Дело №2-237/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июня 2025 года Санкт-Петербург

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой О.А.,

при секретаре Подлесновой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Калининский районный суд города Санкт-Петербурга с иском ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 260.065 руб., судебных расходов на сумму 62.660 руб. 65 коп.

В обоснование указал, что 05.10.2023 произошло ДТП с участием автомобиля «Дэу Нексиа», государственный регистрационный знак №, принадлежавшего ФИО4, под управлением ФИО5, гражданская ответственность которого не застрахована на момент ДТП, и автомобиля «Тойота Рав 4», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 В результате ДТП причинен вред автомобилю истца. В данном ДТП виновным является ФИО5 Стоимость восстановительного ремонта определена на основании заключения № от 06.01.2024, составленного ООО «Алеф Групп Рус» по заказу ФИО3, и составляет 260.065 руб. 52 коп.

19.05.2025 истец увеличил требования и просил взыскать с ответчика расходы по оплате услуг специалиста в размере 22.220 руб. (т. 2 л.д. 38).

Определением суда от 16.05.2024 к участию в деле в качестве третьего лица со стороны ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5

Определением суда от 04.07.2024 к участию в деле в качестве третьего лица со стороны ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6 Р.о.

В судебное заседание истец не явился, направил своего представителя, который поддержал требования в полном объеме по мотивам, указанным в исковом заявлении.

Ответчик в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Третье лицо ФИО5, его представитель в судебное заседание явились, пояснили, что ответчик ФИО4 является ненадлежащим ответчиком, поскольку автомобилем «Дэу Нексиа», государственный регистрационный знак № управлял ФИО5 В день приобретения автомобиля у ФИО4 они хотели застраховать ответственность, но не смогли, так как попали в ДТП.

Третье лицо ФИО6 Р.о.. в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о судебном заседании.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения представителя истца, третьего лица ФИО5, его представителя, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом установлено и из материалов дела следует, что на момент ДТП, автомобиль «Дэу Нексиа», государственный регистрационный знак №, был зарегистрирован на имя ФИО4

05.10.2023 произошло ДТП с участием принадлежащего истцу автомобиля «Тойота Рав 4», государственный регистрационный знак №, и автомобиля «Дэу Нексиа», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО5

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № от 28.11.2023, вынесенному инспектором группы по ИАЗ ОР ДПС ГИБДД УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга, ФИО5, управляя транспортным средством «Дэу Нексиа», выехав на пересечение 

<

адрес> по зеленому сигналу светофора, при выполнении маневра поворота налево, создал опасность для движения, не уступил дорогу встречному транспортному средству «Тойота Рав 4», государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО3, двигающегося по 

<

адрес> во встречном направлении и имеющего преимущество в движении, в результате чего произошло столкновение, в результате которого транспортное средство «Дэу Нексия» совершило наезд на разделительный газон, то есть совершил правонарушение, предусмотренное ч.2 ст. 12.13 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

С целью установления размера причиненного ущерба ФИО3 обратился в оценочную компанию ООО «Алеф Групп Рус», заключением № от 06.01.2024 установлена стоимость восстановительного ремонта в размере 260.100 руб. 00 коп. ( т.1 л.д. 23).

Определением суда от 28.11.2024 по ходатайству третьего лица ФИО5 назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено АНО «Центр судебной экспертизы «Петроэксперт».

Согласно экспертному заключению АНО «Центр судебной экспертизы «Петроэксперт» № от 20.02.2025, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Тойота Рав 4», государственный регистрационный знак №, без учета износа комплектующих деталей, в результате ДТП, имевшего место 05.10.2023, составляет 293.900 руб., с учетом износа – 210.000 руб. (т.1 л.д.182-212).

Также перед экспертом поставлены вопросы о том, как должны были действовать водители в данном дорожно-транспортном происшествии, могли ли водители предотвратить ДТП, а также, чья из версий водителей относительно произошедшего ДТП более состоятельна.

Согласно экспертному заключению АНО «Центр судебной экспертизы «Петроэксперт» № от 20.01.2025, с технической точки зрения в установленных обстоятельствах ДТП (на основании видеозаписи ДТП, постановления по делу об административном правонарушении и непротиворечивых версий участников ДТП) для обеспечения безопасности дорожного движения водители должны были действовать в соответствии со следующими требованиями ПДД РФ. Так, водитель «Дэу Нексиа», государственный регистрационный знак № ФИО5 (выехавший на перекресток без стоп-линии по ходу его поворота, на разрешающий зеленый сигнал светофора и на завершающем этапе фазы работы светофорного объекта, которая разрешает движение его транспортного потока и запрещает движение встречного транспортного потока автомобиля «Тойота Рав 4») должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 8.1 (абз.1), 13.7 и 10.1 (абз.2) ПДД РФ, а именно должен был: осуществить выезд на перекресток на зеленый (разрешающий) сигнал его светофора; осуществить поворот налево и с 3 или с 4 полосы его проезжей части (нумерация от правого края проезжей части); перед поворотом налево включить на своем автомобиле подачу сигналов поворота налево; при обнаружении опасности для своего движения в виде автомобиля «Тойота Рав 4» (приближающегося к нему с начавшего движение встречного транспортного потока) начать торможение своего автомобиля.

Водитель автомобиля «Тойота Рав 4» ФИО3 (остановившийся перед перекрестком во время фазы работы светофорного объекта, которая запрещает движение его транспортного потока автомобиля «Деу Нексиа», с заездом за стоп-линию; начавший движение через на перекресток после включения разрешающего зеленого сигнала светофора, первым из своего транспортного потока и с ускоренным отрывом от других задних попутных ТС) должен был действовать в соответствии с требованиями п. 1.3 и 13.8 ПДД РФ, а именно он должен был при запрещающем сигнале светофора остановиться перед стоп-линией у перекрестка; осуществить выезд на перекресток на зеленый (разрешающий) сигнал его светофора, или со 2, или с 3, или с 4 полосы его проезжей части (нумерация от правого края проезжей части); при включении разрешающего сигнала светофора убедиться, что движением вперед своего автомобиля не вынудит водителя автомобиля «Дэу Нексиа» (завершающего движение через перекресток) изменить направление движения или скорость (при обнаружении обратного он должен был отказаться от выезда на пересечение проезжих частей перед «Дэу Нексиа»).

С технической точки зрения, в установленных обстоятельствах ДТП (на основании видеозаписи ДТП, постановления по делу об административном правонарушении и непротиворечивых версий участников ДТП): водитель «Дэу Нексиа» ФИО5 (имеющий преимущество для движения) не располагал технической возможностью предотвращения столкновения путем торможения; водителю «Тойота Рав 4» ФИО3 (не имеющему преимущество) для недопущения столкновения было необходимо и достаточно отказаться от выезда на пересечение проезжих частей перед автомобилем «Дэу Нексиа» (проведение расчета по технической возможности предотвращения им столкновения методически некорректно).

В установленных обстоятельствах ДТП версия водителя «Дэу Нексиа» ФИО5 (не имеющая противоречий с видеозаписью ДТП и постановлением по делу об АП) с технической точки зрения более состоятельна, чем версия водителя «Тойота Рав 4» ФИО3 (имеющая противоречия с постановлением об АП по сигналу светофора при выезде автомобиля «Дэу Нексиа» на перекресток: в постановлении указан зеленый сигнал, а ФИО3 указывает красный) (т.1 л.д.213-238).

Оснований не доверять заключениям экспертов у суда не имеется, заключения являются достоверными и обоснованными, экспертизы проведены в установленном законом порядке экспертами специализированного экспертного учреждения, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ, имеющими необходимые специальные познания, квалификацию и стаж работы в данной области. Заключения содержат подробное описание проведенных исследований, являются аргументированными, согласуются с иными доказательствами. Выводы экспертиз обоснованы и мотивированы.

Согласно ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

В соответствии с ч. 3 и 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

При таком положении суд может отвергнуть заключение экспертизы в том случае, если это заключение явно находится в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно опровергали выводы эксперта.

Проанализировав экспертные заключения, суд приходит к выводу о том, что в данном случае следует руководствоваться данными заключениями и принять их за основу при разрешении настоящего спора, поскольку указанные доказательства в полном объеме отвечают требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», так как содержат подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы.

Несогласие истца с выводами экспертов является субъективной оценкой и не может по умолчанию, без каких-либо выявленных грубых нарушений при составлении экспертного заключения служить основанием для непринятия его судом.

В опровержение заключений экспертов истец представил суду заключение специалиста № от 05.05.2025 ФИО1, получившей высшее образование по специальности «Инженер-математик» в 1997 году и диплом по специальности «Судебный эксперт» в 2024 году (т.2 л.д.15-31).

В рецензии специалист ссылается на то, что экспертиза проведена экспертом, представившим ведомственный документ «Свидетельство на право самостоятельного производства судебных экспертиз, выданное ЦЭКК МВД России как сотруднику органов внутренних дел, выполняющим должностные обязанности, связанные с производством экспертизы в государственном судебно-экспертном учреждении. Однако производство экспертизы было поручено не экспертному учреждению системы МВД России.

Между тем, данный вывод специалиста несостоятелен, так как свидетельство выдано ЦЭКК МВД России эксперту ФИО2 не как сотруднику МВД России, а как специалисту, прошедшему аттестацию на право самостоятельного производства судебных экспертиз. Притом, в свидетельствах не указано, что самостоятельные экспертизы ФИО2 вправе выполнять только в государственных экспертных учреждениях.

Далее специалист указывает, что эксперт проводит исследования в пределах соответствующей специальности, в связи с чем ссылается на ч.15 ст. 76 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации».

Согласно ст. 13 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ (ред. от 22.07.2024) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование и получивший дополнительное профессиональное образование по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующего уполномоченного федерального государственного органа. Должность эксперта в экспертных подразделениях федерального органа исполнительной власти в области внутренних дел может также занимать гражданин Российской Федерации, имеющий среднее профессиональное образование в области судебной экспертизы.

Определение уровня квалификации экспертов и аттестация их на право самостоятельного производства судебной экспертизы осуществляются экспертно-квалификационными комиссиями в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующего уполномоченного федерального государственного органа. Уровень квалификации экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет.

Как следует из представленных к заключению эксперта документов, эксперт ФИО2 проходил повышение квалификации в 

<

данные изъяты> с 21.06.2024 по 22.07.2024 (т. 1 л.д. 239).

Также ФИО2 проходил аттестацию на право производства самостоятельного производства судебных экспертиз по исследованию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, фототехнических экспертиз, экспертиз по исследованию технического состояния деталей и узлов транспортных средств, трасологических экспертиз (л.д. 240-241).

Между тем, специалистом указано, что эксперт ФИО2 не обладал квалификацией эксперта-видеотехника при просмотре видеозаписи ДТП.

Между тем, видеотехническая экспертиза направлена на оценку видеоматериалов, используемых в различных сферах, таких как криминалистика, судебные разбирательства, проверка качества видеозаписей для расследования или подтверждения фактов. Она включает в себя анализ видеозаписей для установления их подлинности, оценки качества изображения, звука, а также возможных изменений или манипуляций с материалами. Однако вопросы установления подлинности видеоматериала, оценки качества изображения, звука, а также возможных изменений или манипуляций с материалами перед экспертом судом не ставился.Кроме того, эксперт ФИО2 свои выводы в заключении сделал не только на основе представленной видеозаписи, но и в совокупности с другими материалами, в том числе материалами по факту ДТП, представленными из ГИБДД.

Сама специалист не опровергла выводы эксперта, не произвела никаких самостоятельных исследований, а только указала на некие нарушения, которые не могут служить основанием для признания заключения эксперта недопустимым доказательством. Никаких противоречий в заключении эксперта между исследованиями и сделанными выводами специалист не указала.

Таким образом, заключение специалиста не опровергает заключений АНО «Центр судебной экспертизы «Петроэксперт», выполненных экспертами, имеющими соответствующее образование и большой опыт экспертной работы.

Кроме того, судом был допрошен эксперт ФИО2, проводивший судебную автотехническую экспертизу. После предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний эксперт подтвердил выводы, изложенные в заключении, дал полные ответы на поставленные вопросы.

В связи с этим, суд приходит к выводу, что не имеется оснований сомневаться в выводах экспертов.

Вместе с тем, независимо от полученных результатов судебной экспертизы, суд считает, что не имеется оснований для удовлетворения требований истца, поскольку, возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО4 представила суду договор купли-продажи транспортного средства «Дэу Нексиа», государственный регистрационный №, заключенный 05.10.2023 с ФИО6 Р.о.., ссылаясь на то, что на момент дорожно-транспортного происшествия она не являлась собственником транспортного средства (т.1 л.д. 77-78).

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в силу ст. 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником.

При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по делу являлось установление факта того, владел ли ФИО6 Р.о. в момент причинения ущерба источником повышенной опасности на законном основании.

Доводы представителя истца, изложенные в письменном возражении, относительно того, что в договоре купли-продажи от 05.10.2023 невозможно установить действительный момент его подписания, а значит выяснить мотив управления ФИО5 автомобилем также не предполагается, поскольку последний мог проводить тест-драйв автомобиля перед покупкой, не могут служить основанием для удовлетворения требований к ФИО4

Так, из п. 1.2 представленного договора купли-продажи транспортного средства от 05.10.2023 (т.1 л.д. 77) следует, что право собственности на транспортное средство переходит покупателю с момента подписания настоящего договора.

Договор подписан 05.10.2023, из договора купли-продажи не следует, что он имеет какие-либо повреждения в результате ДТП, в момент ДТП транспортным средством управлял ФИО5, которому транспортное средство передал ФИО6 Р.о.

Данные обстоятельства не оспаривались ни ФИО4, ни ФИО5, ни ФИО6 Р.о. которые являлись в судебные заседания и подтвердили данные обстоятельства, а также подтверждаются материалами по факту ДТП. Таким образом, на момент ДТП материалами дела и пояснениями ответчика и третьих лиц подтверждается фактическая передача транспортного средства после продажи от ФИО4 ФИО6 Р.о.

Действительно, из материалов дела не следует, что ФИО4 сразу после продажи транспортного средства обращалась в ГИБДД для снятия автомобиля с учета. Однако автомобиль снят с учета 28.02.2024 (т. 1 л.д. 79), то есть до подачи настоящего иска в суд и до получения ФИО4 копии иска до его предъявления в суд.

Вместе с тем, указанное обстоятельство не свидетельствует о том, что ФИО6 Р.о.. не являлся фактическим собственником указанного транспортного средства с момента заключения договора купли-продажи.

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса РФ).

Государственной регистрации в силу п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса РФ относит земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания.

П. 2 ст. 130 Гражданского кодекса РФ установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости и признаются движимым имуществом.

Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

Отсутствие регистрационного учета приобретенного ФИО6 Р.о. автомобиля в органах ГИБДД не оспаривает факт приобретения транспортного средства ФИО6 Р.о.

В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Согласно п. 7 «Правил государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства РФ от 21 декабря 2019 г. №1764 заявление о совершении регистрационных действий и прилагаемые к нему документы подаются владельцем транспортного средства или его представителем лично в регистрационное подразделение в 10-дневный срок со дня выпуска в обращение транспортного средства при изготовлении его для собственного пользования, со дня временного ввоза транспортного средства на территорию Российской Федерации на срок более одного года либо со дня приобретения прав владельца транспортного средства или возникновения иных обстоятельств, требующих изменения регистрационных данных.

Следовательно, срок, в течение которого предусмотрена регистрация транспортных средств, обусловливающая допуск транспортных средств к участию в дорожном движении, на момент дорожно-транспортного происшествия не истек.

Гражданский кодекс РФ и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Аналогичные разъяснения содержатся в п.6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 года.

При этом, договор купли-продажи транспортного средства не оспорен, недействительным не признан.

Кроме того, в силу п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Между тем, договором предусмотрено, что право собственности возникает у ФИО6 Р.о. с момента подписания договора.

Следовательно, ФИО6 Р.о. являлся законным владельцем транспортного средства «Дэу Нексия», государственный регистрационный знак №

Поскольку гражданская ответственность водителя ФИО5 не была застрахована на момент ДТП, то ответственность за причиненный ущерб при установлении вины должен нести ФИО6 Р.о.

Так как на момент ДТП ФИО4 не являлась собственником транспортного средства «Дэу Нексиа», государственный регистрационный №, правовых оснований для возложения на нее, как на собственника транспортного средства ответственности за причиненный ущерб не имеется.

Доводы представителя истца о том, что ФИО5 мог тестировать транспортное средство перед покупкой, а договор заключен после ДТП, являются субъективным предположением представителя. Тем более обстоятельства заключения договора купли-продажи подтверждены третьими лицами, а в договоре купли-продажи отсутствуют сведения, что транспортное средство продается с повреждениями после ДТП или с иными повреждениями.

Между тем, истец и его представители не посчитали необходимым заменить ответчика, о чем неоднократно указывали в своих пояснениях, однако замена ответчика не повлекла бы изменение подсудности и состава суда, в связи с чем, оценивая доказательства в их совокупности, а также то, что требования истца предъявлены к ненадлежащему ответчику, суд приходит к выводу об отказе ФИО3 в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

Решение в окончательной форме принято 26.06.2025.

УИД 78RS0005-01-2024-003259-69