Копия Дело № 2-3885/2020

УИД 16RS0050-01-2020-008844-69

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Казань 15 октября 2020 года 

Приволжский районный суд города Казани в составе: 

председательствующего судьи Хасановой Э.К.,

при секретаре Шакировйо Р.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительной сделки, указав в обоснование исковых требований, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО2 был заключен брак. В настоящее время семейные отношения между супругами практически прекращены, совместное хозяйство не ведется, истицей предъявлен иск о расторжении брака и определении места жительства детей. ФИО2 на основании договора купли-продажи имущества от 26 сентября 2016 года владел 7 объектами недвижимости (помещениями), расположенными по адресу: Казань, Рихарда Зорге, д. 70. В рамках подготовки иска о разделе совместно нажитого имущества представителями истицы были заказаны выписки из Единого государственного реестра недвижимости в отношении вышеуказанных помещений. Из полученных 20 июня 2020 года выписок стало известно, что из одного из помещений с кадастровым номером 

<

данные изъяты> было образовано 3 новых помещения с кадастровыми номерами 

<

данные изъяты>, в связи с чем дополнительно были заказаны выписки из Единого государственного реестра недвижимости на новые помещения. Из указанных выписок от 25 июня 2020 года стало известно, что нежилое помещение 

<

данные изъяты>, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> с кадастровым номером 

<

данные изъяты> супруг истицы продал ФИО3, за последним 15 марта 2019 года произведена государственная регистрация права собственности на спорное помещение. Вместе с тем, истицу о совершаемой сделке не уведомили, нотариального согласия от нее на совершение сделки не запрашивали и не получали. С учетом изложенного истица просит признать недействительной сделку по продаже нежилого помещения площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> 

В последующем представитель истицы уточнил исковые требования, просил признать недействительным договор купли-продажи, заключенный 07 марта 2019 года между ФИО2 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки – возвратить спорное помещение ФИО2.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Общество с ограниченной ответственностью «ШАРМ», Акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, ФИО3.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, направленная ему по адресу регистрации судебная телеграмма не доставлена в связи с тем, что адресат по извещению за телеграммой не явился. Представители истицы, ответчика ФИО3, третьих Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк», ФИО3 не возразили против рассмотрения дела в отсутствие ФИО2. 

В соответствии со статьей 117 Гражданского процессуального кодекса РФ при отказе адресата принять судебную повестку или иное судебное извещение лицо, доставляющее или вручающее их, делает соответствующую отметку на судебной повестке или ином судебном извещении, которые возвращаются в суд.

Адресат, отказавшийся принять судебную повестку или иное судебное извещение, считается извещенным о времени и месте судебного разбирательства или совершения отдельного процессуального действия.

Согласно статье 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В соответствии со статьей 126 Конституции РФ Верховный Суд РФ дает разъяснения по вопросам судебной практики.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 63, 67, 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

С учетом изложенного суд расценивает действия ответчика ФИО2 как отказ от получения судебного извещения, считает его извещенным о времени и месте судебного разбирательства и на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представители Общества с ограниченной ответственностью «ШАРМ», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, будучи извещены, в судебное заседание не явились, о наличии уважительных причин своей неявки суду не сообщили. Представители истицы, ответчика ФИО3, третьих лиц Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк», ФИО3 не возразили против рассмотрения дела в отсутствие указанных представителей. С учетом изложенного, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей Общества с ограниченной ответственностью «ШАРМ», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан. 

Представитель истицы в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ФИО3, являющийся одновременно представителем третьего лица ФИО3, в судебном заседании исковые требования не признал. 

Представитель третьего лица Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Исследовав письменные материалы дела, заслушав представителя ответчика ФИО3, являющегося одновременно представителем третьего лица ФИО3, представителя третьего лица Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк», суд приходит к следующему. 

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают:

1) из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему;

1.1) из решений собраний в случаях, предусмотренных законом;

2) из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей;

3) из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности;

4) в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом;

5) в результате создания произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности;

6) вследствие причинения вреда другому лицу;

7) вследствие неосновательного обогащения;

8) вследствие иных действий граждан и юридических лиц;

9) вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем:

признания права;

восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;

признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки;

признания недействительным решения собрания;

признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления;

самозащиты права;

присуждения к исполнению обязанности в натуре;

возмещения убытков;

взыскания неустойки;

компенсации морального вреда;

прекращения или изменения правоотношения;

неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону;

иными способами, предусмотренными законом.

В силу статьи 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно части 1 статьи 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество.

К недвижимым вещам относятся жилые и нежилые помещения, а также предназначенные для размещения транспортных средств части зданий или сооружений (машино-места), если границы таких помещений, частей зданий или сооружений описаны в установленном законодательством о государственном кадастровом учете порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

В силу статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно статье 33 Семейного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - СК РФ) законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В соответствии со статьей 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода.

Согласно части 1 статьи 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п. п. 1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст. 36 СК РФ).

Согласно статье 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. 

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

В соответствии с пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, пункт 3 статьи 35 СК РФ).

Приведенная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке. Требование нотариальной формы согласия позволяет обеспечить подлинность одобряющего лица, а также его действительную волю, направленную на возникновение юридических последствий, предусмотренных сделкой.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, пункт 3 статьи 35 СК РФ, регламентирующий, в частности, распоряжение находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающий среди прочего требование о необходимости получения для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлен на конкретизацию положений статьи 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, обеспечение баланса имущественных интересов, как членов семьи, так и иных участников гражданского оборота и на определение правового режима имущества, приобретенного супругами в браке (Определения от 23 апреля 2013 года N 639-О, от 15 сентября 2015 года N 1830-О и др.).

Таким образом, законодателем императивно определены требования к форме дачи согласия на распоряжение общим недвижимым имуществом супругов, отступление от которой приводят к недействительности соответствующей сделки. При этом законом не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Из материалов дела судом установлено, что ФИО2 и ФИО1 вступили в брак ДД.ММ.ГГГГ.

В период брака 26 сентября 2016 года между Обществом с ограниченнои? ответственностью «Торговыи? дом «Олимп» в лице конкурсного управляющего ФИО4 (продавец) и ФИО2 заключен договор купли-продажи имущества в соответствии с проведенными торгами в форме аукциона, в соответствии с которым в собственность ФИО2 передано следующее недвижимое имущество:

- объект недвижимости - помещение 

<

данные изъяты>, назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты>, номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты> расположенное по адресу: 

<

данные изъяты> 

- объект недвижимости - помещение 

<

данные изъяты>, назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты>, номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес> 

- объект недвижимости - помещение 

<

данные изъяты> назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты>, номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты> расположенное по адресу: 

<

адрес> 

- объект недвижимости - помещение 

<

данные изъяты>, назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты> номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес> 

- объект недвижимости - помещение 

<

данные изъяты> назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты> номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты> расположенное по адресу: 

<

адрес> 

- объект недвижимости - помещение, назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты>, номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты> расположенное по адресу: 

<

адрес> 

- объект недвижимости - помещение 

<

данные изъяты>, назначение: нежилое, общеи? площадью 

<

данные изъяты> кв.м., этаж 

<

данные изъяты>, номера на поэтажном плане 

<

данные изъяты> расположенное по адресу: 

<

адрес> 

Согласно пункту 3.2 указанного договора ФИО2 обязался в течение 30 днеи? с даты подписания договора купли-продажи оплатить цену 189 775 300 рублеи?. 

Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости от 20 июня 2020 года следует, что из одного из помещений с кадастровым номером 

<

данные изъяты> образовано 3 новых помещения с кадастровыми номерами 

<

данные изъяты>

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 25 июня 2020 года, нежилое помещение 

<

данные изъяты> площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> отчуждено ФИО2 ФИО3, право собственности последнего на указанное помещение зарегистрировано 15 марта 2019 года.

Согласно представленным по запросу суда материалам реестрового дела 07 марта 2019 года между ФИО5 огды, действующим от имени ФИО2 на основании доверенности от 18 сентября 2017 года, (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО3 передано в собственность нежилое помещение общей площадью 1 310 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с пунктом 3.1 указанного договора цена передаваемого объекта недвижимого имущества составляет 102 142 010 рублей. 

Согласно пункту 3.2 договора расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

В материалах реестрового имеется заявление о государственной регистрации перехода прав собственности от 07 марта 2019 года, поданное представителем ФИО2 ФИО5, в котором указано, что ФИО2 на момент приобретения спорного помещения в браке не состоял.

Опрошенный в судебном заседании к качестве свидетеля ФИО6 сообщил, что сопровождал сделку между ФИО2 и Г-выми с 2017, подготовка к заключению договора шла так долго, поскольку стороны не могли достичь соглашения по варианту раздела помещения, при этом представитель ФИО2 огды ФИО7 прислала ему (свидетелю) скан паспорта ФИО2 без штампа о регистрации брака, ФИО2 лично сообщил ему, что разведен и показывал паспорт, брат ФИО2 также подтвердил, что ФИО2 в браке не состоит. 

Вместе с тем, из представленных суду копии свидетельства о заключении брака, переведенного на русский язык, в котором подлинность подписи переводчика нотариально освидетельствована, копий паспортов ФИО2 и ФИО1 следует, что на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи - 07 марта 2019 года ФИО2 и ФИО1 состояли в браке, доказательства обратного суду не представлены. Оснований полагать, что истица представляет заведомо подложные документы, у суда не имеется, поскольку в силу части 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно части 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Из пунктов 71, 78, 84 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ" следует, что согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). 

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. 

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 136 ГПК РФ, статья 128 АПК РФ).

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной.

Из приведенного следует, что заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов. Иными словами, под заинтересованным лицом следует понимать лицо, права и интересы которого непосредственно затрагиваются оспариваемой сделкой и восстанавливаются в результате признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

Поскольку в рассматриваемом случае предварительное либо последующее нотариальное согласие истицы на совершение сделки в отношении имущества, приобретенного в период брака, в силу положений статей 33, 34 СК РФ отношении которого режим совместной собственности супругов в презюмируется, не получено, указанным договором затрагиваются права истицы как участника общей совместной собственности, договор купли-продажи, заключенный 07 марта 2019 года между ФИО2 и ФИО3, подлежит признанию недействительным на основании пункта 3 статьи 35 СК РФ.

Более того, частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» положения Гражданского ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм и разъяснений Верховного Суда РФ по их применению, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. 

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. 

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны. 

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В рассматриваем случае действия ФИО8 по отчуждению спорного помещения без получения на то соответствующего согласия своей супруги лицу, являющему партнером по бизнесу, свидетельствуют о наличии с его стороны злоупотребления правом и в силу статей 10 и 168 ГК РФ являются дополнительным основанием для признания недействительным (ничтожным) договора купли-продажи от 07 марта 2019 года. 

На основании статьи 167 ГК РФ в порядке применения последствий недействительности сделки спорное помещение подлежит возврату ФИО2. 

С учетом изложенного суд считает необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1 о признании сделки недействительной и применений последствий недействительности сделки. 

При разрешении вопроса о необходимости применения последствий недействительности сделки в виде возврата оплаченных по признанной судом недействительной сделке денежных средств суд исходит из следующего.

По утверждению представителя ФИО3 и ФИО3, договору купли-продажи от 07 марта 2019 года, заключенному между ФИО2 и ФИО3, предшествовал предварительный договор купли продажи нежилых помещений (недвижимости), заключенный 19 октября 2016 года между ФИО3 и ФИО2.

Согласно пункту 3.1 указанного предварительного договора ФИО2 обязуется передать в собственность ФИО3 будущее недвижимое имущество - указанную в пункте 1 предварительного договора часть помещении? общеи? площадью 1 433,9 кв.м. по цене 111 803 608 рублей 48 коп. 

Пунктом 3.2 предварительного договора установлено, что до 31 декабря 2016 года стороны обязуются заключить договор купли-продажи на согласованные сторонами нежилые помещения (договор купли-продажи недвижимого имущества) в установленном в пункте 3.1 размере площадеи?.

В рамках данного договора ФИО2 получил от ФИО3 111 803 608 рублей 48 копеек в качестве оплаты. Указанное обстоятельство подтверждается распиской от 20 октября 2016 года. 

07 марта 2019 года между ответчиком ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО2 передал ФИО3 помещение с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес>

Как указывает ФИО3, указанный договор был заключен с его согласия, а покупателем выступал его родной брат ФИО3; помещение с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящееся по адресу: 

<

адрес> кв.м. было образовано из части помещений, которые подлежали передаче ФИО2 по предварительному договору. В соответствии с пунктом 3.1 договора купли-продажи от 07 марта 2019 года цена передаваемого объекта недвижимого имущества составляет 102142010 рублей. Согласно пункту 3.3. договора купли-продажи от 07 марта 2019 года расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. 07 марта 2019 года ФИО2 передал имущество ФИО3 по акту приема-передачи. Как указывает ФИО3, в счет оплаты цены договора купли-продажи от 07 марта 2019 года была принята оплата по предварительному договору, полученная ФИО2 по расписке от 20 октября 2016 года.

Таким образом, ФИО3 и ФИО3 указали, что отдельной оплаты по договору купли-продажи от 07 марта 2019 года в размере 102 142 010 рублей не было. Вместо этого между всеми участниками сделок был произведен зачет ранее оплаченной по предварительному договору от 19 октября 2016 года части суммы в размере 111 803 608 рублей 48 копеек.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае необходимо учесть следующее. 

Согласно статье 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.

В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор.

Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора.

Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Пунктом 3.2 предварительного договора установлено, что до 31 декабря 2016 года стороны обязуются заключить договор купли-продажи на согласованные сторонами нежилые помещения (договор купли-продажи недвижимого имущества) в установленном в пункте 3.1 размере площадеи?. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 Гражданского кодекса РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Не допускается заключение предварительного договора в устной форме. Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора»).

Таким образом, действие предварительного договора от 26 сентября 2016 года истекло 01 января 2017 года, а все устные соглашения сторон о продлении его срока являются ничтожными.

Ответчиками и третьим лицом ФИО3 не представлены дополнительное соглашение к предварительному договору о продлении срока заключения основного договора, трехстороннее соглашение о перемене лиц в обязательстве между ФИО2, ФИО3 и ФИО3, по которому право требование по предварительному договору перешло бы к ФИО3, либо соглашение о взаимозачете между ФИО2 и ФИО3.

Представленная суду расписка от 07 марта 2019 года таковым не является, кроме того, данный документ подписан лишь ФИО3. Юридически оформленных и закрепленных правовых связей между прекратившим свое действие предварительным договором, заключенным с ФИО3, и основным договором, заключенным с другим братом ФИО3, не имеется.

В рамках рассмотрения дела ФИО1 в целом поставлен под сомнение факт реальной оплаты за отчужденные помещения.

В соответствии с Обзором судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2020), утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 10 июня 2020 года, наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу, и не может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве.

При этом отсутствие оспаривания мнимой сделки сторонами само по себе не свидетельствует о том, что указанная сделка не нарушает ничьих прав и обязанностей.

Поскольку оплаченная в наличной форме по предварительному договору сумма свыше 111 000 000 рублей является крупной, необходимо выяснить, проводились ли какие-либо банковские операции по снятию указанной суммы с расчетного счета, указывалась ли данная сумма в налоговой декларации, которую должен был подать ФИО2 в налоговые органы за соответствующий период. 

Взыскание с ФИО2 в пользу ФИО3 денежных средств по формальным соображениям без выяснения реальности оплаты может повлечь нарушение прав ФИО1, не являющейся стороной сделки при продаже совместно нажитого имущества, поскольку за счет взыскания фиктивной задолженности может быть уменьшена имущественная масса, находящаяся в режиме общего имущества.

Чрезвычайно значительный размер суммы сам по себе ставит под сомнение возможность передачи такой суммы в наличной форме, а потому факт такой передачи должен быть подтвержден дополнительными доказательствами.

Такими доказательствами могли бы быть документы, подтверждающие наличие необходимой суммы в распоряжении покупателя (данные о выдаче денежных средств с банковского счета либо об ином источнике их получения), сведения об использовании услуг по хранению, охранных услуг при перевозке денежных средств и т.п. 

Между тем, каких-либо доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, суду не представлено, ФИО3 и ФИО3 не доказано происхождение денежных средств в наличной форме.

Суд учитывает, что возможность супруга, не являющегося стороной сделки, доказать фиктивность оплаты по совершенной сделке обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к нему высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров супругу достаточно представить суду доказательства, подтверждающие существенность сомнений в оплате.

При этом сторонам сделки, настаивающим на наличии факта оплаты, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно они должны обладать всеми доказательствами своих правоотношений.

Обе стороны договора купли-продажи от 07 марта 2019 года являются индивидуальными предпринимателями, и, если даже допустить, что деньги передавались в наличной форме на такую значительную сумму, стороны не раскрыли смысл избрания такой формы расчетов с учетом больших рисков такой формы.

Кроме того, согласно доводам ФИО3 и ФИО3 денежные средства были переданы для участия в торгах в форме аукциона с конкурсным управляющим Общества с ограниченнои? ответственностью «Торговыи? дом «Олимп» ФИО4, деи?ствующим на основании решения Арбитражного суда РТ от 09 июня 2016 года по делу № А65-29280/2015. 

Вместе с тем, в аукционе невозможно участвовать с помощью наличных денежных средств, оплата производится перечислением, в связи с чем вызывает сомнение необходимость передачи именно наличных денежных средств.

Кроме того, подозрительным является то обстоятельство, что после передачи 111 000 0000 рублей в октябре 2016 года без залога и каких-либо иных способов обеспечения ФИО3 никаких действий вплоть до марта 2019 года не предпринимал, документы не переоформлял, хотя срок заключения основного договора был установлен до 31 декабря 2016 года.

Представители ФИО3 и ФИО3 указали, что все остальные правоотношения, касающиеся дорогостоящего торгового центра и денежные операции в сотни миллионов рублей, стороны совершали устно и в наличной форме.

С учетом изложенного суд приходит к выводу об общности экономических интересов сторон сделок, их фактической аффилированности, поскольку о фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Суд также учитывает, что ФИО3 и ФИО2 в ранее рассмотренных судебных делах представляет один и тот же представитель – ФИО9, в том числе по делам, где ФИО3 взыскивает с ФИО2 денежные средства, при этом в рамках настоящего дела представлена нотариально удостоверенная доверенность, выданная ФИО2 ФИО9 Представители ФИО3 и ФИО3 не опровергли и не объяснили суду возможность подобного перекрестного представительства.

По изложенным обстоятельствам суд не может согласиться с доводами представителя ответчика ФИО3 об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, мотивированными тем, что спорный объект не является совместно нажитым ввиду покупки его части на денежные средства ФИО3.

Доводы ответчиков основаны на ошибочном толковании норм материального права и противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Ссылка представителя на решение Арбитражного суда РТ по делу А65-37382/2019 несостоятельна, поскольку данное решение не вступило в законную силу, кроме того, ФИО1 не была привлечена к участию в указанном деле, в то время в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обязательны и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела для суда лишь обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 4 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 Гражданского процессуального кодекса РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

На основании части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, пункта 1 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчиков в пользу истицы подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 000 рублей с каждого.

Руководствуясь частью 1 статьи 98, статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 07 марта 2019 года между ФИО5, действующим от имени ФИО2 на основании доверенности от 18 сентября 2017 года, и ФИО3, и применить последствия недействительности сделки, возвратив помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, ФИО2.

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Приволжский районный суд г.Казани. 

Судья: подпись.

Копия верна.

Судья Приволжского районного

суда г. Казани РТ Хасанова Э.К.