Решение

 в окончательной форме изготовлено 24 мая 2018 года

Дело № 2-1142/18

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 мая 2018 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе председательствующего судьи Макаровой Г.В.,

при секретаре Громовой Д.А.,

представителя ответчиков ФИО1,

третьего лица ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Управлению Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Мурманской области, отделу судебных приставов Ленинского округа города Мурманска, Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о взыскании убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Мурманской области, отделу судебных приставов Ленинского округа города Мурманска, Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о взыскании убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов и компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указал, что в отделе судебных приставов Ленинского округа города Мурманска на исполнении находится исполнительное производство № о взыскании с И. А.В. в пользу ФИО3 зденежных средств в сумме 50 000 рублей. 15 ноября 2017 года судебным приставом-исполнителем отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска, ФИО2 вынесено постановление об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, а все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными. В нарушение положений пункта 1 части 6 статьи 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве» копия постановления об окончании исполнительного производства и исполнительный лист взыскателю не направлялись, об окончании исполнительного производства он узнал самостоятельно 06 января 2018 года через банк данных исполнительных производств в сети «Интернет», в связи с чем был лишен возможности обжаловать постановление об окончании исполнительного производства и повторно предъявить исполнительный документ к исполнению в пределах срока, установленного статьей 21 ФЗ «Об исполнительном производстве». 23 января 2018 года начальником отдела – старшим судебным приставом отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО4 вынесено постановление об отказе в удовлетворении его заявления от 06 января 2018 года об отмене окончания исполнительного производства № в связи с тем, что судебный пристав-исполнитель обстоятельства, на которые ссылается заявитель, считает необоснованными. 15 января 2018 года в его адрес было направлено уведомление о наличии на исполнении в отделе судебных приставов Ленинского округа города Мурманска исполнительного производства №, а также копия постановления об окончании исполнительного производства от 15 ноября 2017 года, без приложения к нему исполнительного документа. В ходе розыска имущества должника И. А.В. судебным приставом-исполнителем было установлено, что должник отбывает наказание в ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

данные изъяты>, на лицевом счете осужденного находятся денежные средства, иного имущества не установлено. В нарушение ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО2 не обратила взыскание на денежные средства, находящиеся на лицевом счете осужденного и не наложила арест на лицевой счет осужденного, вынесла 02 августа 2017 года постановление о прекращении розыскного дела. В результате бездействия судебного пристава-исполнителя на лицевой счет осужденного должника ФИО5 поступали денежные средства, на которые не было обращено взыскание, в связи с чем он распоряжался ими по своему усмотрению. Нарушение его прав как взыскателя вследствие непринятия мер по обращению взыскания на денежные средства должника причинило ему моральный вред, выразившийся в том, что он не смог получить от должника денежные средства и потратить их на нужды семьи, как планировал ранее. Просит взыскать с Управления Федеральной службы судебных приставов Мурманской области убытки в размере 50 000 рублей, а также компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей и судебные расходы в сумме 15 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил заявленные исковые требования, просил взыскать с ответчика УФССП Мурманской области убытки в размере 10 рублей 27 копеек и компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей в связи с необращением судебным приставом-исполнителем взыскания на денежные средства, находящихся на лицевом счете осужденного, а также компенсацию морального вреда по 5 000 рублей в связи с лишением возможности незамедлительно подать жалобу на постановление должностного лица, а также в связи с отказом в отмене постановления об окончании исполнительного производства и судебные расходы в сумме 15 000 рублей.

Определением суда от 02 апреля 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба судебных приставов Российской Федерации, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены судебные приставы-исполнители отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО2, ФИО6, ФИО7, Министерство финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Мурманской области.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчиков УФССП по Мурманской области, ФССП России, отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО1 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Полагала, что отсутствуют основания для возмещения истцу убытков, поскольку истцом не доказан факт возникновения ущерба вследствие противоправных действий судебных приставов-исполнителей, наличие таковых и наличие причинно-следственной связи между ними. Обратила внимание на то, что неполучение истцом присужденных денежных средств вызвано не виновными действиями (бездействиями) судебного пристава-исполнителя, а неплатежеспособностью должника. В рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем направлялись запросы в регистрирующие органы, совершались необходимые исполнительные действия, в том числе исполнительный розыск, предусмотренный статьей 65 ФЗ «Об исполнительном производстве». Указала также, что отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению неполученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника. Пояснила также, что исполнительное производство было окончено судебным приставом-исполнителем с актом о невозможности взыскания 15.11.2017, при этом срок предъявления исполнительного листа с учетом требований части 5 статьи 46 ФЗ РФ «Об исполнительном производстве» наступает не ранее 15.05.2018, а доказательств наличия у должника имущества, изменения его имущественного положения истцом не представлено, в связи с чем законные интересы истца на повторное предъявление исполнительного документа после окончания исполнительного производства с актом о невозможности взыскания в сроки, установленные ФЗ РФ «Об исполнительном производстве» не нарушены. Поскольку 14 февраля 2018 года исполнительное производство по взысканию денежных средств с И. А.В. в пользу истца возобновлено, судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об обращении взыскания на денежные средства и доходы должника, а истцом не представлено доказательств причинения ему нравственных или физических страданий, а также доказательств того, что действия судебного пристава-исполнителя противоречат действующему законодательству, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо судебный пристав-исполнитель отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО8 в судебном заседании с иском не согласилась. Пояснила, что в ходе возбужденного 16.08.2016 исполнительного производства по взысканию денежных средств с И. А.В. в пользу истца были направлены запросы в регистрирующие органы для установления имущества должника, которые положительного результата не принесли. При этом было установлено, что должник отбывает наказание в 

<

данные изъяты> УФСИН России 

<

данные изъяты>, где не трудоустроен, а денежные средства на его лицевой счет не поступали. 04.07.2017 был объявлен розыск имущества должника, по результатам которого было установлено наличие на лицевом счете должника денежных средств в размере 10 рублей 27 копеек, иного имущества должника установлено не было. Арест на указанную сумму денежных средств должника не был наложен в связи с тем, что в соответствии со статьей 446 Гражданского кодекса Российской Федерации за должником должен быть сохранен минимум имущества. Пояснила также, что после окончания исполнительного производства 15 ноября 2017 года исполнительный лист не был возвращен в адрес взыскателя в связи с отсутствием денежных средств на отправку почтовой корреспонденции, а после получения заявления от истца 14 февраля 2018 года постановление об окончании исполнительного производства отменено, исполнительное производство возобновлено. В рамках исполнительного производства направлены запросы для выявления имущества должника, а также вынесено постановление об обращении взыскания на лицевой счет осужденного и его заработную плату, направлено ходатайство об оказании содействия в трудоустройстве осужденного.

Представитель третьего лица Министерства финансов Мурманской области в ФИО9 судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась и пояснила, что действия (бездействия) судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска незаконными в установленном законом порядке не признаны, в связи с чем требования о взыскании убытков и компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Третьи лица судебные приставы-исполнители ФИО6 и ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в свое отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в рассмотрении дела, исследовав материалы настоящего гражданского дела, а также материалы исполнительного производства №, суд приходит к следующему.

В силу положений статей 52, 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Права потерпевших от злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно пункту 2 статьи 3, пункту 3 статьи 19 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «О судебных приставах» судебный пристав является должностным лицом, состоящим на государственной службе. Ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

В силу статьи 1 Федерального закона «О судебных приставах» на судебных приставов возлагаются задачи по обеспечению установленного порядка деятельности Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов, а также по исполнению судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона «О судебных приставах» ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 119 Федерального закона «Об исполнительном производстве» заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

Защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона «Об исполнительном производстве», но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из разъяснений, изложенных в пункте 82 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» следует, что по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда. То обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного этими действиям (бездействием), и их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда.

По смыслу приведенных выше правовых норм для наступления ответственности за причинение вреда, в частности, в виде возмещения убытков, причиненных бездействием судебного пристава-исполнителя по исполнению исполнительного документа необходима совокупность следующих условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда (действие или бездействие), причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению не полученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона «Об исполнительном производстве» принудительное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, возлагается на Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы.

Непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений Федеральной службы судебных приставов и судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов (далее - подразделения судебных приставов).

Полномочия судебных приставов-исполнителей определяются настоящим Федеральным законом, Федеральным законом «О судебных приставах» и иными федеральными законами.

Частью 1 статьи 36 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены судебным приставом-исполнителем в двухмесячный срок со дня возбуждения исполнительного производства, за исключением требований, предусмотренных частями 2 - 6.1 настоящей статьи.

В соответствии с положениями части 1 статьи 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с данным Федеральным законом, действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе. 

Согласно пункту 1 части 3 статьи 68 Федерального закона «Об исполнительном производстве» мерами принудительного исполнения являются, в том числе: обращение взыскания на имущество должника, в том числе на денежные средства и ценные бумаги.

Частью 2 статьи 69 Федерального закона «Об исполнительном производстве» установлено, что взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства в рублях и иностранной валюте, обращается в размере задолженности, то есть в размере, необходимом для исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, с учетом взыскания расходов по совершению исполнительных действий и исполнительского сбора, наложенного судебным приставом-исполнителем в процессе исполнения исполнительного документа.

В силу части 1 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника.

На основании части 2 статьи 100 Федерального закона «Об исполнительном производстве» взыскание по исполнительным документам обращается на заработную плату, пенсию или иные доходы граждан, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, в том числе лечебных исправительных учреждениях, лечебно-профилактических учреждениях, а также в следственных изоляторах при выполнении ими функций исправительных учреждений в отношении указанных граждан.

В соответствии с частью 5 статьи 4 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительное производство осуществляется на принципах соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения.

Судебному приставу-исполнителю предоставлено право самостоятельного определения вида исполнительных действий, подлежащих применению в конкретной обстановке, а также в конкретно складывающейся ситуации.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела 16 августа 2016 года судебным приставом-исполнителем отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО10 было возбуждено исполнительное производство № о взыскании с И. А.В. в пользу ФИО3 денежных средств в сумме 50 000 рублей.

Из материалов исполнительного производства следует, что судебным приставом-исполнителем с целью установления имущества должника были направлены запросы в регистрирующие и контролирующие органы.

В связи с невозможностью установления места нахождения должника 07 апреля 2017 года судебным приставом-исполнителем отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО2 на основании заявления истца было вынесено постановление об объявлении исполнительного розыска имущества должника И. А.В.

05 мая 2017 года судебным приставом-исполнителем (по розыску) межрайонного отдела судебных приставов по розыску должников и их имущества вынесено постановление о заведении розыскного дела в отношении имущества И. А.В.

В ходе проведения розыскных мероприятий было установлено, что должник ФИО5 отбывает наказание в ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России 

<

данные изъяты>, по состоянию на 17 июля 2017 года на лицевом счете осужденного находятся денежные средства в сумме 10 рублей 27 копеек, иного имущества не установлено, в связи с чем постановлением судебного пристава-исполнителя (по розыску) межрайонного отдела судебных приставов по розыску должников и их имущества 02 августа 2017 года розыскное дело по розыску имущества должника И. А.В. было прекращено.

При этом информация о ходе исполнительного производства по взысканию денежных средств с И. А.В. была направлена в адрес истца 24 августа 2018 года, а в объявлении исполнительного розыска должника постановлением судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска от 02.08.2017 года истцу было отказано.

15 ноября 2017 года постановлением судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО2 исполнительное производство № о взыскании денежных средств с И. А.В. в пользу ФИО3 было окончено в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, а все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными (л.д. 28, 29).

В соответствии со статьей 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительный документ, по которому взыскание не производилось или произведено частично, возвращается взыскателю, в том числе, если невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества, а также в случае, если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

Судебный пристав-исполнитель выносит постановление об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа. Возвращение взыскателю исполнительного документа не является препятствием для повторного предъявления исполнительного документа к исполнению в пределах срока, установленного статьей 21 настоящего Федерального закона.

Согласно части 5 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае возвращения взыскателю исполнительного документа в соответствии с пунктом 4 части 1 настоящей статьи взыскатель вправе повторно предъявить для исполнения исполнительные документы, указанные в частях 1,3,4 и 7 статьи 21 настоящего Федерального закона, не ранее шести месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа, а другие исполнительные документы не ранее двух месяцев либо до истечения указанного срока в случае предъявления взыскателем информации об изменении имущественного положения должника.

Как следует из пояснений судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО2 в судебном заседании копия постановления об окончании исполнительного производства от 15.11.2017 не была направлена в адрес взыскателя и исполнительный лист не возвращен по причине отсутствия денежных средств на отправку почтовой корреспонденции.

При этом, из материалов дела следует, что 06 января 2018 года ФИО3 направил в отдел судебных приставов Ленинского округа города Мурманска заявление об отмене постановления об окончании исполнительного производства от 15 ноября 2017 года, в удовлетворении которого 22 января 2018 года заместителем начальника отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО7 было отказано по причине того, что право взыскателя на повторное предъявление исполнительного документа возникает на ранее шести месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа (л.д. 30).

Таким образом, несвоевременное направление в адрес истца копии постановления об окончании исполнительного производства и отказ в удовлетворении его заявления об отмене указанного постановления не нарушили законных прав и интересов истца, поскольку в соответствии с частью 5 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительный лист не мог быть предъявлен взыскателем до истечения шести месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства

Кроме того, как установлено в ходе рассмотрения дела, 14 февраля 2018 года старшим судебным приставом отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска ФИО4 вынесено постановление об отмене постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства от 15 ноября 2017 года и возобновлении исполнительных действий по исполнительному производству №, исполнительному производству присвоен №.

14 февраля 2018 года судебным приставом-исполнителем Ленинского округа города Мурманска ФИО2 вынесено постановление об обращении взыскания на денежные средства должника, поступающие на лицевой счет осужденного должника ФИО5, которое направлено для исполнения в ФКУ № УФСИН России 

<

данные изъяты>

В тот же день начальнику № УФСИН России 

<

данные изъяты> судебным приставом-исполнителем направлено ходатайство об оказании содействия в трудоустройстве осужденного И. А.В.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлено, что требования исполнительного документа о взыскании с И. А.В. в пользу ФИО3 денежных средств в размере 50 000 рублей до настоящего времени должником не исполнены.

Вместе с тем, данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об обоснованности исковых требований истца. 

В силу разъяснений, приведенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены судебным приставом-исполнителем в установленные частями 1 - 6 статьи 36 Закона «Об исполнительном производстве» сроки.

Неисполнение требований исполнительного документа в срок, предусмотренный названным Законом, само по себе не может служить основанием для вывода о допущенном судебным приставом-исполнителем незаконном бездействии.

Бездействие судебного пристава-исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако не сделал этого, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства. Например, незаконным может быть признано бездействие судебного пристава-исполнителя, установившего отсутствие у должника каких-либо денежных средств, но не совершившего всех необходимых исполнительных действий по выявлению другого имущества должника, на которое могло быть обращено взыскание, в целях исполнения исполнительного документа (в частности, не направил запросы в налоговые органы, в органы, осуществляющие государственную регистрацию имущества и (или) прав на него, и т.д.).

Так, из материалов дела следует, что судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства о взыскании с И. А.В. в пользу ФИО3 были осуществлены все необходимые исполнительные действия, а также применены необходимые меры принудительного исполнения.

При этом, в ходе рассмотрения дела не было установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в период нахождения на исполнении у судебного пристава-исполнителя исполнительного производства № о взыскании денежных средств с И. А.В. в пользу ФИО3 в результате ненадлежащего исполнения судебным притсавом-исполнителем обязанностей должник И. А.В. распорядился принадлежащим ему имуществом либо денежными средствами, а также имущественными правами по своему усмотрению, либо осуществил иные действия с целью невозможности обращения взыскания на его имущество, в том числе и сокрыл его.

Указанное обстоятельство подтверждается также и сведениями ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России 

<

данные изъяты>, из которых следует, что остаток денежных средств на лицевом счете осужденного И. А.В. по состоянию на 04.04.2018 составляет 10 рублей 27 копеек (л.д. 69).

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом обстоятельств дела, исходя из системного толкования вышеприведенных норм закона, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании убытков с ответчиков за счет казны Российской Федерации в сумме 10 рублей 27 копеек не подлежат удовлетворению, поскольку доказательств незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, в результате которых была утрачена возможность взыскания денежных средств с должника истцом не представлено, как и не представлено доказательств наличия требуемой законом совокупности условий, являющихся основаниями наступления ответственности Российской Федерации за причинение вреда именно в результате действий (бездействия) должностного лица отдела судебных приставов Ленинского округа города Мурманска.

Само по себе ненаправление в адрес истца копии постановления об окончании исполнительного производства от 15.11.2017, неполучение его копии либо несвоевременное его получение, а также неналожение ареста судебным приставом-исполнителем на денежные средства должника в размере 10 рублей 27 копеек, не свидетельствует безусловно о нарушении прав истца и возникновении у истца убытков по вине судебного пристава-исполнителя.

Несвоевременное направление копии постановления об окончании исполнительного производства в адрес взыскателя не нарушило прав и свобод истца в силу прямого указания в части 5 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве», согласно которой исполнительный документ может быть предъявлен к повторному принудительному исполнению только через шесть месяцев. Указанное право у истца по состоянию на январь 2018 года не возникло, в связи с чем не могло быть нарушено ответчиком. Кроме того, возвращение исполнительного документа не является препятствием для повторного предъявления исполнительного документа к исполнению.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела было установлено, что судебным приставом-исполнителем были приняты все необходимые меры, направленные на розыск имущества и денежных средств должника, а в настоящее время постановление об окончании исполнительного производства от 15 ноября 2017 года отменено, судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся на лицевом счете осужденного, в связи с чем возможность исполнения требований исполнительного документа не утрачена.

Доводы истца о том, что он был лишен возможности незамедлительно обжаловать постановление об окончании исполнительного производства суд считает несостоятельными, поскольку в силу статьи 122 ФЗ «Об исполнительном производстве» жалоба на постановление должностного лица службы судебных приставов, его действия (бездействия) подается в течение десяти дней со дня вынесения судебным приставом-исполнителем или иным должностным лицом постановления, совершения действия, установления факта его бездействия либо отказа в отводе. Лицом, не извещенным о времени и месте совершения действий, жалоба подается в течение десяти дней со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о вынесении постановления, совершении действий (бездействия). 

Как следует из материалов дела истец, получив информацию о вынесении постановления судебным приставом-исполнителем об окончании исполнительного производства 06 января 2018 года, незамедлительно воспользовался своим правом на обжалование, направив в отдел судебных приставов Ленинского округа города Мурманска заявление об отмене указанного постановления.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, является компенсация причиненного морального вреда.

Пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу части 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежат компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда, лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а в иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующая гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный публичной властью, прямо не предусматривает компенсации морального вреда гражданину или юридическому лицу.

Федеральный закон «Об исполнительном производстве» не содержит прямого указания на взыскание компенсации морального вреда при защите прав взыскателя, должника и других лиц путем применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

При этом, обязанность доказывания возлагается на ту сторону, которая ссылается на соответствующие обстоятельства.

Обращаясь с требованиями о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, истец указал, что вследствие необращения взыскания на денежные средства, находящихся на лицевом счете осужденного должника, а также вследствие лишения истца возможности незамедлительно обжаловать постановление об окончании исполнительного производства и в связи с отказом в отмене постановления об окончании исполнительного производства ему были причинены глубокие нравственные страдания, он испытал стресс, беспокойство, возникла бессонница, вызванная переживаниями в связи с этим.

Вместе с тем, какие-либо действия ответчиков, направленные на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающие на принадлежащие ему нематериальные блага, истцом в обоснование иска не указаны, а судом в ходе рассмотрения дела не установлены.

Истцом не представлено доказательств причинения морального вреда действиями или бездействием судебного пристава-исполнителя, нарушающими личные неимущественные права истца либо посягающие на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а возмещение при установленных обстоятельствах морального вреда действующим законодательством прямо не предусмотрено, с учетом того, что обращения истца с заявлениями к ответчику и жалобами на бездействие должностных лиц ответчика направлены на реализацию права на такие обращения и не являются основанием для компенсации морального вреда.

Принимая во внимание, что совокупность условий, предусмотренная гражданским законодательством, необходимая для возложения обязанности по компенсации морального вреда, не установлена, оснований для применения к сложившимся правоотношениям положений статей 151, 1069 Гражданского Российской Федерации и взыскания в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Управлению Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Мурманской области, отделу судебных приставов Ленинского округа города Мурманска, Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов, взыскании компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Г.В. Макарова