Дело № 2-164/2020 Мотивированное 

решение

 изготовлено 22 февраля 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е 

Именем Российской Федерации

18 февраля 2020 года г. Кировск 

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Чайка О.Н.

при секретаре Данилец В.В.

с участием истца ФИО1

его представителя ФИО2

помощника прокурора г. Кировска Семеновой Т.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» в лице Кировского филиала, Акционерному обществу «Апатит» и Обществу с ограниченной ответственностью «Горный цех» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Апатит» в лице Кировского филиала (далее – КФ АО «Апатит») и Обществу с ограниченной ответственностью «Горный цех» (далее – ООО «Горный цех») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, указав в обоснование заявленных требований, что в период с ... года по ... год он состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «Апатит», с ... года по ... год – с ответчиком ООО «Горный цех», работал в должности ... ... уволен из ООО « Горный цех» в связи с выходом на пенсию. В результате длительного воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов у него развились профессиональные заболевания с основными диагнозами: .... Актами о случае профессионального заболевания от 04.05.2018 установлено, что профессиональные заболевания возникли у истца в результате длительной работы во вредных производственных условиях у ответчиков из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса и оборудования; наличие вины работника в возникновении профзаболеваний не выявлено. В соответствии со справками МСЭ от 18.06.2019 ему установлено ... % утраты профессиональной трудоспособности. Просит суд взыскать с соответчиков КФ АО «Апатит» и ООО «Горный цех» денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, исчисленную в соответствии с положениями Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации и нормами статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, в размере 600 000 рублей с КФ АО «Апатит», в размере 200 000 рублей с ООО «Горный цех». 

Определением судьи от 31 января 2020 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Акционерное общество «Апатит» (далее АО «Апатит»). 

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, настаивая на их удовлетворении в полном объеме. Дополнительно пояснил, что в связи с профессиональными заболеваниями не может вести привычный образ жизни, испытывает постоянные сильные боли в шейном отделе позвоночника и верхних конечностях, в связи с чем, плохо спит, получаемое лечение положительного результата не приносит. Все эти факторы отражаются на его физическом и моральном состоянии, приносят страдания. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ответчика КФ АО «Апатит» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, дело рассмотреть в его отсутствие не просил, возражений по иску не представил. 

Представитель ответчика АО «Апатит» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, дело просил рассмотреть в его отсутствие, представил письменные возражения по иску, из которых следует, что при получении истцом профессиональных заболеваний неправомерные действия или бездействие ответчика отсутствуют. Истец, работая в профессии электрогазосварщика, был осведомлен о характере и вредных условиях труда, добровольно на протяжении длительного времени (более 17 лет) выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производили истцу повышенную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал его необходимыми средствами индивидуальной защиты, бесплатным лечебно-профилактическим питанием, проводил периодические медицинские осмотры, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск и льготные путевки в санаторий-профилакторий. Считает размер компенсации морального вреда завышенным и необоснованным. Обращает внимание, что профессиональные заболевания истцом получены в результате работы, в том числе в сторонних организациях, в случае удовлетворения исковых требований просит суд учесть данное обстоятельство и взыскать денежную компенсацию морального вреда пропорционально отработанному времени у каждого из работодателей. 

Представитель ответчика ООО «Горный цех» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, дело просил рассмотреть в его отсутствие, представил письменные возражения по иску, из которых следует, что при получении истцом профессиональных заболеваний неправомерные действия или бездействие ответчика отсутствуют. Истец, работая в профессии ..., был осведомлен о характере и вредных условиях труда, добровольно на протяжении 3 лет 10 месяцев выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производили истцу повышенную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал его необходимыми средствами индивидуальной защиты, проведением периодических медицинских осмотров, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск. Считает размер компенсации морального вреда завышенным и необоснованным. Обращает внимание, что профессиональные заболевания истцом получены в результате работы, в том числе в сторонних организациях, в случае удовлетворения исковых требований просит суд учесть данное обстоятельство и взыскать денежную компенсацию морального вреда пропорционально отработанному времени у каждого из работодателей. 

Суд, руководствуясь частями 4, 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Выслушав объяснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом Российской Федерации, другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (ст. ст. 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, в соответствии со статьей 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права. 

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда работников при осуществлении технологических процессов, соответствующие требованиям охраны труда на каждом рабочем месте. Работодатель обязан обеспечить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информировании работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты. К этим положениям корреспондирует и статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющая права работника. 

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются. 

Таким образом, работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий. 

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

Из требований статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер денежной компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «Апатит» (прежнее наименование – ОАО «Апатит»), работая в профессии ... в период с ... по ..., уволен по пункту 5 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с переводом работника с его согласия на работу к другому работодателю), что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями трудовой книжки, трудового договора, изменений к трудовому договору, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора. 

Кроме того, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Горный цех», работая в профессии ... в период с ... по ..., уволен по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию в связи с выходом на пенсию), что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями трудовой книжки, трудового договора, изменений к трудовому договору, дополнительных соглашений, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора. 

Из актов о случае профессионального заболевания от 04 мая 2018 года № 27/1, № 27/2, № 27/3, № 27/4 и № 27/5 следует, что профессиональные заболевания истца возникли в результате длительной работы в течение 26 лет 5 месяцев во вредных производственных условиях в профессии ...: в АООТ «Северподземстрой» (1991-1997 г.г. – стаж 5 лет 6 месяцев), в Горном цехе АО «Апатит» (1997-2014 г.г. – стаж 17 лет 1 месяц), в ООО «Горный цех» (2014-2018 г.г. – стаж 3 года 10 месяцев), когда ФИО1 из-за несовершенства с гигиенической точки зрения, технологического процесса и оборудования подвергался сочетанному воздействию вредных производственных факторов, в том числе общей тяжести трудового процесса (пункты 17). 

Прямая вина кого-либо не установлена (пункты 21). 

Согласно решению врачебной комиссии № 44 от 05 апреля 2018 года по результатам обследования в стационарном отделении клиники профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» ФИО1 установлены основные диагнозы: ....

При обследовании впервые установлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (тяжесть трудового процесса). Противопоказана работа в контакте с физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы. Рекомендуется рациональное трудоустройство, направление на МСЭ, наблюдение и профилактическое лечение профзаболевания у ... 2 раза в год по месту жительства, ежегодное санаторно-курортное лечение, наблюдение и лечение у ... по месту жительства, ежегодное обследованием в клинике профзаболеваний. 

Из актов медико-социальной экспертизы гражданина № 946.4.51/2018 и № 943.4.51/2019, представленных бюро МСЭ № 4 – филиала ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области», следует, что ФИО1 впервые освидетельствован в период с 06 июня 2018 года по 27 июня 2018 года, в результате чего инвалидность не установлена, установлено ... % утраты профессиональной трудоспособности (...) сроком на 1 год; очередное переосвидетельствование пройдено в период с 04 июня 2019 года по 18 июня 2019 года, инвалидность не установлена, установлено ... % утраты профессиональной трудоспособности (...) сроком на 1 год до 04 июня 2020 года. 

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 09-02-03/1 от 17 января 2018 года следует, что условия труда ФИО1 в профессии ... Горного цеха АО «Апатит» не соответствуют СН 2.2.4/2.1.8.562-96; в профессии ... ООО «Горный цех» не соответствуют ГН 2.2.5.1313-03, СН № 4557-88 «Санитарные нормы ультрафиолетового излучения в производственных помещениях» (пункт 22). 

Общие условия труда ... характеризуются воздействием вредных производственных факторов: шума, вредных веществ химической этиологии, физического напряжения (пункт 5). 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у соответчиков. 

Необходимость прохождения истцом лечения, обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованной в судебном заседании амбулаторной карты №..., представленной НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья». 

Согласно решению врачебной комиссии № 44 от 05 апреля 2018 года ФИО1 рекомендовано наблюдение и профилактическое лечение профзаболевания у ... 2 раза в год по месту жительства, ежегодное санаторно-курортное лечение, наблюдение и лечение у ... по месту жительства, ежегодное обследованием в клинике профзаболеваний. 

Таким образом, по мнению суда, вина ответчиков в причинении истцу профессиональных заболеваний в период его работы в АО «Апатит» и ООО «Горный цех» является доказанной, и на соответчиках лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда пропорционально количеству отработанного времени на каждом предприятии, исходя из следующего. 

Как следует из материалов дела, общий стаж работы истца в условиях, связанных с воздействием вредных производственных факторов, составляет 26 лет 5 месяцев. 

При этом, истец работал в АО «Апатит» на протяжении 17 лет 1 месяца, в ООО «Горный цех» - 3 года 10 месяцев. Кроме того, на протяжении 5 лет 6 месяцев истец работал в АООТ «Северподземстрой», исковые требования к которому не заявлены. 

В соответствии с частью 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. 

Однако, по мнению суда, указанная норма права рассчитана на ситуацию, когда неразделим сам вред, то есть невозможно установить, какое из действий и в какой мере явилось причиной данного результата. В данном же случае, можно четко определить, какое время ФИО1 отработал на каждом предприятий в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, приведших к возникновению профессиональных заболеваний. 

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «Апатит», ООО «Горный цех» особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительный оплачиваемый отпуск, обеспечение средствами индивидуальной защиты и тому подобное, не является доказательством отсутствия вины ответчиков в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам Обществ специальных гарантий, обязательных, в силу действующего трудового законодательства, для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

При этом, суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями ответчиков, которые, в силу объективных причин, не имели возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты, спецодежды и спецобуви в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника.

Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья. 

Компенсация морального вреда причиненного истцу, в связи с профессиональным заболеванием, полученным работником при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями трудового законодательства, коллективных договоров либо соглашений и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, к числу которых относится Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, подписанное 20 августа 2015 года Российским профессиональным союзом работников химических отраслей промышленности и Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Российский союз предприятий и организаций химического комплекса» (далее – Отраслевое тарифное соглашение). 

Отраслевое тарифное соглашение в силу статей 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации является обязательным правовым актом для применения организациями химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации, к числу которых относится АО «Апатит». 

Проанализировав положения Отраслевого тарифного соглашения, суд приходит к выводу о том, что в данном случае нормы указанного соглашения не могут быть применены в отношении бывшего работника, поскольку действие данного соглашения распространяется на работников организаций химической, нефтехимической, биотехнологической или химико-фармацевтической промышленности, а на день установления профессионального заболевания (04 мая 2018 года) ФИО1 уже не являлся работником АО «Апатит» (уволен ...). 

Кроме того, в соответствии с пунктом 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения, для расчета выплаты потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания применяется средний дневной заработок для оплаты отпусков на дату установления профессионального заболевания, поскольку на момент установления профессионального заболевания ФИО1 уже был уволен из АО «Апатит», то расчет компенсации морального вреда с учетом норм Отраслевого тарифного соглашения произвести невозможно. 

При вынесении решения суд также учитывает, что в отношении ООО «Горный цех» действие положений указанного Отраслевого тарифного соглашения не распространяется, поскольку данный соответчик к числу организаций химической, нефтехимической, биотехнологической или химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации не относится, что не оспаривалось в судебном заседании подтверждается также общедоступными сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ, где в качестве основного вида экономической деятельности Общества указано «строительства жилых и нежилых зданий», а также следует из сообщения Российского Союза химиков о том, что ООО «Горный цех» не является членом Общероссийского отраслевого объединения работодателей «Российский Союз предприятий и организаций химического комплекса». 

С учетом изложенного, при определении размера компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, полученным работником при исполнении трудовых обязанностей, суд руководствуется общими положениями о компенсации морального вреда, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, и учитывает степень утраты трудоспособности, установленной истцу ФИО1 (...%) в трудоспособном возрасте, характер и объем физических и нравственных страданий, полученных в результате профессионального заболевания, выразившихся в ограничениях к дальнейшей трудовой деятельности, в испытываемой истцом постоянной боли, в необходимости постоянного медицинского контроля и лечения, невозможности жить полноценной жизнью, вины причинителей вреда, как не обеспечивших надлежащие безопасные условия труда, и отсутствие вины работника, фактической продолжительности его работы в организациях, в которых оказывалось вредное воздействие на организм (в АООТ «Северподземстрой» - 5 лет 6 мес., в АО «Апатит» - 17 лет 1 мес., в ООО «Горный цех» - 3 года 10 мес.), требований разумности и справедливости.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Коллективным договором АО «Апатит» на 2017-2020 годы и коллективным договором ООО «Горный цех» на 2017-2020 годы, исследованными в судебном заседании, иными локальными нормативными актами работодателей порядок осуществления выплат с целью возмещения работнику морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, не установлен, дополнительных (добровольных) страховых программ от несчастных случаев, финансируемых работодателем, не имеется. 

Как следует из пояснений истца и не оспаривается соответчиками, ФИО1 обращался в АО «Апатит» и ООО «Горный цех» с заявлениями о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате профессиональных заболеваний, ссылаясь на положения Отраслевого тарифного соглашения, что подтверждается представленными в материалы дела копиями заявлений истца (л.д. 24-26).

Вместе с тем, работодателями какие-либо выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями и утратой профессиональной трудоспособности истцу не производились, что сторонами не оспаривалось. 

Тем самым, соглашение между сторонами о размере компенсации морального вреда в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, достигнуто не было.

Принимая во внимание наличие между сторонами спора, учитывая, что в обоснование заявленного требования истец помимо приведенных выше положений Отраслевого тарифного соглашения также сослался и на нормы статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, нормы гражданского законодательства, суд приходит к выводу о том, что размер денежной компенсации должен определяться в порядке указанной нормы трудового законодательства. 

Согласно части 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда, и размер его возмещения определяются судом.

Суд считает определенную истцом к взысканию сумму денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, завышенной. Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая фактическую продолжительность его работы в организациях, в которых оказывалось вредное воздействие на организм, требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить денежную компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с соответчика АО «Апатит» в размере 200 000 рублей, исходя из периода работы у данного работодателя (17 лет 1 мес.), с соответчика ООО «Горный цех» в размере 60 000 рублей, исходя из периода работы истца 3 года 10 месяцев. Указанные суммы, по мнению суда, соразмерны понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечают требованиям разумности и справедливости. 

При этом, суд учитывает, что согласно актам об установлении профессиональных заболеваний, профессиональные заболевания возникли в результате работы истца, в том числе в АООТ «Северподземстрой» на протяжении 5 лет 6 месяцев, исковые требования к которому не заявлены. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчиков государственной пошлины в доход местного бюджета за требование о компенсации морального вреда составляет 300 рублей, то есть по 150 рублей с каждого из соответчиков. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» в лице Кировского филиала, Акционерному обществу «Апатит» и Обществу с ограниченной ответственностью «Горный цех» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, – удовлетворить. 

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» в лице Кировского филиала в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 200 000 (двести тысяч) рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Горный цех» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей. 

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 150 рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Горный цех» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 150 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья: О.Н. Чайка