61RS0012-01-2020-002315-78 Дело № 2-1786/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Волгодонск 24 сентября 2020 года 

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Кулинича А.П.,

при секретаре Филимоновой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, обязании произвести демонтаж дерева, взыскании судебных расходов, по исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о признании деятельности по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей незаконной, обязании произвести демонтаж системы видеонаблюдения, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании ущерба, указав следующее.

Ответчик является соседом истца, их земельные участки граничат. На протяжении многих лет ответчик нарушает права истца, портит его имущество, что являлось предметом судебных разбирательств. Для того, чтобы доказать нарушения своих прав, истец приобрел две видеокамеры EVL DN 10B по цене 2500 рублей каждая, и видеорегистратор EIVG V 5.0 стоимостью 4 500 рублей, и установил их на своем участке, при этом одна камера была установлена на столбе забора, стоящего на границе участков.

11.09.2019 примерно в 10 часов 00 минут сын истца увидел, как ответчик режет силовой кабель видеокамер. Это также зафиксировано самой видеокамерой и видеорегистратором.

В результате противоправных действий ответчика истцу причинен ущерб на общую сумму 10588 рублей, что подтверждается заключением негосударственного эксперта ФИО3 № 050170919.

По факту причинения вреда имуществу истец обратился в отдел полиции № 1 МУ МВД России «Волгодонское», где проводится проверка.

Кроме того, истец указал, что в нарушение требований СНИП 30-02-97 ответчик посадил на своем земельном участке яблоню на расстоянии 1 метра от смежного забора, тогда как высокие деревья следует сажать на расстоянии не менее 4 метров от забора. Крона яблони нависает над земельным участком истца, а именно над навесом, в результате чего от листвы и веток яблони забивается водосток навеса, что причиняет истцу неудобства, поскольку приходится постоянно заниматься очисткой водостока от мусора.

Ссылаясь также на то, что от постоянных противоправных действий ответчика, в том числе от причинения вреда его имуществу, он испытывает сильные душевные страдания, а ответчик смеется над ним и говорит, что ему ничего не будет, что усиливает его (истца) страдания, истец просил суд взыскать в его пользу с ответчика ущерб в размере 10588 рублей, стоимость услуг оценщика в размере 8000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, расходы на юридические услуги в размере 1500 рублей, почтовые расходы и расходы на оплату госпошлины, а также обязать ответчика убрать яблоню, расположенную на земельном участке по адресу: Ростовская 

<

адрес>, на расстоянии 1 метра от забора истца.

20.07.2020 ответчик ФИО2 обратился в суд со встречным исковым заявлением, которое принято к производству суда протокольным определением суда от 28.07.2020.

Во встречном исковом заявлении указано, что ФИО2 на праве собственности принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Ответчику ФИО1 принадлежит соседний жилой дом № № по пер. 

<

адрес>.

На своем земельном участке ФИО1 разместил гараж, который граничит с забором, расположенным на границе между их земельными участками, и незаконно занимается ремонтом автомобилей. Жизнь ФИО2 стала похожа на ужас – постоянный шум болгарки, пыль, автомобили, которые стоят возле забора и мешают проходить вдоль улицы, а также по утрам часов в 6 – 7 приезжают его (ФИО1) клиенты и сигналят.

Организация производственной деятельности на территории жилой зоны, по мнению ФИО2, свидетельствует о нарушении ФИО1 санитарно-эпидемиологического законодательства, законодательства о порядке осуществления производственной деятельности а также прав ФИО2, предусмотренных статьей 30 ЖК РФ. Также само по себе размещение предприятия по мелкому ремонту автомобилей на территории жилого дома запрещено требованиями СанПин 2.1.2.2645-10.

Кроме того, ФИО1 установил водосток, в связи с чем вода льется на земельный участок ФИО2, вызывая гибель растений.

Также ФИО2 указал, что в 2016 году ФИО1 нанес ему удар по голове металлической трубой, после чего ФИО2 попал в больницу с инсультом и стал инвалидом II группы.

В последнее время ФИО1 самовольно, без согласования с ФИО2, установил 2 видеокамеры на столб забора, стоящего на границе их земельных участков. Одна из видеокамер направлена на жилой дом и земельный участок ФИО2, что, по мнению ФИО2, является вторжением в его личную жизнь, жизнь членов его семьи и нарушением права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Всю информацию с камер видеонаблюдения ФИО1 хранит и просматривает у себя дома. Таким образом, своими незаконными действиями ФИО1 собирает информацию о ФИО2 и членах его семьи. Добровольно убрать видеокамеру отказывается.

Ссылаясь также на то, что ФИО1 своими действиями причинил ему нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях, подавленном состоянии, ухудшении здоровья, ФИО2 просил суд признать незаконной деятельность ответчика по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей по адресу: 

<

адрес>, и запретить ответчику эксплуатацию территории с целью предоставления услуг технического обслуживания автомобилей; обязать ответчика произвести демонтаж установленной видеосистемы – двух видеокамер, направленных на домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 55000 рублей.

Истец по первоначальному иску ФИО1 в судебном заседании 28.07.2020 уточнил исковые требования, окончательно просил: взыскать в его пользу с ответчика ущерб в размере 10 588 рублей, стоимость услуг оценщика в размере 8 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг, в том числе услуг представителя, в размере 21 500 рублей, почтовые расходы в размере 124 рублей и расходы на оплату госпошлины в размере 745,52 рубля, а также просил обязать ответчика демонтировать яблоню, расположенную на земельном участке по адресу: 

<

адрес> на расстоянии 1 метра от забора, граничащего с жилым домом по адресу: 

<

адрес>

В судебном заседании 10.09.2020 представителем ФИО2 - ФИО4 заявлено о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 расходов на оказание юридических услуг в размере 20000 рублей.

В судебном заседании 24.09.2020 ФИО1 и его представитель по ордеру адвокат Кириченко Н.Н. поддержали заявленные требования в уточненной редакции, просили иск удовлетворить в полном объеме.

Представители ответчика и истца по встречному иску ФИО2 по доверенности ФИО4 и по ордеру адвокат Петросов А.С. в судебном заседании поддержали встречное исковое заявление, просили его удовлетворить, а в удовлетворении первоначального иска отказать.

ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

В силу ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ФИО2

Выслушав ФИО1 и его представителя Кириченко Н.Н., представителей ФИО2 – Петросова А.С. и ФИО4, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами по делу, что ФИО1 является собственником домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> а ФИО2 – собственником домовладения, расположенного на смежном земельном участке по адресу: 

<

адрес>.

Из пояснений ФИО1 следует, что на протяжении многих лет у него с ФИО2 существуют конфликтные отношения, поскольку последний портит его имущество, что неоднократно являлось предметом судебных разбирательств. Для того, чтобы доказать факт нарушения своих прав, истец приобрел две видеокамеры EVL DN 10B по цене 2 500 рублей каждая и видеорегистратор EIVG V 5.0 стоимостью 4 500 рублей, и установил их на своем участке, при этом одна камера была установлена на столбе забора, возведенного на границе земельных участков.

11.09.2019 примерно в 10 часов 00 минут ФИО2 перерезал силовой кабель видеокамер.

Из представленных суду материалов КУСП № 8090/1145, составленных отделом полиции № 1 МУ МВД России «Волгодонское», следует, что 11.09.2019 ФИО1 обратился в полицию с заявлением о привлечении ФИО2 к ответственности за причинение вреда путем повреждения силового кабеля системы видеонаблюдения, которое привело к порче видеорегистратора EIVG V 5.0 и двух видеокамер EVL DN 10B.

Согласно объяснениям сына ФИО1 – ФИО5, данным в отделе полиции 11.09.2019, примерно в 09 часов 40 минут 11.09.2019 он увидел, что сосед ФИО2, проживающий в доме № № по 

<

адрес>, держа в руках кусачки, перекусывает провода силового кабеля системы видеонаблюдения, находящейся в домовладении по 

<

адрес>, и принадлежащей ФИО1

09.10.2019 ФИО2 был вызван в отдел полиции для дачи объяснения, однако на основании статьи 51 Конституции РФ от дачи каких-либо объяснений отказался.

10.12.2019 ФИО2 при проведении проверки в отделе полиции дал объяснения, согласно которым он увидел, что его сосед, проживающий по адресу: 

<

...>, установил на территории земельного участка ФИО2 камеру видеонаблюдения, направленную в сторону его (ФИО2) домовладения. ФИО2 попросил соседа убрать камеру, однако тот его не стал слушать, поэтому ФИО2 перекусил провода, идущие к видеокамерам.

Из объяснений ФИО6, допрошенного в ходе проверки в отделе полиции 10.12.2019, следует, что сотрудником полиции ему были переданы две видеокамеры для проведения тестирования на предмет их работоспособности. После проведения тестирования выявлен факт неработоспособности представленных камер видеонаблюдения. Ответить на вопрос о том, могли ли камеры видеонаблюдения перестать работать в результате перекуса провода питания, точно не может.

Из представленной истцом видеозаписи (л.д. 45), аналогичной той, которая имеется в материалах КУСП № 8090/1145, составленных ОП № 1 МУ МВД России «Волгодонское», следует, что именно ФИО2 перекусывает провода камеры видеонаблюдения, установленной на границе между земельными участками сторон, после чего видеозапись прерывается.

Кроме того, из вышеуказанной видеозаписи усматривается, что со стороны земельного участка ФИО2 какой-то мужчина бьет металлической лестницей по забору, принадлежащему ФИО1, в результате чего повреждает забор.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 причинен ущерб в результате повреждения видеокамер и забора, и, поскольку не доказано обратное, именно ФИО2 является лицом, причинившим соответствующий вред.

Принимая во внимание представленное ФИО1 заключение специалиста № 050170919 от 30.09.2019, составленное ФИО3, суд приходит к выводу, что общий размер причиненного ФИО1 вреда составляет 10588 рублей, из которых на восстановление забора необходимо затратить 2062,32 рубля, а на приобретение двух видеокамер и соединительных проводов и их монтаж – 8525,74 рубля.

Таким образом, суд считает, что заявленные ФИО1 требования о взыскании в его пользу материального ущерба в размере 10588 рублей являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В силу статьи 15 ГК РФ подлежат взысканию с ФИО2 также расходы ФИО1 в размере 8000 рублей на составление заключения специалиста Ф.1 от 30.09.2019, подтвержденные актом №050170919 и квитанцией-договором от 17.09.2019 № 247079 (л.д. 6, 18).

Доводы представителей ФИО2 о том, что не установлен факт невозможности восстановления работоспособности камер видеонаблюдения, подлежат отклонению, поскольку факт неработоспособности соответствующего оборудования подтвержден материалами дела, а ФИО2, как виновным в причинении вреда, не доказан факт того, что камеры возможно восстановить, а, соответственно, не доказан иной размер ущерба.

Доводы о том, что на видеозаписи не видно, кто именно наносит удары металлической лестницей по забору ФИО1, не принимаются во внимание, поскольку судом установлено, что удары по забору наносились со стороны домовладения, принадлежащего ФИО2, а, соответственно, пока не доказано обратное, именно ФИО2 должен отвечать за причиненный ФИО1 вред.

Разрешая требования ФИО1 о возложении на ФИО2 обязанности демонтировать яблоню, расположенную на его земельном участке, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что на земельном участке ФИО2 по адресу: 

<

адрес>, вблизи с границей земельного участка ФИО1 по адресу: 

<

адрес>, растет яблоня, ветки которой вместе с плодами склоняются над расположенным на границе между земельными участками навесом, принадлежащим ФИО1

Согласно ответу комитета по градостроительству и архитектуре администрации г. Волгодонска от 18.09.2020 по результатам обследования земельного участка по адресу: 

<

адрес>, выявлено, что земельный участок имеет вид разрешенного использования «индивидуальный жилой дом» и относится к зоне жилой застройки «Ж-1».

Вопросы землепользования и застройки в г. Волгодонске регулируются Правилами землепользования и застройки муниципального образования городского округа "Город Волгодонск", утвержденными Решением Волгодонской городской Думы от 19.12.2008 N 190 (далее – Правила).

В соответствии со статьей 19 Правил (в ред. от 05.12.2019) расстояние до межи, разделяющей соседние земельные участки с видом разрешенного использования «индивидуальный жилой дом» должно составлять: от стволов высокорослых деревьев - 4 м, от стволов среднерослых деревьев - 2 м.

Вместе с тем обследованием, проведенным специалистами комитета по градостроительству и архитектуре администрации г. Волгодонска, установлено, что на земельном участке по 

<

адрес>, располагается яблоня на расстоянии 1,5 метров от межи, разделяющей домовладения № и № по 

<

адрес>. При этом высота дерева составляет примерно 6 метров, а обследование проводилось только визуально.

Таким образом, поскольку иных доказательств в части расстояния от межи между участками до спорной яблони суду не представлено, а обследование земельного участка специалистами комитета по градостроительству и архитектуре администрации г. Волгодонска проводилось только визуально, расстояние до яблони и высота яблони не измерялись специальными приборами или средствами, определить, какой именно – высокорослой или среднерослой является спорная яблоня, суд достоверно не может, а, соответственно, нельзя установить, какое расстояние должно быть от межи до яблони – 2 метра или 4 метра, при том, что указанное расстояние от межи до яблони в 1,5 метра является примерным.

При таких обстоятельствах суд не имеет достаточных оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о возложении на ФИО2 обязанности демонтировать дерево-яблоню.

Вместе с тем в силу статьи 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как разъяснено в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

Учитывая изложенное, поскольку материалами дела подтверждается, что ветви и плоды спорного дерева-яблони нависают над навесом, принадлежащим ФИО1, падают на навес и забивают водосток, препятствую стоку с навеса дождевых вод (л.д. 232-234), суд считает возможным защитить права ФИО1 в соответствующей части путем возложения на ФИО2 обязанности произвести обрезку веток дерева-яблони, растущего по фасаду справа на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, таким образом, чтобы ветки и плоды дерева-яблони не касались навеса и не падали во двор и на крышу навеса домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

В силу статьи 94 ГПК РФ в пользу ФИО1 с ФИО2 подлежат взысканию также почтовые расходы, подтвержденные кассовым чеком от 15.06.2020, в размере 124 рублей.

Учитывая положения части 1 статьи 98 ГПК РФ и пункта 1 статьи 333.19 НК РФ, в пользу ФИО1 с ФИО2 подлежат взысканию подтвержденные чеком-ордером от 15.06.2020 расходы на оплату госпошлины в размере 743,52 рубля.

Расходы на оплату юридических услуг и услуг представителя подлежат удовлетворению частично в силу следующего.

Согласно статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно пунктам 11-13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая вышеуказанные разъяснения, суд считает возможным взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2 расходы на оплату юридических услуг по составлению искового заявления, подтвержденные квитанцией-договором от 15.06.2020 № 824557, в размере 1500 рублей, а принимая во внимание объем заявленных требований, объем оказанных представителями ФИО1 по данному делу услуг, что дело рассмотрено в 4-х судебных заседаниях, в каждом из которых участвовали представители ФИО1 (ФИО7 и Кириченко Н.Н.), учитывая также, что требование о демонтаже яблони фактически удовлетворено частично, принимая во внимание также принцип разумности, - взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2 расходы на оплату услуг представителя, подтвержденные квитанцией к приходному кассовому ордеру от 27.07.2020 № 14, в размере 15 000 рублей, то есть всего 16500 рублей.

Разрешая встречные исковые требования ФИО2 о признании незаконной деятельности ФИО1 по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей, запрете эксплуатации территории с целью предоставления услуг по техническому ремонту автомобилей, обязании произвести демонтаж системы видеонаблюдения, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов, суд исходит из следующего.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать.

В силу указанных норм права требования ФИО2 о признании деятельности ФИО1 по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей незаконной могут быть удовлетворены только в случае, если ФИО2 докажет, что ФИО1 занимается деятельностью по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей, а также, что занятие соответствующей деятельностью на территории домовладения, принадлежащего ФИО1, запрещено.

Между тем таких доказательств суду не представлено.

Доводы представителей ФИО2 о том, что ФИО1 постоянно шумит и пылит, а рядом с его домовладением находятся разные автомобили, не принадлежащие ему, не свидетельствуют о том, что ФИО8 занимается деятельностью по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей, поскольку не исключается вероятность того, что он осуществляет ремонт принадлежащих ему автомобилей в личных целях, что не запрещено законом.

Согласно пунктам 1.15, и 1.16 "Положения о техническом обслуживании и ремонте автотранспортных средств, принадлежащих гражданам (легковые и грузовые автомобили, автобусы, мини-трактора), РД 37.009.026-92", утвержденного Приказом Минпрома РФ от 01.11.1992 N 43, техническое обслуживание автотранспортных средств - это комплекс работ (операций), направленных на предупреждение отказов и неисправностей, обеспечение полной работоспособности автотранспортного средства (агрегата, узла, системы) в пределах эксплуатационных характеристик, установленных изготовителем. Ремонт - это комплекс работ (операций) по устранению возникших отказов (неисправностей) и восстановлению полной работоспособности автотранспортного средства (агрегата, узла, системы) в пределах эксплуатационных характеристик, установленных изготовителем.

Доказательств тому, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем с соответствующим видом деятельности и имеет реальную техническую возможность осуществлять техническое обслуживание и ремонт автомобилей на территории своего домовладения, суду также не представлено.

Учитывая изложенное, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО2 о признании деятельности ФИО1 по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей незаконной, запрете эксплуатации территории с целью предоставления услуг по техническому ремонту автомобилей.

При разрешении требований ФИО2 о возложении на ФИО1 обязанности произвести демонтаж системы видеонаблюдения – двух видеокамер (в судебном заседании устно заявлено о демонтаже одной видеокамеры, поскольку одна уже демонтирована), направленных на домовладение ФИО2, суд учитывает следующее.

В силу статьи 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как разъяснено в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ в данном случае ФИО2 должен доказать, что установленные ФИО1 две видеокамеры направлены именно на домовладение, принадлежащее ФИО2, и при этом нарушаются права ФИО2

В ходе судебного разбирательства было установлено, что одна из видеокамер, установленных ФИО1, направлена вдоль забора, расположенного на межевой границе между земельными участками сторон по делу, а полученное с нее изображение захватывает территорию земельного участка ФИО2 частично, а именно таким образом, что попасть в объектив видеокамеры можно только, если вплотную приблизиться к забору, расположенному на межевой границе.

Доказательств направления в настоящее время ФИО1 видеокамер на территорию домовладения ФИО2 таким образом, чтобы имелась возможность просматривать иные действия пользователей земельного участка ФИО2, кроме как нахождение в непосредственной близости к межевому забору, в материалах дела не имеется и истцом по встречному иску ФИО2 не представлено.

При таких обстоятельствах, учитывая также, что ФИО2 не доказано, что его права могут быть восстановлены лишь в результате демонтажа камер видеонаблюдения, суд приходит к выводу, что его требования в данной части не подлежат удовлетворению.

Что касается требований о взыскании компенсации морального вреда, то они также не подлежат удовлетворению в силу следующего.

В пункте 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьи 151 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, а также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Учитывая положения вышеуказанных норм права и разъяснения Верховного суда РФ, принимая во внимание, что доказательств вины ФИО1 в том, что он нарушает неприкосновенность частной жизни ФИО2, собирает информацию о ФИО2 и членах его семьи, не представлено, не имеется оснований делать вывод о причинении ФИО1 моральных и нравственных страданий ФИО2 нарушением его личных неимущественных прав.

Доводы ФИО2 и его представителей о том, что ФИО1 вторгается в личную жизнь ФИО2 и членов его семьи, нарушил право на личную и семейную тайну, в частности специально установил видеокамеры с целью посягательства на личную жизнь ФИО2, являются голословными, ничем не подтверждены.

Учитывая что между сторонами на протяжении длительного периода существуют конфликтные отношения, в том числе в связи с повреждением ФИО2 принадлежащего ФИО1 имущества - забора и видеокамер, наличием у ФИО2 претензий к постоянным шумам со стороны домовладения ФИО1, суд не находит оснований считать, что установка ФИО1 видеокамер связана с необходимостью слежки за личной жизнью ФИО2

То обстоятельство, что на представленной ФИО1 фотографии запечатлен член семьи ФИО2 (л.д. 232), не свидетельствует о нарушении прав ФИО2, а также не дает оснований считать, что такое действие совершено специально, с целью сбора информации о личной жизни ФИО2 и членов его семьи, поскольку соответствующая фотография сделана ФИО1 с целью обоснования своих требований о демонтаже яблони.

Учитывая изложенное, исковое заявление ФИО2 не подлежит удовлетворению, в том числе в части требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, обязании произвести демонтаж дерева, взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, ущерб в размере 10588 рублей, расходы на оплату услуг оценщика в размере 8000 рублей, расходы на оплату госпошлины в размере 743,52 рубля, расходы на оплату юридических услуг в размере 16500 рублей, почтовые расходы в размере 124 рублей, а всего 35955,52 рубля.

Обязать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, произвести обрезку веток дерева-яблони, растущего по фасаду справа на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, таким образом, чтобы ветки и плоды дерева-яблони не касались и не падали во двор и на крышу навеса домовладения по адресу: 

<

адрес>.

В остальной части в иске ФИО1 отказать.

Исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о признании деятельности по техническому ремонту и обслуживанию автомобилей незаконной, обязании произвести демонтаж системы видеонаблюдения, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 25.09.2020.

Судья Волгодонского районного суда

Ростовской области подпись А.П. Кулинич