит 7 771,31 рубль (15 542,62/2).

При этом каких-либо оснований для уменьшения штрафа в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает, поскольку доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что нарушение прав истца, было допущено ввиду исключительных обстоятельств или не по вине страховщика не представлено. По мнению суда, данная сумма штраф соответствует последствия нарушенного обязательства. 

Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31, отношения по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются в том числе Законом Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Из разъяснений, изложенных в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Таким образом, поскольку в рамках рассмотрения спора установлен факт нарушения ответчиком прав ФИО3 как потребителя страховых услуг, поскольку при наступлении события, являющегося страховым случаем, обязанность по выплате страхового возмещения в полном объеме и в установленные сроки САО «ВСК» не исполнена, суд находит заявленные требования обоснованными и определяет размер компенсации морального вреда в сумме 1 000 рублей, что, по мнению суда, будет отвечать принципам соразмерности и справедливости.

Учитывая, что истцом заявлены требования о взыскании убытков в полном размере с надлежащего ответчика, при этом судом в рамках рассмотрения дела установлено, что на страховщике САО «ВСК» в рамках ОСАГО в связи с наступлением события от 01.04.2022 года лежит обязательство по выплате страхового возмещения в размере 16 500 рублей, при этом реальный размер ущерба на основании судебной экспертизы составляет 42 788,92 рублей, то ответственным лицом за возмещение убытков в оставшейся части ущерба является ФИО1 по следующим основаниям. 

В отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО).

При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленного статьей 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка Российской Федерации от 04.03.2021 года № 755-П.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», право выбора страхового возмещения принадлежит потерпевшему (за исключением предусмотренных законом оснований) и реализация права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях предусмотренных подпунктами «ж», «е» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом со стороны потерпевшего, так как последний имеет право на возмещение причиненных убытков в полном размере. 

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленный в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

В пункте 64 Постановления от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также разъяснено, что при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Оценивая положения Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31.05.2005 года № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда. 

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 года № 6-П Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором. 

В связи с изложенным доводы представителя ответчика о злоупотреблении ФИО3 своим правом при выборе страхового возмещения в рамках ОСАГО в денежной форме, а затем предъявление требований о возмещении убытков в полном размере с непосредственного причинителя вреда, являются несостоятельными и основанными на неверном понимании положений как Закона об ОСАГО, так и понимания деликтных правоотношений в рамках Гражданского законодательства о праве потерпевшего на возмещение причиненного ущерба в полном размере. 

Согласно заключению судебной экспертизы стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом среднерыночных цен без учета износа заменяемых деталей составляет 42 788,92 рублей. 

Результаты указанного экспертного заключения стороны не оспаривали, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы, об опросе эксперта не заявляли, возражений в письменном и устном виде по проведенной судебной экспертизе суду не представили. Кроме того, со стороны ответчика ФИО1 не представлено каких-либо возражений относительно стоимости восстановительного ремонта, определенного с применением методики, утвержденной Минюстом 2018 года. 

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

При этом в случае непредставления участвующими в деле лицами доказательств в подтверждение или опровержение обстоятельств, имеющих значение для дела, не обращения к суду за помощью в их истребовании указанные лица несут риск неблагоприятных последствий отказа от реализации предоставленных им процессуальных возможностей. Суд самостоятельно не восполняет недостаток доказательств, не представленных участвующими в деле лицами в обоснование своей позиции и на необходимость представления которых суд указал данным лицам.

С учетом изложенного, поскольку в силу вышеприведенных норм закона лицо, право которого нарушено вправе требовать полного возмещения причиненного ему вреда, при этом юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, с учетом стоимости восстановительного ремонта, определенного при проведении судебной экспертизы без учета износа в сумме 42 788,92 рублей, и выплаченного САО «ВСК» страхового возмещения в сумме 16 600 рублей (с учетом износа и применением Единой методики), ФИО3 вправе требовать с лица, ответственного за причинение ему ущерба, в счет его возмещения 26 188,92 рублей.

Исходя из установленных обстоятельств дела и приведенных норм закона, суд приходит к выводу, что по настоящему делу лицом, обязанным возместить причиненный истцу ущерб в полном размере сверх произведенного страховой компанией страхового возмещения, является ФИО1, поскольку последняя является непосредственным причинителем вреда потерпевшему и по вине которой произошло дорожно-транспортное происшествие, и допущенная к управлению транспортного средства на законным основании. 

В связи с изложенным суд взыскивает с ФИО1 в пользу ФИО3 в возмещение убытков, причиненных в результате повреждения имущества в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 01.04.2022 года, 26 188,92 рублей (разница между стоимостью восстановительного ремонта без учета износа 42 788,92 рублей и выплаченным страховым возмещением в рамках договора ОСАГО в сумме 16 600 рублей). 

Также, истцом ФИО3 заявлены требования о взыскании с ответчика ФИО1 процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере 4 772 рублей, насчитанных истцом на сумму ущерба, заявленного к взысканию с данного ответчика, за период с 01.04.2022 года по 15.12.2022 года. От данных требований истец в ходе судебного разбирательства не отказался, в связи с чем суд считает необходимым разрешить их. 

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из разъяснений, изложенных в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», следует, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Принимая во внимание, что ФИО3 заявлены требования о взыскании с ответчика ФИО6 процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за период с 01.04.2022 года по 15.12.2022 года, то есть за период до вступления в законную силу решения суда, которым определена обязанность причинителя вреда по его возмещению, при этом соглашение о возмещении причиненных убытков между потерпевшим и причинителем вреда отсутствует, то, исходя из вышеприведенных норм закона и разъяснений по их применению, учитывая положения статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения требований истца в указанной части, поскольку право на получение таких процентов возникнет у истца с момента вступления решения суда в законную силу в случае допущения ответчиком просрочки его исполнения. 

В силу части 1 статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части, в которой истцу отказано. 

В силу части 1 статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части, в которой истцу отказано. 

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Согласно статье 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждый из ответчиков по отношению к другой стороне выступает в процессе самостоятельно.

При рассмотрении спора истцом понесены расходы по оплате независимой оценки с целью определения размера ущерба без учета износа и предъявления соответствующих требований в судебном порядке в размере 8 500 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, почтовые расходы в размере 157,40 рублей. 

Как разъяснено в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу. 

Учитывая, что требования истца удовлетворены частично, то понесенные судебные расходы подлежат пропорциональному распределению в порядке статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, данные расходы связаны с рассмотрением данного дела, и являются необходимыми в связи с обращением за судебной защитой вследствие причинения истцу ущерба, то указанные расходы подлежат возмещению истцу путем взыскания с ответчиков с учетом размера удовлетворённых требований от первоначально заявленных истцом на 48%, а также от размера удовлетворённых требований к ответчику САО «ВСК» на 74%, к ответчику ФИО1 на 26%. 

Учитывая, что истцом понесены расходы по оплате независимой оценки на сумму 8 500 рублей, то путем пропорционального распределения данные расходы подлежат истцу в размере 4 080 рублей (48%), то с САО «ВСК» подлежат взысканию в пользу истца указанные расходы в размере 3 019,20 рублей, с ФИО1 в пользу истца в размере – 1 060,80 рублей. 

Понесенные истцом почтовые расходы подлежат взысканию с САО «ВСК» в размере 75,55 рублей, поскольку данные расходы явились необходимыми в связи с разрешением первоначально заявленного спора со страховщиком. 

Расходы на оплату услуг представителя взыскиваются в разумных пределах (статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

С учетом принципа разумности и справедливости, количества проведенных по делу судебных заседаний, сложности рассматриваемого спора, объема оказанной представителем истца юридической помощи, суд считает необходимым определить размер расходов на оказание юридической помощи и подлежащих компенсации истцу в сумме 15 000 рублей, и с учетом их пропорционального распределения, в пользу истца расходы по оплате юридических услуг составляют 7 050 рублей (от размера удовлетворённых требований на 48%). 

При этом распределяя указанные расходы между ответчиками, расходы по оплате юридических услуг в размере 5 328 рублей подлежат взысканию в пользу истца с САО «ВСК», с ответчика ФИО1 в размере 1 872 рубля. 

Также в рамках рассмотрения дела по ходатайству истца была назначена повторная судебная экспертиза, расходы по оплате которой возложены на истца.

Согласно представленному счету стоимость экспертизы составила 45 450 рублей, оплата которой истцом произведена в полном размере.

Таким образом, принимая во внимание, что результаты судебной экспертизы явились доказательством по делу в подтверждение доводов истца о наступлении страхового случая, а также определения размера стоимости восстановительного ремонта с учетом износа по Единой методики, а также с применением рекомендаций Минюста 2018 года, то расходы по оплате за проведение судебной экспертизы подлежат взысканию в пользу истца с учетом размера удовлетворённых требований на сумму 21 816 рублей (от размера удовлетворенных требований на 48%). 

Таким образом, распределяя понесенные судебные расходы по оплате за проведение судебной экспертизы между ответчиками, в пользу истца с САО «ВСК» подлежит взысканию в размере 16 143,84 рублей, с ФИО1 - в размере 5 672,16 рублей. 

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку в соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче в суд исковых заявлений, вытекающих из нарушений прав потребителей, истцы от уплаты государственной пошлины освобождены, с САО «ВСК» в бюджет муниципального образования «город Оренбург» подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 2 795 рублей, исходя из удовлетворенных требований имущественного и не имущественного характера. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к страховому акционерному обществу «ВСК», ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, паспорт №, со страхового акционерного общества «ВСК», ИНН 

<

***>, невыплаченное страховое возмещение в размере 15 642,62 рублей, неустойку за период с 28 апреля 2022 года по 22 мая 2023 года в размере 60 849,79 рублей, штраф от невыплаченного страхового возмещения в размере 7 821,31 рубля, компенсацию морального вреда в сумме 1 000 рублей. 

Решение суда в части взыскания со страхового акционерного общества «ВСК» невыплаченного страхового возмещения в сумме 15 642,62 рублей не подлежит исполнению. 

Взыскать в пользу ФИО3 со страхового акционерного общества «ВСК» в счет возмещения расходов по независимой оценке 3 019,20 рублей, почтовых расходов – 75,55 рублей, расходов по оплате услуг представителя – 5 328 рублей, расходов по оплате экспертизы - 16 143,84 рубля.

Взыскать в пользу ФИО3 с ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 26 341,92 рубль. 

Взыскать в пользу ФИО3 с ФИО1 в счет возмещения расходов по независимой оценке 1 060,80 рублей, расходов по оплате услуг представителя – 1 872 рубля, расходов по оплате экспертизы - 5 672,16 рубля.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к страховому акционерному обществу «ВСК», ФИО1 отказать. 

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании извещения о дорожно-транспортном происшествии недействительным отказать. 

Взыскать со страхового акционерного общества «ВСК» в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» государственную пошлину в размере 2 795 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья подпись Т.В. Илясова

В окончательной форме решение принято 28 июля 2023 года.

Судья подпись Т.В. Илясова