Дело № 4У-499/2018 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции

г. Симферополь 3 августа 2018 года

Судья Верховного Суда Республики Крым Рыжова И.В., изучив кассационную жалобу защитника – адвоката Арушаняна В.Э. в интересах осужденного ФИО1 о пересмотре приговора Ялтинского городского суда Республики Крым от 18 декабря 2017 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 22 февраля 2018 года в отношении ФИО1

УСТАНОВИЛ:

Приговором Ялтинского городского суда Республики Крым от 18 декабря 2017 года

ФИО1, 

<

данные изъяты>, ранее не судимый, 

осужден:

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (по эпизоду покушения на сбыт производного N-метилэфедрона массой 3,4 г) к 10 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (по эпизоду покушения на сбыт производного N-метилэфедрона массой 12,35 г) к 10 годам лишения свободы;

- по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (по эпизоду сбыта производного N-метилэфедрона массой 0, 53 г) к 10 годам лишения свободы.

- по п. «а» ч. 4 ст. 174.1 УК Российской Федерации к 4 годам лишения свободы. 

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений ФИО1 путем частичного сложения наказаний окончательное наказание назначено в виде 13 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 постановлено исчислять с 18 декабря 2017 года. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 12 мая 2017 года до 18 декабря 2017 года.

Приговором суда ФИО1 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотического средства производного N-метилэфедрона массой 3,4 г, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая глобальную сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, при этом преступление не доведено до конца по независящим от него обстоятельствам; в покушении на незаконный сбыт наркотического средства N-метилэфедрон массой 12,35 г, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая глобальную сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, при этом преступление не доведено до конца по независящим от него обстоятельствам; в незаконном сбыте наркотического средства N-метилэфедрон массой 0,53 г, организованной группой, в значительном размере; в совершении финансовых операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, организованной группой, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 22 февраля 2018 года приговор суда оставлен без изменения и вступил в законную силу.

В кассационной жалобе защитник – адвокат Арушанян В.Э., в интересах осужденного ФИО1, ссылаясь на существенные нарушения уголовного и уголовно - процессуального закона, повлиявшие на исход дела, и несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные решения отменить и прекратить производство по уголовному делу.

В обоснование своих доводов ссылается на то, что вопреки требованиям ст.ст. 73, 307 УПК Российской Федерации описательно – мотивировочная часть приговора не содержит описание преступного деяния, совершенного ФИО1 в составе организованной группы, поскольку не указаны обстоятельства сговора ФИО1 с другими членами группы и его роль в ней. Более того, в приговоре суда не приведены доказательства, подтверждающие факт объединения ФИО1 с неустановленными соучастниками в устойчивую группу для совершения данных преступлений, а также наличие тесных и устойчивых связей между ними. Обращает внимание на то, что суд первой инстанции в нарушение положений ст. 252 УПК Российской Федерации вышел за пределы судебного разбирательства, поскольку вменил ФИО1 совершение незаконного сбыта наркотических средств в периоды с 30 июня 2016 года по 17 сентября 2016 года и с 5 декабря 2016 года по 13 декабря 2016 года, что не соответствует обвинительному заключению. Кроме того, полагает, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт получения ФИО1 указанной в приговоре суммы от незаконного сбыта наркотических средств. Ссылается на то, что суд первой инстанции допустил различные подходы к оценке доказательств, поскольку надлежащим образом не мотивировал выводы, по которым принял во внимание показания свидетеля ФИО4, данные в ходе предварительного следствия, и отверг показания указанного свидетеля, данные в судебном заседании при его дополнительном допросе. Считает, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка показаниям осужденного ФИО1 и не приведены мотивы принятого решения. 

Проверив судебные решения, изучив доводы кассационной жалобы и материалы уголовного дела 1-406/2017, полагаю, что оснований для передачи кассационной жалобы защитника для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

В силу ст. 401.1 УПК Российской Федерации, определяющей предмет судебного разбирательства, суд кассационной инстанции проверяет по кассационной жалобе, представлению только законность вступивших в силу приговора, определения или постановления суда, то есть правильность применения судом норм уголовного или уголовно – процессуального права.

Предметом производства в суде кассационной инстанции является законность судебного решения, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно – процессуального права (вопросы права). Вопросы же о правильности установления судом фактических обстоятельств дела (вопросы факта), что оспаривает в жалобе защитник, в силу ст. 401.1 УПК Российской Федерации, не являются предметом проверки суда кассационной инстанции. 

Таким образом, доводы жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела не подлежат рассмотрению в силу ограничения, установленного ст. 401.1 УПК Российской Федерации, в ее взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 401.15 УПК Российской Федерации, согласно которым судебное решение не может быть обжаловано сторонами и пересмотрено в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации, по такому основанию, как несоответствие выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

При этом нарушений закона, подпадающих под вышеуказанные критерии, по данному делу не установлено.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (эпизод покушения на сбыт производного N-метилэфедрона массой 3,4 г); ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (эпизод покушения на сбыт производного N-метилэфедрона массой 12,35 г); п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (эпизод сбыта производного N-метилэфедрона массой 0, 53 г); п. «а» ч. 4 ст. 174.1 УК Российской Федерации, за которые он осужден, установлены в ходе судебного разбирательства и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре.

Вопреки доводам защитника, оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО4, данным в ходе предварительного следствия, и приведенным в приговоре в качестве доказательства вины ФИО1, у суда не имелось, поскольку им дана оценка в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Данных, свидетельствующих о заинтересованности указанного свидетеля в исходе дела, равно как и об оговоре осужденного, судом не установлено.

Как усматривается из протокола судебного заседания от 11 октября 2017 года (т. 6 л.д. 116), в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК Российской Федерации, на основании заявленного государственным обвинителем ходатайства, судом оглашены показания свидетеля ФИО4, данные в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 27-29, т. 5 л.д. 1-3, т. 5 л.д. 15-19), которые ФИО4 подтвердил в полном объеме. При этом возражений относительно оглашений показаний данного свидетеля как от ФИО1, так и его защитника – адвоката ФИО5, не поступило.

Таким образом, имеющиеся в показаниях указанного свидетеля противоречия были устранены судом путем оглашения его показаний, данных в ходе предварительного следствия, в связи с чем суд не усмотрел оснований сомневаться в достоверности указанных доказательств. 

Несмотря на доводы адвоката, изложенные в кассационной жалобе, показаниям свидетеля ФИО4, данным в судебном заседании 6 декабря 2017 года при его дополнительном допросе, как и показаниям осужденного ФИО1 о его непричастности к совершению инкриминируемых преступлений, судом первой инстанции дана надлежащая оценка с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Кроме того, доводы стороны защиты об оговоре ФИО1 свидетелем ФИО4 проверялись судом апелляционной инстанции, при этом обоснованно расценены как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и опровергнутые совокупностью исследованных доказательств.

Доводы стороны защиты о несогласии с данной судом оценкой доказательств по делу и изложение собственной оценки этих доказательств удовлетворению не подлежат, поскольку суд кассационной инстанции не вправе вступать в переоценку доказательств, надлежаще оцененных судом. При этом следует отметить, что нарушений при исследовании и оценке доказательств, которые могли бы повлиять на правильность установления фактических обстоятельств дела, судом не допущено.

Проанализировав и оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК Российской Федерации, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности, не допустив различных подходов к их оценке, приведя мотивы, по которым принял одни и отверг другие, суд обоснованно признал ФИО1 виновным по тем фактическим обстоятельствам, которые указаны в приговоре, и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (по эпизоду покушения на сбыт производного N-метилэфедрона массой 3,4 г); по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (по эпизоду покушения на сбыт производного N-метилэфедрона массой 12,35 г); по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации (по эпизоду сбыта производного N-метилэфедрона массой 0, 53 г); по п. «а» ч. 4 ст. 174.1 УК Российской Федерации.

Вопреки доводам кассационной жалобы, на основании исследованных доказательств суд пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующего признака - совершение преступлений организованной группой, надлежащим образом мотивировав его приговоре.

Формулировка обвинения ФИО1, изложенная в приговоре, соответствует как обвинительному заключению, утвержденному первым заместителем прокурора Республики Крым Фоминым А.В. (т. 5 л.д. 170-221), так и постановлению о привлечении в качестве обвиняемого от 15 августа 2017 года в окончательной редакции (т. 5 л.д. 88-101), в связи с чем доводы защитника о нарушении судом требований ст. 252 УПК Российской Федерации являются несостоятельными. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, как и принципа состязательности сторон, влекущих отмену обжалуемых судебных решений, по делу не установлено, дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно. Все представленные сторонами суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК Российской Федерации, и по ним приняты мотивированные решения. 

Как следует из протоколов судебных заседаний, председательствующий выполнял требования ст. ст. 15 и 243 УПК Российской Федерации по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Осужденный ФИО1 как в суде первой, так и апелляционной инстанции был обеспечен защитником. Сторонам обвинения и защиты были созданы необходимые условия для выполнения ими их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав.

Данных, свидетельствующих об одностороннем, неполном или необъективном предварительном и судебном следствии, об обвинительном уклоне судебного разбирательства по делу не установлено.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 66 УК Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности осужденного ФИО1, в связи с чем является справедливым и соразмерным содеянному.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке судебная коллегия согласно ст. 389.9 УПК Российской Федерации тщательно проверила законность, обоснованность и справедливость приговора, дала надлежащую оценку всем приведенным защитником – адвокатом Фоменко В.В. в апелляционной жалобе доводам, изложив в апелляционном определении мотивы принятого решения в соответствии с требованиями ст. 389.28 УПК Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, при проверке доводов кассационной жалобы защитника не установлено нарушений законности судебных решений и правильности применения норм уголовного и уголовно-процессуального закона.

Оснований для передачи кассационной жалобы защитника для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 2 ст. 401.8, ст. 401.10 УПК Российской Федерации, судья

ПОСТАНОВИЛ:

В передаче кассационной жалобы защитника – адвоката Арушаняна В.Э. в интересах осужденного ФИО1 о пересмотре приговора Ялтинского городского суда Республики Крым от 18 декабря 2017 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 22 февраля 2018 года в отношении ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказать.

Судья И.В. Рыжова